Решение № 2-881/2024 2-881/2024~М-713/2024 М-713/2024 от 14 октября 2024 г. по делу № 2-881/2024

УИД: 42RS0017-01-2024-001396-05 Дело № 2-881/2024


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 14 октября 2024 года

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе судьи Шипицыной В.А.,

при секретаре Федоришиной Е.М.,

с участием старшего помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Сенькиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод», о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей в связи с полученным по вине ответчика профессиональным заболеванием.

Заявленные требования мотивирует тем, что согласно акта о случае профессионального заболевания от 01 апреля 2019 года он проработал в условиях воздействия вредных производственных факторов 25 лет, в связи с чем у него установлено профессиональное заболевание «... Его вины в возникновении у него профессионального заболевания не имеется. Заключением бюро МСЭ истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% с 19.10.2022 бессрочно.

В результате данного профессионального заболевания повреждено его здоровье, он утратил право работать по своей профессии, качество его жизни значительно ухудшилось. До ухудшения здоровья он вел активный образ жизни, сейчас же он быстро утомляется даже при незначительных физических нагрузках вынужден постоянно находиться под врачебным наблюдением, принимать лекарственные препараты, проходить стационарное и амбулаторное лечение. При этом состояние его здоровья только ухудшается, в выписном эпикризе за 2022 ..

У него сохраняется постоянная ... будучи водителем почти не пользуется автомобилем, редко выходит из дома, т.к. отсутствует возможность вести полноценный образ жизни.

Он испытывает безысходность от понимания того, что утраченное здоровье ему не вернуть, поскольку назначенное лечение оказывает кратковременный лечебный эффект, в связи с чем ..

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования подтвердил. Пояснив, что в претензии направленной до обращения с иском в суд ответчику он просил выплатить ему в счет компенсации морального вреда 450 000 рублей, сейчас просит взыскать 1 000 000 рублей, т.к. состояние его здоровья становится только хуже. Изначально ему было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности, но в 2022 ему было установлено уже 20%. Санитарно-курортное лечение ему противопоказано, т.к. имеются противопоказания в физиолечении в связи с наличием .. На данный момент он не может трудиться на огороде, выполнять какую-либо бытовую работу. У него есть автомобиль, но за рулем он не ездит, т.к. у него бывают ..., в связи с чем он боится создать аварийную ситуацию на дороге. В последние года он в больницу не обращался, т.к. очень сильно переживает по факту своего плохого самочувствия и расстраивается.

Представитель ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» ФИО2 действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, считала необходимым в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме. Пояснила, что истцом уже ранее было реализовано право на возмещение морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности от профессионального заболевания. 27.05.2019 по заявлению ФИО1 между сторонами было заключено соглашение о компенсации морального вреда, на основании которого АО «РУСАЛ Новокузнецк» произвел выплату истцу суммы морального вреда в размере 10 000 рублей. На сегодняшний день основанием для требования выплаты компенсации морального вреда как и в 2019 году является акт о случае профессионального заболевания от 01.04.2019, степень утраты профессиональной трудоспособности изменилась уже после увольнения истца, соответственно оснований для перерасчета компенсации морального вреда не имеется. При этом ответчик не скрывает от своих сотрудников наличие вредных факторов на производстве, работники оснащаются имеющимися актуальными средствами защиты. На данный момент профессиональная деятельность истцу доступна, но только в оптимальных, допустимых условиях. Кроме того, наличие вредных производственных факторов на рабочем месте компенсировалось предоставлением истцу в соответствии с условиями трудового договора, соответствующих компенсаций, гарантий и льгот, а именно: доплата за работу с вредными и опасными условиями труда, дополнительный отпуск – 14 календарных дней, а также особый режим труда и отдыха. Истец уволился с предприятия ответчика по своей инициативе, а не в связи с полученным профессиональным заболеванием, а установление утраты профессиональной трудоспособности подразумевает лишь невозможность трудиться по той же профессии, а не утрату профессиональной трудоспособности в целом. Заявленная истцом ко взысканию денежная сумма не соответствует объему и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий.

Суд, выслушав пояснения сторон, свидетеля, заключение старшего помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Сенькиной И.В., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные исковые требования с учетом всех доказательств, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя статьей 212 ТК РФ.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования.

Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Из положений статьи 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, например, здоровье.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 ч. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, о чем разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие профессионального заболевания виды, объемы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами.

Федеральным законом ФЗ-125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 02.07.1998 дано определение понятию «профессиональное заболевание» как острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Судом установлено, что ФИО1 более 30 лет отработал на предприятии ответчика. 26.10.1981 он был зачислен в штат цеха централизованного ремонта формовщиком по 5 разряду в «Новокузнецким алюминиевый завод», 15.04.1982 назначен мастером литейного отдел в том же цехе, 16.08.1982 переведен в электролизный цех №2 литейщиком 4 разряда, 01.07.1983 ему присвоен 5 разряд литейщика в том же цехе, 15.08.1988 он назначен мастером основного производственного участка 3 группы, 18.02.1991 переведен литейщиком по 4 разряду в том же цехе, 01.06.1991 ему присвоен 5 разряд литейщика цветных металлов, 01.12.2000 назначен мастером основного производственного участка в том же цехе, 01.07.2000 назначен мастером основного производственного участка в литейном цехе, 01.05.2003 назначен мастером основного производственного участка в литейное отделение №2. 01.09.2005 истец переведен в группу управления процессами дирекции по литейному производству менеджером, с 01.02.2007 по 31.03.2007 работал в отделе технологии литья дирекции по технологии менеджером. 18.12.2007 принят в ОАО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в отдел управления процессами дирекции по литейному производству менеджером, 01.03.2011 переведен в литейной отделение-2 дирекции по литейному производству мастером основного производственного участка, 01.02.2013 переведен литейщиком цветных металлов (бригадиром) 5 разряда в том же подразделении, где продолжал работать до даты увольнения 30.11.2018г.

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 22.11.2018 установлено, что условия труда ФИО1, по ведущему в развитии заболевания ..., в профессиях мастера основного участка (стаж 9 лет 2 месяца), литейщика, литейщика цветных металлов (стаж 15 лет 10 месяцев) не соответствует требованиям гигиенических нормативов и Р2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» (л.д. 10-16).

В период с 19.02.2019 по 06.03.2019 ФИО1 находился в ... По итогу прохождения обследования возвращение к труду с воздействием фтористых соединений противопоказано, выдано направление на МСЭ, рекомендовано ... (л.д. 29-30).

Актом о случае профессионального заболевания от 01.04.2019, утвержденного главным государственным санитарным врачом по КО в г. Новокузнецке и Новокузнецком районе, истцу установлен заключительный диагноз: ... г. Общий стаж работы составляет 37 лет, из них стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 25 лет. Причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты (л.д. 21-25).

В п.21 исследуемого акта установлено, что АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» допущено нарушение Закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 № 52-ФЗ в части невыполнения требований п. 2 ст. 25, а также п.1.4,1.9 санитарных правил для предприятия цветной металлургии СП 2528-82.

С 22.04.2019г. Бюро медико-социальной экспертизы №9 ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области» Минтруда России» степень утраты профессиональной трудоспособности, на основании представленных документов, установлена ФИО1 в размере 10% (л.д. 49), дата очередного переосвидетельствования 22.04.2020.

27.05.2019 между АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый завод» и ФИО1 заключено соглашение о компенсации морального вреда, по условиям которого стороны договорились о компенсации предприятием морального вреда ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием в размере 10 000 рублей. При этом п.7 стороны согласовали, что настоящее соглашение означает окончательное внесудебное урегулирование вопроса о компенсации гражданину морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, а также подтверждает отсутствие каких-либо неурегулированных вопросов, касающихся компенсации морального вреда и необходимости для их разрешения в суде (л.д. 58). Компенсация морального вреда ФИО1 по заключенному соглашению произведена АО «РУСАЛ Новокузнецк» в указанном размере 26.06.2019, что подтверждается платежным поручением (л.д. 57).

Выписным эпикризом ГАУЗ Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница №1» подтверждается нахождение ФИО1 в профпатологическом отделении ЦПП в период с 04.02.2020 по 19.02.2020 с диагнозом: ... Субъективно – без существенной динамики. Настоящее обследование проведено перед МСЭ (апрель 2020). Возвращение к труду с воздействием фтористых соединений противопоказано (л.д. 31).

В период с 01.09.2022 по 16.09.2022 истец находился на обследовании в профпатологическом отделении ЦПП ГАУЗ Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница №1» с диагнозом: ... Заболевание профессиональное, подтверждено повторно. За прошедший период отмечается ... По итогам проведенного обследования возвращение к труду с соединениями фтора противопоказано, выдано направление на МСЭ, рекомендованы лечебно-реабилитационные мероприятия (медикаменты), диспансерное наблюдение профпатолога, а также плановое обследование в ЦПП в сентябре 2023 (л.д. 33).

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, ФИО1 просит взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецк» компенсацию морального вреда в сумме 1000 000 рублей. Считает, что данная сумма является достаточной для удовлетворения нравственно-физических страданий, которые он понес в связи с установленной утратой профессиональной трудоспособности в размере 20 % ввиду наличия профессионального заболевания.

Возражая против заявленных исковых требований, представитель ответчика ссылается на тот факт, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не соответствует объему и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий. Кроме того, ранее ответчиком был возмещен истцу моральный вред, что подтверждается заключенным между сторонами соглашением о компенсации морального вреда.

Изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что имеющееся у истца профессиональное заболевание возникло в результате его работы в профессии литейщика цветных металлов (бригадир), где он в процессе трудовой деятельности – 25 лет подвергался длительному воздействию на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты. Заболевание является профессиональным, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 01.04.2019, которым установлено, что непосредственной причиной профессионального заболевания явилось длительное воздействие на организм истца фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты.

Доказательств, бесспорно подтверждающих, что профессиональное заболевание возникло у истца не в периоды работы у ответчика, суду предоставлено не было, факт трудовых отношений истца на предприятии ответчика не оспаривался, а также факт наличия вредных производственных факторов, указанных в Акте о случае профессионального заболевания от 01.04.2019 и в санитарно-гигиенической характеристике.

Из чего следует, что истец осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов на предприятии ответчика, вред здоровью истца причинен ответчиком АО «РУСАЛ Новокузнецк», на котором лежали обязанности по обеспечению безопасных условий труда истцу. При этом наличие вины работника ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено. Полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением им работы и условиями труда в АО «РУСАЛ Новокузнецк».

Устанавливая степень вины ответчика, суд принимает во внимание, что профессиональное заболевание возникло у истца не одномоментно, а в течение длительного времени работы (на протяжении 25 лет), так как причиной данного профессионального заболевания является длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Наличие таких факторов установлено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано, что в случае спора размер компенсации морального вреда должен быть определен судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В соответствии с разъяснениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 причинены физические страдания, выразившиеся в физической боли, которые он переносит в результате профессионального заболевания – ..., в связи с чем истец испытывает нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях ...

Факт физических страданий подтверждается самим характером заболеваний истца: «.... а также показаниями истца, свидетеля, медицинским заключением.

Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля МАИ пояснила, что истец приходится ей супругом. Ввиду осуществления ФИО1 трудовой деятельности у ответчика, им было приобретено профессиональное заболевание – ..., которое со временем только прогрессирует. Раньше супруг занимался спортом, вел активный образ жизни. Сейчас он вынужден постоянно ... Его несостоятельность в быту, вызывают у него ... Из-за противопоказаний ему запрещено санаторно-курортное лечение.

При этом, из доказательств, представленных в материалы дела усматривается, что 20% утраты профессиональной трудоспособности установлено истцу бессрочно 08.11.2022. Судом учитывается, что при установлении истцу профессионального заболевания впервые в 2019, ему было определено 10 % утраты профессиональной трудоспособности. Увеличение за 3 года степени утраты профессиональной трудоспособности истец обосновывает ухудшением состояния своего здоровья в связи с наличием у него профессионального заболевания. Но при этом за указанный период с 2019 по 2022 истец трудовую деятельность у ответчика не осуществлял.

Из выписного эпикриза, составленного по факту нахождения истца на обследовании в профпатологическом отделении ЦПП в период с 01.09.2022 по 16.09.2022, усматривается, что за прошедший период отмечается .... Однако документов, подтверждающих прохождение планового обследования в 2023 году, а также в 2024г. истцом в материалы дела не представлено. Т.е. истцом не представлено доказательств систематического обращения за медицинской помощью, прохождения лечения, наличия ограничений в образе жизни, выполнения рекомендаций врачей.

Сведений о прохождении лечения в ином медицинском учреждении истцом не представлено. Также не представлены сведения о наличии у него общего заболевания, из-за которого у истца отсутствует возможность прохождения санаторно-курортного лечения.

В соответствии с пунктом 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Ссылку представителя ответчика о том, что соглашением от 27.05.2019 обязанность АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» по компенсации морального вреда в связи с причиненным профессиональным заболеванием истцу перед ним была исполнена, суд находит несостоятельной. ФИО1 действительно было выплачено 10 000 руб. в счет компенсации морального вреда, однако заявленный размер, по мнению суда, не соразмерен с теми физическими и нравственными страданиями, которые понес и до настоящего времени испытывает истец. В связи с чем, суд приходит к выводу, о том, что выплата компенсации морального вреда истцу со стороны работодателя по соглашению сторон не является достаточным и полным возмещением за профессиональное заболевание, а соглашение от 27.05.2019 нельзя признать соответствующим гарантированному законодательством праву работника на возмещение морального вреда вследствие причиненного ему профессионального заболевания, а даже с учетом осовременивания выплаченной суммы тем или иным способом (с учетом роста потребительских цен с даты выплаты 2019 по настоящее время, показателей инфляции, минимального размера оплаты труда, прожиточного минимума и т. п.), не обеспечит полноценной защиты нарушенного права истца и не сможет восполнить в полной мере причиненный истцу моральный вред.

При этом, запрет на взыскание компенсации в размере, большем чем это определено отраслевым соглашением и коллективным договором, по мнению суда, влечет нарушение права работника на полное возмещение вреда. В связи с чем факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства со ссылками на нормы права Трудового кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности истца, наличии в его действиях признаков злоупотребления правом не установлено. Из материалов дела видно, что вины ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено, доказательств неприменения истцом эффективных специальных средств защиты органов дыхания, предоставленных работодателем в материалы дела не представлены.

Доводы представителя ответчика о наличии у истца возможности выбора осуществления трудовой деятельности во вредных условиях, не исключают вины ответчика в развитии профессионального заболевания истца, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 понесены физические страдания, выразившиеся в физической боли, перенесенной в результате профессионального заболевания – ... Установив данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что вина ответчика в пережитых нравственных и физических страданиях истца установлена.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% бессрочно с 2022 года, вину предприятия (100%), учитывает возраст истца (65 лет), пояснения свидетеля, показавшего о состоянии истца и имеющихся у него болей, а также отсутствия в материалах дела доказательств систематического обращения истца за медицинской помощью, прохождения лечения по профессиональному заболеванию, каких-либо доказательств ограничения в образе жизни, суд полагает необходимым довзыскать компенсацию морального вреда в размере 230 000 рублей.

Ссылка представителя ответчика на практику судов города по взысканию компенсации морального вреда в отношении иных работников АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», не является основанием для снижения определенного судом по данному гражданскому делу размера компенсации морального вреда в отношении истца, поскольку физические и нравственные страдания оцениваются и рассматриваются судом в каждом конкретном случае индивидуально, с учетом всех обстоятельств по делу и не являются шаблонными.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче в суд иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью, с ответчика, не освобожденных законом от оплаты государственной пошлины, подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и в размере, определенном ст.333.19 НК РФ, в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 11-12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 № компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в размере 230 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме через Кузнецкий районный суд г.Новокузнецка.

Мотивированное решение изготовлено 23.10.2024 года.

Судья В.А. Шипицына