Решение № 2-348/2019 2-348/2019(2-5034/2018;)~М-3811/2018 2-5034/2018 М-3811/2018 от 21 августа 2019 г. по делу № 2-348/2019

Подлинник 24RS0046-01-2018-004582-31

Дело №2-348/2019 г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 августа 2019 года г. Красноярск

Свердловский районный суд в составе:

председательствующего судьи Куликовой А.С.

при секретаре Кандрусевич М.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО3 о признании сделки недействительной, разделе общего имущества супругов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с указанным иском, мотивируя тем, что с 1992 г. по 2011 г. состояла в браке с ФИО4 В период брака супругами за счет общих средств приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, оформлена на имя супруга. В период брака, а также после его расторжения супруги не пришли к соглашению о разделе общего имущества, но спора по пользованию квартирой не было. До осени 2015 года истица проживала в спорной квартире, позже ответчик сменил замки и вселился в квартиру с новой супругой ФИО3 В 2016 году из армии вернулся общий сын сторон, который поселился у отца, вместе с его новой семьей, а весной 2018 г. отец выгнал сына из квартиры, вследствие конфликтных отношений. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 на основании договора дарения передал спорную квартиру в собственность своей новой супруге ФИО3, которая всегда знала, что эта квартира являлась общей собственностью истца и ФИО4 Ответчики знали о несогласии истца на отчуждение этой квартиры, что свидетельствует о недобросовестности их поведения по отношению к истцу. Просит суд признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, а также разделить общее имущество супругов, признать за истцом и ответчиком ФИО4 право общей долевой собственности на указанную квартиру, по 1\2 доле за каждым супругом.

В судебном заседании истец ФИО3, ее представитель ФИО5 (полномочия проверены), исковые требования поддержали, по указанным в иске основаниям, суду пояснили, что о своем нарушенном праве на спорную квартиру истице стало известно после того, как отец выгнал сына из квартиры, запретив ему в ней проживать, то есть с мая 2018 года. Сама истица добровольно не могла вселиться в квартиру в 2015 году, так как супруг проживал в ней с новой женой, жить вместе с ними в одной квартире она не могла по моральным соображениям, была вынуждена снять иное жилье в аренду. Однако супруги договорились, что сын после армии сможет жить в квартире, поэтому истица была согласна использовать квартиру, не предъявляя требований по ее разделу. В связи с чем, срок исковой давности по требованиям истца должен исчисляться с мая 2018 года, когда истица узнала о нарушенном праве на пользование квартирой с ее стороны, а не с лета 2015 года, как заявила сторона ответчиков, когда она выехала из квартиры.

Ответчики ФИО4, ФИО3 в судебное заседание не явились, доверили представление своих интересов ФИО6 (доверенность в деле), которая иск не признала, пояснив, что истцом пропущен срок исковой давности, а кроме того, ответчик ФИО3 не знала, и не могла знать, что бывшая супруга не согласна на распоряжение квартирой, поскольку собственником указан ФИО4 Требования о признании за истицей право на ? долю в квартире незаконны, поскольку после расторжения брака истица не погашает кредит, который оформлен на покупку спорной квартиры. Оплаченная ответчиком ФИО4 после расторжения брака доля кредита составляет 2/3 доли в спорном жилье. С июля 2015 года истица выехала добровольно из спорной квартиры, не оплачивала коммунальные платежи, следовательно, о своем нарушенном праве узнала с июля 2015 года, так как была лишена пользоваться и распоряжаться квартирой, поэтому ею пропущен срок исковой давности.

Третьи лица –УФРС по краю, ИФНС 22 в зал судебного заседания не явились, извещены своевременно и надлежащим образом о дате и месте слушания дела, о причинах неявки суд не уведомили.

Суд, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, их представителей, допросив свидетелей по делу, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования в полном объеме по следующим правовым основаниям.

В силу ст. 56 ПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В силу п. 2 указанной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2). Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3).

Пунктом 4 статьи 253 Кодекса предусмотрено, что правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

В частности, иные правила устанавливает пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ, согласно которому для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

При разрешении спора судом учитываются положения п. 2 ст. 253 ГК РФ, в соответствии с которыми распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истица ФИО3 и ответчик ФИО4 состояли в зарегистрированном браке, указанные лица являются родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В период брака супругами приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, право собственности зарегистрировано за супругом ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 на основании договора дарения безвозмездно передал с собственность новой супруге ФИО3 спорную квартиру, которая с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировала за собой право собственности на это жилое помещение.

Согласие первой супруги ФИО3 на отчуждение недвижимого имущества при оформлении договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ получено не было.

После прекращения семейных отношений в 2010 году, ответчик ФИО4 выселился из квартиры, в ней остались проживать ФИО3 с сыном ФИО2 до 2015 г.

В 2015 году в спорную квартиру вселился ФИО4 с новой семьей, в связи с чем, истица ФИО3 выехала из спорной квартиры, а сын ФИО2 в 2015 г. убыл для прохождения службы в ряды вооруженных сил.

С 2016 г. по возвращению из армии по ДД.ММ.ГГГГ сын ФИО2 проживал вместе с отцом и его новой семьей – женой ФИО3 и несовершеннолетней дочерью ФИО1 в спорной квартире, однако после конфликта с отцом также выехал из спорной квартиры ДД.ММ.ГГГГ.

Иск о разделе имущества предъявлен ФИО3 в суд ДД.ММ.ГГГГ.

Установив юридически значимые обстоятельства дела, исследовав доказательства по правилам гл. 6 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ нарушает права истца ФИО3 на общее имущество супругов, поскольку данная квартира приобретена ФИО4 в период брака с истцом, данное имущество является общей совместной собственностью супругов, поэтому сделки с таким имуществом должны совершаться с соблюдением требований о получении нотариально удостоверенного согласия другого супруга. Такое согласие ФИО4 на отчуждение квартиры по договору дарения получено не было, что является основанием для признания договора дарения квартиры недействительным.

С учетом того, что о нарушении своего права на общее имущество супругов ФИО3 стало известно лишь в мае 2018 года после того, как сыну ФИО2 ответчик также запретил пользоваться спорной квартиры, выгнал его из квартиры, суд считает, что предусмотренный для раздела общего имущества супругов пунктом 7 ст. 38 СК РФ трехлетний срок исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, ФИО3 пропущен не был.

Доводы стороны ответчиков о том, что указанный срок исковой давности необходимо исчислять с момента выезда истца ФИО3 из спорной квартиры в 2015 году, суд признает несостоятельными, так как они основаны на неправильном толковании и применении стороной ответчиков норм материального права к отношениям сторон.

Раздел общего имущества супругов согласно п. 1 ст. 38 СК РФ может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

Пунктом 7 ст. 38 СК РФ предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Однако представитель ответчиков срок исковой давности по требованиям ФИО3 о разделе общего имущества супругов исчислял не с того дня, когда ФИО3 узнала или должна была узнать о нарушении своего права на общее имущество супругов (квартиру), а с момента выезда истицы из спорной квартиры, летом 2015 года. Вместе с тем, такая позиция противоречит приведенным выше нормам СК РФ и ГК РФ, разъяснениям по их применению, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, а также фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Судом достоверно установлено, не оспаривалось сторонами, что спорная квартира приобретена в период брака ФИО3 и ФИО4, оформлена по договоренности сторон на имя супруга ФИО4, и в силу ст. 34 СК РФ это имущество, как нажитое супругами во время брака, является общей совместной собственностью супругов. После расторжения брака имущество не было разделено, иски не заявлялись.

ФИО3 в обоснование своих требований о разделе общего имущества супругов указывала на то, что от своего права на квартиру она никогда не отказывалась, с вопросом о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в праве собственности на спорное имущество она не обращалась в связи с отсутствием такой необходимости, поскольку могла беспрепятственно пользоваться квартирой, но не хотела видеть мужа и его новую супругу, которые заселились в квартиру, ее устраивало, что их общий с ответчиком сын мог проживать в квартире вместе с отцом, тем самым истица реализовывала свои права по пользованию данным имуществом. Спор по поводу раздела совместно нажитого имущества начался в мае 2018 года, после того как ей стало известно о конфликте сына с отцом, впоследствии которого отец запретил сыну проживать в квартире. Именно с этого времени ФИО3 считала свои права на это общее имущество супругов нарушенными, поэтому трехлетний срок исковой давности на момент ее обращения в суд в сентябре 2018 года за защитой своих прав не пропущен. Указанный срок истекает в мае 2021 года. Срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (прекращение брака, неиспользование спорного имущества и т.п.). Таким образом, исковая давность по разделу имущества супругов наступает с момента нарушения прав супруга на совместно нажитое имущество и будет исчисляться со времени, когда супруг узнал о чинимых другим супругом препятствиях в пользовании. Если после расторжения брака бывшие супруги продолжают пользоваться общим имуществом, то срок исковой давности начинает течь с того дня, когда одним из них будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.

Доводы ответчиков о том, что спорная квартира не подлежит разделу в равных долях, поскольку ФИО4 после расторжения брака самостоятельно оплачивает кредитные обязательства, возникшие вследствие приобретения данного жилья, суд также отклоняет ввиду их несостоятельности, поскольку юридического значения данный довод для правильного рассмотрения спора не имеет. У ФИО4 как заемщика по кредитному договору, имеется самостоятельное право на защиту своих интересов иным способом в отдельном процессе.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО3 о признании сделки недействительной, разделе общего имущества супругов,– удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес><адрес>, возвратив данную квартиру в собственность ФИО4.

Разделить совместно нажитое имущество супругов, прекратив право собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес><адрес>.

Признать за ФИО3 право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО4 право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Свердловский районный суд города Красноярска в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста судебного решения.

Мотивированное решение изготовлено 29 августа 2019 года.

Судья А.С. Куликова