Решение № 2-2486/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 2-2486/2017

Дело №2-2486/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

31 августа 2017 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Пашкиной О.А.,

при секретаре Сосуновой К.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании за счет Казны Российской Федерации стоимости услуг по восстановительному ремонту автомобиля, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

истец ФИО1 (далее по тексту – истец, ФИО1) обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, Межмуниципальному отделу МВД России «Глазовский» о взыскании стоимости услуг по восстановительному ремонту с учетом износа деталей автомобиля ГАЗ 3302, 1999 года выпуска, в размере 426016,74 руб., компенсации морального вреда в размере 30000,00 руб., расходов на оплату экспертного заключения об оценке рыночной стоимости возмещения ущерба в размере 3000,00 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 7460,17 руб.

При рассмотрении дела истец ФИО1 на основании ст. 39 ГПК РФ неоднократно изменял исковые требования. С учетом уточненных исковых требований истец просит взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации стоимость услуг по восстановительному ремонту без учета стоимости износа деталей автомобиля ГАЗ 3302, 1999 года выпуска, в размере 426016,74 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 30000,00 руб., мотивируя тем, что 17 февраля 2007 года автомобиль ГАЗ 3302, <данные изъяты>, в рамках розыскных мероприятий по заявлению Ш.В.А. был задержан и помещен сотрудниками ГИБДД УВД г. ФИО9 и Глазовского района на специализированную автостоянку «Никольск-авто» по адресу: <адрес>, принадлежащую индивидуальному предпринимателю ФИО2 Порядок и основания помещения транспортных средств на специализированную автостоянку регламентируется ст. 27.13 КоАП РФ. В момент задержания вышеуказанного транспортного средства автомобиль не эксплуатировался, из чего следует, что автомобиль не могли задерживать сотрудники ГИБДД УВД г. ФИО9 и Глазовского района, а тем более помещать на специализированную автостоянку. Оформление материалов при задержании разыскиваемых транспортных средств проводится в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства. Решением Глазовского городского суда право собственности на автомобиль признано за истцом. В связи с тем, что основания для подачи в розыск автомобиля по заявлению о розыске Ш.В.А. подтверждены не были, и с целью возврата вышеуказанного автомобиля неоднократно осуществлялся выход в адрес места хранения автомобиля на специализированную автостоянку «Никольск-авто» по адресу: <адрес>, а также была осуществлена переписка с руководством полиции. В конце 2014 года установлено, что вышеуказанный автомобиль, находившийся на стоянке, принадлежавшей ФИО2, был разобран практически до основания неустановленными лицами, а запчасти с него пропали. 13 февраля 2015 года возбуждено уголовное дело <номер> по факту хищения запасных частей с транспортного средства по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, расследование по которому приостановлено. До настоящего времени задержанный и поставленный на специализированную автостоянку автомобиль, принадлежащий истцу, сотрудниками ММО МВД России «Глазовский» не возвращен, большая часть деталей с автомобиля утрачена, в связи с чем истцу причинен материальный ущерб, согласно экспертному заключению он составляет 426016,74 руб. Бездействием сотрудников ММО МВД «Глазовский», не возвращением автомобиля собственнику истцу причинен моральный вред, выразившийся в невозможности использования собственного транспортного средства по назначению на протяжении всего времени с 2007 года. Безрезультатная переписка и личное общение с ответчиком, которые не привели к положительному результату, приведшие к утрате запчастей с автомобиля, судебные тяжбы и обращения в правоохранительные органы по данному спору, привели к причинению морального вреда, который истец оценивает в размере 30000,00 руб. Таким образом, в результате действий по постановке сотрудниками ГИБДД УВД г. ФИО9 и Глазовского района на специализированную автостоянку автомобиля истца и невозвращении автомобиля истцу причинен имущественный вред в указанном размере. Исковые требования основаны на положениях ст.ст. 151, 1064, 1069, 1070 ГК РФ. При подаче иска истец произвел расходы на оплату государственной пошлины в размере 7460,17 руб., расходы на оплату экспертного заключения по оценке рыночной стоимости возмещения ущерба в размере 3000,00 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере 7000,00 руб., которые на основании ст. 94 ГПК РФ просит взыскать с ответчика.

Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска от 29 марта 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска от 25 мая 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Администрация г. ФИО9.

Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска от 20 июля 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федерального казначейства по Удмуртской Республике.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1

Представители истца ФИО1 – ФИО4, ФИО5, действующие на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, просила отказать в их удовлетворении по основаниям, изложенным в возражениях, приобщенных к материалам дела.

Представители третьих лиц Межмуниципального отдела МВД России «Глазовский», Администрации г. ФИО9, Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц Межмуниципального отдела МВД России «Глазовский», Администрации г. ФИО9, Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике.

Третьи лица ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц ФИО2, ФИО3

Выслушав представителей истца ФИО1, представителя ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации, изучив и проанализировав материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд устанавливает следующие обстоятельства, имеющие значение по делу, и приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 17 февраля 2007 года автомобиль марки ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак <номер>, эвакуирован с помощью эвакуатора и помещен командиром взвода ДПС ГИБДД УВД по г. Глазову и Глазовскому району ФИО3 на охраняемую стоянку по адресу: <адрес>, которая эксплуатировалась индивидуальным предпринимателем ФИО2 В подтверждение этого факта представлен акт приема-передачи транспортного средства для помещения на специализированную стоянку от 17.02.2007 <номер>, составленный командиром взвода ДПС ГИБДД УВД по г. Глазову и Глазовскому району ФИО3 (том №1, л.д. 121). Согласно этому акту у автомобиля отсутствует двигатель, в кузове находятся «запчасти», «перед разбит».

Платная автостоянка по <адрес> принята в эксплуатацию постановлением Администрации г. ФИО9 от 04.08.2005 <номер> (т. 1 л.д. 221).

Факт задержания транспортного средства командиром взвода ДПС ГИБДД УВД по г. Глазову и Глазовскому району ФИО3 и помещения его на охраняемую стоянку, которая эксплуатировалась индивидуальным предпринимателем ФИО2, осуществлявшим услуги по транспортировке, хранению и выдаче задержанных транспортных средств, подтверждается пояснениями третьего лица ФИО3, представителя третьего лица ФИО2 – ФИО7, данными ими в судебном заседании, а также письменными пояснениями третьего лица ФИО2, приобщенными к материалам дела, и сторонами по делу не оспаривается. Документов, подтверждающих признание данного автомобиля вещественным доказательством, материалы дела не содержат и истцом не представлено.

07 февраля 2007 года в УВД по г. Глазову и Глазовскому району поступило заявление Ш.В.А. о том, что им отменена доверенность на право распоряжения транспортным средством ГАЗ 3302, 1999 года выпуска, государственный регистрационный знак <номер>, выданная ФИО5, в связи с чем он просил задержать данный автомобиль и сообщить об его местонахождении. На этом основании указанное транспортное средство объявлено в розыск. Данное обстоятельство установлено на основании пояснений третьего лица ФИО3, данных им в судебном заседании, а также заключения по результатам рассмотрения заявления ФИО5, утвержденного 08.05.2014 начальником ММО МВД России «Глазовский» ФИО8 Указанное обстоятельство подтверждается материалами дела, истцом не опровергнуто, и сторонами по делу не оспаривается.

По информации ММО МВД России «Глазовский» от 21.03.2017 в настоящее время материал проверки по заявлению Ш.В.А. от 2007 года о розыске и задержании принадлежащего ему транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак <номер>, уничтожен (т. 1 л.д. 205).

Согласно сведениям Управления ГИБДД МВД по УР от 07.03.2017 <номер>, предоставленным по запросу суда, по учетным данным Федеральной информационной системы Государственной инспекции безопасности дорожного движения-М (ФИС ГИБДД-М) автомобиль ГАЗ-3302, <данные изъяты> на имя Ш.В.А.. 10 сентября 2008 года в МРЭО ГИБДД при УВД <адрес> вышеуказанная запись удалена как ошибочно введенная. По данным УГИБДД МВД по УР указанный автомобиль не зарегистрирован за истцом ФИО1

Решением Глазовского городского суда Удмуртской Республики от 27 июня 2007 года по делу №2-1257/07, вступившим в законную силу 09 июля 2007 года, за ФИО1 признано право собственности на автомобиль ГАЗ 3302, <данные изъяты>. Решение является основанием для постановки на учет в органах ГИБДД вышеуказанного автомобиля за ФИО1 (т. 1 л.д. 226).

Как указано в этом решении суда, Ш.В.А., привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, в судебном заседании пояснил, что выдал ФИО5 нотариально удостоверенную доверенность на право продажи автомобиля, которую он отозвал, поскольку ФИО5 не регистрировал транспортное средство.

Таким образом, на момент задержания транспортного средства командиром взвода ДПС ГИБДД УВД по г. Глазову и Глазовскому району ФИО3 и помещения его на охраняемую стоянку у должностного лица органа внутренних дел отсутствовали данные о принадлежности данного автомобиля истцу ФИО1, поскольку по учетным данным ФИС ГИБДД-М транспортное средство было зарегистрировано за Ш.В.А. и находилось в розыске по его заявлению.

Данное обстоятельство истцом не опровергнуто, доказательства того, что должностному лицу ответчика в момент задержания и помещения транспортного средства на охраняемую стоянку предъявлялись документы, удостоверяющие право собственности ФИО1 на автомобиль, суду не представлены.

В силу п. 23 ст. 11 Закона РФ от 18.04.1991 №1026-1 «О милиции», действовавшего на момент задержания транспортного средства, должностное лицо ответчика обладало полномочиями по задержанию транспортного средства, находящегося в розыске.

Как следует из решения Глазовского городского суда Удмуртской Республики от 27 июня 2007 года по делу №2-1257/07, ФИО5 на основании доверенности продал автомобиль ФИО1 по договору купли-продажи от 20 января 2007 года. Согласно акту приема-передачи от 23 января 2007 года автомобиль передан ФИО5 ФИО1 Указанный договор купли-продажи с актом приема-передачи представлен суду истцом.

В то же время, учитывая самостоятельное обращение истца в Глазовский городской суд Удмуртской Республики за признанием права собственности на автомобиль, суд приходит к выводу, что на момент задержания транспортного средства существовал спор о праве собственности на автомобиль. Поскольку Ш.В.А. отозвана доверенность, на основании которой ФИО5 продал автомобиль истцу ФИО1 и заключил с ним договор купли-продажи, право собственности на транспортное средство признано за ФИО1 на основании решения Глазовского городского суда Удмуртской Республики от 27 июня 2007 года, вступившего в законную силу 09 июля 2007 года, в связи с чем 17 февраля 2007 года на момент задержания транспортного средства и помещения его на охраняемую стоянку действия должностного лица органа внутренних дел права и законные интересы истца ФИО1 не затрагивали и не могли повлечь их нарушение.

Заключение между УВД по г. Глазову и Глазовскому району и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в 2007 году договора о взаимодействии с лицом, ответственным за хранение транспортных средств на специализированной стоянке и их выдачу, представитель ответчика МВД РФ, представитель третьего лица ММО МВД России «Глазовский» и представитель третьего лица ФИО2 не отрицали, в связи с чем суд устанавливает данное обстоятельство на основании их пояснений.

В письменных пояснениях третьего лица ФИО2, приобщенных к материалам дела, он указывает, что в период с 2007 по 2008 годы он имел статус индивидуального предпринимателя, между ним и УВД г. ФИО9 и Глазовского района были заключены договоры, согласно которым он осуществлял услуги по транспортировке, хранению и выдаче задержанных транспортных средств. 17 февраля 2007 года на автостоянку был поставлен автомобиль ГАЗ 3302, который был не на ходу, был разобран, отсутствовал как минимум двигатель, передняя часть автомобиля была разбита. Факт передачи транспортного средства после задержания на хранение ФИО2 на охраняемую стоянку сторонами по делу не оспаривается.

Исходя из пояснений третьего лица ФИО3, в июле 2007 года, когда ФИО1 представил решение суда, он выдал ему письменное разрешение на выдачу автомобиля.

В материалах дела имеется справка, подписанная командиром взвода ДПС ФИО3, в соответствии с которой он просит выдать ГАЗ 3302 К378ОК/59 У.Г.В. на основании решения суда. К справке приложена доверенность от 22 июля 2007 года, выданная ФИО1 У.Г.В., которой истец уполномочил доверенное лицо получить с автостоянки по <адрес> автомобиль ГАЗ-3302, <данные изъяты>, принадлежащий ему по решению Глазовского городского суда. Доверенность датирована 22 июля 2007 года, подписана истцом 25 июля 2007 года, со сроком действия до 01 октября 2007 года. Поскольку пояснения третьего лица ФИО3 в указанной части стороной истца не опровергнуты и не оспаривались, доверенность истцом на имя У.Г.В. выдана 25 июля 2007 года, суд исходит из факта установления обстоятельства, что разрешение на выдачу транспортного средства со специализированной стоянки выдано ФИО3 истцу в июле 2007 года. Указанное обстоятельство сторонами по делу не оспаривается.

Таким образом, истец ФИО1, по своему усмотрению распоряжаясь правами владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему транспортным средством, право собственности на которое признано за ним на основании решения суда, вступившего в законную силу 09 июля 2007 года, и имея разрешение должностного лица органа внутренних дел на получение автомобиля со специализированной стоянки, вправе был истребовать транспортное средство у индивидуального предпринимателя ФИО2, эксплуатировавшего специализированную стоянку и осуществлявшего услуги по хранению и выдаче задержанных транспортных средств. Исходя из последовательных пояснений представителей истца ФИО1 – ФИО4 и ФИО5, данных ими в судебном заседании, истец не оспаривает получение от ФИО3 разрешения на выдачу транспортного средства со специализированной стоянки, при этом автомобиль индивидуальным предпринимателем ФИО2 при предъявлении этого разрешения доверенному лицу истца не выдан.

Тем самым, в судебном заседании установлено, что с момента признания за ФИО1 на основании решения суда права собственности на автомобиль уполномоченным должностным лицом органа внутренних дел при устранении причин, явившихся основанием для задержания транспортного средства, истцу выдано разрешение на получение автомобиля со специализированной стоянки. Каких-либо ограничений или препятствий в реализации правомочий истца как собственника в отношении транспортного средства со стороны органов внутренних дел с этого момента не устанавливалось. Последующий отказ индивидуального предпринимателя ФИО2 в выдаче автомобиля со специализированной стоянки по каким-либо причинам и нахождение транспортного средства на указанной стоянке с момента устранения оснований для этого не зависят от воли должностного лица органа внутренних дел, не могут быть вменены ему в вину и в причинно-следственной связи с его решениями, действиями (бездействием) не состоят.

Сторонами по делу, в том числе третьим лицом ФИО10, не оспаривалось, что в период с 2007 по 2008 годы (в том числе, с февраля по июль 2007 года) ФИО10 осуществлял услуги по хранению и выдаче задержанных транспортных средств. Вместе с тем, истец ФИО1, первоначально обратившись с настоящим иском в суд к ФИО2, заменил указанного ответчика на Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Как следует из материалов уголовного дела №15/5541, исследованных в судебном заседании, 13 февраля 2015 года дознавателем ОД ММО МВД России «Глазовский» возбуждено уголовное дело №15/5541 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, о чем вынесено соответствующее постановление. Из указанного постановления следует, что в неустановленный период времени до 2014 года неизвестный, находясь в неустановленном месте на территории г. Глазов, тайно, путем свободного доступа похитил запчасти с автомобиля марки «Газель», г/н <номер>, причинив тем самым материальный ущерб ФИО5 (л.д. 2).

Постановлением дознавателя ОД ММО МВД России «Глазовский» от 14 марта 2015 года возбуждено уголовное дело №15/5866 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 325.1 УК РФ, в отношении неизвестного по факту того, что в неустановленный период времени до 2014 года неизвестный, находясь в неустановленном месте на территории г. Глазов, тайно, путем свободного доступа похитил регистрационный знак <номер>, принадлежащий ФИО5 (л.д. 7).

На основании постановления заместителя прокурора Глазовской межрайонной прокуратуры Шерман О.Е. от 15.04.2015 уголовное дело №15/5541 соединено в одно производство с уголовным делом №15/5866, соединенному уголовному делу присвоен номер 15/5541 (л.д. 9).

Постановлением дознавателя ОД ММО МВД России «Глазовский» от 13 февраля 2015 года ФИО5 признан потерпевшим по уголовному делу №15/5541 (л.д. 81).

Постановлением дознавателя ОД ММО МВД России «Глазовский» от 31 декабря 2016 года уголовное дело №15/5541 в отношении неустановленного лица прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности. Вещественные доказательства по уголовному делу отсутствуют.

Приведенные обстоятельства не свидетельствуют о том, что ущерб автомобилю причинен в результате виновных действий (бездействия) сотрудников внутренних дел. Лицо, разукомплектовавшее автомобиль, в ходе предварительного расследования не установлено.

Право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами гарантировано государством (статья 45 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Выбор способа защиты нарушенного права из предусмотренных законодательством способов принадлежит истцу.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 ГК РФ, относится, в частности возмещение убытков, под которыми понимаются, в том числе расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В ст. 16 ГК РФ закреплена обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления.

Как следует из п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По смыслу положений ст.ст. 15, 16, 1064, 1069 ГК РФ, требование о возмещении ущерба от незаконных действий может быть удовлетворено только в случае, когда доказаны одновременно факт причинения вреда, его размер, незаконность действий (бездействия) государственного органа и его должностного лица, причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года №1-П по делу о проверке конституционности положения п. 2 ст. 1070 ГК РФ, отсутствие в конституционных нормах (ст. ст. 52, 53 Конституции Российской Федерации) непосредственного указания на необходимость вины соответствующего должностного лица или лиц, выступающих от имени органа государственной власти, как на условие возмещения государством причиненного вреда, не означает, что вред возмещается государством независимо от наличия вины. Наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно.

С учетом изложенного по настоящему делу на истце лежала обязанность доказать факт причинения ему вреда незаконными действиями (бездействием) должностных лиц государственного органа, а на ответчике - законность таких действий (бездействия), отсутствие вины, наличие иных обстоятельств, освобождающих от ответственности либо уменьшающих ее размер.

По смыслу ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истец просит взыскать с ответчика стоимость услуг по восстановительному ремонту автомобиля в размере 426016,74 руб., которая определена им без учета износа деталей на основании отчета от 20 апреля 2015 года №15/0415-21, составленного ООО «РосОценка».

Вместе с тем, учитывая вышеприведенные доказательства и установленные фактические обстоятельства по делу, суд приходит к выводу, что каких-либо доказательств, подтверждающих наличие вины сотрудников органов внутренних дел в причинении ущерба транспортному средству, противоправности их поведения и причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде причинения вреда, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено, также как и материалы настоящего дела не содержат таких доказательств.

Должностными лицами органа внутренних дел при получении документов, подтверждающих наличие у ФИО1 права собственности на автомобиль, удержание транспортного средства не производилось, истцу выдано разрешение на получение автомобиля. То обстоятельство, что истец не получил автомобиль на охраняемой стоянке, на которой транспортному средству был причинен ущерб, не зависит от воли должностных лиц органа внутренних дел, а также не свидетельствует о незаконности их действий (бездействия) и наличии вины в причинении вреда. Тот факт, что разукомплектование автомобиля произошло в период его задержания органом внутренних дел, то есть с 17 февраля 2007 года до июля 2007 года, истцом не представлено. Как следует из показаний ФИО5, данных им в качестве потерпевшего по уголовному делу №15/5541, в 2008 году он приезжал на стоянку, посмотрел машину, все было в порядке (л.д. 82).

Транспортное средство истца на хранение ответчику не передавалось, ему не вверялось, осуществление контроля за состоянием переданного на хранение имущества в полномочия органов внутренних дел не входит.

Согласно исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела №15/5541 непосредственно ущерб транспортному средству причинен неустановленным лицом. То обстоятельство, что такой ущерб причинен виновными действиями должностных лиц органа внутренних дел, истцом не доказано. Причинение истцу вреда в виде имущественного ущерба, вызванного разукомплектованием автомобиля, не находится в причинно-следственной связи с действиями (бездействием) должностных лиц ответчика.

Кроме того, истцом не доказан размер стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, поскольку его оценка произведена истцом без учета того обстоятельства, что на момент задержания автомобиля у него отсутствовал двигатель, передняя часть была повреждена, что отражено в акте приема-передачи от 17.02.2007.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что правовые основания для удовлетворения исковых требований истца ФИО1 о взыскании с ответчика стоимости услуг по восстановительному ремонту без учета стоимости износа деталей автомобиля ГАЗ 3302, 1999 года выпуска, в размере 426 016,74 руб. отсутствуют.

Исходя из ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В судебном заседании не установлено наличие противоправных действий должностных лиц ответчика, повлекших наступление негативных последствий для истца в виде физических или нравственных страданий. Суду не были представлены доказательства нарушения личных неимущественных прав истца виновными действиями должностных лиц ответчика.

Поскольку истцом не были представлены доказательства нарушения его личных неимущественных прав, виновных действий должностных лиц, состоящих в причинной связи с таким нарушением, а действующим законодательством компенсация морального вреда за нарушение имущественных прав не предусмотрена, а также учитывая, что требования о компенсации морального вреда являются производными, суд приходит к выводу, что исковые требования истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Рассматривая заявление представителя ответчика о применении срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исходя из п. 1 ст. 196, п. 1 ст. 200 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что о причинении автомобилю ущерба в том размере, за взысканием которого истец обратился с настоящим иском, истец ФИО1 узнал в 2014 году, что следует из показаний ФИО5, данных им в качестве потерпевшего по уголовному делу №15/5541, а также его пояснений в судебном заседании. Уголовное дело по данному факту возбуждено 13 февраля 2015 года, размер ущерба установлен на основании отчета №15/0415-21 от 20 апреля 2015 года. Истец обратился в суд с настоящим иском 22 июля 2016 года, в связи с чем срок исковой давности для обращения с иском в суд им не пропущен.

Поскольку исковые требования истца не подлежат удовлетворению, судебные расходы истца не подлежат возмещению за счет ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании за счет Казны Российской Федерации стоимости услуг по восстановительному ремонту автомобиля, компенсации морального вреда, судебных расходов оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено судьей на компьютере 01 сентября 2017 года.

Председательствующий судья О.А. Пашкина