Апелляционное постановление № 22-1911/2024 от 22 сентября 2024 г. по делу № 4/17-7/2024

судья Мельникова Т.Л.. № 22-1911/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 23 сентября 2024 года

Суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Шерстнева П.Е., при секретаре Казаковой Е.С., с участием прокурора Мельниковой П.С., адвоката Терикбаева Р.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе и дополнений к ней заявителя (ФИО)1 на постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года, которым (ФИО)1 отказано в удовлетворении заявления о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации.

Изложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционной жалобы и возражений, заслушав мнение адвоката Терикбаева Р.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, позицию прокурора Мельниковой П.С., полагавшей судебное решение оставить без изменения,

установил:

11 июля 2024 года постановлением Советского районного суда ХМАО-Югры (ФИО)1 отказано в удовлетворении заявления о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней заявитель (ФИО)1 просит постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года отменить.

Указывает, что согласно ч.3 ст.133 УПК РФ, право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу. Советский районный суд признал, что (ФИО)1 незаконно был подвергнут мерам процессуального принуждения (это же следует из более ранних Постановлений Президиума ВС РФ и ЕСПЧ). Следовательно, нельзя согласиться с позицией, что право на реабилитацию возникает только из положений ч. 1 и 2 ст. 133 УПК РФ.

Также указывает, что согласно п.13 постановления Пленума ВС РФ №17 г. Москва от 29.11.2011г. «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума от 9 февраля 2012 г. № 3, от 2 апреля 2013 г. № 6, от 28 июня 2022 г. «22)», с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Обращает внимание на то, что решение Советского районного суда противоречит ранее вынесенным постановлениям Европейского суда по правам человека, суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, а также Верховного Суда РФ, которые признали незаконным факт содержания (ФИО)1 под стражей. Кроме того, данные суды не рассматривали дело по существу, а выплата 2100 евро не является компенсацией недополученной прибыли на работе.

Ссылаясь на п.9 постановления Пленума Верховного Суда от 29.11.2011 г. о практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, указывает, что отсутствие в приговоре, постановлении, определении указания на признание за лицом права на реабилитацию не может служить основанием для отказа в реабилитации.

Указывает, что за два года нахождения в СИЗО он получал бы заработную плату, находился с семьей, более плотно общался с адвокатом.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель Югорского межрайонного прокурора (ФИО)6 просит постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель Министерства финансов РФ (ФИО)7 просит постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Обращает внимание на то, что в обжалуемом постановлении суда указано, что Президиум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 14.11.2018 г., отменяя указанные в нем судебные постановления в отношении (ФИО)1, касающиеся продления срока содержания под стражей (ФИО)1, в то же время указал, что Европейским Судом не установлено нарушений, влекущих пересмотр приговора от 28.06.2017 г. и апелляционного определения от 05.10.2017 г..

Также полагает необходимым отметить, что заявителем представлен в суд приказ от 29.11.2017 № 670 л/с «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» от «26» августа 2005 г. № 691, подтверждающий его увольнение с 07.12.2017 из <данные изъяты> по собственному желанию. Других приказов о его увольнении в связи с незаконным осуждением заявителем в суд не представлено, и, следовательно, подтверждающих документов об утраченном им заработке в указанный заявителем период (ФИО)1 в суд не представлено. Таким образом, оснований для увеличения компенсации материального и морального вреда (ФИО)1 не имеется. Минфин России согласен с выводом суда в постановлении от 11.07.2024 г. о том, что оснований для какого-либо возмещения вреда, включая недополученный заработок за период содержания под стражей до вынесения приговора судом, который (период содержания под стражей) был включен в срок отбытия законно назначенного уголовного наказания (ФИО)1 не имеет.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней и возражений, суд апелляционной инстанции находит постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года в отношении (ФИО)1 – законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Такими признаются судебные акты, которые соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона РФ и основанные на правильном применении уголовного закона.

При принятии обжалуемого решения судом первой инстанции верно и обоснованно принято во внимание то, что:

19 июня 2015 года (ФИО)1 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «з,ж» ч.2 ст.105 УК РФ.

21 июня 2015 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры в отношении (ФИО)1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 22 часов 19 августа 2015 года.

Срок содержания под стражей в отношении (ФИО)1 последовательно продлевался, последний раз 16 июня 2016 года постановлением суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры на 3 месяца, всего до 15 месяцев, то есть до 19 сентября 2016 года. Данные решения обжаловались в апелляционной и кассационной инстанции, и оставлены без изменения.

5 сентября 2016 года уголовное дело в отношении (ФИО)1 поступило в Югорский районный суд ХМАО - Югры для рассмотрения по существу.

16 сентября 2016 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры продлен срок содержания (ФИО)1 под стражей на 6 месяцев, всего до 5 марта 2017 года, которое апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры от 7.10.2016 г. оставлено без изменения.

20 октября 2016 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры отказано в удовлетворении ходатайства (ФИО)1 об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, либо домашний арест, которое апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры от 18.11.2016 г. оставлено без изменения.

27 января 2017 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры отказано в удовлетворении ходатайства (ФИО)1 об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на иную, не связанную с лишением свободы, которое апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры от 3 марта 2017 года оставлено без изменения.

16 февраля 2017 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры продлен срок содержания (ФИО)1 под стражей на 3 месяца, то есть до 5 июня 2017 года, которое апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры от 12 мая 2017 года оставлено без изменения.

22 мая 2017 года постановлением Югорского районного суда ХМАО - Югры продлен срок содержания (ФИО)1 под стражей на 2 месяца, то есть до 5 августа 2017 года, которое апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры от 30 июня 2017 года отменено, признано незаконным содержание (ФИО)1 под стражей с 5 по 27 июня 2017 года.

28 июня 2017 года приговором Югорского районного суда ХМАО - Югры (ФИО)1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.30, ч.3 ст.33, п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ к наказанию в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок отбывания наказания зачтено время содержания его под стражей в период с 19 июня 2015 года по 27 июня 2017 года включительно.

05 октября 2017 года апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам суда ХМАО - Югры приговор суда от 28 июня 2017 года оставлен без изменения.

Согласно постановлению Европейского Суда по правам человека от 30.11.2017 г., по делу «ФИО1 и другие против России (жалобы №№ 4622/09 и 9 других жалоб)» следует, что Европейский суд признал жалобы на чрезмерную длительность содержания под стражей в ходе предварительного следствия и другие жалобы согласно прочно сложившейся прецедентной практике Суда, изложенные в прилагаемой таблице, приемлемыми. Данные жалобы свидетельствуют о нарушении п.3 ст.5 Конвенции в связи с чрезмерной длительностью содержания под стражей в ходе предварительного следствия.

Представленные материалы дела свидетельствуют о том, что согласно названного решения, с казны Российской Федерации в пользу (ФИО)1 взыскано 2100 Евро.

14 ноября 2018 года постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации отменены постановления Югорского районного суда ХМАО – Югры от 14 августа 2015 года, от 17 сентября 2015 года, от 16 сентября 2016 года, постановления Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14 ноября 2015 года, от 8 декабря 2015 года, от 15 января 2016 года, от 15 марта 2016 года, от 13 мая 2016 года, постановление судьи суда Ханты-Мансийского автономного округа от 16 июня 2016 года, постановления Югорского районного суда ХМАО - Югры от 20 октября 2016 года, от 27 января 2017 года, от 16 февраля 2017 года, а также апелляционные постановления суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 16 сентября 2015 года, от 1 октября 2015 года, от 7 октября 2016 года, от 18 ноября 2016 года, от 3 марта 2017 года, от 12 мая 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27 июля 2016 года и постановление президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28 октября 2016 года в отношении (ФИО)1, касающиеся продления срока его содержания под стражей.

Доводы жалобы (ФИО)1 сведены к тому, что он не согласен с отказом о взыскании недополученного им заработка за период содержания под стражей с 14 августа 2015 года по 28 июня 2017 года, до вынесения приговора суда, в виду принятия Европейским судом решения и Президиума Верховного Суда РФ.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно указал, что Европейским Судом не установлено нарушений, влекущих пересмотр приговора от 28.06.2017 г. и апелляционного определения от 05.10.2017 г., а также Президиумом Верховного Суда РФ от 14.11.2018 г., при отмене постановлений об избрании и продлении срока содержания (ФИО)1 под стражей, что не образует право на реабилитацию.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Осужденный приговором Югорского районного суда ХМАО - Югры (ФИО)1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.30, ч.3 ст.33, п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ к наказанию в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с зачетом срока содержания под стражей в период с 19 июня 2015 года по 27 июня 2017 года включительно.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что к категории лиц, указанных в ч. 2 ст.133 УПК РФ (ФИО)1 не относится.

Согласно разъяснениям, данным в абз.2 п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 28.06.2022) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", следует, что положения ч.3 ст.133 УПК РФ применимы в своей системной связи к лицам, перечисленным в ч.2 ст.133 УПК РФ, и соответственно вопросы, связанные с возмещением такого вреда, в случаях, предусмотренных ч.3 ст.133 УПК РФ, разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

Таким образом, анализ содержания перечисленных положений Закона в совокупности с содержанием ст. ст. 397 - 399 УПК РФ, свидетельствует о том, что право на возмещение вреда, причиненного незаконным применением меры пресечения, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

Поскольку из представленных документов следует, что право на реабилитацию у (ФИО)1 не возникло, поскольку уголовное преследование в отношении него не прекращалось, постановлен обвинительный приговор, с зачетом срока содержания под стражей, судом первой инстанции обоснованно не установлено оснований для возмещения такого вреда в порядке, предусмотренном ст. ст. 134 - 135 УПК РФ, как и не установлено, что в отношении него нарушены иные неимущественные права либо принадлежащие ему другие нематериальные блага.

Судом первой инстанции сделаны обоснованные выводы о том, что фактически причиненный (ФИО)1 вред в виду длительного содержания под стражей уже признан подлежащим возмещению и определен в конкретной сумме – 2100 Евро, установленный постановлением Европейского Суда по права человека от 30.11.2017.

Также судом первой инстанции верно отмечено, что названным Постановлением Европейского Суда по правам человека не установлен факт незаконного содержания (ФИО)1 под стражей, а установлена его чрезмерная длительность, и именно данное Постановление явилось основанием отмены состоявшихся судебных решений касающихся продления сроков содержания (ФИО)1 под стражей.

Судебное следствие по делу проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, все заявленные ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями закона, принятое судом решение мотивировано и является правильным.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу в том, что постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года по заявлению осужденного (ФИО)1 о возмещении имущественного ущерба в порядке реабилитации отмене или изменению не подлежит, в том числе и по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Советского районного суда ХМАО-Югры от 11 июля 2024 года об отказе (ФИО)1 в удовлетворении заявления о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации – оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней заявителя (ФИО)1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Челябинск) в кассационном порядке путём подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ. В случае передачи кассационной жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья суда Ханты-Мансийского

автономного округа – Югры Шерстнев П.Е.