Решение № 2-1855/2024 2-1855/2024~М-1406/2024 М-1406/2024 от 14 октября 2024 г. по делу № 2-1855/2024

Дело № 2-1855/2024

УИД № 42RS0013-01-2024-002568-96


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Междуреченск 14 октября 2024 года

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Искаковой Р.А.,

при секретаре судебного заседания Третьяковой В.А.,

с участием помощника прокурора г. Междуреченска Сотниковой Н.Ю.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» (далее – ПАО «Южный Кузбасс») о компенсации морального вреда, в котором просит: взыскать компенсацию морального вреда в размере 555 600 руб., судебные расходы по оплате юридической помощи адвоката за составление искового заявления в размере 5000 руб., за представительство в суде первой инстанции в размере 10 000 руб., судебные расходы по оплате медицинской экспертизы связи заболевания с профессией и установлению степени вины предприятий в размере 3 900 руб.

Требования мотивированы тем, что во время работы <данные изъяты> он подвергался длительному воздействию вредных производственных факторов, в том числе производственному шуму выше ПДУ.

В результате, при обстоятельствах и условиях нарушения режимов труда; несоблюдения правил производственной санитарии; несовершенства механизмов, оборудования; неэффективности защитных средств, ДД.ММ.ГГГГ ему установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> чем был составлен акт № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, в последующем <данные изъяты>

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (далее - ПРП) от ДД.ММ.ГГГГ, ему установлен диагноз: <данные изъяты>

В связи с данным профессиональным заболеванием заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, в последующем процент утраты профессиональной трудоспособности увеличился, так согласно справки МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ установлена утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ - бессрочно.

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники НИИ КПГиПЗ № от ДД.ММ.ГГГГ, проведена медицинская экспертиза «Определение степени вины предприятия в причинении вреда здоровью проф. заболеванием», профессиональное заболевание: <данные изъяты>

Государственное предприятие <данные изъяты> прекратило деятельность в связи с ликвидацией, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Таким образом, после присоединения в ДД.ММ.ГГГГ году ОАО «Разрез «Ольжерасский» к ОАО «Южный Кузбасс» вина ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в возникновении у него профессионального заболевания составляет <данные изъяты>

Соглашение о компенсации морального вреда между ним и разрезом «Ольжерасский» либо ПАО «Южный Кузбасс» заключено не было, а Отраслевое тарифное соглашение по угольной промышленности РФ, действующее на дату установления ему профессионального заболевания - ДД.ММ.ГГГГ, не предусматривало выплату единовременного пособия в счет компенсации морального вреда.

Полагает, что имеются законные основания возложить на ПАО «Южный Кузбасс» обязанность выплатить компенсацию морального вреда с учётом вины ответчика в <данные изъяты>%, требования разумности и справедливости, индивидуальных особенностей и всего объёма причинённых ему физических и нравственных страданий, учитывая отрицательную динамику профессионального заболевания, выразившуюся в увеличении утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты> бессрочно и увеличении степени хронической 2х сторонней нейросенсорной тугоухости с 1 -2 до 2 степени.

При определении размера компенсации морального вреда, просит учесть, что в результате профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

<данные изъяты>

В соответствии с ПРП проходит <данные изъяты>

В связи с вышеизложенным, учитывая тяжесть профессионального заболевания и имеющиеся от него последствия, утрату профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>

Следовательно, размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» с учётом отсутствия его вины, вины ПАО «Южный Кузбасс» в размере <данные изъяты>, составляет: 600 000 руб. * 92,6% = 555 600 руб.

ДД.ММ.ГГГГ он обратился с письменным заявлением в ПАО «Южный Кузбасс» с предложением заключить с ним соглашение о выплате компенсации морального вреда соразмерной причиненному вреду его здоровью, вследствие профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, акт № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая установленную утрату профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> бессрочно в связи с ним, однако ответ на заявление он не получил.

Считает, что определённый размер компенсации морального вреда соразмерен причинённому вреду его здоровью, его индивидуальным особенностям, всему объёму его физических и нравственных страданий в связи с профессиональным заболеванием.

Полагает, что расходы должны быть возмещены в полном объеме.

В судебное заседание истец ФИО3, не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела, извещен судом надлежащим образом, направил в суд представителя. <данные изъяты>

Представитель истца – ФИО1, действующий на основании ордера (л.д.49), на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы истца и искового заявления.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО2, действующая на основании доверенности в порядке передоверия, против удовлетворения требований возражала, поддержала доводы возражения, пояснила, выплата компенсации морального вреда носит заявительный характер. Заявление подается на имя руководителя общества. Если работник состоял или состоит в штате филиала общества, заявление о выплатах подается на имя руководителя филиала. К заявлению должны быть приложены следующие документы: заявление на имя руководителя филиала с указанием реквизитов для перечисления денежных средств; копия акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или копия акта о случае профзаболевания; заключение МСЭ об установлении процента утраты профессиональной трудоспособности в следствие производственной травмы или профессионального заболевания (впервые); приказ Фонда пенсионного и социального страхования РФ о назначении пострадавшему единовременного пособия в соответствии с ФЗ от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»; заключение клиники ГУ НИИ КПГ и ПЗ об установлении процента вины предприятия в возникновении и развития профессионального заболевания; справка о среднемесячной заработной плате за 12 (двенадцать) месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности. В случае, если в расчетный период (12 (двенадцать) месяцев), предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности) работник проработал у нескольких работодателей, то единовременная компенсация исчисляется из расчета средней заработной платы по последнему месту работы. ДД.ММ.ГГГГ истец обращался с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>), предусмотренным отраслевым (тарифным) соглашением по угольной и/или коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс». В нарушение с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ и Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» истец к письменному заявлению копии необходимых документов не предоставил, а именно - справку о среднемесячной заработной плате за 12 (двенадцать) месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности, заключение МСЭ об установлении утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием. Следовательно, право истца на компенсацию морального вреда ответчиком не нарушено и у истца не было разумных оснований для обращения в суд с исковым заявлением. Считает, что сумма в размере 555 600 руб., а также судебных расходов, не соответствует принципам разумности и справедливости.

Представитель третьего лица ГБУЗ «Междуреченская городская больница», в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО7, суду пояснил, что истец его друг, <данные изъяты>

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО8 суду пояснил, что истец его отец, <данные изъяты>

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора г.Междуреченска Сотниковой Н.Ю., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (здесь и далее положения Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на момент возникновения спорного правоотношения).

Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, что ФИО3 осуществлял трудовую деятельность на <данные изъяты><данные изъяты>, что подтверждается трудовой книжкой от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9-14).

ФИО3 установлен диагноз: <данные изъяты> (акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.17).

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «Главного бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области» Министерства труда и социальной защиты РФ впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, в последующем процент утраты профессиональной трудоспособности увеличился, так согласно справки МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ установлена утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>. с ДД.ММ.ГГГГ – бессрочно (л.д.19).

Согласно акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ п. 17, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: нарушение режимов труда, несоблюдение правил производственной санитарии, несовершенство механизмов, оборудования, неэффективность защитных средств.

Причиной профессионального заболевания в силу п.18, послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. При ПДУ 80 дбА уровень шума находился в пределах 76-90 дбА. Согласно Р 2.2.735-99 условия труда по воздействию производственного шума относятся: помощник машиниста экскаватора ЭКГ-4.6, ЭШ-10/70 — к 3 классу 2 степени вредности, машинист экскаватора ЭКГ-4.6- к 3 классу 1 степени, машинист экскаватора ЭШ-10/70 ко 2 классу (допустимые условия труда).

П. 20 заключение: на основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия производственных вредных факторов в т.ч. нарушений, указанных в п. 17. непосредственной причиной заболевания послужило производственный шум.

Вина работника п.19, в развитии профессионального заболевания не установлена.

Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – <данные изъяты>. (л.д.17-17 оборот)

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, предварительный диагноз:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Профессиональный маршрут

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

ФИО3 проработал длительное время в качестве пом.машиниста и машиниста экскаватора и выполнял рабочие операции ко обслуживанию, ремонту и управлению техникой при производстве переэкскавационных работ. Во время работы подвергался воздействию производственных вредных факторов: шуму, вибрации, физическим и функциональным перегрузкам, пыли, неблагоприятному микроклимату (л.д.15).

Согласно приказу Филиала № Государственного учреждения – Кузбасского регионального отделения фонда социального страхования РФ №-В от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности ФИО3 назначена единовременная страховая выплата в размере 7 020 руб. (л.д.18).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники НИИ КПГПЗ № от ДД.ММ.ГГГГ, проведена медицинская экспертиза «Определение степени вины предприятия в причинении вреда здоровью проф. заболеванием», <данные изъяты>

Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту <данные изъяты>. Степень вины пропорциональна стажу в возникновении и прогрессии заболевания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно исторической справки ПАО «Южный Кузбасс»: с ДД.ММ.ГГГГ открытое акционерное общество «Разрез «Ольжерасский» реорганизовано в филиал открытого акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» - «Разрез «Ольжерасский». Основание: свидетельство об исключении из БГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ серия № №, приказ ОАО «Южный Кузбасс» от ДД.ММ.ГГГГ №-к. (л.д.27).

Таким образом, после присоединения в ДД.ММ.ГГГГ году ОАО «Разрез «Ольжерасский» к ОАО «Южный Кузбасс» вина ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в возникновении у него профессионального заболевания составляет <данные изъяты>%.

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 нуждается в приобретение лекарственных препаратов, санаторно-курортном лечении.

Основное заболевание <данные изъяты>. Последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.22-24).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 уволен из ПАО «Южный Кузбасс», по собственному желанию в связи с выходом на пенсию п.3 ч. 1 ст. 77 ТКРФ (л.д.14).

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты, программы реабилитации пострадавшего, установлено, что истец проходит медикаментозное, санаторно-курортное лечение, обследования.

Согласно программе реабилитации пострадавшего, ФИО3 показаны: лекарственные препараты в количестве 4 наименований 2 раза в год, и санаторно-курортное лечение.

Согласно медицинским картам ФИО3, ввиду профессионального заболевания, <данные изъяты> что также подтверждается медицинской картой из ГБУЗ «Междуреченская городска больница».

В судебном заседании допрошены свидетели, суд полагает, что их показания, являются одним из средств доказывания, предусмотренных главой 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, на основании ч.3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, наряду с относимостью и допустимостью каждого доказательства в отдельности, а также достаточностью и взаимной связью доказательств, оценивает достоверность каждого из них, в том числе, показаний свидетелей, полученных в порядке ст. 177 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем отобраны подписки. Показания свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с пояснениями истца, другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям у суда не имеется.

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Судом установлено, что ФИО4 установлено профессиональное заболевание в виде: <данные изъяты>, возникшие в результате длительного воздействия производственных вредных факторов, в т.ч. нарушений режимов труда, несоблюдение правил производственной санитарии, несовершенство механизмов, оборудования, неэффективность защитных средств, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, а виновным лицом в причинение вреда здоровью ФИО4 является ПАО «Южный Кузбасс».

Довод представителя ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истец обращался в ПАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации, но представил не все документы, судом отклоняется, как несостоятельный и не обоснованный, поскольку факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиком вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу и процент утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты>

Также судом учитываются нравственные страдания истца, выразившихся в переживаниях относительного своего состояния здоровья, чувстве неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, в том числе посвящать время своим увлечениям (заниматься спортом), продолжительность физических и нравственных страданий, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего: его возраст, состояние здоровья (до профессионального заболевания на производстве был здоров).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, с учетом степени вины ответчика <данные изъяты> %, суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда: в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> в размере 300 000 руб. (323 975*92,6%).

Суд отмечает, что по прошествии значительного времени после установления профессионального заболевания истцу по профзаболеванию прошел 21 год, отсутствуют доказательства значительного ухудшения здоровья истца, сведения об установлении инвалидности.

Наличие в материалах дела сведений о посещении медицинских учреждений, врачей свидетельствуют об активной позиции истца, направленной на поддержание своего здоровья, выполнение программы реабилитации по использованию санаторно-курортного лечения, и не свидетельствуют о значительном ухудшении здоровья, поскольку в медицинских документах имеется указание на рекомендации: санаторно-курортное лечение, без сопровождения, что соответствует ПРП.

Факты обращения истца за медицинской помощью не свидетельствуют об ухудшении состояния его здоровья, вызванного профессиональным заболеванием, поскольку имеются обращения в медучреждения, где также установлены иные диагнозы, <данные изъяты>

Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием в размерах <данные изъяты> и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.

Разрешая требование истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы по оплате услуг представителей и другие признанные судом необходимые расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено:

п.1 судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса);

п. 2 к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ);

п. 10. лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек;

п. 11. разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности, взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер;

п. 12 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ);

п. 13 Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм следует, что возмещение судебных издержек осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

Из норм процессуального закона, регламентирующих взыскание судебных расходов на представителя стороне по делу, следует, что взыскание судебных расходов законно при наличии доказательств соблюдения указанных в законе условий:

- принятия судебного акта в пользу этой стороны;

- несения расходов тем лицом, в пользу которого вынесен судебный акт (стороной);

- причинной связи между произведенным расходом и предметом конкретного судебного спора.

В связи с рассмотрением данного гражданского дела истец ФИО3 для защиты интересов был вынужден обратиться за юридической помощью в адвокатский кабинет ФИО1

Согласно квитанции № ФИО4 уплатил ФИО1 15 000 рублей (за составление искового заявления 5 000 рублей и за представительство в суде 10 000 рублей (л.д.39).

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором.

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица свободны в заключении договора, в том числе, при выборе контрагента и согласовании условий о цене, а потому само по себе заключение договора с представителем, и оплата услуг не может с бесспорностью свидетельствовать о том, что оговоренная в договоре сумма была объективно необходима для оказания квалифицированной юридической помощи истцу, и что услуги не могли быть оказаны ему за меньшую плату.

Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов, на что обращено внимание в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

В целях обеспечения указанного баланса интересов сторон реализуется обязанность суда по пресечению неразумных, а значит противоречащих публичному порядку Российской Федерации условных вознаграждений представителя в судебном процессе, обусловленных исключительно исходом судебного разбирательства в пользу доверителя без подтверждения разумности таких расходов на основе критериев фактического оказания поверенным предусмотренных договором судебных юридических услуг, степени участия представителя в формировании правовой позиции стороны, в пользу которой состоялись судебные акты по делу, соответствия общей суммы вознаграждения рыночным ставкам оплаты услуг субъектов аналогичного рейтингового уровня и т.д.

Удовлетворение требований о компенсации судебных расходов, основанных на положениях договоров возмездного оказания правовых услуг о выплате вознаграждения исключительно в зависимости от факта принятия положительного для истца решения суда без совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности со стороны исполнителя, противоречит публичному порядку, поскольку расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающего свободу договора в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П "По делу о проверке конституционности положений п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 ГК РФ в связи с жалобами ООО "Агентство корпоративной безопасности" и гражданина М.").

Учитывая изложенное, разрешая вопрос по существу, с учетом представленных в материалы дела доказательств и конкретных обстоятельств дела, характера и сложности рассматриваемого искового заявления, соотнося заявленную ко взысканию сумму расходов за представительство в суде с объемом защищенного права, принимая во внимание объем выполненных представителем и документально подтвержденных услуг (составление искового заявления; представление интересов в суде ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), время нахождения дела в производстве суда, с учетом процессуального результата и спора, требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 8 000 рублей.

Данная сумма, по мнению суда, отвечает установленному ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципу возмещения расходов в разумных пределах, и объему оказанных представителем услуг, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Кроме того, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца судебные расходы за заключение врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФГБНУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» клиника, связи заболевания с профессией и установлением степени вины предприятия в размере 3 900 руб., поскольку данные расходы истцом понесены для рассмотрения гражданского дела, являются необходимыми для обращения в суд для защиты его прав, подтверждены документально чеком (л.д.34-35).

Иного судом не установлено и доказательств обратного суду не представлено.

Поскольку при подаче искового заявления истец в силу статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины был освобождён, в связи с чем, в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (№) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт № №) компенсацию морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> в размере 300 000 рублей (триста тысяч рублей), расходы по оплате медицинской экспертизы связи заболевания с профессией и установлению степени вины предприятия в размере 3 900 (три тысячи девятьсот) рублей, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (№) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Р.А. Искакова