Решение № 2-953/2025 2-953/2025~М-648/2025 М-648/2025 от 11 сентября 2025 г. по делу № 2-953/2025

УИД: 66RS0045-01-2025-001176-52

Дело № 2-953/2025


Решение в окончательной форме

принято 12 сентября 2025г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Полевской 29 августа 2025 г.

Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Николаевой О.А., при секретаре Егоричевой М.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследником,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании её недостойным наследником, мотивируя это тем, что 6 августа 2024г. между его отцом ФИО3 и ФИО4 (ранее ФИО5) Н.А. заключен брак, зарегистрированный в отделе ЗАГС г. Полевского (запись акта о заключении брака № 12024966000330026). 21 ноября 2024г. ФИО3 погиб, с его смертью открылось наследство. Его наследниками по закону, принявшими наследство, являются супруга наследодателя ФИО2 и дети ФИО1 и ФИО6

По мнению истца, брак ФИО3 и ответчика носил фиктивный характер, поскольку с момента регистрации брака и до гибели ФИО3 они не проживали совместно, не имели общего хозяйства и бюджета, не вели совместного быта, между ними отсутствовала взаимная забота, привязанность и эмоциональная связь, присущие супругам.

Из переписки отца с близкими людьми следует, что он не испытывал чувств к ответчику, воспринимал её поведение как манипулятивное и корыстное, отмечал давление с её стороны при заключении брака.

После получения извещения о смерти ФИО3 ответчик в экстренном порядке заменила замки в доме, принадлежащем наследодателю, выселила из дома его двоюродную сестру, произвела вывоз имущества покойного (предметов техники и оборудования), не уведомив об этом потенциальных наследников, предприняла активные действия по получению денежных выплат, положенных законной семье погибшего военнослужащего.

Так же истец полагал, что регистрация брака была достигнута путем введения ФИО3 в заблуждение, под влиянием обещаний и манипуляций, поведение ответчицы после его гибели указывает на целенаправленную попытку завладеть наследственным имуществом и компенсациями, фактических семейных отношений между сторонами не существовало. Действия ФИО2 по регистрации фиктивного брака, введению наследодателя в заблуждение и последующим попыткам получения имущества и выплат, подлежат квалификации как злоупотребление правом.

На основании изложенного истец просил признать ФИО2 недостойным наследником по закону после смерти ФИО3

В судебном заседании истец поддержал иск и доводы искового заявления и пояснил, что с ФИО3, приходящимся ему отцом, он не проживал с малолетнего возраста, после распада семьи родителей. Уже во взрослом возрасте он поддерживал общение с отцом по телефону. Отец ему никогда не говорил о намерении снова жениться, не говорил о наличии у него женщины, с которой проживает. После того, как в ноябре 2024. отец пропал без вести, ему позвонила ФИО2, представившись супругой отца, и попросила сдать анализы на ДНК для установления личности отца, погибшего к тому времени. Так же ответчик предлагала ему скрыть от нотариуса наличие у отца еще одного наследника – ФИО6, в связи с чем он сам принял меры к его розыску. Он полагает, что брак между отцом и ФИО2 являлся фиктивным.

Представитель истца ФИО16, действующая на основании доверенности от 18 июля 2025г., поддержала иск и доводы искового заявления, пояснила, что между ответчиком и ФИО3 отсутствовали семейные отношения, они были зарегистрированы по месту жительства по разным адресам, оплачивали коммунальные услуги отдельно. График работы ФИО3 ответчику неизвестен, сведений о зарплате ФИО3 ответчик так же не имеет. Кроме того, после заключения брака денежной выплатой, полученной при заключении контракта о прохождении военной службы, они распоряжались раздельно, ФИО3 не присылал денежные средства супруге. В связи с тем, что с 2017г. ответчик и ФИО3 не заключали брак вплоть до 6 августа 2024г., это обстоятельство свидетельствует о том, что брак заключен фиктивно для получения выплат, предусмотренных для участников специальной военной операции. После заключения контракта ФИО3 высказывался в адрес ФИО2 грубо, блокировал её в мессенджерах, дистанцировался. По мнению истца, ответчик заключила фиктивный брак с корыстной целью – получить права на имущество и выплаты, сам ФИО3 не рассматривал её как супругу, о чем указывал в переписки, удостоверенной нотариусом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных исковых требований на предмет спора, ФИО7, иск поддержал и пояснил, что брак между ФИО3 и ФИО2 зарегистрирован 6 августа 2024г., за некоторое время до отправки ФИО3 на СВО. До этого времени у сторон брака отсутствовали признаки совместного проживания, общего хозяйства или создания семьи. Сам наследодатель в общении с родственниками и знакомыми не упоминал ФИО2 как близкого человека или супругу. После смерти ФИО3 действия ответчика носили конфликтный и корыстный характер: ограничен доступ к дому наследодателя для иных родственников, из дома вывезено имущество, предпринимались действия по оформлению выплат и имущественных прав без уведомления других наследников. Эти обстоятельства свидетельствуют о корыстной цели ответчика при заключении брака.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, будучи извещена надлежащим образом, в предварительном судебном заседании 4 августа 2025г. суду пояснила, что с апреля 2017г. они стали проживать совместно с ФИО3, вели общее хозяйство. Преимущественно они проживали в её благоустроенной квартире, в дом к ФИО3 ходили редко в летний период. Необходимости в регистрации брака у них не было, она стеснялась большой разницы в возрасте с ФИО3 Летом 2024г. он принял решение заключить контракт о военной службе, несколько раз ходил в военкомат. После одного из посещений предложил ей зарегистрировать брак, что они и сделали, получив справку в военкомате. Дети никогда с ФИО3 не общались. Она сама нашла ФИО1 и сообщила ему о пропаже отца во время участия в СВО. С ФИО3 они общались в последний раз 11 ноября 2024г., а потом ей неофициально сообщили о его гибели сослуживцы. В ноябре 2024г. пришло официальное извещение. С ФИО3 у них произошел конфликт из-за ремонта его дома, в котором должна была участвовать ФИО8, но которая так ничего и не сделала. ФИО3 её вселил в свой дом, она обещала найти подрядчиков для ремонта. После получения официального извещения о смерти супруга, она поменяла в его доме замки, вывезла оттуда холодильник.

Представитель ответчика ФИО17, действующая на основании устного ходатайства ответчика, иск не признала и пояснила, что ФИО3 и ФИО2 проживали совместно без регистрации брака с 2017г., перед заключением ФИО3 контракта о военной службе оформили свои отношения. В период совместного проживания они вели общее хозяйство, проживали в квартире ответчика, а на участке ФИО3, садили картошку, периодически проживая в доме в летний период. Представленная истцом переписка ФИО14 не подтверждает какие-либо факты: часть сообщений удалена, а переписка началась только 11 августа 2025г., большая часть сообщений из переписки удалена. Приговор в отношении ФИО2 за совершение противоправных действий в отношении наследодателя либо его наследников отсутствует, как и решение суда о признании брака недействительным.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании,

- способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию

- либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

Пунктом 2 названной статьи закона так же установлено, что по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

В судебном заседании установлено, что 6 августа 2024г. между ФИО3 и ФИО4 (ранее ФИО5) Н.А. заключен брак, зарегистрированный в отделе ЗАГС г. Полевского (запись акта о заключении брака № 12024966000330026), что подтверждается копией свидетельства о заключении брака.

Из копии контракта о прохождении военной службы следует, что 12 августа 2024г. ФИО3 заключил с Министерством обороны Российской Федерации контракт о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации на один год с 12 августа 2024г. по 11 августа 2025г.

21 ноября 2024г. в н.п. Новоивановка Суджанского района Курской обл. ФИО3 умер, что следует из копии свидетельства о смерти от 17 апреля 2025г.

Наследство ФИО3 приняли супруга ФИО2 и дети ФИО1 и ФИО6 путем подачи заявления нотариусу нотариального округа город Полевской ФИО15, что подтверждается копией заявления ФИО1 и ФИО6 от 21 апреля 2025г. и ФИО2 от 23 апреля 2025г.

По мнению истца, противоправными действиями, направленными против наследодателя являются действия по заключению с ним фиктивного брака.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 27 Семейного кодекса Российской Федерации, брак признается недействительным при нарушении условий, установленных статьями 12 - 14 и пунктом 3 статьи 15 настоящего Кодекса, а также в случае заключения фиктивного брака, то есть если супруги или один из них зарегистрировали брак без намерения создать семью. Признание брака недействительным производится судом.

Таким образом, фиктивным признается брак, заключенный без намерения создать семью; согласие на заключение фиктивного брака не выражает подлинной воли сторон. Стороны преследуют цель заключения брака только для формы, без намерения фактически установить семейные отношения и целью регистрации такого брака является получение каких-либо прав и преимуществ, вытекающих непосредственно из самого факта регистрации брака.

На момент рассмотрения дела решение суда о признании брака недействительным по основанию его фиктивности отсутствует, что не оспаривается сторонами спора.

По мнению стороны истца, ответчик склонила ФИО3 к заключению с нею брака, не намереваясь с ним создать семью: 6 августа 2024г. был заключен брак, а 12 августа 2024г. ФИО3 заключил контракт с Министерством обороны Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 11 Семейного кодекса Российской Федерации заключение брака производится в личном присутствии лиц, вступающих в брак, по истечении месяца и не позднее двенадцати месяцев со дня подачи заявления в орган записи актов гражданского состояния в дату и во время, которые определены лицами, вступающими в брак, при подаче ими заявления о заключении брака. При наличии уважительных причин орган записи актов гражданского состояния по месту государственной регистрации заключения брака может разрешить заключение брака до истечения месяца со дня подачи заявления о заключении брака. При наличии особых обстоятельств (беременности, рождения ребенка, непосредственной угрозы жизни одной из сторон и других особых обстоятельств) брак может быть заключен в день подачи заявления.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что он проходит службу в пункте отбора на военную службу областного военкомата, территориально работает в г. Полевском, в его должностные обязанности входит работа с кандидатами на заключение контракта. Летом 2024г. к нему обратился ФИО3, которому разъяснены условия прохождения военной службы, полагающиеся льготы и компенсации, даны разъяснения по интересовавшим вопросам. Всем кандидатам разъясняется, что в случае, если у них имеется женщина, с которой проживают, они могут зарегистрировать с нею брак в ускоренном порядке, предъявив справку о заключении контракта. ФИО4 сообщил, что есть женщина, с которой он живет. ФИО3 приходил четыре раза, во время одного посещения попросил справку для заключения брака, затем представил свидетельство о браке, сведения о супруге были внесены в послужную карточку ФИО3 Однажды проезжая через с. Курганово он видел ФИО3, прогуливающегося с женщиной. По их виду он понял, что они муж и жена.

Свидетели Свидетель №1 и ФИО10, допрошенные по ходатайству ответчика, суду подтвердили, что с 2017г. ФИО3 и ФИО2 проживали без регистрации брака, вели общее хозяйство, проживали в квартире ФИО3, а дом погибшего использовали как дачу. Брак они не регистрировали из-за большой разницы в возрасте, необходимости в этом не было.

Кроме того, это обстоятельство фактически подтвердили свидетели ФИО11 и ФИО12, допрошенные по ходатайству истца, которые пояснили, что им известно, что ФИО3 и ФИО2 проживали совместно, их связь не одобряли знакомые.

Оценив указанные выше доказательства в их совокупности, суд считает, что регистрацией брака ФИО3 и ФИО2 придали легитимность своим отношениям перед заключением ФИО3 контракта с Министерством обороны Российской Федерации, то есть при наличии особых обстоятельств в порядке, предусмотренном семейным законодательством.

По сути, требования истца о признании ответчика недостойным наследником основаны на его мнении, что брак ФИО3 и ФИО2 являлся фиктивным, однако, истец не является лицом, которому предоставлено право требовать признания права недействительным. Предъявляя настоящий иск, он пытается преодолеть установленный законом запрет на заявление требований о признании брака недействительным лицами, не указанными в законе.

Совершение ответчиком каких-либо противоправных действий, направленных против наследодателя, на увеличение своей доли в наследстве, в ходе рассмотрения дела не установлено допустимыми доказательствами: судебными актами (решением или приговором суда).

Представленные истцом доказательства направлены на установление фиктивности брака.

Показания свидетеля ФИО13 об отсутствии фактических семейных отношений между ФИО3 и ФИО2 суд не считает достоверными, поскольку, как пояснила свидетель, она длительное время проживала за пределами Российской Федерации, общение с ФИО3 поддерживала только по телефону. Летом 2024г. она приехала в с. Курганово, ФИО3, вселил её в свой дом, где в постоянном режиме она проживала непродолжительное время, проводя время у друзей.

Переписка ФИО14 с абонентом +№ (Алексей) в отсутствии ответных сообщений не позволяет понять контекст разговоров, о людях, которых обсуждают.

Кроме того, как указано в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется. Приговор суда, подтверждающий противоправные действия ответчика в отношении наследодателя, иных наследников как и решение суда о признании брака недействительным, позволяющими нотариусу принять решение об отстранении ответчика от наследования, отсутствует.

Доводы о том, что ответчик вывезла некое имущество из дома, собственником которого являлся ФИО3, суд не считает подтверждением факта совершения ответчиком действий, направленных на уменьшение наследственной массы, в данном случае усматривается принятие мер к обеспечению сохранности имущества путем вывоза его из дома, в котором никто не проживает.

Доводы истца и третьего лица ФИО6 о том, что ФИО2, предлагала ФИО1 скрыть от нотариуса наличие еще одного наследника ничем объективно не подтверждены.

При таких обстоятельствах требования истца, по мнению суда, не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследником.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате с применением технических средств.

Председательствующий