Решение № 2-2419/2017 2-91/2018 2-91/2018 (2-2419/2017;) ~ М-1720/2017 М-1720/2017 от 18 февраля 2018 г. по делу № 2-2419/2017

Р Е Ш Е Н И Е (не вступило в законную силу)

Именем Российской Федерации

19 февраля 2018 года <...>

Черновский районный суд г.Читы

в составе председательствующего Петрова А.В.,

при секретаре Резановой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Чите, в помещении суда, с помощью системы видеоконференцсвязи, гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел России по Забайкальскому краю, Управлению внутренних дел России по г.Чите, ФИО2 о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к ФИО2 и Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, указав, что 12.08.2000 года он совместно с П.Н.Г. был задержан сотрудниками милиции и доставлен в Черновский РОВД г. Читы, где его поместили в кабинет сотрудника милиции ФИО2

В данном кабинете сотрудники милиции пристегнули истца наручниками к батарее отопления и продержали в таком положении на протяжении суток. За все это время истца никто не уведомлял о том, что он задержан. Истец неоднократно обращался с просьбой к ФИО2 и другим сотрудникам милиции о том, что он хочет спать, есть, пить, в туалет, но ему в его просьбах было отказано по причине того, что ФИО1 не дает им признательные показания в совершении преступления.

13.08.2000 г. ФИО1 было предъявлено обвинение в подозрении его в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. С 13.08.2000 г. по 16.08.2000 г. истец содержался в камере задержанных Черновского РОВД г. Читы, где он был лишен пищи.

16.08.2000 г. прокурор Черновского района г. Читы дал санкцию на постановление следователя СО Черновского РОВД г. Читы на арест ФИО1, после чего истец был помещен в ИВС г. Читы, где он смог помыться, поесть и выспаться.

Незаконное содержание и лишение свободы с 12.08.2000 г. по 13.08.2000 г. подтверждается апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 22.11.2016 г.

Истец полагает, что ответчик ФИО2 знал о том, что он действует незаконно, поскольку использование задержания как средство принуждения подозреваемого к признанию им вины является недопустимым. ФИО2 знал, что действует в нарушение норм УПК РФ, он сознательно скрыл задержание истца 12.08.2000 г. и составил протокол задержания ФИО1 от 13.08.2000 г., что является нарушением, так как протокол задержания подозреваемого составляется в течение трех часов с момента фактического задержания. Также истец был лишен права на получение юридической помощи с момента фактического задержания.

Полагает, что все процессуальные действия, произведенные в отношении ФИО1 с 13.08.2000 г. по 16.08.2000, являются незаконными.

На основании изложенного просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, причиненного истцу незаконными действиями (бездействиями) должностных лиц органов внутренних дел, связанными с применением в отношении ФИО1 пыток и бесчеловечного отношения, в размере 150 000 рублей.

В качестве соответчиков при рассмотрении указанного дела привлечены Министерств внутренних дел Российской Федерации, Управление Министерства внутренних дел России по Забайкальскому краю, Управление внутренних дел России по г.Чите.

Участвующий в рассмотрении дела посредством видеоконференцсвязи истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме – просил взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в сумме 150 000 рублей, пояснил аналогичное вышеизложенному, указал, что был незаконно задержан сотрудниками Черновского отдела милиции г.Читы 12.08.2000г. и доставлен в помещение Черновского РОВД г.Читы, где его поместили в кабинет <данные изъяты> ФИО2, где его (ФИО1) пристегнули наручниками к батарее отопления и продержали так около суток. При этом никого не уведомляли о задержании ФИО1, не давали ему пить, есть, спать, сходить в туалет, таким образом, принуждая его сознаться в совершенных преступлениях. Такими бесчеловечными действиями истцу был причинен моральный вред, размер которого он оценивает в 150 000 рублей.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Забайкальскому краю Дума О.А., действующая на основании доверенности, против удовлетворения заявленных исковых требований возражала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме, указала, что Министерство финансов РФ в рассматриваемом случае является ненадлежащим соответчиком, поскольку заявленные ФИО1 исковые требования по сути своей вытекают из незаконных действий сотрудников внутренних дел. Также указала, что сутки задержания ФИО1 с 12.08.2000г. на 13.08.2000г. года были зачтены в основной срок отбытия наказания, неправомерные действия сотрудников УМВД России не были доказаны, в дальнейшем ФИО1 был осужден за совершение целого ряда тяжких и особо тяжких преступлений на длительный срок отбывания наказания. Время задержания ФИО1 по подозрению в совершении преступления с 12 августа по 13 августа 2000 года не является безусловным основанием для компенсации морального вреда, поскольку каких-либо объективных доказательств, подтверждающих неправомерность действий сотрудников милиции, причинение ФИО1 нравственных и физических страданий, не представлено.

Заявленный истцом в качестве ответчика ФИО2 пояснил, что в 2000-м году занимал должность <данные изъяты> Черновского РОВД г.Читы, с исковыми требованиями ФИО1 не согласился. Указал, что 12.08.2000г. поздно вечером, около 22 ч 00 мин., сотрудниками милиции по подозрению в совершении тяжких преступлений были задержаны гр. П. и ФИО1 в квартире, откуда также были изъяты и похищенные ими вещи.

Задержанных П. и ФИО1 после 22 ч 00 мин. отправили в Дежурную часть, где рассадили их по разным кабинетам. ФИО1 около 30 мин. находился у его заместителя. Кабинеты, где содержался П. и ФИО1, находились рядом. П., находящемуся в соседнем кабинете, примерно в 23 час. 00 мин. представили изъятые похищенные вещи, после чего П. начал давать признательные показания. ФИО2 также особо отметил, что здание Черновского отдела милиции – это бывший детский сад. В кабинетах здания все батареи и трубопроводы отопления были вмонтированы в стены, т.е. там в принципе не было доступа к батареям. Также и в кабинете у его заместителя, где находился ФИО1, батареи вмонтированы в стену и доступа к ним не имеется. Наручников на ФИО1 не было, в кабинете постоянно находились оперативные сотрудники, в связи с чем доводы Хозееваа о применении к нему наручников надуманны и не соответствуют действительности. Эксперт у ФИО1 снимал отпечатки пальцев, после снятия отпечатков ФИО1 выводили в туалет мыть руки, где он умывался, отмывал руки от порошка после снятия отпечатков и, соответственно, мог сходить в туалет. ФИО1 противоречит сам себе, утверждая, что родственники не были уведомлены о его задержании, но при этом говорит, что к нему приводили его сожительницу, значит, она его видела и была уведомлена о его задержании.

Представитель УМВД России по г.Чите ФИО3, представитель УМВД России по Забайкальскому краю ФИО4, действующие на основании доверенностей, каждая в отдельности заявленные исковые требования ФИО1 не признали, указали, что УМВД России по г.Чите и УМВД России по Забайкальскому краю, во-первых, являются ненадлежащими ответчиками по заявленному ФИО1 иску, во-вторых, каких-либо объективных доказательств причинения истцу моральных страданий не имеется, неправомерности и незаконности действий и бездействий, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившими последствиями не усматривается.

Сам по себе факт зачета в срок отбывания наказания осужденному ФИО1 времени его задержания по подозрению в совершении преступления с 12 августа по 13 августа 2000 года не является безусловным основанием для компенсации морального вреда, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих неправомерность действий сотрудников ОВД Черновского района г. Читы, причинение ФИО1 нравственных и физических страданий, нарушение его личных имущественных прав не представлено.

Представитель МВД РФ, ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требований ФИО1 также не признала по мотивам, аналогичным изложенному выше.

Участвующий в деле прокурор Решетникова Т.Д. также полагала исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, поскольку не имеется доказательств, подтверждающих совершение неправомерных действий сотрудниками милиции, какой-либо причинно-следственной связи между действиями их действиями и последствиями не усматривается. По данному факту проводилась процессуальная проверка по заявлению истца, по результатам данной проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, что свидетельствует также об отсутствии неправомерных каких либо действий со стороны сотрудников милиции, на которые истец ссылается.

Выслушав объяснения истца, представителей ответчиков, прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из протокола задержания от 13 августа 2000-го года следователем СО Черновского ОВД г.Читы был задержан ФИО1 по подозрению в совершении тяжкого преступления – разбойного нападения на квартиру гр.К. по адресу: <адрес>, где он, применяя насилие, открыто похитил имущество.

Кроме того, из протоколов задержания, допросов подозреваемого также следует, что 13.08.2000г. был задержан также и гр.П.Н.Г. (л.д.__).

Постановлением от 16.08.2000г. следователя СО Черновского РОВД г.Читы в качестве меры пресечения в отношении обвиняемого ФИО1 применено заключение под стражу, о чем объявлено ему письменно под расписку в настоящем постановлении (л.д.__).

По заявлению П.Н.Г. о применении незаконных мер воздействия при задержании прокурором г.Читы была проведена проверка, по результатам которой 28.04.2001г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д.__), из которого следует, что применение недозволенных методов получения признательных показаний оперативными работниками Черновского РОВД г.Читы не установлено.

Приговором судебной коллегии по уголовным делам Читинского областного суда от 22.04.2002г. ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.127 ч.2 п. «а», 166 ч.2 п.п. «а, б», 162 ч.3 п.п. «б, в», 161 ч.2 п.п. «а, б, в, г, д», 163 ч.2 п.п. «а, б», 222 ч.4, 162 ч.2 п.п. «а, б, в, г», 105 ч.2 п.п. «ж, з» УК РФ и на основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 24 (двадцать четыре) года лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии особого режима; П.Н.Г. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.105 ч.2 п.п. «ж, з, н», 166 ч.2 п.п. «а, б», 161 ч.3 п.п. «б, в, г», 163 ч.3 п. «г» УК РФ и на основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний определено 22 года лишения свободы с конфискацией имущества; на основании ст.69 ч.5 УК РФ частично присоединено не отбытое наказание по приговору Железнодорожного районного суда от 18 октября 2000 года и окончательно к отбытию назначено 22 года 6 месяцев лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии особого режима (л.д.__).

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 15.10.2003г. указанный приговор Читинского областного суда изменен: по эпизодам, связанным с совершением разбойных нападений на К. Р. и А. считать осужденными К., П., ФИО1 совершившими указанные преступления не с применением оружия, а с применением предметов, использованных в качестве оружия.

Этот же приговор в части осуждения К.А.В., ФИО1 по ст.222 ч.4 УК РФ отменен и дело производством прекращено на основании ст.78 УК РФ в связи с истечением срока давности, назначив наказание: К.А.В. – на основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.127 ч.2 п. «а», 166ч.2 п.п. «а, б», 163 ч.2 п. «а, б», 162 ч.2 п.п. «а, б, в, г», 162 ч.3 п. «б», 105 ч.2 п.п. «б, к, н», 132 ч.2 п. «б» УК РФ – 23 года лишения свободы с конфискацией имущества на основании ст.69ч.5 УК РФ, с частичным присоединением неотбытого наказания по предыдущему приговору, 24 года лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием первых трех лет лишения свободы в тюрьме, оставшегося срока – в исправительной колонии особого режима; ФИО1 – на основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.127 ч.2 п. «а», 166 ч.2 п.п. «а, б», 161 ч.2 п.п. «а, б, в, г, д», 162 ч.2 п.п. «а, б, в, г», 162 ч.3 п.п. «б, в», 163 ч.2 п.п. «а, б», 105 ч.2 п.п. «ж, з» УК РФ УК РФ – 23 года лишения свободы в исправительной колонии особого режима с конфискацией имущества. В остальной части приговор в отношении К.А.В., ФИО1, П.Н.Г. – оставлен без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения (л.д.__).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 22.11.2016г. зачтен в срок отбытия наказания осужденному ФИО1 по приговору Читинского областного суда от 22.04.2002г. время его задержания по подозрению в совершении преступления с 12 августа по 13 августа 2000 года (л.д.__).

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет Казны РФ, от имени Казны выступает финансовый орган.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать факт противоправных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

В соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции РФ каждый задержанный имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы этого лица.

В соответствии со ст. 123 УПК РФ действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном УПК порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Статьей 56 ГПК РФ установлена обязанность каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания обстоятельств причинения морального вреда в настоящем деле лежит на истце.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" истцом должны быть приведены доказательства, подтверждающие факт причинения ему нравственных страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Исходя из смысла приведенных норм права, истец должен доказать: обстоятельства причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействий) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступающим вредом. Отсутствие одного из названного элементов является основанием для отказа в иске.

Сам по себе факт зачета в срок отбывания наказания осужденному ФИО1 время его задержания по подозрению в совершении преступления с 12 августа по 13 августа 2000 года, не является безусловным основанием для компенсации морального вреда, поскольку каких-либо объективных доказательств, представленных в соответствии со ст.56 ГПК РФ, однозначно дающих основание считать доказанным факт причинения морального вреда истцу, подтверждающих неправомерность действий сотрудников УМВД России по г. Чите, причинение ФИО1 нравственных и физических страданий не представлено и в материалах дела не содержится, факта незаконного задержания ФИО1 не установлено, напротив, ФИО1 после задержания и проведения всех необходимых следственных действий был осужден за совершение целого ряда тяжких и особо тяжких преступлений на длительный срок лишения свободы. Приговор суда в данной части вступил в законную силу и исполняется по настоящее время в установленном законом порядке.

При описанных обстоятельствах дела, оценив их в совокупности друг с другом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел России по Забайкальскому краю, Управлению внутренних дел России по г.Чите, ФИО2 о компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Черновский районный суд г.Читы.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 28 февраля 2018 года.

Судья: Петров А.В.

Копия верна