Апелляционное постановление № 22-563/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья ФИО4

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес>

12 марта 2026 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи ФИО11,

при секретаре судебного заседания ФИО5,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры <адрес> ФИО6,

защитника- адвоката ФИО10, представляющего интересы ФИО1,

заинтересованного лица Свидетель №17

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе заинтересованного лица Свидетель №17 на постановление <адрес> районного суда г.Н.Новгорода от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес> кв-л <адрес><адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, женатый, трудоустроен директором <данные изъяты>», ранее не судимый,

освобожден от уголовной ответственности на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 172 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено,

Избранная ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменена.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу определена.

УСТАНОВИЛ:

Постановлением суда уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 172 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено, ФИО1 освобожден от уголовной ответственности на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

В суде первой инстанции вину ФИО1 свой вовлеченности в осуществление при управлении подконтрольными ему организациями (<данные изъяты>») в соучастии с Свидетель №17 операций, характеризующихся с юридической точки зрения, как незаконная банковская деятельность, не оспаривал. Между тем выразил несогласие с выводами следствия о его причастности к деятельности иных, использованных Свидетель №17 по своему усмотрению в схеме по обналичиванию денежных средств, организаций, а также о размере извлеченного им в результате указанной деятельности дохода.

Вместе с тем от дачи показаний по обстоятельствам дела отказался, воспользовавшись правом, гарантируемым ему положениями статьи 51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе заинтересованное лицо Свидетель №17 просит постановление суда отменить, как незаконное и необоснованное, оспаривая решение о конфискации в доход государства денежных средств в сумме 1 373 000 рублей, изъятые при обыске в ее жилище. В обосновании доводов просит учесть, что фактически судом первой инстанции в постановлении исследовалось правомерная деятельность Свидетель №17, а не обвиняемого ФИО1, что нарушает её права.

Кроме того указывает, что судом не дана надлежащая оценка доказательств, в основу которых положена не проведенная экспертиза, а подсчеты подсудимого ФИО1 А также просит учесть, что, судом были нарушены нормы процессуального права, выразившиеся в её не извещении о принятом решении, касающиеся её прав и обязанностей.

Просит учесть, что судом было принято решение об обращении взыскания в доход государства денежных средств, являющихся средством обеспечения исполнения приговора по уголовному делу в части гражданского иска, взыскания штрафа, и на которые был наложен арест.

Просит обратить внимание на то, что при подаче ходатайства о возврате ей денежных средств предоставлялось ряд документов подтверждающих происхождение изъятых денежных средств.

Однако она судом на рассмотрение поданного ей заявления не вызывалась, оценка представленным доказательствам в постановлении суда не дана.

С процессуальными документами, имеющимися в уголовном деле, ей ознакомиться не удалось.

Прокурор ФИО7 просила постановление суда оставить без изменения.

В судебном заседании заинтересованное лицо Свидетель №17 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила постановление суда в отношении ФИО1- отменить в части решения вопроса о конфискации в доход государства денежных средств в сумме 1 373 000 рублей, изъятые при обыске в ее жилище, вернуть названную сумму ей как законному владельцу.

Представляющий интересы ФИО1 адвокат ФИО8, не оспаривая правосудность приговора по существу, поддержал позицию заинтересованного лица Свидетель №17 об отмене решения о конфискации денежных средств.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в предоставлении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в соучастии с Свидетель №17, осужденной по рассматриваемым обстоятельствам приговором <адрес> районного суда г<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу (далее – Свидетель №17), в нарушение требований Федерального закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О банках и банковской деятельности», без регистрации в установленном порядке юридического лица (кредитной организации) и получения специального разрешения (лицензии), гражданам и юридическим лицам услуг по открытию и ведению банковских счетов физических и юридических лиц, а также кассовому обслуживанию физических и юридических лиц, то есть противоправной деятельности по незаконному обналичиванию денежных средств в интересах третьих лиц.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 были квалицированы по ч.1 ст. 172 УК РФ.

В силу ч.4 ст.14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Находя установленным факт использования ФИО1 в незаконной банковской деятельности подконтрольных ему организаций <данные изъяты>», суд первой инстанции верно отмметил, что в силу ч.1 ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Общая сумма дохода в виде комиссионного вознаграждения, извлеченная от средств, как поступивших на счета, так и перечисленных со счетов подконтрольных ФИО1 организаций <данные изъяты>» составила 3319153 руб. 53 коп. (560877,94 + 1913026,03 + 845249,56 = 3319153,53).

Между тем, положения ч.1 ст.172 УК РФ (по которой органами следствия были квалифицированы действия ФИО1) ставят возможность привлечения к уголовной ответственности за осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) под условие причинения указанными действиями крупного ущерба гражданам, организациям или государству либо извлечения дохода в крупном размере.

На момент принятия решения о возбуждении рассматриваемого уголовного дела сумма извлеченного Свидетель №17 в соучастии непосредственно с ФИО1 в результате незаконной банковской деятельности дохода (3 319 153,53 руб.) действительно являлась достаточной для привлечения последнего к уголовной ответственности.

Между тем в силу изменений, внесенных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 79-ФЗ в примечание к статье 170.2 УК РФ, для целей статьи 172 УК РФ крупным размером, крупным ущербом, доходом либо задолженностью в крупном размере признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей 3 500 000 (три миллиона пятьсот тысяч) рублей.

На основании ч.1 ст.10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу.

При таких обстоятельствах суд обоснованно, исходя из установленной органами следствия формы соучастия вовлеченных в незаконную банковскую деятельность лиц (предварительный сговор), инкриминируемое ФИО1 деяние признал декриминализованным новым уголовным законом, в связи с чем состав преступления в его действиях отсутствует.

В силу п.2 ч.1 и ч.2 ст.24 УПК РФ при отсутствии в деянии состава преступления возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, что в рассматриваемом случае не противоречит позиции подсудимого ФИО1, не оспаривавшего своей вовлеченности в незаконную банковскую деятельность, связанную с обналичиванием денежных средств, в соучастии с Свидетель №17, однако настаивавшего на освобождении его от уголовной ответственности по мотиву декриминализации содеянного.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 и его освобождени от уголовной ответственности на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Постановление суда в этой части исчерпывающе мотивировано, основано на совокупности допустимых исследованных доказательств, которым суд дал надлежащую оценку, и с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам, изложенным в жалобе Свидетель №17 судьба вещественных доказательств была ( решение о конфискации денежных средств в сумме 1 370 000 рублей, изъятых в ходе обыска в жилище Свидетель №17) разрешена в соответствии с требованиями закона на основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

В подтверждение позиции о правомерности владения названной суммой денежных средств, Свидетель №17 был представлен суду договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого автомобиль «Субару IMPREZA XV», государственный регистрационный знак № продан последней ФИО2, с получением от него денежных средств в размере 1 370 000 руб.

Юридически переход права собственности на указанный автомобиль закреплен фактом регистрации такового на имя ФИО2 в органах ГИБДД ДД.ММ.ГГГГ (т.20 л.д.97).

Однако, как верно установил суд первой инстанции, совокупность исследованных доказательств свидетельствует о том, что составлению договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, связанного с отчуждением автомобиля, предшествовал факт длительного знакомства Свидетель №17 с ФИО2, сопряженного с фактической осведомленностью последнего о характере осуществляемой Свидетель №17 незаконной банковской деятельности, связанной с обналичиванием денежных средств, о чём в числе и письменных доказательств имеющиеся в материалах уголовного дела.

Суд исчерпывающе мотивированно отнес ФИО2 к числу приближенных Свидетель №17 лиц, что в совокупности с тем, что на момент пресечения противоправной деятельности автомобиль «Субару IMPREZA XV», государственный регистрационный знак №, де-факто находился в распоряжении самой Свидетель №17 (о чем с очевидностью говорит протокол обыска в указанном автомобиле (т.3 л.д.21-23), замечаний на который относительно принадлежности автомобиля Свидетель №17 не приносила), а перерегистрация такового на ФИО2 в ГИБДД имела место уже после проведения обыскных мероприятий (ДД.ММ.ГГГГ), с очевидностью говорит о мнимости выраженной в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ сделки.

Наряду с тем, что автомобиль «Субару IMPREZA XV», государственный регистрационный знак №, после ДД.ММ.ГГГГ вплоть до пресечения противоправной деятельности Свидетель №17 находился в её фактическом владении (имела при себе ключи от указанного автомобиля; парковала его у своего дома) о недостоверности предоставленного последней договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (нереальности сделки) говорит совокупность таких факторов, как: 1) отсутствие объективных доказательств предшествовавшего изыскания ФИО2 денежных средств в соответствующем условиям указанного договора размере (выписок по банковским счетам, свидетельствующих о распоряжении ФИО2 соответствующими средствами; сведений о банковских переводах или снятии денежных средств со счета и пр.); 2) определение цены договора без реального учета износа транспортного средства на протяжении 2-х лет его эксплуатации (стоимость покупки ДД.ММ.ГГГГ – 1 380 000 руб.; стоимость продажи по условиям договора от ДД.ММ.ГГГГ – 1 373 000 руб.).

Таким образом, основываясь на вышеприведенных фактах, суд пришел к верному убеждению, что оформление, представленного Свидетель №17, договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ не было направлено на реальное возникновение взаимных прав и обязанностей его сторон в рамках совершения гражданско-правовой сделки по отчуждению имущества, а совершено на доверии исключительно с целью легитимации изъятых к тому времени в жилище Свидетель №17 денежных средств, то есть формирования у суда ложной убежденности в получении таковых не в результате осуществляемой незаконной банковской деятельности по обналичиванию денежных средств, а вследствие допустимых гражданских правоотношений (мнимая сделка).

В силу ч.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При таких обстоятельствах, отвергая предоставленные Свидетель №17 доказательства извлечения дохода в результате продажи автомобиля, учитывая вовлеченность Свидетель №17 в противоправную деятельность и характер таковой, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что причиной нахождения в жилище последней наличных денежных средств в размере 1 373 000 рублей, то есть в сумме, кратно превышающей величину обыденных трат человека для обеспечения текущих жизненных потребностей, явилась незаконная банковская деятельность, связанная с обналичиванием денежных средств в интересах третьих лиц, факт осуществления которой Свидетель №17 констатирован вступившим в законную силу приговором <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В свою очередь в свете реализуемой Свидетель №17 в соучастии с иными лицами схемы незаконной банковской деятельности, заключающейся в изначальном формировании у соучастников определенного объема наличных денежных средств с последующим подстраиванием под инкассацию указанных средств конечным получателям (осуществляемую через Свидетель №17) фиктивных банковских операций, оправдывающих списание денежных средств со счетов юридических лиц в отсутствие реальных коммерческих отношений, изъятые у Свидетель №17 денежные средства в сумме 1 373 000 рублей являются ничем иным, как средством совершения ею преступления.

В силу п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации.

При таких обстоятельствах являющиеся средством совершения преступления наличные денежные средства в сумме 1 373 000 рублей, изъятые при обыске в жилище Свидетель №17 и признанные по делу вещественным доказательством, суд верно нашел подлежащими конфискации в порядке п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, что не противоречит положениям пунктов 4 и 6 той же нормы закона, поскольку в силу изложенного выше Свидетель №17 в качестве законного владельца изъятых по делу денежных средств рассматриваться не может.

С данным выводом суда соглашается и суд апелляционной инстанции.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалоб ФИО9, а также в суде апелляционной инстанции не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены либо изменения постановления.

Нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих отмену или иные изменения постановления, по делу не допущено.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, которым он освобожден от уголовной ответственности на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 172 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено - оставить без изменения, апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО9 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном гл. 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья: ФИО11