Решение № 2-99/2025 2-99/2025~М-70/2025 М-70/2025 от 7 октября 2025 г. по делу № 2-99/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

ст. Алексеевская 2 октября 2025 г.

Алексеевский районный суд Волгоградской области в составе

председательствующего судьи Курышовой Ю.М.,

при секретаре Елисеевой Т.М.,

с участием представителя истцов ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском, уточненном в ходе рассмотрения дела, к ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделок, в обосновании требований указав, что ФИО4 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г., ФИО5, на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г., ФИО7 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г. и свидетельства о праве на наследство от 30.03.2004 г. умершего ФИО9, приобрели право коллективно-долевой собственности на землю, каждый площадью 17.7 га, земельной доли с оценкой 1484 баллогектаров в АО «Красный Октябрь». 09.04.2004 г. между ФИО6 и ФИО3 действующей в своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5, были заключены в простой письменной форме четыре договора дарения долей земельного участка, согласно которым даритель безвозмездно передала, а одаряемый принял в дар долю в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельный доли) с качественной оценкой 1481 баллогектар (17,7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 14030 га на территории Краснооктябрьской сельской администрации Алексеевского района Волгоградской области. В 2004 г. при оформлении и подписании договоров дарения ФИО6 сообщил ФИО3, что договоры дарения по своей сути являются договорами аренды, право собственности на доли земельных участков ФИО6 регистрировать не будет, а при истребовании, возвратить ФИО3 и вернет подписанные договора дарения. Договоры дарения были подписаны ФИО3 за себя лично, за ФИО5 и ФИО4 по доверенности, выданной нотариусом, в которой не было оговорено право представителя на совершение сделок дарения спорных земельных долей. 07.05.2004 г. было зарегистрировано право собственности на земельные участки за ФИО3, ФИО4, ФИО5, а также право собственности ФИО6 на указанные земельные участки, при этом истцы в регистрирующие органы не обращались, заявлений от своего имени не подавали, собственноручных подписей не проставляли. ФИО3 подписала договоры дарения земельных участков, будучи введенная ФИО6 в заблуждение относительно природы заключаемых сделок и их последствий. Летом 2024 г. ФИО4 и ФИО5 узнали о том, что ФИО3 были оформлены договора дарения, а не аренды, в связи с чем приняли решение о возврате подаренных земельных долей и выяснения обстоятельств регистрации. ФИО6 о возврате земельных долей было отказано. В октябре 2024 г. ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в Росреестр по Волгоградской области для государственной регистрации прав на недвижимое имущество (земельные участки). В государственной регистрации прав на недвижимое имущество было отказано, в связи с регистрацией права собственности на земельные участки за ФИО3, ФИО4, ФИО5 07.05.2004 г. В марте – апреле 2025 г. обратились в Росреестр по Волгоградской области о предоставлении выписок из ЕГРН о принадлежности объектов недвижимости (земельных участок) на праве собственности, из которых им стало известно о регистрации 07.05.2004 г. за ними право собственности на земельные участки, а также о прекращении право собственности.

Просят суд восстановить срок на признании заключённых договоров дарения между ФИО3 действующей в своих интересах и интересах сына ФИО5, супруга ФИО3 и ФИО6 на долю в праве собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельную долю) с качественной оценкой 1484 баллогектар (17.7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 14030 га на территории Краснооктябрьяской сельской администрации <адрес> Волгоградской области (кадастровый номер в общей долевой собственности №, вновь образованный кадастровый №); признать недействительным договор дарения от 09.04.2004 г. заключённый между ФИО3, действующей по доверенности в интересах ФИО4 и ФИО6, отчуждаемая доля земельного участка принадлежит дарителю на основании: постановления Администрации <адрес> Волгоградской <адрес> № от 28.02.1992 г. (кадастровый номер в общей долевой собственности №, вновь образованный кадастровый №), право собственности подтверждено Свидетельством на право собственности на землю серии № выданного 28.12.1994 г. Комитетов по земельным ресурсам и землеустройству Алексеевского района Волгоградской области, регистрационная запись № от 28.07.1994 г.; признать недействительным договор дарения от 09.04.2004 г. заключённый между ФИО3 и ФИО6, отчуждаемая доля земельного участка принадлежит дарителю на основании: постановления Администрации Алексеевского района Волгоградской области № от 28.02.1992 г. (кадастровый номер в общей долевой собственности №, вновь образованный кадастровый №), право собственности подтверждено Свидетельством на право собственности на землю серии № выданного 28.12.1994 г. Комитетов по земельным ресурсам и землеустройству Алексеевского района Волгоградской области, регистрационная запись № 0270 от 28.07.1994 г.; признать недействительным договор дарения от 09.04.2004 г. заключённый между ФИО3, действующей в интересах ФИО5, и ФИО6, отчуждаемая доля земельного участка принадлежит дарителю на основании: постановления Администрации Алексеевского района Волгоградской области № от 28.02.1992 г. (кадастровый номер в общей долевой собственности № вновь образованный кадастровый №), право собственности подтверждено Свидетельством на право собственности на землю серии № выданного 28.12.1994 г. Комитетов по земельным ресурсам и землеустройству Алексеевского района Волгоградской области, регистрационная запись № от 28.07.1994 г.; признать недействительным договор дарения от 09.04.2004 г. заключённый между ФИО3 и ФИО6, отчуждаемая доля земельного участка принадлежит дарителю на основании: свидетельства о праве на наследство по закону, удостоверенного 30.03.2004 г. нотариусом Алексеевского района Волгоградской области по реестру №; применить последствия недействительности сделок заключенных между ФИО6 и ФИО3 с приведением сторон в первоначальное положение, возвратив истцам принадлежащее им недвижимое имущество (кадастровый номер в общей долевой собственности № вновь образованный кадастровый №) - погасить право собственности ФИО6 на земельные участки - доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельные доли) с качественной оценкой 1481 баллогектар (17,7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 14030 га на территории Краснооктябрьской сельской администрации Алексеевского района Волгоградской области, ранее принадлежащее ФИО3, ФИО4, ФИО5; признать за ФИО3, ФИО4, ФИО5 право собственности на земельные участки - доли в праве общей собственности на земельные участки кадастровый номер в общей долевой собственности №, вновь образованный кадастровый №, из земель сельствохозяйственного назначения (земельные доли) с качественной оценкой 1481 баллогектар (17.7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 14030 га на территории Краснооктябрьской сельской администрации Алексеевского района Волгоградской области, ранее принадлежащие ФИО3, ФИО4, ФИО5; указать, что решение суда является основанием для государственной регистрации соответствующих изменений в ЕГРН.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала заявленные требования, просила удовлетворить указав, что действительно в 2004 г. между ней и ФИО6 был заключен договор дарения земельных долей, в г. Новоаннинский в регистрационной палате, регистратором была ФИО2 При заключении договора в кабинет регистратора она не входила, ФИО6 выносил ей на подпись документы, в том числе договоры дарения земельных долей, которые она прочитали и подписала, о том что подписала договоры дарения, а не аренды не придала значение, поскольку ФИО6 доверяла, жили в одном населённом пункте и знали друг друга, кроме того он пояснил, что не имеет значение какие именно подписаны договоры, данные договоры не будут регистрироваться, он будет выплачивать арендные платежи, а они освободятся от обязанности уплаты налогов. Больше земельными долями не интересовалась, через какое-то время ей позвонили из администрации Алексеевского района Волгоградской области с вопросом, заключала ли она договоры аренды земельных долей с ФИО6 и имеются подтверждающие документы, она ответила, что заключала с Сомовым какие-то договоры. В 2007 г. или 2008г. обратившись в регистрационную палату г. Новоаннинский получила спорные договоры дарения земельных долей, которых ей не хотели давать, но после того, как сказала, что пойдет в прокуратуру, ей выдали договоры с регистрационными номерами. Ознакомившись с полученными договорами, ей стало известно, что прошла государственная регистрация перехода права собственности земельных долей ФИО6, хотя ФИО6 ей говорил, что не будут регистрироваться договоры дарения. Поскольку не присутствовала на регистрации и согласие на регистрационные действия не давала, высказала свое возмущение. Приехав домой с полученными в регистрационной палате договорами дарения земельных долей, позвонил ФИО6 с предложением встретится на нейтральной территории в г. Фролово, для улаживания, возникшего в регистрационной палате конфликта. Она с супругом поехали в г. Фролово, где ФИО6 также пояснил, что не имеет значение, какие договоры заключены, он обязуется выплачивать им арендные платежи, оплачивать налог на землю, с чем они согласились и оспаривать договоры дарения не стали. ФИО6 выплачивал, арендные платежи денежными средствами, продукцией, в 2020 г. передал 8000 рублей или 9000 рублей, последнюю оплату произвел осенью в 2023 г., ни в каких ведомостях она не расписывалась, передача происходила наличными денежными средствами из рук в руки при встрече, когда они приезжали в г. Новоаннинский. Летом 2024 г. ее супруг встречался с ФИО6, для возврата земельных долей, однако ФИО6 было отказано, в связи с заключенными договорами дарения в 2004 г. Договоров аренды с указанием срока аренды, арендной платы не заключали. В 2024 г. решили переоформить спорные земельные доли на внука, обратились в Росреестр, где им стало известно, что 07.05.2004 г. земельные доли были уже ими оформлены.

Истец ФИО4 в судебном заседании поддержал заявленные требования, по изложенным в исковом заявлении основаниям, просил удовлетворить. Дополнительно пояснив, что ему на праве собственности принадлежала доля в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельные доли) с качественной оценкой 1481 баллогектар (17,7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь», о чем было выдано свидетельство, но где находилась эта доля и что с ней делать он не знал. Ему известно, что земельные доли были в аренде АО «Октябрьское». В 2004 г. к ним обратился ФИО6 для передаче земельной доли ему, в связи с чем он выдал нотариальную доверенность супруге ФИО3 на распоряжение принадлежащей ему земельной долей 17.7 га в земельном участке АО «Красный Октябрь». Согласно выданной доверенности, ФИО3 была наделена полномочиями на передачу земельного участка в аренду, либо заключении сделки купли-продажи. С супругой ФИО3 проживали и проживают одной семьей и ведут общее хозяйство о том, что земельные доли находятся с 2004 г. у ФИО6, ему было известно, но до 2024 г. не интересовался земельными долями, как они используются, поскольку ФИО6 заверил, что проблем не возникнет. Летом 2024 г. ему стало известно, что земельные доли его супругой были подарены ФИО6, в связи с чем обратился к ФИО6 для решения возникшего вопроса и возврате земельных долей, но положительный результат, достигнут не был. Осенью 2024 г. приняли решение оформить земельные доли в собственность, однако в регистрации было отказано, в связи с уже произведенной регистрацией в 2004 г.

Представитель истцов ФИО10 в судебном заседании заявленные требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме. Пояснив, ФИО3, ФИО4, ФИО5 приобрели право коллективно-долевой собственности на землю, каждый площадью 17.7 га, земельной доли с оценкой 1484 баллогектаров в АО «Красный Октябрь», на основании свидетельств на право собственности на землю, выданных на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г. 09.04.2004 г. между ФИО6 и ФИО3 действующей в своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5, были заключены в простой письменной форме четыре договора дарения долей земельного участка, согласно которым даритель безвозмездно передала, а одаряемый принял в дар долю в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельный доли) с качественной оценкой 1481 баллогектар (17,7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» на территории Краснооктябрьской сельской администрации Алексеевского района Волгоградской области. Подписывая договоры дарения ФИО3 их читала, но в условия не вникала, поскольку была полностью уверена, что подписывает договоры именно аренды, поскольку хорошо знала ФИО6 и доверяла ему, он заверил, что указанные договоры не будут проходить государственную регистрацию, он обязуется выплачивать арендные платежи и налоги, а в случае истребовании земельных долей передаст их собственникам, таким образом, ФИО6 обманул ФИО3 относительно природы заключаемых договоров. Договоры подписывались в коридоре, ФИО3 в кабинет гос. регистратора не приглашали, ей ни кто не разъяснял условия и последствия заключаемых договоров дарения. Кроме того ФИО3 подписывала спорные договоры, представляя интересы супруга ФИО4 и сына ФИО5 на основании нотариальной доверенности от 17.03.2004 г., однако выданная доверенность не наделяла ее полномочиями на заключении договоров аренды и купли-продажи, но не на заключение договоров дарения. ФИО4 и ФИО5 до 2024 г. не было известно о заключенных договорах, поскольку доверяли ФИО3 Летом 2024 г. ФИО4, стало известно о заключенных в 2004 г. договорах дарения, в связи с чем, принял решение поехать к ФИО6 для истребования земельных долей, однако ему было отказано. Полагает, что срок исковой давности подлежит восстановлению, поскольку о заключенных договорах дарения от 2004 г. истцам стало известно летом 2024 г., кроме того в течение 20 лет, в связи с семейными обстоятельствами, с 2004 г. ФИО4 болен, постоянно нуждался в лечении, с 2014 г. ФИО3 являлась опекуном внука, не могли должным образом осознать происходящего.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащем образом, причины неявки суде не известны.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований пояснив, что ФИО6 не нарушал прав истцов, на протяжении более 20 лет, после заключения договоров дарения от 09.04.2004 г., использовал земельные доли по целевому назначению, претензий со стороны истцов, о нарушении их прав о владении и пользовании земельными долями, не поступало. Договоров аренды ФИО6 с истцами не заключал, соответственно арендных обязательств перед истцами не имел, доказательств обратному не представлено. Земельные доли истцов до перехода в собственность ФИО6 с 02.07.1999 г. находились в аренде ОАО «Октябрьское». Истцам достоверно было известно о заключении 09.04.2004 г. договоров дарения с ответчиком, о чем свидетельствуют записи сделанные истцами в 2006 г. на каждом договоре, о согласовании и отсутствии претензий со стороны истцов к ФИО6 Просила применить срок исковой давности по требованиям истца о признании недействительным договоров дарения, поскольку срок исковой давности, исчисляется с начала исполнения спорных договоров дарения, то есть с 09.04.2004 г., доказательств уважительных причин пропуска срока исковой давности истцами не представлено.

Представители третьих лиц в служебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежащем образом, при вынесении решения полагались на усмотрение суда.

Свидетель ФИО12, допрошенная в судебном заседании 30 июля 2025г. пояснила, что является соседкой ФИО8, проживают в одном подъезде, ей известно о том, что у Дрюпиных в Алексеевском районе имеются земельные участки, которые они сдают в аренду. В 2006 г. видела несколько раз как ФИО3, приехав из деревни, несла масло.

Суд, выслушав стороны, представителей, свидетеля, изучив материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвомездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании п. 2 ст. 572 ГК РФ обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

Согласно ст. 153, 154 ГК РФ сделки, в частности, договор дарения - это волевые действия, направленные на установление, изменение и прекращение прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результата. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Пунктом 1 ст. 575 ГК РФ предусмотрено, что не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей: от имени малолетних и граждан, признанных недееспособными, их законными представителями.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка)

В соответствии с п. 3 ст.166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки (п. 3 ч. 2 ст. 178 ГК РФ).

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В судебном заседании установлено, что ФИО7 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г. приобрела право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 17.7 га, земельная доля с оценкой 1481 баллогектаров, кадастровый №.

Согласно свидетельства о праве на наследство от 30.03.2004 г. ФИО3 вступила в право наследования после умершего брата ФИО9 и приобрела право коллективно-долевой собственности на землю, площадью 17.7 га, земельной доли с оценкой 1484 баллогектаров в АО «Красный Октябрь».

ФИО4 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г. приобрел право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 17.7 га, земельная доля с оценкой 1481 баллогектаров, кадастровый №.

ФИО5 на основании свидетельства на право собственности на землю серия № выданного на основании постановления администрации Алексеевского района № от 28.02.1992 г. приобрел право коллективной долевой собственности на землю в АО «Красный Октябрь», общей площадью 17.7 га, земельная доля с оценкой 1481 баллогектаров, кадастровый №.

09.04.2004 г. между ФИО6 и ФИО3 действующей в своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5, на основании доверенностей от 17.03.2004 г., было заключено четыре договора дарения вышеуказанных земельных участков принадлежащих ФИО3, ФИО4 и ФИО5, по условиям которых Даритель подарила (безвозмездно передала) без получения платы или иного встречного, а Одаряемый принял в дар четыре доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (земельные доли) с качественными оценками 1481 баллогектар (17,7 га) в земельном участке АО «Красный Октябрь» общей площадью 14030 га каждый на территории Краснооктябрьской сельской администрации Алексеевского Района Волгоградской области. Право собственности у Одаряемого на приобретаемое имущество возникает с момента государственной регистрации.

Из предоставленного регистрационного дела в отношении регистрации права собственности и перехода права собственности земельных долей истцов с кадастровым номером: 34:01:000000:0046 следует, что 09.04.2004 г. ФИО3 обратилась в регистрирующий орган с заявлениями, в своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5, о государственной регистрации права собственности за каждым на земельные доли в земельном участке АО «Красный Октябрь», что подтверждается ее подписью.

В этот же день, 09.04.2004 г. ФИО3, своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5 и ФИО6 обратились в регистрирующий орган с заявлениями о государственной регистрации перехода права ФИО6, по договору дарения земельных долей от 09.04.2004 г., в свою очередь ФИО6 обратился с заявлением о государственной регистрации права собственности на спорные земельные доли истцов. Государственному регистратору был предоставлен полный комплект документов для регистрации земельных долей.

Государственная регистрация была произведена, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 20.05.2025 г. согласно сведений которой, собственником земельных долей принадлежащих истцам с 07.05.2004 г. является ФИО6

24.06.2005 г. ФИО6 принято решение о выделении земельного участка в счет земельных долей принадлежащих ему на праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 14030 га находящегося на территории администрации Краснооктябрьского сельсовета Алексеевского района Волгоградской области для производства сельхозпродукции. Земельный участок, выделенный в счет земельных долей составляет 108.18 га и расположен в 1,9 км северо-западнее п. Красный Октябрь Алексеевского района Волгоградской области, на поле №. Доли в праве собственности принадлежал на основании договоров дарения от 09.04.2004 г., кадастрового номера: № в связи с этим 28.06.2005 г. обратился в регистрирующий орган с заявлениями о государственной.

21.07.2005 г. зарегистрировано право собственности ФИО6 на земельный участок кадастровый №, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 20.05.2025 г. (т. 1л.д.102).

Материалами дела подтверждено, что с заявлением о переходе права собственности на спорные земельные доли истец ФИО3 лично обратилась в регистрирующий орган, что исключало непонимание истцом того, что спорное имущество в результате сделки переходит в собственность ответчика.

Кроме того, с момента такого обращения прошло более 20 лет, за счет спорного имущество образован земельный участок с кадастровый №. За указанный период времени истцы не интересовалась судьбой данного имущества, кадастровых работ по образованию участка за счет спорных долей, в соответствии с требованиями закона, не инициировали, данным вопросом не занимались, что еще раз подтверждает отсутствие интереса к спорному имуществу в связи с его отчуждением в 2004 году.

В п.п. 43 и 44 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» отражена правовая позиция, согласно которой условия договора подлежат толкования в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в ст. 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3,422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой –либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь ввиду.

При наличии спора о действительности или заключённости договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключености и действительности договора учитывает установленную п.5 ст. 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приврдит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдаётся тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

Судом исследован оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания договора следует, что сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям и отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить договор на крайне не выгодных условиях.

Стороны оспариваемых договоров являются дееспособными лицами, доказательств наличия у них тяжелой болезни или беспомощного состояния, объективно свидетельствующих о неспособности реально воспринимать и понимать значение совершаемых ими действий по подписанию именно договора дарения, суду не представлено, что подтверждает добровольное волеизъявление сторон по совершению данной сделки, что не оспаривалось сторонами.

Предоставленные выписки из истории болезни истца ФИО4, а также установлении опеки ФИО3 над несовершеннолетним внуком не являются таковыми доказательствами, объективно свидетельствующие о неспособности реально воспринимать и понимать значение совершаемых действий по подписанию именно договора дарения.

Между тем, договор дарения, являвшийся заключенным с момента его подписания, сторонами исполнен, стороны обратились в регистрирующий орган с заявлением о регистрации права собственности, одаряемым было получена выписка ЕГРН о зарегистрированном праве на спорное имущество.

Таким образом, перечисленные действия истца свидетельствуют о ее последовательных и осознанных действиях при оформлении и регистрации сделки дарения земельного участка в собственность ФИО6

В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Исходя из вышеприведенных норм закона, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 179 ГК РФ, возложено на истца, которым в судебное заседание не представлено доказательств, свидетельствующих о заключении договора купли-продажи под влиянием обмана.

Суд исходит из того, что обстоятельства, на которые обращает внимание истец, не могут быть расценены судом как сделка, совершенная под влиянием обмана, поскольку не подпадают под условия статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оспариваемый договор дарения заключен между ФИО3, в своих интересах и интересах ФИО4, ФИО5, и ФИО6, доказательств того, что Д.Л.НБ., заключая данную сделку, действовала под влиянием обмана со стороны ответчика С.А.ВБ., истцом суду не представлено.

Доказательств того, что ФИО3 не понимала сущность сделки и её последствия, ей не была сообщена или сообщена искаженная информация о существенных условиях заключаемого договора, либо о предмете договора, в материалах дела не содержится, как и доказательств того, что данный договор дарения заключался ФИО3 под условием, не представлено.

Умышленных действий по введению ФИО3 в заблуждение с целью вступить в сделку со стороны ответчика ФИО6, заключения ФИО3 договора под её влиянием не установлено, доказательств таких действий не представлено.

Относимых, допустимых и достаточных доказательств того, что сделка не имела намерения создать соответствующие правовые последствия в нарушения требований ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлено.

Суд приходит к выводу, что договор дарения от 09.04.2004 г. сдержит все существенные условия дарения. Его содержание является четким и понятным. Договор не содержит неясности и двусмысленности, из его содержания четко усматривается воля ФИО3 в своих интересах и интересах ФИО4 и ФИО5 на дарение принадлежащих им земельных долей.

Оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом и оснований для запрещения дарения и ограничения дарения, предусмотренных ст. 575 и 576 ГК РФ, на момент заключения договора не имелось.

Проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о том, что заключённые договоры дарения земельного участка от 09.04.2004 г. между ФИО3 и ФИО6 совершены в надлежащей форме и содержат все существенные для данных договоров условия.

Доказательств того, что волеизъявление ФИО3, выраженное в договоре дарения от 09.04.2004 г. не соответствовало её действительным намерениям, не представлено истцами.

Показания свидетеля ФИО13 не являются доказательством по делу, поскольку не подтверждают и не отрицают обстоятельства по заключению сделки дарения от 09.04.2004 г.

Заключая договор дарения земельных долей от 09.04.2004 г., истец ФИО3 действовала от имени истцов ФИО4 и ФИО5 в соответствии с нотариальными доверенностями от 17.03.2004 г., выданными сроком на один год, согласно которым ФИО3, в которых были оговорены полномочия представителя: управлять земельными долями, заключать договоры аренды, с правом получения денег с арендатора, следить за выполнением арендатором договорных условий, расторжения договором аренды, с правом продажи за цену и на условиях по своему усмотрению земельных долей, заключение договоров-купли - продажи.

В судебном заседании истец ФИО4 пояснил, что выдавал доверенность от 17.03.2004 г. своей супруге ФИО3, однако не вникал в ее текст, поскольку доверял супруге и полностью полагался на ее усмотрение по распоряжению земельными долями.

В соответствии со статьей 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. До одобрения сделки представляемым другая сторона путем заявления совершившему сделку лицу или представляемому вправе отказаться от нее в одностороннем порядке, за исключением случаев, если при совершении сделки она знала или должна была знать об отсутствии у совершающего сделку лица полномочий либо об их превышении. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. Если представляемый отказался одобрить сделку или ответ на предложение представляемому ее одобрить не поступил в разумный срок, другая сторона вправе потребовать от неуправомоченного лица, совершившего сделку, исполнения сделки либо вправе отказаться от нее в одностороннем порядке и потребовать от этого лица возмещения убытков. Убытки не подлежат возмещению, если при совершении сделки другая сторона знала или должна была знать об отсутствии полномочий либо об их превышении.

Из разъяснений пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения. Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

В ходе судебного разбирательства установлено, что договоры дарения от 09.04.2004 г. исполнены сторонами, земельные доли перешли во владение ФИО6, что достоверно было известно истцам, при этом каких-либо действий по оспариванию заключённых договоров ими не было предпринято.

Из пояснений истца ФИО3 данных в судебном заседании 1 октября 2025 г. следует, в период времени с 2007 по 2008 г. ею были получены зарегистрированные договоры дарения от 09.04.2004 г., при личном обращении в Росреестр г. Новоаннинский, она возражала относительно регистрации перехода прав собственности ФИО6, в связи с чем она и ее супруг ФИО4 встретились с ФИО6, однако оспаривать заключенные договоры дарения не стали, таким образом, согласились с выбытием из своей собственности земельных долей.

Согласно протокола допроса свидетеля ФИО11, произведенного 29.07.2025 г. нотариусом г. Волгограда в порядке обеспечения судебных доказательств, приобщенного к материалам дела следует, что ФИО4 является его дядей, ему известно со слов ФИО4, что земельные паи находились у фермера ФИО14 в аренде. В 2007 г. или 2008 г. по просьбе ФИО4 возил истцов на встречу с ФИО6 в г. Фролово, присутствовал при передаче денежных средств, что было указано в расписке ему не известно, из разговора понял, что денежные средства были переданы за аренду земли, сумма не известна. Таким образом, пояснения ответчика ФИО4 о не проявлении интереса к земельным долям до 2024 г., опровергаются как материалами дела, так и показаниями данного свидетеля, являющегося племянников истца.

В 2006 г. Алексеевским судом рассматривалось гражданское дело 2-33/2006 по иску ОАО «Октябрьское» к ФИО6 о восстановлении нарушенного права, предметом рассмотрения являлось требование о признании недействительной государственной регистрации права собственности ФИО6 на земельный участок сельскохозяйственного назначения площадью 108.8 га, с кадастровым номером №, материалы данного дела были исследованы в ходе судебного заседания. В ходе рассмотрения гражданского дела 2-33/2006 в качестве свидетелей были привлечены ФИО3, ФИО4 и ФИО5, от которых поступили пояснения относительно исковых требований, а также копии договоров дарения от 09.04.2004 г. в которых ими собственноручно указано и подписано о том, что они согласовывают с совершении данной сделки от их имени претензий не имеют.

Из чего можно сделать вывод, одобрение сделки представляемыми ФИО4 и ФИО5, прекратило для них гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения, поскольку истцам в 2006 г. было достоверно известно о заключенных договорах дарения от 09.04.2004 г., данные договора были одобрены представляемыми ФИО4 и ФИО5, возражений относительно перехода права собственности до 2025 г. не поступало.

При рассмотрении настоящего дела, истец ФИО4 возражал относительно произведенной им собственноручной записи, об одобрении договора дарения указывая, что при заключении договора дарения не присутствовал, в регистрирующие органы не обращался. Ходатайств о назначении почерковедческой экспертизы не поступало.

Как следует из материалов реестрового дела (т. 2 л.д.45-100) и не оспаривалось сторонами, ни ФИО4 ни ФИО5 не присутствовали при подаче документов для государственной регистрации перехода права собственности в отношении спорных земельных долей 09.04.2004 г., из чего можно сделать вывод, что указанные записи об отсутствии возражений относительно заключенных сделок были выполнены ФИО3, ФИО4 и ФИО5 после регистрации сделок в 2004 г., с учетом периода рассмотрения гражданского дела № не позднее 2006 г. и переданы ФИО6, поскольку оригиналы указанных договоров дарения были представлены на обозрение в судебном заседании представителем ответчика. При этом истцы, не предпринимали никаких действий к возврату переданных ФИО6 оригиналов договоров дарения от 09.04.2004г., поскольку считали ФИО6 собственником земельных долей.

В подтверждении доводов искового заявления, что заключенный договор от 09.04.2004 г. являлся договором аренды, а не дарения, истцами не предоставлено никаких доказательств, а именно: условия заключения договора аренды, срок действия договора, выполнения арендных обязательств ФИО6, при этом на подготовке дела к судебному разбирательству ФИО3 пояснила, что каких - либо денежных средств от ФИО6 в счет обязательств по аренде земельными доля не получала.

При таких обстоятельствах, суд считает требования истцов о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделок, не подлежащим удовлетворению.

Кроме того, ппредставителем ответчика в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 197 ГК Российской Федерации установлено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

По общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Моментом начала течения срока исковой давности для стороны сделки является момент, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25). Для иных лиц, не являющихся стороной сделки, срок начинает течь со дня, когда оно узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки.

На основании пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения недействительной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Начало исполнения сделки в отношении недвижимого имущества сопряжено с датой государственной регистрации прав на него.

При этом, оспариваемые сделки были как заключены, так и исполнены сторонами дела еще в 2004 году, когда за ответчиком было зарегистрировано право собственности по договорам дарения, после чего ответчик владел и пользовался спорными земельными долями, а в 2005 году выделил таковые для формирования иного земельного участка.

Таким образом, с момента исполнения спорных сделок (в 2004 года) до момента обращения истцов в суд с настоящим иском (в 2025 году) прошло более 20 лет, что свидетельствует о существенном пропуске, предусмотренного ст. 181 ГК РФ, срока исковой давности и, учитывая соответствующее заявления представителя ответчика, является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о признании договоров дарения недействительными, применения последствий недействительности сделки, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд, через Алексеевский районный суд, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение изготовлено машинописным текстом в совещательной комнате.

Судья: Ю.М. Курышова

Мотивированное решение принято в окончательной форме 8 октября 2025 г.

Судья: Ю.М. Курышова