Решение № 2-1084/2024 2-86/2025 2-86/2025(2-1084/2024;)~М-1046/2024 М-1046/2024 от 22 января 2026 г. по делу № 2-1084/2024

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 декабря 2025 года <адрес>

Колпашевский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Ольховской Е.В.,

при секретаре Н.А.,

помощник судьи В.И.

с участием представителя истца О.В. - К.О., действующего на основании доверенности от Д.М.Г.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению О.В. к публичному акционерному обществу Сбербанк о признании договора потребительского кредита недействительным, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

О.В. обратился в Колпашевский городской суд <адрес> с иском, с учетом его уточнения и увеличения, к публичному акционерному обществу Сбербанк о признании договора на выпуск и обслуживание кредитной карты № от Д.М.Г. с лимитом кредитования на сумму 270000 рублей недействительным с момента его заключения, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, судебных расходов по оплате экспертизы в размере 40 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что между ним и ПАО Сбербанк заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты на сумму 270000 рублей при следующих обстоятельствах: Д.М.Г. неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, посредством телефонного звонка путем обмана, воздействуя психологически, убедило его получить кредитную карту и перевести денежные средства в размере 100000 рублей на Ozon Bank. Когда он понял, что был обманут, незамедлительно обратился в полицию. В результате принятых им мер следователем СО ОМВД России по <адрес> лейтенантом юстиции Д.М. было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в рамках которого его признали потерпевшим.

При получении кредитной карты он не мог предвидеть наступления обстоятельств, которые препятствовали бы его своевременно и в полном объеме погашать задолженность, так как он был абсолютно уверен, что действует не только в своих интересах, но и в интересах банка, где он оформил кредит.

Полагает, что Банк, являясь профессиональным участником рынка, для которых кредитование граждан является одним из основных видов их деятельности для получения прибыли просто обязаны предпринимать исчерпывающие и эффективные меры по защите своих клиентов от посягательств мошенников всякого рода в сфере кредитования. ПАО Сбербанк не предпринял ни одной попытки обезопасить его и предостеречь от действий злоумышленников, и, более того, проигнорировал операцию по переводу средств на карту третьего лица в сторонний банк, которая была совершена сразу же после получения кредитной карты. По его убеждению, это должно было вызвать у кредитной организации какие-либо сомнения и блокировку. Но, более того, он не был проинформирован сотрудниками банка об опасности, которая существует от деятельности мошенников в банковской сфере и о наиболее распространенных видах такого преступления в сфере кредитования.

Таким образом, учитывая, что заключение договора потребительского кредита осуществлено им под влиянием обмана со стороны третьих лиц, а кредитной организацией не приняты соответствующие меры предосторожности, позволяющие убедиться, что данные операции совершаются клиентом и в соответствии с его волей, данный договор потребительского кредита является ничтожным.

Кроме того, просит взыскать с ПАО Сбербанк в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 40 000 рублей.

Истец О.В. надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.

Ранее, в судебном заседании Д.М.Г., истец О.В. на исковых требованиях настаивал в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснил, что Д.М.Г. он находился в <адрес>, ему на сотовый телефон поступил звонок от оператора сотовой связи МТС, в ходе разговора ему сообщили о том, что заканчивается срок действия его сим-карты. Поскольку он не мог лично обратиться в офис МТС, в ходе телефонного разговора, по просьбе сотрудника МТС, он назвал код, который пришел на телефон. Затем, Д.М.Г. в утреннее время, ему позвонила женщина, которая представилась специалистом Центрального банка РФ, сообщила о том, что его счета пытаются взломать мошенники, с его счетов снимаются деньги, она выделит ему сотрудника, который будет с ним работать. После данного разговора, ему через мессенджер «WhatsApp» позвонил человек, пояснил о том, что с его счетов в банке снимаются деньги, оформляются кредиты, также пояснил, что нужно взять кредит, чтобы погасить другой, с сотрудником он разговаривал только по телефону, несколько часов, лично он его не видел. Каких-либо подозрений у него не возникло. В ходе телефонного разговора сотрудник просил подождать и не отключаться, он что-то проверял. Все время разговора он не отключался и ждал, ему приходили смс-сообщения с кодами, но их он не назвал сотруднику, у него складывается впечатление, что сотрудник видел, что происходит в телефоне. Он был убежден, что звонили с такой организации как Центробанк РФ, также прислали документ, что с ним будет разговаривать специалист-консультант. Была фотография, справка или договор с его данными. Самостоятельно в ПАО Сбербанк он не звонил, поскольку об этом его просил сотрудник Центробанка, который пояснял, что нельзя никому ничего говорить. Со слов сотрудника ему было известно, что на безопасный счет переводятся деньги, а потом один кредит перекроется другим. Подозрений у него не возникло. У него есть личный кабинет в системе «Госуслуги», но он давно им не пользовался. Д.М.Г. он приехал домой, дочь посоветовала ему обратиться в банк, поскольку его обманули мошенники, после чего он поехал в «Сбербанк» и «Газпромбанк», чтобы заблокировали карты, тогда он и узнал, что на него оформлены кредиты.

В соответствии с ч.5 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Представитель истца О.В. – К.О. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснил, что полагает необходимым признать кредитный договор недействительным, поскольку О.В. оказался под влиянием мошеннических действий. Банк, являясь профессиональным участником рынка, для которых кредитование граждан является одним из основных видов их деятельности для получения прибыли просто обязаны предпринимать исчерпывающие и эффективные меры по защите своих клиентов. Истец не нарушал требования о сохранении конфиденциальности личной информации для доступа в систему «интернет-банк», коды не сообщал третьему лицу, что свидетельствует о наличии в действиях сотрудников банка признаков неправомерности. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме, с учетом заключения фоноскопической экспертизы, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда и понесенные расходы на оплату экспертизы.

Представитель ответчика ПАО Сбербанк надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, предоставив письменные возражения и дополнения к ним на исковое заявление, в которых требования истца не признал, указав, что считает заявленные требования необоснованными, направленными на неправильное толкование норм закона и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Д.М.Г. между ПАО Сбербанк и О.В. заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты № (далее - Кредитный договор), в соответствии с которым Банк предоставил Заемщику денежные средства в размере 270 000 руб. (кредитный лимит по карте), срок действия Кредитного договора и процентная ставка установлены в соответствии с пунктами 2 и 4 Кредитного договора соответственно, а заемщик принял на себя обязанность возвратить полученный кредит.

Подписав Кредитный договор, Заемщик присоединился к Общим условиям выпуска и обслуживания кредитной карты в ПАО Сбербанк (далее - Общие условия кредитования), с содержанием которых заемщик был ознакомлен и согласен (п. 14 Кредитного договора).

Кредитный договор был подписан со стороны заемщика в электронном виде простой электронной подписью, посредством использования систем «Сбербанк Онлайн» и «Мобильный банк». Простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (ч. 2 ст. 5 Закона об ЭП). Возможность заключения договора через удаленные каналы обслуживания (далее - УКО) предусмотрена условиями договора банковского обслуживания (далее - ДБО). ПАО Сбербанк оказывает банковские услуги физическим лицам на основании Условий банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк (далее - Условия ДБО, УДБО). В силу Приложения 1 к ДБО Клиентам, заключившим ДБО, услуга «Сбербанк-Онлайн» подключается с полной функциональностью, т.е. с возможностью оформления кредита. При этом в соответствии с п. 3.8. Приложения 1 к Условиям банковского обслуживания электронные документы, в том числе договоры и заявления, подписанные с использованием Аналога собственноручной подписи/простой электронной подписью, признаются Банком и Клиентом равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью, и могут служить доказательством в суде. Согласие Клиента заключить предлагаемый договор/направление Клиентом Банку предложения заключить кредитный договор может быть оформлено в форме Электронного документа, подписанного Аналогом собственноручной подписи/ простой электронной подписью. Порядок функционирования Системы «Сбербанк Онлайн» позволяет достоверно установить, что формируемые и передаваемые внутри Системы «Сбербанк Онлайн» Электронные документы исходят от сторон по Договору.

В силу п. 2 Приложения 3 к ДБО документы в электронном виде могут подписываться Клиентом вне Подразделений Банка на Официальном сайте Банка и в Системе «Сбербанк Онлайн» - простой электронной подписью, формируемой одним из следующих способов: посредством нажатия Клиентом на кнопку «Подтвердить»; посредством нажатия Клиентом на кнопку «Подтвердить» и проведения успешной

Аутентификации Клиента на основании ввода им корректного ключа простой электронной подписи на этапе подтверждения операции в порядке, определенном в п. 4 настоящих Правил электронного взаимодействия.

Пунктом 4 Приложения 3 к ДБО предусмотрено, что аутентификация Клиента Банком на этапе подтверждения операции осуществляется при проведении операций через Систему «Сбербанк Онлайн» - на основании ключа простой электронной подписи, которым является постоянный пароль и/или Одноразовый пароль; и/или Биометрические персональные данные Клиента, полученных при совершении операции, соответствующие Биометрическим персональным данным, имеющимся в Базе данных Банка; и/или ответ от автоматизированной системы Банка об успешном доступе к Системе «Сбербанк Онлайн» с использованием Сбер ID.

Таким образом, в силу заключённого между Банком и Клиентом договора банковского обслуживания, сделки, заключенные путем передачи в Банк распоряжений Клиента, подтвержденных с применением средств идентификации и аутентификации Клиента, предусмотренных ДБО, удовлетворяют требованиям совершения сделок в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством, и влекут последствия, аналогичные последствиям совершения сделок, совершенных при физическом присутствии и физической подписи лица, совершающего сделку.

Оспариваемый кредитный договор был надлежащим образом заключён между Банком и Клиентом на согласованных сторонами условиях в офертно-акцептном порядке Д.М.Г..

Д.М.Г. истец самостоятельно, через канал ВСП подключил к своей банковской карте и номеру телефона <***> услугу «Мобильный банк».

Д.М.Г. О.В. подал заявку на получение кредитной карты, согласно выписке из журнала СМС-сообщений, в системе «Мобильный банк» Д.М.Г. в 12:14 заемщику поступило сообщение об одобрении кредитной карты с лимитом 270 000 рублей с предложением подтвердить выпуск карты. Пароль подтверждения был введен клиентом верно, так акцепт оферты на кредит были подтверждены клиентом аналогом его собственноручной подписи. Таким образом, Кредитный договор был заключен Д.М.Г., кредитная карта активирована, о чем заемщик также был проинформирован путем направления соответствующего смс-сообщения. Банк неоднократно (Д.М.Г. в 04:14, в 07:50, в 08:00) приостанавливал оформление кредита. Таким образом, указанные обстоятельства подтверждают факт того, что Банк предварительно отклонял операции клиента по оформлению кредита. Отклонение операций по оформлению кредита и предупреждение клиента о возможных мошеннических действиях свидетельствует о предоставлении Истцу «периода охлаждения», который: позволяет оценить правомерность и признаки совершения операции без согласия клиента до момента зачисления кредитных средств на счет; позволяет отказаться от кредитного договора и денежных средств путем их возврата Банку даже после зачисления кредитных средств на счет клиента. Подтверждение Истцом спорных операций указывает на отсутствие признаков их совершения без согласия клиента. Банком проведена идентификация и аутентификация клиента в соответствии с известными только клиенту средствами доступа и в соответствии с условиями банковского обслуживания, однако ввиду использования правильных паролей и кодов, для совершения операций в системах Банка, был оформлен спорный кредитный договор. Таким образом, при осуществлении кредитования банком была проявлена должная степень заботливости и осмотрительности, доказательств обратного в материалы дела истцом не представлено.

Зачисление кредита производится на расчетный счет клиента и дальнейшее распоряжение денежными средствами возможно только самим клиентом. Распоряжение денежными средствами могло осуществляться не иначе как по воле клиента с использованием только известных ему средств доступа согласно договору между клиентом и Банком. Ссылка на обстоятельства дальнейшего распоряжения денежными средствами не имеет значения для рассмотрения вопроса о действительности кредитного договора, поскольку его заключение предшествует распоряжению. Банк в данной ситуации является ненадлежащим ответчиком, требования клиента необходимо адресовать получателям денежных средств.

Д.М.Г. денежные средства в размере 100 000 руб., полученные в кредит, сначала были переведены на другой банковский счет № №, открытый на имя О.В. в ПАО Сбербанк, а затем переведены в Озон Банк на счет, принадлежащий О.В. Г. (предположительно самому заемщику). Далее заемщик еще раз перевел денежные средства в размере 100 000 рублей, полученные в кредит на другой свой банковский счет № № а затем при попытке перевести денежные средства в Озон Банк на счет, принадлежащий О.В. Г., ПАО Сбербанк отклонил перевод и заблокировал банковские карты заемщика № №

Кроме того, после того, как операция по повторному переводу денежных средств в размере 100 000 рублей на счет, открытый в Озон Банк, ПАО Сбербанк была отклонена, О.В. осуществил звонок в контактный центр ПАО Сбербанк, которым подтвердил, что именно он осуществил первоначальный перевод в Озон Банк и что он повторно осуществляет перевод денежных средств на свой счет, открытый в Озон Банк, однако после телефонного разговора с заемщиком, перевод так и не был осуществлен, т.к. заемщик не назвал кодовое слово (аудиозаписи разговора с оператором контактного центра ПАО Сбербанк дополнительно будут направлены по почте с приложением ходатайства о приобщении данных доказательств).

Таким образом, доказательствами, представленными в материалы дела, подтверждается, что при осуществлении кредитования и проведении операций по дальнейшему распоряжению кредитными денежными средствами банком была проявлена должная степень заботливости и осмотрительности, следовательно, доводы истца об обратном не соответствуют действительности.

Учитывая, что истцом не представлено в материалы дела доказательств, подтверждающих недобросовестность действий Банка, а Банком напротив в материалы дела представлены доказательства (выписки из журнала СМС-сообщений в системе Мобильный банк, аудиозапись разговора истца с оператором контактного центра ПАО Сбербанк), подтверждающие многочисленные действия Банка, направленные на отклонение спорных операций, довод истца о том, что Банк действовал недобросовестно является необоснованным.

Представленная истцом информация о признании истца потерпевшим по уголовному делу не имеет доказательственного значения в рамках рассматриваемого спора, сами по себе материалы уголовного дела, до вступления в силу судебных постановлений по нему, не освобождают истца от обязанности доказывания тех обстоятельств, на которые он ссылается. Несмотря на то, что иные доказательства из уголовного дела могут использоваться в качестве средств доказывания по гражданскому делу, указанные доказательства должны отвечать требованиям относимости, допустимости и достоверности.

Банком соблюдаются требования Закона о потребительском кредите, в частности, положения статьи 5 Закона, предусматривающего условия потребительского кредита, содержание общих и индивидуальных условий кредитования, порядок ознакомления с ними и порядок заключения договора.

Как следует из материалов дела, заключению кредитного договора предшествовала целая совокупность действий: подача заявки на кредит / заявки на расчет кредитного потенциала, ознакомление с общими условиями кредитования, выбор параметров и срока кредитования, ознакомление с индивидуальными условиями кредитования, подписание кредитного договора и т.д. В процессе заключения кредитного договора клиент проходит пошаговый клиентский путь.

Доводы истца о признании Договора недействительным ввиду того, что Договор был заключен под влиянием заблуждения (статья 178 ГК РФ) не обоснованы. Из оспариваемого Кредитного договора, подписанного простой электронной подписью О.В., следует, что ему была известна полная информация об условиях кредитования, в том числе о сумме кредита, процентной ставке за пользование кредитом, а также информация о Кредиторе. Данные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности О.В. при заключении Кредитного договора о его существенных условиях и правовых последствиях, и не подтверждают ее утверждения о том, что он заблуждался относительно предмета, природы, условий и стороны сделки.

Доводы истца о признании Договора недействительным ввиду того, что Договор был заключен под влиянием обмана (статья 179 ГК РФ) также не обоснованы. При заключении Кредитного договора Банк предоставил истцу всю необходимую информацию об условиях договора, предмете договора, обязательствах сторон, порядке расчетов, ответственности сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора, а О.В., обращаясь в Банк с заявкой на получение кредита, указал приемлемую для него форму кредитования и впоследствии согласился со всеми условиями, и подписал Кредитный договор без замечаний и изъятий, что соответствует свободе договора, установленной ст. 421 ГК РФ, а также положениям ст. ст. 807, 811, 819 ГК РФ.

Банк не знал и не мог знать об обмане О.В. третьими лицами, что исключает возможность признания оспариваемой сделки недействительной. Банком выполняются требования по обеспечению защиты информации в рамках предоставляемых услуг в удаленных каналах обслуживания (УКО).

Материалы дела не содержат доказательств предоставления Клиента доступа к приложению «Сбербанк Онлайн» третьим лицам. Все операции, совершаемые в личном кабинете Клиента были осуществлены с известными только Клиенту логином, паролем и кодами доступа, направляемыми Клиенту на его мобильное устройство.

Факт мошенничества в отношении Истца не доказан. Приговор суда по уголовному делу отсутствует. При этом даже если хищение и было, факт хищения денежных средств не связан с процедурой кредитования Банка, поскольку заключение Кредитного договора предшествует распоряжению полученными по кредитному договору денежными средствами.

В материалах дела не содержится доказательств, свидетельствующих о том, что Банк вводил О.В. в заблуждение или обманывал при заключении Кредитного договора. Обстоятельства, в отношении которых О.В. был обманут третьими лицами, не являются существенными и их наличием обычным среднестатистическим потребителем не может быть обусловлено совершение оспариваемой сделки. Заблуждения О.В. относительно обстоятельств заключения оспариваемой сделки не являются существенными (достаточными для признания сделки недействительной).

Вопреки доводам О.В. переводы денежных средств с его счета в ПАО Сбербанк на его же счет в Озон Банк не соответствовали признакам осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия Клиента.

Банк исполнил распоряжения клиента о перечислении денежных средств в соответствии с положениями ГК РФ, Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ "О национальной платежной системе" (далее - № 161-ФЗ), Положения Банка России «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием» от 24.12.2004 № 266-П, а также в соответствии с Условиями банковского обслуживания ПАО Сбербанк, Условиями выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО Сбербанк.

Требование истца о применении положений ст. 167 ГК РФ о не применении реституции, как последствии недействительности сделки не состоятельно, так как суд вправе не применять последствия недействительности сделки лишь в строго определенных законом случаях, к которым удовлетворение иска в соответствии с положениями ст. 178, ст. 179 ГК РФ не относится.

Полагает, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению поскольку истец должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения.

В соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика.

Суд, заслушав представителя истца, исследовав представленные сторонами доказательства, приходит к следующим выводам.

Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).

Пунктом 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО1 обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пунктом 4 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Статьей 820 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В силу п. 2 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, относящиеся к договору займа, - об уплате процентов (статья 809), об обязанности заемщика по возврату суммы долга (статья 810), о последствиях нарушения заемщиком договора займа (статья 811) - применимы к отношениям по кредитному договору, если иное не предусмотрено нормами о кредитном договоре или не вытекает из его существа.

Из п. 1 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Согласно п. 2 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации если договор займа должен быть совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Как следует из ст.3 ФЗ от 21.12.2013 г. №353-Ф3 «О потребительском кредите (займе)» денежные средства могут предоставляться кредитором заемщику с использованием электронных средств платежа (кредитной карты). В основу отношений между банком и держателем кредитной карты положен договор потребительского кредита с лимитом кредитования. Кредитная карта аналогична потребительскому кредиту.

В ст. 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите" подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Согласно п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите" документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе, сети "Интернет".

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

Обращаясь с требованием о признании договора потребительского кредита недействительным, истец указывает, что намерения на заключение такого договора не имел, заявку на получение кредита не направлял, кредитной документации для его оформления и подписания не получал, с условиями договора не знакомился, денежные средства от банка не получал, они были переведены в течение нескольких минут на счета третьих лиц, возможности повлиять на совершение в отношении него неправомерных действий не имел, в отношении него совершены мошеннические действия.

Согласно п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (п. 1 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 2 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу ч. 1 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по гражданскому делу являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные могут устанавливаться объяснениями сторон, показаниями свидетелей, письменными доказательствами.

В судебном заседании установлено, что Д.М.Г. между ПАО Сбербанк и лицом, от имени О.В. был заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты №, в соответствии с которым банк предоставил заемщику денежные средства (кредитная карта с лимитом 270 000 рублей).

Подписав кредитный договор в электронном виде простой электронной подписью, посредством использования систем «Сбербанк Онлайн» и «Мобильный банк», заемщик присоединился к Общим условиям выпуска и обслуживания кредитной карты в ПАО Сбербанк, с содержанием которых заемщик был ознакомлен и согласен, принял на себя обязанность возвратить полученный кредит.

Так согласно п. 3.8 Условий выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО Сбербанк по картам расчетные (расчетно-кассовые) документы, оформляемые при совершении операций по Карте, могут быть подписаны собственноручной подписью Держателя Карты либо Аналогом собственноручной подписи Держателя (ПИН, Одноразового пароля, Биометрического метода аутентификации), либо составлены с использованием реквизитов Карты (номера Карты). Расчетно- кассовые документы, подписанные или составленные указанными выше способами, являются надлежащим подтверждением того, что распоряжение на проведение операции по Счету Карты составлено и подписано Держателем. (л.д.108-120).

Из представленной стороной ответчика в материалы дела информации об обстоятельствах заключения договора на выпуск и обслуживание кредитной карты №, следует, что Д.М.Г. лицом, от имени О.В. была подана заявка на получение кредитной карты, согласно выписке из журнала CMC-сообщений, в системе «Мобильный банк» Д.М.Г. в 12:14 заемщику поступило сообщение об одобрении кредитной карты с лимитом 270 000 рублей с предложением подтвердить выпуск карты. Кредитный договор был заключен, кредитная карта активирована, о чем заемщик также был проинформирован путем направления соответствующего смс-сообщения. (т.1 л.д. 160-162)

Д.М.Г. в 4:14, в 07:50, в 08:00 ПАО Сбербанк приостанавливал оформление кредита.

Банком проведена идентификация и аутентификация клиента, и ввиду использования правильных паролей и кодов, для совершения операций в системах Банка, был оформлен спорный кредитный договор.

Из выписки по счету следует, что Д.М.Г. денежные средства в размере 100 000 рублей были переведены банковский счет № открытый на имя О.В. ПАО Сбербанк, а затем переведены в Озон Банк на счет, принадлежащий О.В. Г.

Далее, заемщик перевел денежные средства в размере 100 000 рублей, полученные в кредит на другой свой банковский счет №, а затем при попытке перевести денежные средства в Озон-банк на счет, принадлежащий О.В. Г., ПАО Сбербанк отклонил перевод и заблокировал банковские карты заемщика № №

После того, как операция по повторному переводу денежных средств в размере 100 000 рублей на счет, открытый в Озон Банк, ПАО Сбербанк была отклонена, лицо, от имени О.В. осуществил звонок в контактный центр ПАО Сбербанк, которым подтвердил, что именно он осуществил первоначальный перевод в Озон Банк и что он повторно осуществляет перевод денежных средств на свой счет, открытый в Озон Банк, однако после телефонного разговора с заемщиком, перевод так и не был осуществлён, заемщик не назвал кодовое слово (в материалы дела предоставлены аудиозаписи разговора с оператором контактного центра ПАО Сбербанк прослушанные в судебном заседании).

ОМВД России по Колпашевскому району УМВД России по Томской области в ответ на запрос суда, предоставлены сведения из материалов уголовного дела, согласно которым, Д.М.Г. возбуждено уголовное дело №, по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по факту того, что неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, посредством телефонного звонка путем обмана, воздействуя психологически, убедило его получить кредитную карту и перевести денежные средства в размере 100000 рублей на Ozon Bank. В рамках указанного уголовного дела О.В. был признан потерпевшим. (т.1 л.д. 43-44; 205)

Из объяснений от Д.М.Г., протокола допроса потерпевшего от Д.М.Г. О.В., аналогичным по своему содержанию, следует, что Д.М.Г. он находился в <адрес>, когда в 14 часов 12 минут ему на сотовый телефон TECNO POVA Neo3 с установленным в нем абонентским номером +№ оператора сотовой связи МТС поступил звонок от абонентского номера +№. Он ответил на данный звонок, с ним стал разговаривать мужчина, который представился сотрудником МТС, фамилию, имя и отчество не называл. Звонивший пояснил, что у него заканчивается срок действия договора с оператором сотовой связи МТС. Для того, чтобы продлить договор ему необходимо сообщить коды, которые поступят на сотовый телефон. Коды, которые он сообщил звонившему, он удалил, так как звонивший пояснил, что они больше не пригодятся. После чего, звонивший пояснил, что договор успешно продлен, и разговор прекратился. Затем, Д.М.Г. в 14 часов 51 минуту в мессенджере WhatsApp ему поступило сообщение от абонентского номера +№ следующего содержания: «Чат активный. Специалист М.А.. Табельный №». В 14 часов 57 минут в мессенджере WhastApp ему поступил видеозвонок от М.А. Изображение М.А. на видео он не видел. М.А. пояснил ему, что коды, которые ранее он сообщил сотруднику МТС, на самом деле он сообщил мошенникам, в результате чего последние оформили на него кредиты в ПАО «Сбербанк России» в размере 200 000 рублей и в АО» Газпромбанк». После чего, М.А. пояснил, что по оформленным на его имя кредитам, неустановленные лица пытаются осуществить операции по списанию денежных средств. Какие лица, и в каком размере пытались осуществить списание денежных средств, он не знает, так как звонивший ничего не пояснял. Для того, чтобы сохранить денежные средстве и не допустить их списания, звонивший сказал, что ему необходимо перевести денежные средства на безопасную ячейку, действуя строго по его указаниям, тем самым обнулив кредиты. Д.М.Г. в 13 часов 21 минуты он осуществил перевод денежных средств в размере 100 000 рублей с кредитной банковской карты ПАО «Сбербанк» или на № № на платёжный счет №. В 14 часов 20 минут (по московскому времени) он осуществил также перевод в размере 100 000 рублей, комиссия составила 3000 рублей. Д.М.Г. в 13 часов 23 минуты (по московскому времени) по указанию звонивших он осуществил перевод денежных средств на банковскую карту Озон Банк № № в размере 100 000 рублей. Денежные средства в размере 100 000 рублей он переводил по указанию звонившего для того, чтобы обнулить кредит. Д.М.Г. в 15 часов 20 минут по указанию звонившего он хотел перевести денежные средства в размере 100 000 рублей на № но операция была отклонена банком. (т.1 л.д.207, 211-212).

На основании постановления от Д.М.Г. предварительное следствие по уголовному делу № приостановлено. (т.1 л.д.213)

Согласно поручению о проведении оперативно-розыскных мероприятий от Д.М.Г. сотрудникам ОУР ОМВД России по Колпашевскому району поручено продолжить проведение оперативно-розыскных мероприятий направленных на установление лица совершившего преступление, установление дополнительных свидетелей и очевидцев преступления. (т.1 л.д.215)

Из информации ПАО МТС о принадлежности абонентских номеров от Д.М.Г., следует, что номер телефона № принадлежит абоненту – О.В., Д.М.Г. года рождения, период действия с Д.М.Г. по н.в.; номер телефона № принадлежит абоненту – А.С., Д.М.Г. года рождения, период действия с Д.М.Г. по н.в.; номер телефона № принадлежит абоненту – М.В., Д.М.Г. года рождения, период действия с Д.М.Г. по н.в. (т.1 л.д. 216)

Анализируя сведения, представленные в материалы дела по поступлению и переводу денежных средств, суд учитывает, что согласие на кредит было получено банком 12:14 (т. 1 л.д. 161), а операция по перечислению денежных средств совершена в 13:21, то есть в течение полутора часов с момента перечисления суммы кредита, что следует из выписки по счету (т. 1 л.д.22).

Согласно п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (в редакции, действовавшей на дату заключения договора) документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Таким образом, договор потребительского займа между сторонами может быть заключен в электронном виде через систему электронного взаимодействия.

Гражданский кодекс Российской Федерации не устанавливает обязанности сторон использовать при заключении договора в электронной форме какие-либо конкретные информационные технологии и (или) технические устройства, следовательно, виды применяемых информационных технологий и (или) технических устройств должны определяться сторонами самостоятельно.

К числу информационных технологий, которые могут использоваться при заключении договоров в электронной форме, в частности, относятся: технологии удаленного банковского обслуживания, обмен письмами по электронной почте, использование SMS-сообщений.

По настоящему делу в ходе судебного разбирательства, истец указывал, что заявку на получение кредита не подавал, кредитный договор не заключал, денежные средства с принадлежащей ему карты на иные счета не переводил, мобильный телефон из его владения не выбывал, однако смс-уведомлений из банка он не получал, услугу переадресации не подключал. Указанные обстоятельства подтверждаются действиями истца, связанными с обращением в полицию, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела, а также обращением в ПАО Сбербанк.

Исследовав информацию о детализации номера телефона +№, зарегистрированного сотовым оператором ПАО МТС на имя О.В. за период с Д.М.Г. по Д.М.Г., на диске, представленном оператором сотовой связи, суд установил наличие сведений о номере телефона, на который осуществлялась переадресация звонков и СМС-сообщений с телефонного номера О.В..

Так Д.М.Г. в период времени с 14:26 абонентом приняты ряд СМС-сообщений: от sms_MTC_ID, gosuslugi, Gazprombank, MTS_bill, далее в 15:49 установлена переадресация безусловная (Call Forwarding Unconditional) с указанием номера №, 16:39 поступил входящий звонок от № Далее в этот же день, в период с 18:15 до 21:14 неоднократно поступили смс-сообщения, входящие звонки (некоторые продолжительностью 485, 690 минут) с указанием типа соединения: безусловная переадресация № Далее Д.М.Г. в период времени с 08:14 абонентом <***> приняты звонки и ряд СМС-сообщений: от sms Gazprombank, 900, gosuslugi, MTS-Bank, OzonFinance, YooMoney, также имеются сведения: 09:46, 11:42, 16:41, 17:38, 18:42, 18:44, 19:38, 21:55 – № переадресация безусловная (Call Forwarding Unconditional). ( т.1 л.д 217, т.2 л.д.82, 105)

Возражая против требований истца, банк указывает, что его действия были добросовестны, все меры к тому, чтобы проверить совершаемые операции были приняты, неустановленные лица получили доступ к платежным средствам истца не по вине банка, а потому, что истцом не была обеспечена сохранность поступивших паролей и средств подтверждения операций в подтверждение чего предоставлены сведения об смс сообщениях, направленных на номер телефона М. (т. 1 л.д. 160-162); аудиозаписи разговоров сотрудников банка с лицом, представившимся истцом. (т. 1 л.д. 181)

О.В. является клиентом ПАО Сбербанк, при заключении договора им указывалась контрольная информация- ключевое слово для идентификации, Д.М.Г. истец указал мобильный телефон №.

Указанными данными ответчик руководствовался при проверке совершаемых операций Д.М.Г., установив, что совершаемые по счету истца операции обладают признаками сомнительности. Часть операций по перечислению денежных средств, блокировалась ответчиком с целью проверки на предмет отсутствия совершения мошеннических действий.

Из представленных аудиозаписей разговоров следует, что в банк совершались звонки с целью выяснения причин блокировки операций по перечислению денежных средств со счета истца, звонок осуществлен с номера <***>, после чего сотрудники банка перезванивали самостоятельно с целью выяснения действительной воли клиента на совершение операций и предупреждения о возможных мошеннических действиях.

При этом из представленных стенограмм разговоров следует, что при звонке сотрудниками банка звонок осуществлялся по тому же номеру, с которого был осуществлен звонок - №

Вместе с тем, из материалов уголовного дела и представленной детализацией соединений ПАО МТС следует, что на устройстве истца была установлена переадресация звонков на № которая была деактивирована, а затем была установлена переадресация входящих звонков на № ( т.1 л.д 217, т.2 л.д.82, 105).

Как пояснял истец, его удерживало неизвестное лицо для общения по WhatsApp около двух с половиной часов и просило не класть трубку, так как это важно и его средства тем временем переводятся на безопасный счёт.

Таким образом, во время совершения спорных операций истец не мог отвечать на звонки банка ввиду установления на его номере переадресации, более того, представленная банком стенография разговоров указанное обстоятельство также подтверждает, входящие звонки осуществлялись с указанного выше номера № в то время как истец был лишен возможности контролировать процессы, происходящие в его телефоне в виду несанкционированного вмешательства в работу телефона.

Из файла аудиозаписи звонка от Д.М.Г.. в 15:25:54 при разговоре с оператором ФИО2 Эльдаром лицо, представляющееся от имени О.В., поясняет, что «не может позвонить со своего номера, так как его банковская карта заблокирована…» и на вопрос оператора, кто такая Татьяна Павловна, которой О.В. переводил деньги, не ответил. Далее оператор задаёт вопросы, затем продолжает разговор другой оператор ФИО3 (Д.М.Г.. в 15:26:54), на вопрос, где проживает в настоящее время держатель карты О.В., лицо называет улицу «НефтеразвОдчиков», а не «Нефтеразведчиков» (имеющаяся в <адрес>) и задав вопрос о номере дома с предыдущего адреса по <адрес>, лицо, представившееся О.В. начинает задавать вопрос оператору: «Почему вы мне задаёте такие вопросы?». Следующий аудиофайл представлен с разговором также с оператором ФИО3 Д.М.Г.. в 15:38:14. где в начале разговора лицо от имени О.В. пытается выяснить с тем ли оператором он общался раньше, и сразу отвечает, что деньги переводил Татьяне Павловне с его фамилией и называет номер дома по <адрес> сообщает, что помочь в разблокировке не может и просит лицо обратиться в офис по месту жительства. Лицо от имени О.В. начинает говорить повышенным тоном, что он находится на буровой в тайге и ему срочно необходимо совершить перевод. Далее был совершен звонок Д.М.Г.. в 15:46:30, разговор состоялся с оператором ФИО4, лицо от имени О.В. не смог ответить на вопрос и назвать кодовое слово, ему сообщили, что необходимо явиться в банк с паспортом.

Учитывая изложенное, юридически значимым обстоятельством является установление того факта, действительно ли на телефон истца было установлена переадресация, данный факт с достоверностью установлен в настоящем деле.

На основании определения суда от Д.М.Г., по ходатайству представителя истца, не нарушая порядка состязательности и равноправия сторон, была назначена судебная фоноскопическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «СЭ».

Согласно экспертному заключению № № от Д.М.Г., проведенной ООО «СЭ», Голос и речь лица, осуществляющего разговор от имени О.В. на предоставленных ПАО Сбербанк на информационном носителе (DVD-диске) аудиозаписях телефонных разговоров операторов контактного центра с данным лицом, не принадлежит О.В.. Реплики от имени О.В. на данных аудиозаписях произнесены другим (одним) лицом.

Данное заключение эксперта № № от Д.М.Г., суд находит соответствующим требованиям, предъявляемым к нему гражданским процессуальным законодательством, Федеральным законом РФ от Д.М.Г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а так же Федеральными стандартами оценки, в том числе по форме и содержанию, заключение дано специалистами с надлежащей квалификацией, с обоснованием своих выводов, с указанием используемых материалов, со ссылкой на законодательство.

Сомнений в правильности или обоснованности заключения судебной экспертизы, как и противоречий в нем, не имеется. При этом оно основано на материалах дела и результатах проведенных исследований, составлено в соответствии с положениями действующих нормативных актов, результаты исследования мотивированы, заключение составлено со ссылками на примененные методы исследования, соответствует требованиям научности, объективности, обоснованности, достоверности и проверяемости, ответы даны по тем вопросам, которые поставлены судом, выводы эксперта носят категоричный, а не вероятностный характер. Данное экспертное заключение является ясным и полным, противоречивых выводов не содержит. Надлежащие доказательства, позволяющие поставить под сомнение выводы эксперта и свидетельствующие о недостоверности выводов, суду не представлены.

При таких обстоятельствах, с учетом заключения эксперта, суд соглашается с доводами истца о том, что в отношении него совершены мошеннические действия, выраженные в заключении кредитного договора и списании с его счета без его ведома денежных средств.

Из исследованных судом выписок по счету следует, что фактически денежные средства, предоставленные по кредиту, были перечислены на счет иного лица.

Таким образом, кредитные средства были предоставлены не О.В. и не в результате его действий, а неустановленному лицу, действовавшему от его имени.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Специальные требования к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении кредитного договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Согласно ч. 1 ст. 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом.

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (ч. 6 ст. 7 Закона о потребительском кредите).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В соответствии с п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что индивидуальные условия договора кредита были согласованы с заемщиком, что волеизъявление на заключение договоров исходило от заемщика, что способ предоставления кредита и номер карты для перечисления денег были указаны заемщиком и т.д., возложена на Банк.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу, что воли истца на заключение спорного кредитного договора не было, распоряжения на перечисление денежных средств истца третьим лицам и совершение операций по движению денежных средств между счетами истца, О.В. не давалось, обратного банком не доказано.

То обстоятельство, что денежные средства зачислены на счет истца и в течение непродолжительного периода переводом перечислены третьему лицу, в то время как такое финансовое поведение не свойственно О.В., явно свидетельствует о том, что совершаемые операции, в том числе заключение кредитного договора обладают признаками сомнительной операции.

При этом оценивая действия банка, суд полагает, что им не в полном объеме проверены совершаемые операции.

В возражениях ответчик указывает, что им были заблокированы операции по переводу денежных средств, после совершения звонков на номер истца. Д.М.Г. в 12:14 заемщику поступило сообщение об одобрении кредитной карты с лимитом 270 000 рублей с предложением подтвердить выпуск карты (л.д.160-162). Пароль подтверждения был введен верно, так акцепт оферты на кредит были подтверждены аналогом собственноручной подписи клиента.

При оформлении кредита, банком не был осуществлён звонок О.В., чтобы убедиться в желании клиента оформить договор, с проверкой личных данных О.В. для его идентификации.

Как указывает ответчик, у банка не было основания сомневаться в действительной воле на совершение операций, поскольку вход в программу осуществлен с телефона истца.

Вместе с тем, явно была необходимость дополнительной проверки, и блокировки операций на более длительный срок.

Согласно п. 3.4 ст. 8 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента (за исключением операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России), приостанавливает прием к исполнению распоряжения клиента на два дня. Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, отказывает в совершении соответствующей операции (перевода).

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 Постановления Пленума N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, учитывая, что на телефоне истца была установлена переадресация, финансовое поведение, выраженное в совершении операций в течение непродолжительного времени на счета третьих лиц не свойственно истцу, банку следовало принять дополнительные меры к выяснению воли истца относительно желания оформить кредит и спорных операций. Вопрос о том, имел ли клиент волю на заключение кредитного договора, при том, что денежные средства моментально начали перечисляться третьим лицам, вовсе не выяснятся сотрудниками банка.

При немедленном - в течение суток перечислении Банком денежных средств третьему лицу их формальное зачисление на открытый в рамках кредитного договора счет с одновременным списанием на счет другого лица само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что кредитный договор на выпуск и обслуживание кредитной карты от Д.М.Г. следует признать недействительным в связи с отсутствием доказательств волеизъявления истца на получение кредита, отсутствием доказательств подписания непосредственно О.В. кредитного договора и получения непосредственно им денежных средств по кредитному договору.

Таким образом, требования истца о признании кредитного договора (договора на выпуск и обслуживание кредитной карты № от Д.М.Г. с лимитом кредитования на 270 000 рублей) недействительным с момента его заключения, учитывая установленный факт переадресации на телефоне истца, а следовательно, неисполнение банком обязанности по проверке операций на предмет возможных мошеннических действий подлежит удовлетворению.

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствии, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, договора на выпуск и обслуживание кредитной карты № от Д.М.Г. недействительным с момента его заключения – Д.М.Г..

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость.

В соответствии с п. 4 ст. 167 Гражданского кодекса РФ суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 08.06.2004 N 226-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "Уфимский нефтеперерабатывающий завод" на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации "О налоговых органах Российской Федерации» понятия "основы правопорядка" и "нравственность", как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений.

Статья 169 ГК Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В настоящем случае, применение последствий недействительности сделки кредитного договора, противоречит основам правопорядка или нравственности, а потому основания для применения положений п. 4 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, у суда имеются. О.В. не оформлял кредитную карту и не переводил с этой карты деньги.

Суд исходит из того, что Банк не осуществил аутентификацию клиента при осуществлении операций дистанционным способом, при наличии явных признаков сомнительных операций не проверил волеизъявление клиента бесспорным способом, направленные клиенту одноразовые подтверждающие пароли по причине несанкционированно подключенной переадресации вызовов в действительности перенаправлялись на устройства иных лиц, кредитный договор и распоряжения на перевод денежных средств в действительности подписывались от имени истца другими лицами, розыск которых осуществляется в рамках уголовного дела.

Суд приходит к выводу о необходимости распределения рисков наступления неблагоприятных последствий и освобождении от них слабой стороны правоотношения и переложении рисков на профессионального участника рынка финансовых услуг, вследствие совершения сделок дистанционным способом в тех случаях, когда взаимодействие сторон (кредитора и заемщика) носит опосредованный характер, а Банк исходит из презумпции волеизъявления заемщика, если соответствующий акцепт передается в виде цифровых кодов, направленных по номеру абонента, указанному при заключении договора, при этом в действительности воля и волеизъявление клиента отсутствовали, а от его имени действовали недобросовестные лица путем технического приема переадресации вызовов и сообщений.

Положения закона о допустимости использования электронной подписи, как основанное на презумпции надлежащей идентификации и аутентификации клиента банка в сети Интернет и направленные на упрощение документооборота между субъектами банковских отношений, не могут толковаться как признающие наступление соответствующих юридических последствий для лиц, волеизъявление со стороны которых в действительности отсутствовало.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Такая компенсация при нарушении имущественных прав установлена и Законом РФ "О защите прав потребителей".

Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

В соответствии со ст. 15 названного Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", положений статьи 1 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" предоставление физическому лицу финансовой услуги, относится, в том числе, к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей, и на спорное правоотношение сторон распространяются положения Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Учитывая, что нарушение права истца, как потребителя, ответчиком допущено, то требование о компенсации морального вреда заявлено обоснованно по правилам статьи 15 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Поскольку в судебном заседании установлены нарушения прав О.В. как потребителя, то с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Из объяснений представителя истца следует, что требование о компенсации морального вреда обусловлено неправомерными действиями ответчика, как профессионального участника правоотношений, допустившего оформление кредита в отсутствие его волеизъявления, что повлекло чувство не защищенности, тревожности.

Суд соглашается с доводами стороны истца о наличии оснований для компенсации морального вреда, однако полагает, что его размер подлежит снижению до 10000 рублей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч. 1).

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, и другие признанные судом необходимые расходы.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ определением Колпашевского городского суда Томской области от Д.М.Г. по настоящему делу по инициативе стороны истца была назначена судебная фоноскопическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «СЭ».

Согласно ч. 1 ст. 96 ГПК РФ, денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

По общему правилу, установленному в статье 96 ГПК Российской Федерации, денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, вносятся стороной, заявившей соответствующую просьбу.

Оплата экспертизы произведена О.В. в размере 40 000 рублей путем внесения денежных средств на счет УСД в Томской области до начала производства экспертизы (квитанция ПАО «Томскпромстройбанк» ДО «Колпашевский» от 10.03.2025).

Указанная экспертиза была исполнена и передана в суд. Общая стоимость проведения экспертизы составила 40 000 рублей.

ООО «СЭ» в представленном заявлении просит возместить расходы на проведение экспертизы в сумме 40 000 рублей.

Определением суда от Д.М.Г. Управлению Судебного департамента в Томской области поручено перевести с временного расчетного счета денежные средства, ранее размещенные истцом для производства судебной экспертизы на расчетный счет ООО «СЭ» в размере 40 000 рублей.

Истцом заявлено требование о взыскании расходов на оплату стоимости экспертизы с ответчика в его пользу в ходе рассмотрения дела.

Таким образом, учитывая, что исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату экспертизы в размере 40 000 рублей.

В силу положений ч. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

Пунктом 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, искового заявления неимущественного характера сумма государственной пошлины для физических лиц установлена в размере 3 000 руб.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Как следует из п. 4 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Истцом при подаче в суд иска уплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей, что подтверждено чеком по операции от Д.М.Г..

Исходя из удовлетворенных требований (два неимущественного характера), с учетом уплаченной истцом государственная пошлина в размере 3 000 рублей, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования О.В. к публичному акционерному обществу Сбербанк о признании договора потребительского кредита недействительным, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Признать договор, заключенный между публичным акционерным обществом Сбербанк и О.В. на выпуск и обслуживание кредитной карты № от Д.М.Г. с лимитом кредитования на сумму 270000 рублей недействительным.

Взыскать с публичного акционерного общества Сбербанк №) в пользу О.В. компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы на оплату экспертизы в размере 40 000 рублей, а всего 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества Сбербанк (№) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «<адрес>» в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: Е.В. Ольховская

В окончательной форме решение принято Д.М.Г.

Судья: Е.В. Ольховская

№
№

№