Решение № 2-621/2023 2-621/2023~М-385/2023 М-385/2023 от 26 июля 2023 г. по делу № 2-621/2023

Дело № 2-621/2023

УИД: 56RS0024-01-2023-000462-33


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

26 июля 2023 года п. Новосергиевка Оренбургской области

Новосергиевский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Каменцовой Н.В.,

при секретаре Поповой Н.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки мнимой и применении последствий ничтожности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании сделки мнимой и применении последствий ничтожности сделки, указав, что между ним и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения, согласно которому он передал в собственность ФИО2 земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес>. Ответчик настояла на том, что если супруг испытывает к ней истинные чувства, чтобы всё имущество он подарил ей, тем самым ввела его в заблуждение. После заключения договора, отношения между супругами изменились, ФИО2 желала продать дом, несмотря на то, что в договоре было прописано право его пожизненного проживания. На момент сделки он не осознавал, что супруга испытывает корыстные мотивы и желает получить его имущество. В настоящее время он испытывает необходимость в расторжении договора дарения, поскольку опасается за свою жизнь на фоне складывающихся покушений на целостность его здоровья (это его оценочное суждение, исходя из разговоров с родственниками ответчицы). Данный дом ему достался от отца, он ему дорог, остаётся памятью, он не желает, чтобы данное имущество было передано в фактическую собственность неизвестных ему лиц. Помимо прочего ссылался на положения ч.2 ст.578 ГК РФ, закрепляющие основания об отмене дарения.

В итоге, просил расторгнуть договор дарения и передать право собственности ему как фактическому владельцу.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО4

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования, просил их удовлетворить, пояснил, что первоначально с ответчицей заключили брак в <данные изъяты>, который расторгли в <данные изъяты>, тогда он выпивал спиртное. В <данные изъяты> заключили вновь брак с ответчицей, а в <данные изъяты> расторгли этот брак. Когда совместно жили, то ФИО2 уговорила его переоформить право собственности на спорные жилой дом и земельный участок на нее. Этот дом ему достался от родителей. После этого он решил подарить ей данное имущество. Договор составлял юрист, его услуги он оплачивал. Сделку оформляли через МФЦ, сначала сдали документы, потом через несколько дней пришли и подписали их. В настоящее время ему стало известно, что ФИО2 подарила данный дом своему сыну ФИО4, который подавал иск о признании его – истца утратившим право пользования жилым домом, в иске было отказано. В договоре дарения между ответчицей и ее сыном уже не имеется оговорки на право его пожизненного пользования данным жилым домом. Сейчас он имеет доступ к дому, у него есть ключи, но сам он проживает в другом населенном пункте (<адрес>) с новой семьей. Желает перевезти семью: жену и ее несовершеннолетнюю дочь в указанный дом и там с ними проживать. ФИО2 и ее сын сказали, что в доме может проживать только он один, без его новой семьи. Ответчица перестала с ним считаться с тех пор, как получила в дар дом. Просил вернуть ему дом и земельный участок, не приводя точные основания, ссылался на иск, который ему составил юрист.

Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, согласно заявлению, просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий на основании доверенности, просил в удовлетворении иска отказать. Пояснил, что брак между Б-выми расторгнут. ФИО1 по своему собственному желанию подарил земельный участок и жилой дом ФИО2, законных оснований для удовлетворения иска не имеется. ФИО2 проживала и проживает в доме по адресу: <адрес>. ФИО1 не чинятся препятствия для проживания в данном доме, у него имеются ключи.

Третье лицо ФИО4, извещенный надлежащим образом, о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки суд не известил, об отложении не ходатайствовал.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, исследовав представленные сторонами доказательства, приходит к следующему выводу.

На основании п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В судебном заседании установлено и из материалов дела следует, что согласно свидетельству о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, выданному отделом ЗАГСа администрации муниципального образования Новосергиевский район Оренбургской области, брак между ФИО1 и ФИО2 заключен ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно свидетельству о расторжении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, выданному отделом ЗАГСа администрации муниципального образования Новосергиевский район Оренбургской области брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключили договор о том, что даритель безвозмездно передал в дар земельный участок и жилой дом, а одаряемый принял в собственность земельный участок дар и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>. Согласно п.5 данного договора в указанном жилом доме на момент дарения зарегистрированы: ФИО1, ФИО2. Даритель сохраняет пожизненное право проживания в нём. В п.6 Договора отмечено, что он имеет силу акта приема-передачи, а в п.9 указано, что переход права собственности одаряемого подлежит государственной регистрации в Управлении Федерльной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области.

Оспариваемый договор прошел государственную регистрацию в реестре Управлением Федеральной государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области. На основании чего с ДД.ММ.ГГГГ правообладателем указанных объектов недвижимости стала ФИО2

В последующем ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 (даритель) подарила жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> одаряемому ФИО4, который принял указанные недвижимые объекты в дар. Настоящий договор является передаточным актом, переход права подлежит обязательной государственной регистрации.

Согласно выписке из ЕГРН правообладателем указанных спорных объектов с ДД.ММ.ГГГГ является ФИО4

Согласно решению Новосергиевского районного суда Оренбургской области от ДД.ММ.ГГГГ исковое заявление ФИО4 к ФИО1 о признании утратившим права пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета по адресу: <адрес>. оставлено без удовлетворения.

Из адресной справки отдела адресно-справочной работы управления по вопросам миграции УМВД России по Оренбургской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрирована по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направил ответчику ФИО2 досудебную претензию о расторжении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Рассматривая требования истца об отмене договора дарения со ссылкой на основания п. 2 ст. 578 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно п. 2 ст. 578 Гражданского кодекса Российской Федерации даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу её безвозвратной утраты.

Материалами дела установлено, что истец еще до дарения ей жилого дома и земельного участка фактически была зарегистрирована в нем и проживала и продолжает пользоваться им до настоящего времени. Какого-либо ненадлежащего отношения к спорному недвижимому имуществу со стороны ФИО2 не установлено.

Из спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он заключен в соответствии с действующим законодательством, не противоречит ему, во исполнение договора стороны, ознакомились с ним и расписались в нем, он имеет силу акта приема-передачи, указанный договор прошел государственную регистрацию

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Учитывая изложенное, только собственник имущества может по своему усмотрению принимать решения о совершаемых в отношении своего имущества действий.

Осуществив дарение спорных жилых дома и земельного участка ФИО4, ФИО2 тем самым распорядилась принадлежащим ей недвижимым имуществом по своему усмотрению, при этом на момент заключения оспариваемой сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ каких-либо запретов на совершение сделки по отчуждению имущества, в том числе и путем дарения не имелось.

Имея намерение совершить отчуждение имущества, ответчик пользуется предоставленным ему правом распоряжаться им, и это не может быть расценено как, например, ненадлежащее обращение с подаренной вещью, способное привести к ее безвозвратной утрате, поэтому ссылка истца на то, что спорное имущество перешло в фактическую собственность иных лиц, не принимается судом во внимание как юридически значимая в рассматриваемом споре, так как не является основанием применения положений п.2 ст.578 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, истец не доказал факт того, что подаренные им ответчице объекты недвижимости представляют для него неимущественную ценность, а довод истца о том, что дом достался ему от родителей, не является бесспорным доказательством его неимущественной ценности.

Таким образом, истцом не представлено допустимых и относимых доказательств того, что ранее принадлежавшие ему жилой дом и земельный участок представляют для него неимущественную ценность, а обращение одаряемой с недвижимостью создает угрозу ее безвозвратной утраты, в связи с чем суд не усматривает оснований для отмены оспариваемого договора дарения по основаниям, предусмотренным п.2 ст.578 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценивая доводы истца, изложенные в исковом заявлении, о признании сделки мнимой и применении последствий ничтожности сделки, суд отмечает следующее.

Так, в силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

На основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к вышеприведенным нормам материального права и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, суд исходит из того, что оспариваемая сделка дарения была направлена на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, что соответствует положениям ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть на достижение определенного правового результата.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссыпается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как отмечено выше и следует из материалов дела, на основании договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 приняла от истца (на тот момента своего супруга) ФИО1 в свою собственность указанные объекты недвижимости, расположенные по адресу: <адрес>, и ДД.ММ.ГГГГ за ФИО2 произведена регистрация права собственности на данные жилой дом и земельный участок (номер государственной регистрации - №). То есть, договор дарения сторонами исполнен.

Проанализировав в совокупности представленные доказательства, учитывая, что на истце лежит бремя доказывания мнимости договора дарения в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о мнимом характере сделки и отсутствии передачи недвижимого имущества ответчику, основываясь на нормах материального права, регулирующего рассматриваемые правоотношения, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1 по факту мнимости договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. При этом суд исходит из того, что истцом не доказан факт мнимости сделки, так как сделка дарения жилого дома и земельного участка исполнена ее сторонами полностью, а именно, имущество передано одаряемой, произведена государственная регистрация права собственности в регистрирующем органе и совершая спорную сделку, ее стороны имели намерения реально совершить и исполнить данную сделку. В ходе рассмотрения спора не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности одаряемой ФИО2 либо о ее намерениях совершить эту сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения. В связи с чем, основания для квалификации заключенного между сторонами договора дарения, как мнимой сделки, и применения п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

В данном случае несостоятельна и ссылка истца на то, что он при этом был введен в заблуждение ответчицей, которая его уговаривала подарить спорные объекты недвижимости ей, переживая, что если ФИО1 не станет, то его родственники смогут ее выселить из указанного жилого дома, а также ссылка на заблуждение под предлогом того, что он испытывал к ней истинные чувства. В частности, данные обстоятельства, а именно уговоры подарить недвижимость, не являются основанием для признания сделки недействительной в силу заблуждения стороны о предмете совершаемых действий по дарению.

Из содержания самого искового заявления ФИО1, а также его пояснений в судебном заседании усматривается, что истец, заключая сделку дарения, осознавал характер и правовые последствия договора и понимал, что договор дарения подразумевает передачу объектов недвижимости в собственность ФИО2, что недвусмысленно изложено в тексте договора дарения. Он самостоятельно оплачивал составление договора дарения, неоднократно ходил в МФЦ для оформления указанной сделки, при этом каких-либо оснований полагать, что он был введен ответчицей в заблуждение, не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

В пункте 2 указанной статьи определено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В рассмотренном случае суд приходит к выводу о том, что волеизъявление истца на составление договора дарения соответствовало его действительной воле. То обстоятельство, о котором указывает истец, что ответчица ввела его в заблуждение уговорами подарить ей жилой дом, не свидетельствует само по себе о недействительности оспариваемой сделки, поскольку не является заблуждением относительно природы сделки. В данном случае, истец не представил доказательств, подтверждающих, что при совершении спорной сделки его воля была направлена на совершение какой-либо иной сделки или на достижение иных правовых последствий. Неправильное представление истца о любых других обстоятельствах, не может быть признано существенным заблуждением и служить основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, суд не усматривает оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения в соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключен в надлежащей письменной форме, содержит все существенные условия, не противоречащие действующему законодательству, подписан собственноручно сторонами сделки; намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно, каких-либо иных условий договор не содержит; текст договора не позволяет двояко толковать его условия. Подписывая договор дарения своего имущества ФИО1 подтвердил свою волю на отчуждение, при этом отметил, что с содержанием статей 131, 167, 170, 209, 210, 223, 421, 573, 574, 578, 580 Гражданского кодекса Российской Федерации он ознакомлен

Рассматривая требования истца о расторжении договора дарения и передаче ему прав собственности как фактическому владельцу, суд исходит из следующего.

На основании пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Суд отмечает, проанализировав представленные доказательства, что оснований, предусмотренных материальным правом, для расторжения договора дарения, не имеется, в обоснование иска о расторжении договора дарения истец не указал предусмотренных законом обстоятельств, которые влекут расторжение договора по требованию одной стороны.

Ссылка истца на то, что он в результате договора дарения лишился своего жилого помещения, перешедшего к нему в собственность от родителей, не может быть признана основанием расторжения договора, поскольку это обстоятельство не относится к нарушению договора другой стороной, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Ссылка истца, что он произвел отчуждение своего единственного жилья, также не является основанием к удовлетворению иска, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества в виде жилого помещения любому лицу.

Так, в силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность других.

Суд отмечает, что изменение взаимоотношений между сторонами, расторжение между ними брака, не является основанием для расторжения договора дарения, поскольку не относится к существенным нарушениям условий договора дарения или существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. По своей правовой природе договор дарения является безвозмездной сделкой и не может возлагать на одаряемого выполнение какого-либо встречного обязательства, либо ограничивать его на последующее распоряжение, пришедшего к нему в собственность недвижимого имущества.

Доводы истца о том, что одаряемая ФИО2 впоследующем произвела дарение спорного имущества своему сыну ФИО4 и в заключенном между указанными лицами договоре отсутствует пункт, который бы закреплял за ним – ФИО1 право сохранения пожизненного проживания в жилом доме отклоняются судом, поскольку не установлено нарушение прав истца на проживание в указанном жилом доме, он сам в судебном заседании подтвердил факт наличия у него беспрепятственного доступа в данный объект недвижимости, более того, договор дарения, заключенный между ответчицей и третьим лицом не оспаривается истцом, требований относительно него не заявлено, оценку ему суд не дает.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска и по данному основанию – расторжение договора дарения, поскольку существенных изменений обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, не произошло.

Суд полагает необходимым отметить, что желание истца, возникшее в настоящее время, проживать в спорном жилом доме с новой семьей, которую он создал в 2023 году, не является каким-либо юридически значимым основанием для признания оспариваемой сделки недействительной как в силу мнимости, так и в силу введения в заблуждение, а также не является основанием для отмены договора дарения или для расторжения договора дарения.

Иные доводы приведенные истцом, в том числе, что одаряемая испытывала корыстные мотивы и желала получить объекты недвижимости в угоду чувствам, не являются юридически значимыми не свидетельствуют о наличии каких-либо правовых оснований к удовлетворению заявленных исковых требований.

Доводы о покушении на целостность здоровья истца со стороны ответчицы, в связи с чем он опасается за свою жизнь, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения спора, ничем объективно не подтверждены, поэтому во внимание не принимаются и сами по себе не могут служить основанием к удовлетворению заявленных требований.

Основываясь на изложенном, суд приходит к тому, что в нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец не представил суду никаких доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований, как и не подтвердил факт нарушения его прав, свобод и охраняемых законом интересов в результате действий ответчика.

Оснований, предусмотренных для признания договора недействительным по заявленным основаниям ввиду мнимости сделки, совершения ее в результате заблуждения, а также оснований для отмены дарения либо расторжении оспариваемого договора в ходе рассмотрения спора не установлено и доказательствами не подтверждено, в связи с чем в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки мнимой и применении последствий ничтожности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме через Новосергиевский районный суд Оренбургской области.

Судья Н.В. Каменцова

Мотивированное решение изготовлено 03 августа 2023 года.

Судья Н.В. Каменцова