Решение № 2-652/2018 2-652/2018 (2-9513/2017;) ~ М-8091/2017 2-9513/2017 М-8091/2017 от 6 февраля 2018 г. по делу № 2-652/2018

Дело № 2-652/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 февраля 2018 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Ежовой И.А.,

при секретаре Хахалиной А.В.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО5,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования.

В обоснование иска истец указала, что в 2016 году ФИО2 обратилась к мировому судье в порядке частного обвинения с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст.115 УК РФ. Приговором мирового судьи судебного участка № Петропавловск-Камчатского судебного района Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ в рамках уголовного дела № по предъявленному ответчиком обвинению она была оправдана в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. Апелляционным постановлением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи оставлен без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 без удовлетворения. Полагая, что обращение ответчика к мировому судье в порядке частного обвинения не имело под собой действительных оснований, а было вызвано целью опорочить ее, как лицо, которое имело повод привлечь к ответственности саму ФИО2 за причинение истцу увечья, что подтверждено материалами уголовного дела, указала, что в ходе рассмотрения уголовного дела ответчик давала противоречивые показания относительно обстоятельств нанесения истцу телесных повреждений. Будучи уличенными во лжи, свидетели обвинения отказались от своих показаний, однако ФИО2 как частный обвинитель настаивала на опровергнутой объективно информации. Данные обстоятельства свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ответчика. Кроме того, длительный период рассмотрения указанного уголовного дела, продолжавшийся в течение 7 месяцев, на протяжении которых состоялось более 10 судебных заседаний, послужило причиной подавленного эмоционального состояния истца, глубоких переживаний по поводу несправедливых обвинений ФИО2, что тяготило её в связи с необходимостью оправдываться и защищаться от лживых показаний свидетелей обвинения, противоречивых показаний ответчика. В связи с присвоенным ей статусом обвиняемой по уголовному делу она постоянно испытывала унижение. Для защиты от уголовного преследования ею были понесены расходы по оплате услуг адвоката в размере 120 000 рублей. По изложенным основаниям, просила суд взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в связи с незаконным и необоснованным уголовным преследованием в размере 500 000 рублей, расходы по оплате услуг адвоката по уголовному делу в размере 120 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования к ФИО2 о взыскании судебных расходов по оплате услуг адвоката по уголовному делу, компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, поддержала по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснила, что в результате незаконно предъявленного ей обвинения и уголовного преследования она испытывала нравственные страдания, сильное нервное напряжение, переживания, связанные с необходимостью оправдываться и защищаться от лживых показаний свидетелей обвинения, противоречивых показаний ответчика. Ее нервное состояние негативно также отразилось на ее физическом здоровье, работоспособности, у нее ухудшился сон. Полагала, что обвиняя ее в умышленном причинении лёгкого вреда своему здоровью, и, инициировав судебный процесс в отношении нее, ответчик действовала из корыстных целей, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика.

Представитель истца ФИО5, действующая на основании ордера, требования своего доверителя поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме. Дополнительно суду пояснила, что в ходе разбирательства по уголовному делу потерпевшая (частный обвинитель) ФИО2 давала противоречивые показания относительно обстоятельств нанесения телесных повреждений. При этом, материалами уголовного дела факт получения телесных повреждений ФИО2 в результате действий ее доверителя подтверждения не нашел. Поскольку уличенные во лжи свидетели обвинения от своих показаний отказались, однако ФИО2 как частный обвинитель настаивала на опровергнутой объективно информации, полагала, в действиях ответчика имеет место факт злоупотребления правом.

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО6, действующая на основании ордера, иск не признали, полагая его необоснованным и не подлежащим удовлетворению по основаниям, изложенным в письменных и устных возражениях, согласно которым обращение ФИО2 с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения в отношении ФИО1 явилось правомерным поведением, связанным с реализацией права на защиту своих интересов, а не целью причинения истцу вреда. Суду пояснили, что <данные изъяты> 2016 года между ФИО1 и ФИО2 произошел конфликт, в ходе которого ответчик получила телесные повреждения. На место происшествия была вызвана скорая помощь, которая доставила ФИО2 в Камчатскую краевую больницу им. Лукашевского, где ей был поставлен диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушибленная рана глазной области справа, гематома глазничной области справа, артериальная гипертония, и оказана первая медицинская помощь. О факте причинения ФИО2 телесных повреждений медицинским учреждением было сообщено в полицию, данное сообщение было зарегистрировано в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчику был причинен легкий вред здоровью. Постановлением участкового уполномоченного УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому от ДД.ММ.ГГГГ материалы проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ были переданы мировому судье по подследственности, так как согласно материалам проверки органом дознания в действиях ФИО1 усматривались признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, уголовное преследование по которому осуществляется в порядке частного обвинения. О принятом решении орган дознания направил ФИО2 уведомление. Таким образом, ответчик реализовала свое право для обращения в государственные органы. Полагали, что факт вынесения в отношении истца оправдательного приговора, не является основанием для взыскания с ответчика убытков и денежной компенсации морального вреда, поскольку оснований полагать о злоупотреблении ФИО2 своим правом при обращении в порядке частного обвинения, не имеется. Кроме того указали, что на приговор мирового судьи, постановление суда апелляционной инстанции ответчиком подана кассационная жалоба.

Выслушав стороны и их представителей, исследовав материалы гражданского дела, обозрев материалы уголовного дела №, суд приходит к следующему.

Статьей 45 Конституции РФ закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

К таким способам защиты гражданских прав относится, в том числе, и возмещение убытков (ст. 12 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 указанной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В силу пункта 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ч. 1 и ч. 4 ст. 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем из п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно ч. 9 ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, приговором мирового судьи судебного участка № Петропавловск-Камчатского судебного района Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 оправдана по предъявленному ФИО2 частному обвинению, в связи с отсутствием в ее действиях указанного состава преступления. При этом, право на реабилитацию за ФИО1 не признавалось (л.д.9-25).

В ходе производства по указанному уголовному делу ФИО1 были понесены расходы на оплату услуг адвоката в сумме 120 000 рублей, что подтверждается представленными в материалы дела соглашением об оказании юридического обслуживания по уголовному делу от ДД.ММ.ГГГГ, а также копией квитанций серии КИ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.26,27).

Учитывая изложенное, суд полагает требования истца о возмещении за счет ответчика расходов на оплату услуг адвоката, понесенных им в ходе производства по уголовному делу обоснованным и подлежащим удовлетворению в заявленном размере.

Доводы стороны ответчика о том, что представитель истца ФИО5 в ходе судебного разбирательства по уголовному делу принимала участие не во всех судебных заседаниях, что отражено в материалах уголовного дела № и стороной истца в судебном заседании не оспаривалось, основанием для освобождения ответчика от возмещения процессуальных издержек не является, поскольку неявка защитника ФИО5 в одно судебное заседание по уголовному делу в отношении ФИО1 факт неоказания ей квалифицированной юридической помощи по данному уголовному делу в рамках заключенного соглашения с адвокатом ФИО5 не подтверждает.

Вместе с тем, разрешая вопрос о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями ст. 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Следовательно, вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, в том числе связанные с частным обвинением, основанием для взыскания компенсации морального вреда, зависит от наличия вины в действиях причинителя вреда (в данном случае - частного обвинителя) и причинно-следственной связи между его (причинителя) виновными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

На необходимость учета вины частного обвинителя, а также установления факта злоупотребления с его стороны правом при обращении с заявлением о привлечении к уголовной ответственности в случае оправдания подсудимого по уголовному делу в порядке частного обвинения, указывает и Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 17 октября 2011 года № 22-П и в определении от 2 июля 2013 года № 1058-О.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в названных актах Конституционного Суда Российской Федерации, само по себе обращение в суд с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения, поскольку каждый гражданин наделен конституционным правом на обращение в государственные органы и правом на судебную защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, взыскание компенсации морального вреда с частного обвинителя в порядке гражданского судопроизводства возможно, если суд установит наличие в его действиях вины, выразившейся в злоупотреблении правом, а именно в случае, если обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

При разрешении вопроса о возмещении вреда должны учитываться фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях.

В соответствии с ч. 1 ст. 20 Уголовно-процессуального кодекса РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно ч. 2 ст. 20 Уголовно-процессуального кодекса РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 данной статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке, привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ).

Таким образом, обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст. 23 Конституции Российской Федерации.

При этом, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы, не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.

С учетом изложенного при разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда лицу, обвиненного в совершении преступления.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась к мировому судье судебного участка № Петропавловск-Камчатского судебного района Камчатского края с заявлением о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения и привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст.115 УК РФ – умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.

Из содержания заявления ФИО2 в порядке частного обвинения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в обоснование необходимости привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст.115 УК РФ, ответчик ссылается на нанесение ей истцом телесных повреждений, подтвержденных заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело № л.д.2,3).

Как следует из вышеуказанного приговора, мировой судья, оправдывая ФИО1 по предъявленному ответчиком частному обвинению по ч. 1 ст. 115 УК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления, основываясь на анализе доказательств по делу, указал, что факт нанесения ФИО1 телесных повреждений частному обвинителю (ответчику), повлекших легкий вред здоровью, в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения, поскольку каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих о том, что преступление в отношении ФИО2 было совершено в результате умышленных действий ФИО1, суду не представлено. Между тем, позиция частного обвинителя ФИО2, отраженная в приговоре, не свидетельствует о том, что настаивая на привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, ответчик заведомо понимала, что в действиях последней отсутствует состав преступления (л.д.9-25, уголовное дело № л.д.176-188, 218-221).

Как пояснили в судебном заседании ФИО2 и ее представитель, ответчик обратилась к мировому судье с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения и привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст.115 УК РФ только после получения заключения судебно-медицинской экспертизы, а также уведомления УМВД РФ по г. Петропавловску-Камчатскому о том, что в действиях истца содержатся признаки указанного состава преступления.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по факту причинения ФИО2 телесных повреждений, приложенных к материалам уголовного дела и представленных стороной ответчика в материалы настоящего дела в копиях (л.д.49-65).

Из материалов КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в помещении ТЦ <данные изъяты> по <адрес> в г. Петропавловске-Камчатском ФИО2 в ходе конфликта с истцом получила телесные повреждения. О факте причинения ФИО2 телесных повреждений было сообщено в полицию медицинским учреждением, данное сообщение было зарегистрировано в КУСП № (л.д.55,56).

Согласно справке врача приемного отделения ГБУЗ «Камчатская краевая больница им. Лукашевского» от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 был поставлен диагноз: ЗЧМТ, СГМ, параорбитальная гематома справа. Рекомендовано лечение у невролога по месту жительства (л.д. 49).

В ходе осмотра врачом-офтальмологом указанного медицинского учреждения ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был поставлен диагноз: контузия вспомогательных органов правого глаза легкой степени, гематома обоих век, ссадина конъюнктивы правого глаза, рвано-ушибленная несквозная без повреждения ресничного края, рана нижнего правого глаза, сопутствующие: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. ФИО10 была выполнена первичная медицинская помощь по обработке ран, рекомендовано осмотр офтальмологом по месту жительства, снятие швов в отделении (л.д.49).

Заключением челюстно-лицевого хирурга от ДД.ММ.ГГГГ ответчику поставлен диагноз: ушиб мягких тканей лица слева, рвано-ушибленная рана подглазничной области справа, рекомендована перевязка и снятие швов у хирурга ДД.ММ.ГГГГ (л.д.50).

Как следует из письма заведующего лечебным отделением ГБУЗ «Петропавловск-Камчатская городская стоматологическая поликлиника» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 обращалась в медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра ей был поставлен диагноз: травматический дефект твердых тканей 21 зуба, проведена реставрация с возмещением утраченных твердых тканей пломбировочным материалом (л.д.52).

Согласно листу нетрудоспособности, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик находилась на больничном (л.д.54).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчику по ране нижнего века, потребовавшей ее ушивания, был причинен легкий вред здоровью (л.д.60,61).

Из заявления ФИО2 в адрес начальника УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому следует, что ответчик, указывая обстоятельства причинения ей телесных повреждений, просила установить лиц, причастных к нанесению ей телесных повреждений, и привлечь их к уголовной ответственности (материалы КУСП № л.д. 15).

Как следует из постановления участкового уполномоченного УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому от ДД.ММ.ГГГГ, должностное лицо, рассмотрев материалы проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в помещении ТЦ <данные изъяты> по <адрес> в г. Петропавловске-Камчатском в ходе конфликта между ФИО1, ФИО7 с одной стороны и ФИО2, ФИО8 с другой стороны произошла драка, в ходе которой ответчик получила телесные повреждения, усмотрел в действиях ФИО1 признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, уголовное преследование по которому осуществляется в порядке частного обвинения. В связи с чем данный материал проверки был передан мировому судье по подследственности. О принятом решении орган дознания направил ФИО2 уведомление (л.д.62,63).

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статей 12, 56, 67 ГПК РФ, и учитывая, что материалами дела подтверждается факт получения ФИО2 телесных повреждений, свидетельствующих о наличии у ответчика объективных оснований для обращения к мировому судье, суд приходит к выводу о том, что ответчик, обращаясь в суд с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности в порядке частного обвинения, реализовала свое конституционное право на обращение за судебной защитой, имея намерение защитить свои интересы, в связи с чем, оснований для возложения на ответчика обязанности возмещения денежной компенсации морального вреда не имеется.

Доводы истца и ее представителя о том, что в отсутствие достоверных показаний свидетелей со стороны обвинения, ФИО2, как частный обвинитель, продолжала поддерживать свое обвинение в отношении истца, являются не состоятельными, поскольку в силу ст. 22 Уголовно-процессуального кодекса РФ возможность поддерживать обвинение является диспозитивным правом частного обвинителя, которым он свободно распоряжается по своему усмотрению.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, в нарушение указанных требований истцом каких-либо допустимых и относимых доказательств факта обращения ответчика в суд с заявлением частного обвинения с целью необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности и намерением причинить ей вред, суду не представлено.

В соответствии с ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 3600 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг адвоката по уголовному делу в размере 120 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 600 рублей.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено «15» февраля 2018 года.

Судья И.А. Ежова

Оригинал решения находится в материалах дела

Петропавловск-Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-652/18