Решение № 2-338/2019 2-338/2019(2-3574/2018;)~М-3474/2018 2-3574/2018 М-3474/2018 от 18 июня 2019 г. по делу № 2-338/2019

Дело № 2-338/2019

34RS0007-01-2018-004829-40


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Тракторозаводский районный суд АДРЕС ИЗЪЯТ в составе

председательствующего судьи Щелконоговой С.С.,

при секретаре Лихач О.В.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от 21 февраля 2019 года ФИО4,

ответчика ИП ФИО5,

представителя ответчика ИП ФИО5, действующего на основании доверенности от 04 декабря 2018 года ФИО6,

представителя ответчика ИП ФИО5, допущенного к участию в деле в качестве представителя по устному ходатайству ответчика в порядке статьи 53 ГПК РФ ФИО10,

19 июня 2019 года рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании уплаченной за товар денежной суммы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с ИП ФИО5 уплаченных за товар денежных средств в размере 101 000 рублей, расходов по составлению искового заявления и представлению её интересов в суде в размер 18 000 рублей, штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя. В обосновании исковых требований указав, что 09 сентября 2019 года между ней и ИП ФИО5 был заключен договор об изготовлении мебели – кухонного гарнитура №071040, стоимостью 49 000 рублей. 14 сентября 2018 года в связи с изменением дизайн-проекта кухонного гарнитура между ней и ответчиком было заключено дополнительное соглашение, согласно которому ответчик обязался выполнить индивидуальный проект мебели, обеспечить её изготовление и передать в ей собственность, а она обязалась оплатить общую стоимость договора в размере 101 000 рублей. Свои обязательства она исполнила и произвела оплату в полном объеме. Кроме того, дополнительно доплатила 1 300 рублей за установку варочной поверхности. Ответчиком обязательства по договору не исполнены надлежащим образом, поскольку после установки кухонного гарнитура ею были обнаружены многочисленные недостатки, которые до настоящего времени не устранены, а именно: фасад крайней правой тумбы выполнен не по размерам, что привело к возникновению зазора с боковой поверхностью; задняя стенка тумбы под варочной поверхностью вырезана криво, кромка неровная с вырывом материала; фасады шкафов вырезаны не по размерам, что привело к многочисленным зазорам и перекосам фасадов и боковых стенок шкафов; вырез под розетку вытяжки задней стенки шкафа выполнен не ровно; направляющие полки держателя для бутылок сломались при первом использовании; фасад вертикального шкафа выполнен из разных материалов – МДФ серого цвета вместо ПВХ красного цвета; ручка на фасаде одной из тумб установлена криво; ручка фасада под мойкой установлена с повреждением поверхности фасада (вдавливание поверхности ПВХ); кромки отверстий под соединительные метизы выполнены с вырыванием поверхности материала; между защитной лентой кромок практически всех фасадов и полотном фасадов всех шкафов имеются зазоры (неплотное прилегание, отхождение, расщеперивание), что в дальнейшем приведет к разбуханию фасадов и отслоению кромки; верхний фасад крайнего левого вертикального шкафа изготовлен значительно ниже уровня полок шкафа, перекрывает нижнюю полку, что препятствует его эксплуатации в полной мере; фасады выдвижных ящиков прилегают к шкафам на разных уровнях; ржавение полки для сушки посуды после нескольких дней использования. 02 ноября 2018 года в адрес ответчика ею была подана претензия с перечнем указанных недостатков и требованием об их устранении. В ответе на претензию от 23 ноября 2018 года ответчик вину не признал, указал, что недостатки (зазоры) соответствуют требованиям ГОСТ 16371 и не являются недостаткам, но предложил устранить некоторые недостатки, при этом для их устранения необходимо заменить большую часть элементов кухонного гарнитура на аналогичные. Считая, что недостатки возникли по причине некачественного изготовления и сборки мебели, а разборка и сборка мебели с использованием комплектующих аналогичного качества негативно скажется на свойствах кухонного гарнитура и она не сможет пользоваться им по назначению. 06 декабря 2018 года она направила в адрес ответчика претензию об отказе от исполнения договора купли-продажи мебели и предоставлении услуги по её установке, и возврате уплаченных по договору денежных средств, которая оставлена ИП ФИО5 без ответа. Поскольку до настоящего времени её требования о возврате денежных средств не удовлетворены, просила взыскать с ИП ФИО5 уплаченные за товар денежные средства в размере 101 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 18 000 рублей, штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

31 января 2019 года ФИО1 дополнила исковое заявление требованием о взыскании с ИП ФИО5 неустойки за период с 28 декабря 2018 года по 31 января 2019 года в размере 34 340 рублей, в соответствии со статьями 22, 23 Закона о защите прав потребителей (л.д. 42-44).

26 февраля 2019 года ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО4 дополнила исковое заявление требованием о компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, поскольку из-за действий ответчика ей причинены нравственные страдания; расходы по изготовлению доверенности в размере 1 500 рублей; а также изменила исковые требования в части неустойки в связи с тем, что в ранее поданном дополнении к заявлению допущена ошибка в указании начала периода просрочки исполнения требований потребителя о возврате денежных средств. Поскольку требование было заявлено ею в претензии от 02 ноября 2018 года и получено ответчиком в этот же день, то десятидневный срок для удовлетворения требования потребителя истекает 13 ноября 2018 года. Поэтому неустойка подлежит исчислению с 13 ноября 2018 года по 26 февраля 2019 года и составляет 106 050 рублей, так как размер неустойки не может превышать стоимость товара, просила взыскать с ИП ФИО5 неустойку в размере 101 000 рублей. Остальные требования оставлены без изменения (л.д. 95-98).

14 мая 2019 года ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО4 представила дополнение к исковому заявлению. Просила взыскать с ИП ФИО5 в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные за товар в размере 101 000 рублей, неустойку в размере 183 820 рублей, расходы по составлению искового заявления и представлению интересов в суде в размере 18 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы по изготовлению доверенности в размере 1 500 рублей, расходы по оплате мастера в размере 500 рублей, а также штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя (л.д. 157-158).

18 июня 2019 года ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО4 представила дополнение к исковому заявлению. Просила взыскать с ИП ФИО5 в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные за товар в размере 101 000 рублей, неустойку за период с 13 ноября 2018 года по 18 июня 2019 года в размере 219 170 рублей, расходы по составлению искового заявления и представлению интересов в суде в размере 18 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы по изготовлению доверенности в размере 1 500 рублей, расходы по оплате мастера в размере 500 рублей, а также штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя (л.д. 227-230).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени месте рассмотрения дела извещена надлежаще, причины неявки суду не известны.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала. Просила удовлетворить их в полном объеме.

Ответчик ИП ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку ею принимались меры для урегулирования спора мирным путем, выявленные недостатки были устранены в течение двух недель с момента выявления, стоимость устранения недостатков составляет 28 950 рублей. Проведенные по делу экспертизы не содержат выводов о том, что указанные недостатки являются существенными. Кроме того, экспертизы подтвердили, что недостатки являются эксплуатационными. Пояснения эксперта о том, что недостатки являются производственными, но возникшими в результате эксплуатации, противоречивы. Не согласившись с выводами судебной экспертизы, считает что доказательств, подтверждающих нарушение прав истца, не представлено, истец злоупотребляет правом. В случае удовлетворения исковых требований просила применить ст. 333 ГК РФ и снизить неустойку до 1 000 рублей, штраф, расходы на оплату услуг представителя - до 5 000 рублей.

Представитель ответчика ИП ФИО5 по доверенности ФИО6 в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Предоставил возражения по существу иска, в которых указал, что ответчик неоднократно предлагал устранить недостатки выполненной работы. По факту установки кухонного гарнитура сторонами был подписан акт сдачи-приемки, в котором истец указала замечания о замене фасада на красный цвет, замена 2 фасада на выкатные ящики, иных замечаний указано не было. На поступившую 02 ноября 2018 года претензию о расторжении договора и возврате денежных средств ответчик направила письмо 11 ноября 2018 года, в котором предложила истцу провести осмотр кухни для принятия решения по устранению недостатков, если они возникли до принятия результата работы. В ходе осмотра кухонного гарнитура 19 ноября 2018 года составлен акт и принято решение о том, что выявленные недостатки не являются существенными, которые ответчик предложил устранить. 26 ноября 2018 года ответчик уведомила истца о готовности фасадов, указанных в акте приема-передачи кухонного гарнитура, и устранению замечаний, возникших в процессе эксплуатации. В ответ на претензию от 05 декабря 2018 года, полученную ответчиком 18 декабря 2018 года, ИП ФИО5 предложила провести за её счет экспертизу для подтверждения указанных в претензии недостатков, но до настоящего времени ФИО1 на письмо не ответила. Игнорируя уведомления ответчика о готовности устранить замечания, истец злоупотребляет правом. Доводы стороны истца о том, что между сторонами заключен договор купли-продажи кухонного гарнитура, а не договора по его изготовлению, в связи с чем, нужно применять нормы Закона «О защите прав потребителя», регулирующие права потребителя при продаже товара, а не нормы выполнения работ, ошибочны. Также считает, что экспертное заключение №19109/2019, выполненное ООО «Эксперт система», не может быть принято судом в качестве надлежащего доказательства по делу, так как не обоснованно и не полное.

Представитель ответчика ИП ФИО5, допущенный к участию в деле в качестве представителя по устному ходатайству ответчика в порядке статьи 53 ГПК РФ ФИО10 в судебном заседании поддержали позицию ответчика, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Выслушав представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО4, ответчика ИП ФИО5, представителей ответчика ИП ФИО5 по доверенности ФИО6 и ФИО10, экспертов, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования основанными на законе и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Отношения, одной из стороной которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой – организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажи товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 07.02.1992 N2300-1 "О защите прав потребителей", другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона №2300-1 от 07 февраля 1992 года "О защите прав потребителей" продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В силу пункта 1 статьи 13 Закона Российской Федерации №2300-1 от 07 февраля 1992 «О защите прав потребителей» за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Частью 1 статьи 18 Федерального закона от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено право потребителя в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, в том числе, потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками. При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с частью 1 статьи 19 Закона РФ "О защите прав потребителей", потребитель вправе предъявить предусмотренные статьей 18 настоящего Закона требования к продавцу (изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) в отношении недостатков товара, если они обнаружены в течение гарантийного срока или срока годности.

Пунктом 1 статьи 20 названного Закона установлено, что срок устранения недостатков товара не может превышать сорок пять дней.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В судебном заседании установлено, что ИП ФИО5 включена в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, одним из видов деятельности которой является, в том числе, торговля розничной мебелью в специализированных магазинах, что подтверждается выпиской из ЕГРИП от 04 февраля 2019 года (л.д.100-101).

09 сентября 2018 года между ФИО1 и ИП ФИО5 был заключен договор №071040, согласно которому ответчик обязался по заданию истца изготовить индивидуальный проект мебели – кухонный гарнитур с выставки, обеспечить его изготовление и передать в собственность заказчика в собранном и установленном виде, а истец обязалась принять мебель и оплатить её в соответствии с условиями договора.

Общая сумма договора №071040 составила 49 000 рублей, которая производится заказчиком в кассу исполнителя в порядке предоплаты в размере 24 500 рублей в день подписания договора и оставшиеся 24 500 рублей - не позднее чем, за один рабочий день до доставки и установки мебели (л.д.10-11).

09 сентября 2018 года между ФИО1 и ИП ФИО5 был заключен договор №071041, согласно которому ответчик обязался по заданию истца изготовить индивидуальный проект мебели – набор для кухни, обеспечить его изготовление и передать в собственность заказчика в собранном и установленном виде, а истец обязалась принять мебель и оплатить её в соответствии с условиями договора.

Общая сумма договора №071041 составила 37 700 рублей, предоплаты в размере 25 500 рублей в день подписания договора и оставшиеся 12 200 рублей - не позднее, чем за один рабочий день до доставки и установки мебели (л.д.13-14).

19 сентября 2018 года между ФИО1 и «Персона мебель» в лице ИП ФИО5 было заключено дополнительное соглашение к договору №071040 от 09 сентября 2019 года об изменении размера шкафов, остаток по доплате составил 51 000 рублей.

Ответчик продал истцу указанный товар, а истец оплатила его стоимость по договору №071040 от 09 сентября 2019 года в размере 24 500 рублей, по договору №071041 от 09 сентября 2019 года в размере 25 500 рублей, по дополнительному соглашению от 19 сентября 2019 года в размере 51 000 рублей, а всего на общую сумму 101 000 рублей, что подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру №28033 от 09 сентября 2018 года, №28034 от 09 сентября 2019 года, №07107 от 10 октября 2018 года (л.д.9, 12, 16).

Пунктом 3.12 договора предусмотрено, что срок окончания установки мебели продлевается, если в процессе доставки или установки были выявлены какие-либо повреждения (разбитое стекло, поврежденное стекло, столешница и т.д.). Исполнитель обязуется поставить и установить недостающий элемент в разумные сроки, не позднее 60 дней с момента выявления повреждения.

Согласно пункту 3.17 договора, по окончании установки заказчик обязан принять работу у исполнителя, приемка выполненных работ удостоверяется подписание сторонами акта сдачи-приемки. В случае, если имеются претензии по качеству и комплектации, заказчик обязан указать об этом в акте приема – передачи.

В соответствии с разделом 4 договора установлен гарантийный срок на мебель с момента подписания сторонами акта сдачи – приемки - 12 месяцев. Гарантия не распространяется на естественный износ или дефекты, вызванные перегрузкой, неправильное (небрежной) эксплуатацией. Замена некачественных составляющих в мебели производится исполнителем в течение 60-дневный срок после получения заявки заказчика. Гарантийные обязательства не распространяются на повреждение при установке изделия не исполнителем, за исключением обнаружения заводского брака, нарушение рекомендаций исполнителя по хранению, транспортировке, эксплуатации изданий после передачи заказчику; проведения самостоятельной сборки, ремонта лицами, не имеющими полномочий со стороны исполнителя; умышленную или случайную порчу изделия, неправомерных действий третьих лиц либо действия непреодолимой силы; в случае выявления при установке кривизны стен, неровностей пола и стен, не прямоугольность смежных стен и пола; в случае, если техника не соответствует надлежащим требованиям, то столешница снимается с гарантийного обслуживания.

Как следует из материалов дела, стороны условия договора выполнили, ИП ФИО5 передала истцу по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, а истец оплатила и приняла мебель в собранном и установленном виде в полной комплектации без химических и механических повреждений (без сколов, царапин, потертостей), о чем составлен акт сдачи – приемки от 22 октября 2018 года, при этом в акте ФИО1 указала замечания: заменить фасад на красный цвет 797 на 597, заменить 2 фасада на выкатные ящики (л.д.52).

Каких-либо других замечаний на момент осмотра и приема кухонного гарнитура в собранном и установлено виде у истца не имелось и в акте не отражено.

Как усматривается из искового заявления и пояснений стороны истца, которые в силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются самостоятельным способом доказывания в судебном заседании, после установки кухонного гарнитура истцом были выявлены многочисленные недостатки, которые не были отражены в акте сдачи-приемки от 22 октября 2018 года в виде: фасад крайней правой тумбы выполнен не по размерам, что привело к возникновению зазора с боковой поверхностью; задняя стенка тумбы под варочной поверхностью вырезана криво, кромка неровная с вырывом материала; фасады шкафов вырезаны не по размерам, что привело к многочисленным зазорам и перекосам фасадов и боковых стенок шкафов; вырез под розетку вытяжки задней стенки шкафа выполнен не ровно; направляющие полки держателя для бутылок сломались при первом использовании; фасад вертикального шкафа выполнен из разных материалов – МДФ серого цвета вместо ПВХ красного цвета; ручка на фасаде одной из тумб установлена криво; ручка фасада под мойкой установлена с повреждением поверхности фасада (вдавливание поверхности ПВХ); кромки отверстий под соединительные метизы выполнены с вырыванием поверхности материала; между защитной лентой кромок практически всех фасадов и полотном фасадов всех шкафов имеются зазоры (неплотное прилегание, отхождение, расщеперивание), что в дальнейшем приведет к разбуханию фасадов и отслоению кромки; верхний фасад крайнего левого вертикального шкафа изготовлен значительно ниже уровня полок шкафа, перекрывает нижнюю полку, что препятствует его эксплуатации в полной мере; фасады выдвижных ящиков прилегают к шкафам на разных уровнях; ржавение полки для сушки посуды после нескольких дней использования.

02 ноября 2018 года истец обратилась к ответчику с претензией о расторжении договора купли-продажи товара и возврате уплаченных за товар денежных средств в размере 101 000 рублей, возмещении стоимости установки варочной поверхности в размере 1 300 рублей, компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, которая была получена ответчиком в этот же день (л.д.18).

13 ноября 2018 года ответчик направил в адрес истца ответ на претензию, в котором указал, что оснований для удовлетворения претензии не имеется, поскольку перечисленные в претензии недостатки могли быть выявлены в процессе установки кухонного гарнитура и должны были быть отражены в акте сдачи-приемки товара. Кухонный гарнитур, все шкафы кухонного гарнитура выполнены строго по проекту, в соответствии с согласованным с ФИО1 эскизом. Заявка на замену фасадов направлена на фабрику и по готовности фасадов будет произведена их замена не позднее 60 дней. Также ИП ФИО5 было предложено истцу устранить недостатки, возникшие по вине ответчика, предварительно согласовать время для осмотра кухонного гарнитура и разрешения спорных вопросов (л.д.59-62, 63, 64-65).

Как пояснил ответчик в судебном заседании и не отрицалось стороной истца, 19 ноября 2018 года ответчиком произведен осмотр кухонного гарнитура по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, в ходе которого по каждому пункту замечаний истца было принято решение и установлено, что все перечисленные истцом замечания не являются существенными и могут быть устранены исполнителем за его счет и в короткий промежуток времени, о чем составлен акт осмотра, от подписи которого ФИО1 отказалась (л.д.53-57, 58).

26 ноября 2018 года ответчик направил в адрес истца ответ по результатам осмотра кухонного гарнитура, в котором было предложено устранить все указанные в претензии замечания, которые не являются существенными (л.д.71-74, 75-77).

05 декабря 2018 года истец направила в адрес ответчика претензию об отказе от исполнения договора об изготовлении мебели и возврате уплаченных за товар денежных средств в размере 101 000 рублей в течение 10 дней со дня получения претензии, мотивировав данную претензию тем, что согласно выводам, изложенным в акте осмотра кухонного гарнитура от 29 ноября 208 года, для устранения недостатков необходимо заменить большую часть элементов кухонного гарнитура на аналогичные, что по её мнению, негативно скажется на свойствах кухонного гарнитура. Кроме того, недостатки возникли по причине некачественного изготовления и сборки мебели (л.д.23).

12 декабря 2018 года ответчиком в адрес истца направлено уведомление о готовности фасадов, указанных в акте приема-передачи кухонного гарнитура по договору №071040, а также устранению замечаний, возникших в процессе эксплуатации, указанных в претензии (л.д.66-70).

26 декабря 2018 года истцу ответчиком был дан ответ на претензию от 05 декабря 2018 года, в котором истцу было предложено провести за счет денежных средств ответчика экспертизу с целью подтверждения перечисленных в претензии от 02 ноября 2018 года недостатков (л.д.78-79, 80, 81). Как пояснила сторона ответчика в судебном заседании и не отрицала сторона истца, до настоящего времени истец не ответила на данное письмо.

Поскольку требования претензии ответчиком не были удовлетворены, истец обратилась в суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела ответчиком частично были устранены недостатки, а именно: произведена замена фасада на пенале с белого на красный; замена механизма на бутылочнице; убрана верхняя часть задней стенки в верхнем ящике под варочной поверхностью; в шкафу над вытяжкой (по заявлению ФИО1) в задней стенке вырезано овальное отверстие под розетку; заторцован ящик (планка) под плитой; повторно скреплены между собой верхние ящики, которые были раскреплены для подключения газовой плиты; на выкатные ящики под варочной поверхностью установлены два красных фасада; установлены пластиковые заглушки (на шкаф под мойкой) в местах скрепления ручки; произведена регулировка фасада (зазоры на фасадах); по задней стенке верхних фасадов кромки ПВХ или шлегель по всему периметру фасадов не установлено, стороны согласовали произвести замену верхних фасадов (цвет белый фликерс) в течение 14 дней, о чем 15 февраля 2019 года составлен акт об устранении замечаний по протоколу судебного заседания по иску ФИО1 к ФИО11, подписанный истцом его представителем, ответчиком и его представителем (л.д.102).

Из указанного акта от 15 февраля 2019 года усматривается, что истец не приняла работу по устранению недостатков, поскольку недостатки были устранены не полностью.

Как пояснил представитель истца в судебном заседании, кухонному гарнитуру во время устранения недостатков были причинены дополнительные повреждения: при снятии шкафа над вытяжкой для устранения дефектов на задней стенке ящика появился скол на боковой стороне данного ящика в области стяжки шкафов; на нижнем ящике под болт для крепления ручки сделано отверстие, превышающее размеры болта и самой ручки; после замены левого верхнего фасада боковина пенала серого цвета из ЛДСП имеет потертость; отремонтированная бутылочница выпирает наружу относительно других ящиков.

При этом новые дефекты не отражены в акте от 15 февраля 2019 года, поскольку, как пояснил представитель истца в судебном заседании, новые недостатки были обнаружены после подписания акта от 15 февраля 2019 года об устранении замечаний по протоколу судебного заседания.

В ходе рассмотрения дела 14 марта 2019 года по инициативе суда была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено ООО "ДЭМС" (л.д.122-124).

Согласно заключению судебной экспертизы №28/03-19 (л.д.129-146), кухонный гарнитур, установленный ИП ФИО5, имеет недостатки в виде: деформация коробление корпуса объекта, как следствие расхождение металлических кромок, закрывающих торцы фасадов; отслоение и вздутие ЛДСП корпуса объекта; задиры и царапины на торцевых кромках фасадов и на корпусе объекта; в навесном шкафу-сушке на металлическом основании, предназначенном для сушки посуды, присутствует коррозия; заглушки, закрывающие крепеж, демонтированы; разное расстояние между дверцами (не отрегулированы дверцы); края выпилов, произведенных сборщиками, не зачищены кромкой; присутствуют следы ремонта (затеки герметика); отверстия для крепления фурнитуры выполнены не корректно; выдвижные ящики работают некорректно (неровный ход с заеданием); на навесном ящике над плитой присутствует механическое повреждение в виде скола.

Определены причины возникновения каждого недостатка на момент сдачи-приемки работ по данному договору, а именно: на момент сдачи-приемки работ по данному договору присутствовали недостатки в виде: деформации корбление корпуса объекта, как следствие – расхождение металлических кромок заковывающих торцы фасадов, дефект вохник в процессе эксплуатации, вследствие агрессивного воздействия влаги; отслоение и вздутие ЛДСП корпуса объекта, дефект возник в процессе эксплуатации, вследствие агрессивного воздействия влаги; задиры, царапины на торцевых кромках фасадов и на корпусе объекта, дефект возник вследствие механического повреждения, в процессе доставки, установки либо в процессе эксплуатации, временные рамки нанесения повреждения установить не представляется возможным вследствие отсутствия методики; разное расстояние между дверцами (не отрегулированы дверцы), дефект сборки мебели.

Выявленные недостатки являются существенными. У мебели имеются дефекты на всех основных функциональных составных частях, изделие полностью утратило потребительские свойства и восстановлению не подлежит. Степень снижения стоимости кухонного гарнитура составляет 100%.

Определена причина возникновения каждого из недостатков после их устранения ИП ФИО5 15 февраля 2019 года с учетом акта об устранении замечаний по протоколу судебного заседания от 31 января 2019 года. При этом установлено, что согласно акту устранения недостатков ИП ФИО5 15 февраля 2019 года основные дефекты должны быть исправлены, но на момент экспертного осмотра фактически присутствуют следующие недостатки:

деформация коробление корпуса объекта, как следствие расхождение металлических кромок, закрывающих торцы фасадов, дефект возник в процессе эксплуатации вследствие агрессивного воздействия влаги;

отслоение и вздутие ЛДСП корпуса объекта, дефект возник в процессе эксплуатации вследствие агрессивного воздействии влаги;

задиры и царапины на торцевых кромках фасадов и на корпусе объекта, дефект возник вследствие механического повреждения в процессе доставки, установки, либо в процессе эксплуатации, временные рамки нанесения повреждения установить не представляется возможным вследствие отсутствия методики;

на навесном шкафу-сушке на металлическом основании, предназначенном для сушки посуды, присутствует коррозия, дефект производственного характера, для подставки под посуду необходимо использовать нержавеющую сталь либо металл, обработанный лакокрасочным покрытием с водостойким основанием;

заглушки, закрывающие крепеж, демонтированы, дефект эксплуатационного характера, со слов истца: «заглушки демонтированы, чтоб показать насколько перекручен крепеж кухонного гарнитура;

разное расстояние между дверцами (не отрегулированы дверцы), дефект сборки мебели;

края выпилов, произведенных сборщиками, на защищены кромкой, дефект сборки мебели;

присутствуют следы ремонта (затеки герметики), со слов истца и ответчика: «в процессе попытки урегулирования конфликта в досудебном порядке, был произведен ремонт объекта исследования, но качество произведенных работ истца не устроило»;

отверстия для крепления фурнитуры выполнены некррректно (ручка на распашной дверце стола подвижна), дефект производственного характера либо дефект сборки мебели;

выдвижные ящики работают некорректно (неровный ход с заеданием), дефект сборки;

на навесном ящике над плитой присутствует механическое повреждение в виде скола, дефект не сквозной, для обнаружения дефекта навесной шкаф необходимо демонтировать.

Выявленные дефекты нарушают потребительские свойства объекта по показателям надежности, долговечности и эстетическим показателям (л.д.135-137).

По ходатайству стороны ответчика в связи с возникшими вопросами по заключению указанной экспертизы, в судебном заседании 29 мая 2019 года была допрошена эксперт ООО «ДЭМС», проводивший судебную экспертизу №28/03-19 ФИО12, которая дала пояснения, противоречащие выводам экспертизы (л.д.165-168).

29 мая 2019 года по инициативе суда была назначена повторная судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Эксперт система» (л.д.169-172).

Согласно заключению эксперта №19109-05/19 от 07 июня 2019 года, изготовленному ООО «Эксперт система» (л.д.177-220), в результате проведенного исследования установлено, что в кухонном гарнитуре, установленном ИП ФИО5 ФИО1 по договору №071040 от 09 сентября 2018 года имеются следующие недостатки:

повреждение металлического канта фасада с внутренней стороны в крайнем правом верхнем шкафу в виде зазубрин,

отклонение размера отверстия под газовую трубу в верхней части правого навесного шкафу, отверстие доработано при помощи допила при установке мебели,

имеются технологические надписи карандашом на внутренних поверхностях,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) фасадов крайних правых шкафов навесных,

выступание (неровность) расположения двух фасадов навесного крайнего шкафа,

зазор между верхними средними шкафами с сопряженными навесными шкафами,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) шкафа над плитой,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на шкафу для посуды,

следы коррозии на посудосушителе,

разбухание нижней полки шкафа для посуды. Разбухание имеет неравномерный характер. Располагается по кромке полки,

неравномерные зазоры расположения фасада шкафа для посуды,

на всех верхних шкафах нарушена регулировка петель,

верхняя кромка крайнего левого навесного шкафа выступает сверху. Имеется смещение фасада относительно посадочного места вверх,

при открывании верхнего крайнего левого шкафа ручка дверцы упирается во внешнюю боковую поверхность шкафа-пенала, расположенного рядом; происходит повреждение боковой поверхности,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем левом навесном шкафу,

разбухание (вздутие) полки в пенале. Разбухание имеет неравномерный характер. Располагается по кромке полки,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем правом шкафу под столешницей,

расположение ручки в правом нижнем вертикальном (узком) шкафу неравномерно,

нарушение плоскости расположения бутылочницы, поверхность фасада располагается глубже относительно остальных фасадов на 2,2 мм.,

отсутствие заглушки на месте крепления ручки на шкафу под мойкой,

зазор между фасадами и окантовкой металлической ящиков слева от шкафа под мойкой,

нарушение плоскости среднего ящика слева от шкафа под мойкой (относительно остальных),

повреждение боковой поверхности пенала в виде зазубрин.

Определена причина возникновения каждого из недостатков на момент сдачи-приемки работ по указанному договору, а также то, являются ли эти недостатки производственными, а именно: на момент сдачи-приемки работ по указанному договору имелись следующие недостатки:

повреждение металлического канта фасада с внутренней стороны в крайнем правом верхнем шкафу в виде зазубрин. Недостаток является производственным,

отклонение размера отверстия под газовую трубу в верхней части правого навесного шкафу. Отверстие доработано при помощи допила при установке мебели. Недостаток является производственным,

имеются технологические надписи карандашом на внутренних поверхностях. Недостаток является производственным,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) фасадов крайних правых шкафов навесных. Недостаток является производственным,

выступание (неровность) расположения двух фасадов навесного крайнего шкафа. Недостаток является производственным,

зазор между верхними средними шкафами с сопряженными навесными шкафами. Недостаток является производственным,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) шкафа над плитой. Недостаток является производственным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на шкафу для посуды. Недостаток является производственным,

неравномерные зазоры расположения фасада шкафа для посуды. Образование данного недостатка возможно только на стадии монтажа (сборки) изделия,

на всех верхних шкафах нарушена регулировка петель. Образование данного недостатка возможно только на стадии монтажа (сборки) изделия,

верхняя кромка крайнего левого навесного шкафа выступает сверху. Имеется смещение фасада относительно посадочного места вверх. Образование данного недостатка возможно только на стадии монтажа (сборки) изделия,

при открывании верхнего крайнего левого шкафа ручка дверцы упирается во внешнюю боковую поверхность шкафа-пенала, расположенного рядом; происходит повреждение боковой поверхности. Недостаток является производственным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем левом навесном шкафу. Недостаток является производственным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем правом шкафу под столешницей. Образование данного недостатка возможно только на стадии изготовления изделия, недостаток является производственным,

расположение ручки в правом нижнем вертикальном (узком) шкафу неравномерно. Недостаток является производственным,

зазор между фасадами и окантовкой металлической ящиков слева от шкафа под мойкой. Образование данного недостатка возможно только на стадии изготовления изделия, недостаток является производственным,

нарушение плоскости среднего ящика слева от шкафа под мойкой (относительно остальных). Недостаток является производственным,

фасад открывного верхнего шкафа пенала большего размера, чем высота шкафа. Недостаток является производственным.

На основании проведенного исследования, экспертом установлено, что стоимость устранения выявленных недостатков составляет 28 950 рублей Временные затраты, необходимые для устранения недостатков, составляют 10 рабочих дней.

Определено, что после устранения недостатков ИП ФИО5 15 февраля 2019 года, с учетом акта об устранении замечаний по протоколу судебного заседания от 31 января 2019 года на исследуемой кухне имеются следующие недостатки:

повреждение металлического канта фасада с внутренней стороны в крайнем правом верхнем шкафу в виде зазубрин. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

отклонение размера отверстия под газовую трубу в верхней части правого навесного шкафу. Отверстие доработано при помощи допила при установке мебели. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

имеются технологические надписи карандашом на внутренних поверхностях. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) фасадов крайних правых шкафов навесных. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

выступание (неровность) расположения двух фасадов навесного крайнего шкафа. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

зазор между верхними средними шкафами с сопряженными навесными шкафами, зазор между верхними средними шкафами с сопряженными навесными шкафами. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

зазоры между внутренней поверхностью фасада и металлической окантовкой (алюминиевым профилем) шкафа над плитой. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на шкафу для посуды. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

следы коррозии на посудосушителе. Недостаток является производственным,

разбухание нижней полки шкафа для посуды. Недостаток является эксплуатационным,

неравномерные зазоры расположения фасада шкафа для посуды. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток образовался при монтаже изделия,

на всех верхних шкафах нарушена регулировка петель. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток образовался при монтаже изделия,

верхняя кромка крайнего левого навесного шкафа выступает сверху. Имеется смещение фасада относительно посадочного места вверх. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток образовался при монтаже изделия,

при открывании верхнего крайнего левого шкафа ручка дверцы упирается во внешнюю боковую поверхность шкафа-пенала, расположенного рядом; происходит повреждение боковой поверхности. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем левом навесном шкафу. На основании п.2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

разбухание (вздутие) полки в пенале. Недостаток является эксплуатационным,

зазор между фасадом и окантовкой металлической на крайнем правом шкафу под столешницей. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

расположение ручки в правом нижнем вертикальном (узком) шкафу неравномерно, ручка незафиксирована. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

нарушение плоскости расположения бутылочницы, поверхность фасада располагается глубже относительно остальных фасадов на 2,2 мм. Образование данного недостатка возможно только на стадии монтажа (сборки) изделия,

отсутствие заглушки на месте крепления ручки на шкафу под мойкой- эксплуатационный недостаток,

зазор между фасадами и окантовкой металлической ящиков слева от шкафа под мойкой. На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

нарушение плоскости среднего ящика слева от шкафа под мойкой (относительно остальных). На основании п. 2.2. «Исследование по второму вопросу» установлено, что недостаток является производственным,

повреждение боковой поверхности пенала в виде зазубрин. Образование данного недостатка возможно только при установке (сборке) изделия (л.д.212-214).

Данная судебная экспертиза подтвердила, что в основном дефекты носят производственный характер, некоторые образовались при сборке, установке кухонного гарнитура, и только три недостатка являются эксплуатационными.

То есть истец, получив товар с производственными дефектами, приобрела кухонный гарнитур с существенными недостатками.

Представитель истца не имела возражений по заключению повторной судебной экспертизы №9109-05/19 от 07 июня 2019 года.

По ходатайству стороны ответчика, возражавшей против выводов повторной судебной экспертизы, в судебном заседании были допрошены эксперты, проводившие указанную экспертизу №9109-05/19 от 07 июня 2019 года ФИО8 и ФИО9, которые подтвердили выводы, изложенные в заключении, их пояснения согласовались между собой и обстоятельствами дела.

У суда нет оснований не доверять данному экспертному заключению №19109-05/19 от 07 июня 2019 года, изготовленному ООО «Эксперт система», поскольку оно составлено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

При проведении экспертизы эксперты проанализировали и сопоставили все имеющиеся и известные исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении" судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

Оценивая заключение экспертов, основанное на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд принимает экспертное заключение ООО «Эксперт система» №19109-05/19 от 07 июня 2019 года в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства.

При этом суд не принимает заключение первой судебной экспертизы №28/03-19, проведенной ООО «ДЭМС», поскольку экспертами не в полном объеме даны ответы на поставленные вопросы, эксперт не привел каких-либо инструментальных исследований, либо применение научных методов, отсутствуют ссылки на ГОСТ, нормативные акты, методики, применяемые при проведении экспертизы. В судебном заседании эксперт ООО «ДЭМС» ФИО7 не смогла указать причины утраты изделия потребительских свойств, не указала размер расходов и затрат времени на устранение недостатков, во многих ответах на вопросы руководствовалась свои мнением эксперта.

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, в том числе, заключение экспертизы ООО «Эксперт система» №19109-05/19 от 07 июня 2019 года, и учитывая конкретные обстоятельства дела, принимая во внимание попытки ответчика урегулировать спор миром, путем устранения выявленных недостатков, а также то, что устранение недостатков произведено не в полном объеме и некачественно, что подтверждается пояснениями стороны истца и судебной экспертизой, отсутствие со стороны ответчика доказательств исполнения ею своих обязательств по договору, либо возврата полученных денежных средств либо полностью, либо в части, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца о взыскании с ответчика уплаченной суммы по договору в размере 101 000 рублей.

Учитывая требования закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, а также, принимая во внимание, что ответчиком указанная стоимость товара (кухонного гарнитура) не оспорена и не опровергнута, суд приходит к выводу о том, что в связи с ненадлежащим предоставлением услуги, требования истца о взыскании неустойки заявлены обосновано и подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 22 Закона РФ от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", требование потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества, подлежит удовлетворению в 10-дневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

В силу ст. 23 вышеуказанного Закона на продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) возлагается обязанность выплатить потребителю неустойку в размере одного процента цены товара за каждый день просрочки выполнения требований потребителя, связанных с приобретением товара ненадлежащего качества.

Цена товара определяется, исходя из его цены, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование добровольно удовлетворено не было.

Согласно разъяснений в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 года "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" в случае, когда продавцом, изготовителем (уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) нарушены сроки устранения недостатков товара или сроки замены товара с недостатками, сроки соразмерного уменьшения покупной цены товара, сроки возмещения расходов на исправление недостатков товара потребителем, сроки возврата уплаченной за товар денежной суммы, сроки возмещения убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, а также не выполнено либо несвоевременно выполнено требование потребителя о предоставлении во временное пользование товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, неустойка (пеня) взыскивается за каждое допущенное этими лицами нарушение.

02 ноября 2018 года истец обратилась к ответчику с претензией о расторжении договора купли-продажи товара и возврате уплаченных за товар денежных средств, которая получена ответчиком в тот же день (л.д.18). Однако требования заказчика ФИО1 не были исполнены ИП ФИО5

Поскольку в добровольном порядке в течение 10 дней после получения претензии, требование ФИО1 не было удовлетворено, у суда имеются основания для взыскания с ИП ФИО5 в пользу истца неустойки (пени) в размере 1 % от цены товара за каждый день просрочки, начиная с 12 ноября 2018 года.

Как следует из представленного истцом расчета, размер неустойки за период с 13 ноября 2018 года (истечение срока для добровольного исполнения требования потребителя) по 18 июня 2019 года составляет 219 170 рублей (101 000 руб. х 1% х 217 дней просрочки) (л.д.229).

Суд, проверив расчет неустойки, представленный истцом, находит его арифметически верным, соответствующим требованиям действующего законодательства, контррасчет ответчиком не предоставлен.

От ответчика в ходе рассмотрения дела поступило заявление о снижении размера подлежащей взысканию неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

С учетом позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 21 декабря 2000 года N 263-О, положения пункта 1 статьи 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в части 1 статьи 333 Гражданского Кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Исходя из анализа действующего законодательства неустойка представляет собой меру ответственности за нарушение исполнения обязательств, носит воспитательный и карательный характер для одной стороны и одновременно, компенсационный, то есть, является средством возмещения потерь, вызванных нарушением обязательств для другой стороны, и не может являться способом обогащения одной из сторон.

Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

Таким образом, неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства и не должна служить средством обогащения, но при этом направлена на восстановление прав, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательств, в частности, на возмещение стороне убытков, причиненных в связи с нарушением обязательства.

Верховный Суд Российской Федерации относительно применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в делах о защите прав потребителей и об исполнении кредитных обязательств указал, что уменьшение неустойки возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым, причем в силу пункта 1 статьи 330 ГК Российской Федерации и части первой статьи 56 ГПК Российской Федерации истец-кредитор, требующий уплаты неустойки, не обязан доказывать причинение ему убытков - бремя доказывания несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства лежит на ответчике, заявившем о ее уменьшении; недопустимо снижение неустойки ниже определенных пределов, определяемых соразмерно величине учетной ставки Банка России, поскольку иное фактически означало бы поощрение должника, уклоняющегося от исполнения своих обязательств (пункт 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17; пункт 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года).

Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 34 Постановления Пленума от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", применение статьи 333 Гражданского кодекса РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

С учетом обстоятельств рассматриваемого дела, а также компенсационной природы неустойки, которая должна быть направлена на восстановление прав, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а не средством обогащения, принимая во внимание отсутствие доказательств наличия каких-либо вредных последствий от несвоевременного удовлетворения требований потребителя, суд полагает размер неустойки несоразмерным последствиям нарушения обязательств ответчиком.

В противном случае, взыскание неустойки в полном размере и, соответственно штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, приведет к нарушению баланса интересов сторон.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание наличие ходатайства ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным уменьшить размер неустойки, подлежащей взысканию с ИП ФИО5 в пользу ФИО1 с 219 170 рублей до 25 000 рублей.

В остальной части требований ФИО1 к ИП ФИО5 о взыскании неустойки, превышающей сумму 25 000 рублей, суд считает необходимым отказать.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1 в основной части, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в её пользу компенсации морального вреда.

По правилам статьи 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно пункту 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки.

Поскольку настоящим судебным решением установлен факт нарушения ответчиком прав потребителя – истца по делу, суд компенсирует ФИО1 моральный вред.

Оценивая характер нравственных страданий, причиненных ФИО1, с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает исковые требования о компенсации морального вреда законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

С учетом соблюдения требований разумности и справедливости, суд полагает обоснованным удовлетворение исковых требований о компенсации морального вреда в пользу истца в размере 500 рублей.

В остальной части иска к ИП ФИО5 о компенсации морального вреда в размере свыше 500 рублей ФИО1 следует отказать.

Так же, имеются основания для взыскания с ответчика штрафа, предусмотренного законом РФ "О защите прав потребителей".

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснений, данных в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 года при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке исполнителем, суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Поскольку ответчиком не соблюден добровольный порядок удовлетворения требований потребителя, суд, учитывая, что настоящим решением удовлетворены требования истца о возмещении материального ущерба в размере 101 000 рублей, неустойки в размере 25 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 500 рублей, приходит к выводу о взыскании с ИП ФИО5 штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу ФИО1 то есть в размере 63250 рублей ((101 000 рублей + 25 000 рублей + 500 рублей) : 2).

Однако, учитывая ходатайство ответчика о снижении размера штрафа, суд полагает необходимым, в соответствии со ст.333 ГК РФ, снизить его размер с 63 250 рублей до 25 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 г. № 454-О и в Определении от 20 октября 2005 г. № 355-О, применимой к гражданскому процессу, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Из материалов дела следует, что 24 декабря 2018 года между истцом и ФИО4 был заключен договор об оказании юридических услуг, согласно которому ФИО4 обязалась оказать истцу юридические услуги по подготовке искового заявления, предъявления его в суд, представлению её интересов в суде по иску о взыскании с ИП ФИО5 в её пользу денежных средств по иску о защите прав потребителей, а ФИО1 обязалась оплатить стоимость этих услуг в размере 18 000 рублей (л.д.29-31)

Факт оплаты услуг ФИО4 истцом в указанном размере установлен судом и подтверждается распиской о получении денежных средств от 24 декабря 2018 года, подписанной сторонами (л.д.32).

В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу, условия договора определяются по усмотрению сторон. К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Вместе с тем, при возмещении понесенных истцом расходов по оплате услуг представителя должен быть соблюден необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Из материалов дела усматривается, что дело назначалось судом к судебному разбирательству в судебном заседании на 31 января 2019 года и было отложено на 26 февраля 2019 года, при этом судебное заседание длилось с 11 час. 30 мин. до 12 час. 50 мин. (то есть 01 час 20 минут); судебное заседание 26 февраля 2019 года было отложено на 14 марта 2019 года и длилось с 11 час. 00 мин. до 11 час. 50 мин., то есть 50 минут; в судебном заседании 14 марта 2019 года производство по делу было приостановлено, в связи назначением по делу судебной товароведческой экспертизы, при этом судебное заседание, включая время нахождения суда в совещательной комнате для принятии решения о назначении экспертизы, длилось с 12 час.00 мин. до 13 час. 40 мин., то есть 01 час. 40 мин; 30 апреля производство по делу было возобновлено, судебное заседание назначено на 14 мая 2019 года, 14 мая 2019 года судебное заседание было отложено на 29 мая 2019 год, при этом судебное заседание длилось с 12 час. 00 мин. до 12 час.20 мин., то есть 20 минут; в судебном заседании 29 мая 2019 года производство по делу было приостановлено, в связи с назначением по делу повторной товароведческой экспертизы, при этом судебное заседание, включая время нахождения суда в совещательной комнате для принятии решения о назначении экспертизы, длилось с 11 час. 30 мин. до 13 час. 20 мин., то есть 01 час. 50 мин.; 10 июня 20169 года производство по делу было возобновлено, судебное заседание назначено на 18 июня 2019 года; судебное заседании 18 июня 2019 года было отложено на 19 июня 2019 года и длилось с 09 час. 45 мин. до 10 час. 00 мин., то есть 15 минут; в судебном заседании 19 июня 2019 года было вынесено решение по делу, при этом судебное заседание, включая время нахождения суда в совещательной комнате для принятия решения по делу, длилось с 12 час.00 мин. до 13 час.30 мин. (то есть 01 час 30 минут).

Представитель ФИО1 – ФИО4 участвовала в указанных судебных заседаниях на основании доверенности (л.д.94), подготовила дополнение к исковому заявлению от 14 мая 2019 года (л.д.157-158).

При таких обстоятельствах суд оценивает объем работы, произведенной по делу представителем ФИО1 – ФИО4, учитывает объем подготовленных документов, количество судебных заседаний, в которых принимала участие представитель истца (семь судебных заседания: 31 января 2019 года, 26 февраля 2019 года, 14 марта 2019 года, 14 и 29 мая 2019 года, 18 и 19 июня 2019 года), а также длительность судебной процедуры, сложность рассмотренного дела и результаты, достигнутые ею по делу.

При таких обстоятельствах, с учетом конкретных обстоятельств дела суд считает необходимым снизить размер подлежащих взысканию с истца в пользу ответчика расходов по оплате услуг представителя до разумного предела – до 15 000 рублей.

В остальной части заявленных требований суд считает необходимым отказать, в связи с необоснованным завышением понесенных по делу расходов.

Судом установлено, что истцом понесены расходы по оформлению нотариальной доверенности, выданной ею на имя представителя ФИО4 в размере 1 500 рублей, которые она просит взыскать с ответчика (л.д.94)

Между тем, суд не находит оснований для взыскания с ИП ФИО5 расходов за нотариальное оформление указанной доверенности в размере 1 500 рублей по следующему основанию.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из материалов дела следует, что доверенность, выданная истцом представителю ФИО4, носит общий характер, выдана представителю на ведение дел ФИО1 как в судах общей юрисдикции, так и в иных учреждениях, а не на конкретное дело, что является основанием для отказа истцу в требовании о возмещении расходов на оплату услуг нотариуса по оформлению доверенности.

Также не подлежат взысканию понесенные истцом расходы по оплате услуг мастера в размере 500 рублей, поскольку из представленной в обоснование этих расходов копии квитанции к приходному кассовому ордеру от 11 апреля 2019 года не следует, что данные расходы понесены истцом по настоящему гражданскому делу (л.д.159).

Из материалов дела следует, что определением суда от 14 марта 2019 года по делу была назначена товароведческая судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «ДЭМС».

В соответствии с частью 1 статьи 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в определении о назначении экспертизы указано, что расходы в связи с ее проведением возлагаются на ответчика ПАО СК "Росгосстрах".

Согласно части 2 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Из заявления экспертного учреждения ООО «ДЭМС» о взыскании денежных средств следует, что возложенная на ответчика ИП ФИО5 судом обязанность по оплате расходов за проведение экспертизы не исполнена, стоимость судебной экспертиза составляет 15 000 рублей (л.д.147).

Судебная товароведческая экспертиза была проведена ООО «ДЭМС» на основании определения суда, который пришел к выводу о том, что для устранения противоречий, возникших в ходе рассмотрения настоящего спора, требуются специальные познания.

По результатам проведенного исследования экспертом ООО «ДЭМС» в суд было направлено заключение, в котором содержаться выводы относительно поставленных судом перед экспертом вопросов.

Усомнившись в правильности данного заключения, суд своим определением от 29 мая 2019 года назначил по делу повторную товароведческую экспертизу, производство которой поручил ООО «Эксперт система», оплату экспертизы возложил на ответчика ИП ФИО5 (л.д.69-72).

После получения заключения ООО «Эксперт система», суд принял его в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства, при этом суд не принял заключение первой судебной экспертизы №28/03-19, проведенной ООО «ДЭМС».

Из содержания части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования. При этом, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает в качестве основания для отказа в удовлетворении заявления о взыскании судебных расходов тот факт, что заключение одной из экспертиз, проведенных в рамках рассмотрения дела, не было принято судом в качестве доказательства.

При таких обстоятельствах, суд считает, что не имеет в данном случае правового значения при разрешении вопроса о взыскании расходов на проведение экспертизы то обстоятельство, что результаты проведенной по делу товароведческой экспертизы ООО «ДЭМС» не были приняты судом как доказательство по делу и не явились одним из доказательств для вынесения по делу решения, поскольку исковые требования ФИО1 были удовлетворены, в связи с чем, на ответчика подлежит возложению обязанность по возмещению указанных судебных издержек.

Кроме того, как следует из заявления ООО «Эксперт система» от 07 июня 2019 года, стоимость проведенной судебной экспертизы составляет 20000 рублей, оплата которой ответчиком по настоящее время не произведена (л.д.176).

С учетом изложенного и в соответствии с требованиями статьи 98 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд находит, что указанные расходы по проведению судебной экспертизы в размере 20 000 рублей подлежат взысканию с ответчика ИП ФИО5 в пользу ООО «Эксперт система».

Согласно подпункту 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями освобождаются истцы – по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

В соответствии счастью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

Поскольку, согласно действующему законодательству истец был освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу настоящего искового заявления в суд, то она подлежит взысканию с ответчика ИП ФИО5 пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, то есть в размере 3 520 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании уплаченной за товар денежной суммы - удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО3 уплаченные за товар денежные средства в размере 101 000 рублей, неустойку в размере 25 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 25 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя и за составление искового заявления в размере 15 000 рублей, а всего 166 500 (сто шестьдесят шесть тысяч пятьсот) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО3 неустойки в размере 194 170 рублей, компенсации морального вреда в размере 19 500 рублей, расходов по оплате услуг представителя и за составление искового заявления в размере 3 000 рублей, расходов по изготовлению доверенности в размере 1 500 рублей, расходов по оплате мастера в размере 500 рублей - отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Эксперт система» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДЭМС» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета муниципального образования – городской округ город-герой Волгоград государственную пошлину в размере 3 520 (три тысячи пятьсот двадцать) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня вынесения в АДРЕС ИЗЪЯТ областной суд через Тракторозаводский районный суд АДРЕС ИЗЪЯТ.

Судья: С.С. Щелконогова

Справка: мотивированный текст решения изготовлен 21 июня 2019 года.

Судья: С.С. Щелконогова