Решение № 2-447/2020 2-447/2020~М-231/2020 М-231/2020 от 17 мая 2020 г. по делу № 2-447/2020

61RS0017-01-2020-000478-86

2 – 447/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Зверево 18 мая 2020 года

Красносулинский районный суд в составе

Председательствующего судьи Красносулинского районного суда Ростовской области Самойленко М.Л.,

при секретаре Иньковой Н.С.,

с участием помощника прокурора г. Зверево Кумыкова А.В.,

истца ФИО1,

его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование иска указал, что в период работы у ответчика, заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ у него установлено <данные изъяты>% утраты трудоспособности по профзаболеванию <данные изъяты> Истец ссылается на испытываемые им вследствие полученного профзаболевания физические и нравственные страдания. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 422 676 руб. 14 коп., а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 25000 рублей.

В судебное заседание истец явился, исковые требования поддержал в полном объеме. <данные изъяты>. В связи с установлением группы был уволен с работы, в связи с чем ухудшилось и материальное положение.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности - в судебном заседании поддержал исковые требования, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская»» в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом.

В материалах дела имеются возражения ответчика относительно удовлетворения исковых требований истца со ссылкой на то, что Федеральное отраслевое соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-20121 годы не распространяется на предприятие АО «Шахтоуправление «Обуховская» в связи с отказом от присоединения к Соглашению. Кроме того, указывал на то, что истец работал длительное время на других предприятиях угольной промышленности, в связи с чем в причинении ему вреда здоровью, в связи с установлением профессионального заболевания, имеется вина работодателей, у которых он ранее осуществлял трудовую деятельность. Ссылаясь на положения п. 9.3 Коллективного договора и Дополнительное соглашение от 25.04.2018, полагает, что расчет компенсации морального вреда необходимо производить с учетом степени вины работодателя, в данном случае АО «Шахтоуправление «Обуховская».

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке ч.3 ст.167 ГПК РФ.

Участвующий в судебном заседании помощник прокурора г.Зверево Кумыков А.В. высказал мнение о необходимости удовлетворения требований истца в полном объеме.

Выслушав участников судебного заседания, изучив представленные в материалах гражданского дела документы, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.ст. 20,41 Конституции РФ, ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст.151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условия условий труда возлагаются на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч.2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно ч.3 ст.43 ТК РФ действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации,- на всех работников соответствующего подразделения.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

В силу п. 9.3 Коллективного договора установленная данными нормами выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности.

В данном случае работодатели и полномочные представители работников угольных предприятий пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в коллективном договоре, что не противоречит закону.

В силу ст. 237 ТК РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику, вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ либо в коллективном (трудовом) договоре.

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве проходчика подземного с полным рабочим днем на подземной работе (л.д. 6-8).

Судом установлено, что в период работы истца в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» ему причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: копия справки МСЭ <данные изъяты> (л.д.18), копия Акта <данные изъяты> о случае профессионального заболевания (л.д. 14-15), выписные эпикризы, справки о проведенных медицинских осмотрах, копия выписки из истории болезни (л.д. 22-23, 26-29)., санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО1 <данные изъяты> (10-12).

Истец утратил <данные изъяты> % профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская»».

Принимая во внимание наличие между работодателем и работником спора о размере компенсации морального вреда, с учетом положений ст.237 ТК РФ, суд приходит к выводу о законности требований настоящего иска.

Разрешая спор по существу, суд считает, что в данном случае на работодателе лежит обязанность денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем истцу не производились. Филиалом № 26 ГУ РРО ФСС РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 41 411 руб. 06 коп.

Согласно справке-расчету АО «Шахтоуправление «Обуховская»», среднемесячный заработок истца составил 58 010руб.90 коп. (л.д.19).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из следующего расчета: 58 010 руб.90 коп. /средний заработок/ х 20% х <данные изъяты> /процент утраты трудоспособности/ – 41 411 руб. 06 руб. /страховая выплата/ = 422 676 руб. 14 коп.

С учетом характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения профессионального заболевания, суд приходит к выводу, что данный размер компенсации морального вреда, определенный судом, соответствует требованиям разумности и справедливости.

При этом суд считает, что ответчиком не представлено доказательств того, что истец ФИО1 приобрел профессиональное заболевание на иных угледобывающих предприятиях и что во время работы его на других предприятиях это профессиональное заболевание было такой степени, при которой он утратил трудоспособность и его здоровью был причинён вред. При приеме на работу к ответчику он был признан годным к работе по своей профессии, именно в период работы у ответчика у него была установлена стойкая утрата трудоспособности по профессиональному заболеванию и группа инвалидности. В связи с этим следует вывод, что истец был принят в АО «Шахтоуправление «Обуховская» с такой степенью здоровья, которая позволяла ему исполнять трудовые обязанностей, но именно во время работы его у ответчика степень его профессионального заболевания достигла такого уровня, который привел к утрате его трудоспособности как основного показателя вреда его здоровью и одного из основных показателей причинения ему морального вреда.

Указанное обстоятельство подтверждено, в том числе, актом <данные изъяты> о случае профессионального заболевания (л.д. 14-15), согласно которому, по проводимым медицинским осмотрам истец был годен к работе по своей профессии. Профессиональное заболевание отсутствовало.

Что касается возмещения расходов на оплату юридических услуг, то в соответствии со ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом предоставлена квитанция-договор <данные изъяты> об оплате юридических услуг на сумму 25 000 рублей (л.д.49).

С учетом объема оказанных юридических услуг: подготовка искового заявления в суд, представление интересов истца в суде, количества судебных заседаний, характера спора и подлежащего защите права, суд считает подлежащим взысканию с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей, как отвечающим принципу разумности и справедливости.

При расчете государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, суд считает, что государственную пошлину необходимо взыскать в сумме 300 рублей 00 копеек. Так как именно эту сумму истец дожжен был уплатить при подаче искового заявления. Но был освобожден от ее уплаты в силу закона.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 321 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская» в пользу ФИО1

- компенсацию морального вреда в размере 422 676 руб. 14 коп.

-расходы на представителя в размере 25000 руб.

Взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд, через Постоянное судебное присутствие в г. Зверево Красносулинского районного суда Ростовской области в течение месяца со дня принятия судьей решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 23.05.2020 г.

Судья: М.Л. Самойленко