Решение № 2-1/2017 2-1/2017(2-1691/2016;)~М-945/2016 2-1691/2016 М-945/2016 от 27 февраля 2017 г. по делу № 2-1/2017

Дело № 2-1/2017


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 февраля 2017 года

Октябрьский районный суд г. Владимира в составе:

председательствующего судьи Е.В. Денисовой

при секретаре А.Е.Казаковой

при участии истца ФИО1,

представителя ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница №4 г.Владимира» (ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира») по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной главным врачом ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» ФИО10, -ФИО2,

третьего лица врача- патологоанатома ФИО3,

представителя третьего лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница №5 г.Владимира» (ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира») по доверенности ### от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной главным врачом ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» ФИО11, -Гладкой А. А.,

представителя третьего лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница №5 г.Владимира» (ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира») по доверенности ### от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года, удостоверенной нотариусом нотариального округа г.Владимира ФИО28,-ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Владимире гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Городская больница №4 г.Владимира» о признании незаконными протокола патологоанатомического вскрытия и результатов патологоанатомического вскрытия, признании незаконными и необоснованными действий

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее-истец) обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Городская больница №4 г.Владимира» (далее-ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», ответчик), основанном на ст.67 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан», о признании недействительным протокола патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ тела матери истца-ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г/рождения, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ в БИТ №3 ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» (т.1, л.д.3-5,218-231). В обоснование указывает, что протокол вскрытия является ненормативным правовым актом, подлежащим обжалованию, и имеет многочисленные недостатки: отсутствие номера протокола вскрытия не позволяет провести идентификацию материалов вскрытия, что требует проведения генетической экспертизы; отсутствие кода формы по ОКУД и кода учреждения по ОКПО, что лишает протокол юридической силы; протокол заполнен в нарушение требований ГОСТ Р6 30-2003 «Требования к оформлению документов» и требований Приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н "О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий"; неверно указан пол ФИО14, неверно проставлены коды заболеваний, содержатся сокращения в виде ИБС, ТЭЛА, ДЭП, которые отсутствуют в МКБ-Х и им невозможно присвоить код; описания внутренних органов содержат противоречия; причины смерти указаны неверно; ошибочно указание об отсутствии дефектов медицинской помощи, наличие которых подтверждено актом проверки Департамента здравоохранения администрации Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ, заключением СМО «Альфа-Страхование ОМС» в г.Владимире ### от ДД.ММ.ГГГГ, актом проверки Управления Росздравнадзора по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» нарушило врачебную тайну, т.к. при вскрытии присутствовал судмедэксперт ФИО5, который истцом не приглашался, законные представители у ФИО14 отсутствовали. Протокол патологоанатомического вскрытия нарушает права истца в части доступа к информации, в результате чего нарушено право пригласить на вскрытие специалиста; предоставляет недостоверную информацию о состоянии здоровья матери истца и причине ее смерти; порочит честь и достоинство истца, т.к. в протоколе вскрытия указано, что ФИО14 была мужчиной, т.е. истец воспитывалась в однополой семье, что причиняет истцу нравственные страдания.

ДД.ММ.ГГГГ к производству суда принято уточненное исковое заявление, в котором истец просит признать действия администрации ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» и врача–патологоанатома ФИО3, выразившиеся в осуществлении безлицензионной деятельности, в ненадлежащем контроле за соблюдением законодательных и нормативных актов, регулирующих осуществление медицинской деятельности, в создании условий для нарушения врачебной тайны, в неуважительном отношении к телу умершего незаконными и необоснованными, протокол патолого-анатомического вскрытия трупа от ДД.ММ.ГГГГ незаконным (т.2 л.д.35-44). В обоснование указывает, что протокол патолого-анатомического вскрытия–это учетная медицинская документация, которая содержит общую информацию о медицинской организации, пациенте, этапах исследования, а также заключение о причине смерти человека и диагнозе заболевания и является формой заключения о результатах патолого–анатомического вскрытия и подлежит обжалованию в суде. ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» не располагало на момент проведения вскрытия тела ФИО14 собственным патолого–анатомическим отделением, а здание, в котором оно прежде находилось, было снесено. В связи с этим вскрытие, якобы, проводилось в патолого- анатомическом отделении ГБУЗ ВО «ГКБ № 5 г.Владимира», но медицинская документация оформлялась ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» по адресу получения лицензии. Оказание медицинской деятельности по адресам, не указанным в приложении к лицензии, является безлицензионной деятельностью. Журнал регистрации поступления и выдачи тел умерших отсутствует, что ставит под сомнение не только результаты вскрытия, но и сам факт его проведения вообще в каком-либо медицинском учреждении. ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» не имело ни права, ни фактической возможности оказывать медицинские услуги по профилю патологическая анатомия и гистология. ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира», произведя вскрытие в отсутствие прав и полномочий, проявило грубейшее оскорбительное неуважение к памяти и доброму имени покойного. Тело было передано представителю истца обнаженным, отсутствовало место для одевания умершей, а также пропал пакет с вещами. ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» нарушена ч.1 ст.24 Конституции РФ, гарантирующая неприкосновенность частной жизни, фактом приглашения на вскрытие постороннего лица, а также самим фактом проведения патолого–анатомического исследования в стороннем учреждении, не имевшем отношения к лечению пациента. Протокол безосновательно содержит сведения о наличии законного представителя у умершей, являвшейся дееспособной, что порочит ее имя. Протокол нарушает права истца и права умершей в части неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, достоверная информация о причинах и обстоятельствах смерти не указана.

ДД.ММ.ГГГГ к производству суда принято уточненное исковое заявление, в котором истец просит признать недействительными результаты патологоанатомического вскрытия ФИО14 (т.2,л.д.164-170). В обоснование указывает, что результаты патологоанатомического вскрытия оформляются в виде протокола патологоанатомического вскрытия, форма которого регламентирована Приказом Минздрава России от 06.06.2013 N 354н "О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий" (ф.№013/у). ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», в котором скончалась ФИО14 и которым произведено вскрытие, на что указывает штамп данного медицинского учреждения в протоколе, данная форма не соблюдена: неверно указаны данные ФИО14 (вид телесложения, рост, вес); отсутствует номер протокола, который должен соответствовать порядковому номеру в Журнале поступления и выдачи тел умерших (ф.№015/у), который отсутствует, что не позволяет достоверно идентифицировать чье тело и каким образом было подвергнуто вскрытию; отмечается неправильная рубрификация патологоанатомического диагноза, некорректное отражение в диагнозе нозологических единиц и кодов заболеваний по МКБ-10, что привело к некорректной трактовке механизма смерти, в результате чего неправильно определена непосредственная причина смерти-ТЭЛА, поскольку имевшие место микроскопические признаки ТЭЛА не могли послужить непосредственной причиной смерти. Указанные обстоятельства подтверждаются заключением судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, выводы которой совпадают с заключением СМО «Альфа-Страхование ОМС» в г.Владимире ### от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что непосредственной причиной смерти явилась фибрилляция желудочков. Неверное указание причины смерти ФИО14 является принципиальным вопросом при последующем определении допущенных дефектов оказания медицинской помощи. ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» на ДД.ММ.ГГГГ имело лицензию на осуществление медицинской деятельности по «Патологической анатомии» и «Гистологии» по адресу: <...>, патологоанатомическое отделение, в штате которого состояли врач-патологоанатом ФИО3 и фельдшер-лаборант ФИО15, рабочим местом которых являлась ординаторская кардиологического корпуса в связи с приходом в негодность здания морга, денежные средства на содержание морга Департаментом здравоохранения администрации Владимирской области не выделялись, фактически вскрытия трупов в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не проводились, приказ о маршрутизации тел умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» отсутствовал. Поэтому ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не имела условий и законных оснований для осуществления патологоанатомического и гистологического исследования трупа и для передачи трупа на исследование иному медицинскому учреждению. Врач-патологоанатом ФИО3 разгласил персональные данные истца, его фамилию, имя, отчество и родственные связи, нарушил врачебную тайну, не имел должностных полномочий на вскрытие трупа и подписывать протокол вскрытия, поэтому все действия ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» и ФИО3 по организации и проведению патологоанатомического вскрытия являются незаконными и самоуправными.

ДД.ММ.ГГГГ к производству суда принято уточненное исковое заявление, в котором истец просит признать недействительными заключение результатов патологоанатомического вскрытия ФИО14 (т.2,л.д.231-278). В обоснование указывает, что заключение о результатах патологоанатомического исследования, которое может быть обжаловано в суде родственниками умершего, отражаются в протоколе патологоанатомического вскрытия. В протоколе вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ указано медицинское учреждение ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», которое производило вскрытие при отсутствии государственного задания и финансирования на данные цели. Ординаторская кардиологического корпуса, как рабочие место врача-патологоанатома ФИО3 и фельдшера-лаборанта ФИО15, не могла функционировать в качестве морга, в ней нельзя было производить макроскопические и микроскопические патологоанатомические исследования, патологоанатомическое отделение ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в виду отсутствия лицензионных условий (помещений, оборудования) не могло проводить вскрытия. Подписание протокола ФИО3 в качестве заведующего патологоанатомическим отделением неправомерно, поскольку такую должность ФИО6 не занимал, и поскольку вскрытие не могло быть произведено в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в целом и в ординаторской кардиологического корпуса в частности, то ФИО6 не имел права подписывать протокол, согласно должностной инструкции не имел полномочий на вскрытие трупов, поэтому протокол вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ изготовлен ошибочно. Также ФИО3 не имел право разглашать врачебную тайну путем приглашения на вскрытие судмедэксперта ФИО5 в отсутствие согласия истца. ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не представлено доказательств поступления на вскрытие тела именно ФИО14, Журнал поступления и выдачи тел умерших отсутствует, гистологические исследования, указанные в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ, не проводились в виду отсутствия препаратов и оборудования в связи с нефинансированием патологоанатомического отделения. Приказа и схемы маршрутизации тел умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» отсутствовал. Протокол патологоанатомического вскрытия как составленный в нарушение норм действующего законодательства, недействителен в полном объеме, как и содержащиеся в нем результаты вскрытия. В протоколе наряду с отсутствием номера, неверно указаны данные ФИО14 (вид телесложения, рост, вес), описание органов кровообращения не соответствует выставленному предварительно патологоанатомическому диагнозу, патологоанатомический диагноз неправильно рубрифицирован, что привело к неверному определению непосредственной причины смерти, в протоколе отсутствует описание ряда органов, неверно указано на совпадение диагнозов и отсутствие недостатков медицинской помощи, заполнены не все поля паспортной части протокола, в протоколе содержатся недостоверные сведения о наличии у ФИО14 законного представителя. Деятельность ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» нарушила права на получение качественной медицинской услуги, на информацию об исполнителе услуги, на безопасность услуги. В результате несоответствия помещений требования санитарного законодательства, условий деятельности –лицензионным требованиям, имеют место недостоверные результаты гистологических исследований, некачественно произведено патологоанатомическое вскрытие. Отсутствует подтверждение факта патологоанатомического вскрытия ФИО14, отсутствуют доказательства поступления тела в морг, врач-патологоанатом ФИО3 не имел право производить вскрытие в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», а также заполнять и подписывать протокол вскрытия, проводить гистологические исследования в отсутствие помещений и оборудования, соответствующего санитарным нормам и правилам.

В судебном заседании истец ФИО1 по вышеуказанным основаниям просила удовлетворить исковые требования и признать недействительными результаты патологоанатомического вскрытия ФИО14, оформленные протоколом патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, и протокол патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, признать действия администрации ГБУЗ ВО «ГКБ № 4 г.Владимира» и врача–патологоанатома ФИО3, выразившиеся в осуществлении безлицензионной деятельности, в ненадлежащем контроле за соблюдением законодательных и нормативных актов, регулирующих осуществление медицинской деятельности, в создании условий для нарушения врачебной тайны, в неуважительном отношении к телу умершего незаконными и необоснованными.

Представитель ответчика ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира»-ФИО2 против удовлетворения исковых требований возражала по основаниям, содержащимся в отзывах (т.2, л.д.15-19,207-212, т.3 л.д.110-112, т.4 л.д.75), в т.ч. как предъявленных к ненадлежащему ответчику. Указывает, что ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г/рождения ДД.ММ.ГГГГ поступила в БИТ №3 ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» на лечение в плановом порядке с диагнозом: ИБС, постоянная форма фибрилляции предсердий, ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 скончалась. ДД.ММ.ГГГГ врачом-патологоанатомом ФИО3 было произведено патологоанатомическое вскрытие ФИО14, о чем составлен протокол, данных о недействительности которого материалы дела не содержат. Протокол патологоанатомического вскрытия не является ненормативным правовым актом, подлежащим обжалованию, является формой учетной медицинской документации, содержащей результаты патологоанатомического вскрытия, поэтому признан недействительным, в отличие от результатов патологоанатомического вскрытия, быть не может. Обжалованию подлежат только установленные патологоанатомом причина смерти и диагноз заболевания. В структуре ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» на ДД.ММ.ГГГГ имелось патологоанатомическое отделение и лицензия на осуществление медицинской деятельности по «Патологической анатомии» и «Гистологии», но в связи с приходом в негодность здания морга рабочим местом врача-патологоанатома ФИО3 и фельдшера-лаборанта ФИО15 являлась ординаторская кардиологического корпуса и медицинская деятельность по «Патологической анатомии» и «Гистологии» не осуществлялась, трупы направлялись для вскрытия в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», у которого имелась соответствующая лицензия. Протокол вскрытия оформлен уполномоченным лицом врачом-патологоанатомом ФИО3, состоящим как в штате ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», так и в штате ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». Медицинскими учреждениями была принято решение указывать в протоколах вскрытия наименование и адрес того учреждения, в которой произошла смерть и откуда доставлен труп, что не означает, что оспариваемый протокол исходит из ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». Протокол вскрытия по форме соответствует Приказу Минздрава России от 06.06.2013 N 354н "О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий", оформлен учреждением, где происходило вскрытие-ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», наличие номера протокола обязательным не является, ведение Журнала поступления и выдачи тел умерших ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не осуществлялось, т.к. вскрытие не производилось. Причина смерти указана в протоколе верно, недостатки оформления протокола, такие как отсутствие номера, описания некоторых внутренних органов, присутствие при вскрытии судмедэксперта, не свидетельствуют о недействительности результатов патологоанатомического вскрытия. По требованиям о признании незаконным осуществления безлицензионной деятельности истец является ненадлежащим, доказательств нарушения лицензионных требований не имеется. Оснований считать осуществленную врачом-патологоанатомом ФИО3 деятельность безлицензионной не имеется, т.к. он действовал от имени ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», имеющей лицензию. Доказательств отсутствия со стороны ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», ненадлежащего контроля за соблюдением законодательства, разглашения врачебной тайны, неуважительного отношения к телу умершего не имеется, доказательства нарушения прав истца отсутствуют.

Представители третьего лица ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира»-ФИО4, ФИО7 в судебном заседании разрешение спора оставили на усмотрение суда. Ранее представлен отзыв на иск (т.3 л.д.58), в котором указано, что протокол патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ был оформлен врачом-патологоанатомом ФИО3 как работником ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». В должностные обязанности ФИО3 как работника и ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» входило вскрытие только трупов лиц, умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», также им осуществлялось ведение Журнала поступления и выдачи тел умерших ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», который был утрачен. Вскрытие трупов в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» являлось правомерным, т.к. учреждение имеет лицензию на осуществление медицинской деятельности по «Патологической анатомии» и «Гистологии». Считали надлежащим ответчиком ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», от имени которого врачом-патологоанатомом ФИО3 оформлен спорный протокол. Пояснили, что от имени ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» ФИО6 оформлял только протоколы вскрытия трупов лиц, поступивших из неврологического отделения ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», а ФИО16 проходила лечение в кардиологическом отделении.

Третье лицо врач-патологоанатом ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал. Пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ им как врачом-патологоанатомом ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» было произведено вскрытие трупа ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г/рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ в БИТ №3 ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». После смерти труп ФИО14 был доставлен в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», имеющей соответствующую лицензию. Перед вскрытием зав.кардиоотделением ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» ФИО17 доставил в морг медицинскую карту ФИО14 По просьбе истца был приглашен на вскрытие судмедэксперт ФИО5, которым также подписан протокол вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ Техническую помощь при вскрытии трупа оказывала также фельдшер-лаборант ФИО15, также являющаяся сотрудником ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира». Указание в протоколе вскрытия наименования ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не свидетельствует о том, что вскрытие проводилось в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», а подтверждает факт смерти ФИО14 в данном учреждении. Содержащиеся в протоколе вскрытия сведения подтвердил, пояснил, что сведения о мужском поле ФИО14 внесены ошибочно, впоследствии данные сведения исправлены. Недостатки в оформлении протокола вскрытия не могут являться основанием для признания его недействительным, поскольку сведения о заболевании ФИО14 и причине ее смерти отражены верно и подтверждены результатами гистологических исследований.

Третье лицо судмедэксперт ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5, извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (т.3,л.д.234,т.4,л.д.1). Ранее в судебных заседания против удовлетворения исковых требований возражал. Пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он по приглашению врача-патологоанатома ФИО3 в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» участвовал при вскрытии трупа ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г/рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ в БИТ №3 ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». Перед вскрытием зав.кардиоотделением ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» ФИО17 доставил в морг медицинскую карту ФИО14 Содержащиеся в протоколе вскрытия сведения подтвердил, полагал, что недостатки в оформлении протокола вскрытия не могут являться основанием для признания его недействительным, поскольку сведения о заболевании ФИО14 и причине ее смерти отражены верно и подтверждены результатами гистологических исследований. Заключение судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ считал недостоверным, как проведенное врачом, не имеющим сертификата по патологической анатомии и без гистологических исследований.

Основываясь на нормах п.1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый имеет право на судебное разбирательство в разумные сроки, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд определил рассмотреть дело на основании положений ст.167 ГПК РФ при данной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положений ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", патолого-анатомические вскрытия проводятся врачами соответствующей специальности в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания (ч.1). При проведении патолого-анатомического вскрытия гистологический, биохимический, микробиологический и другие необходимые методы исследований отдельных органов, тканей умершего или их частей являются неотъемлемой частью диагностического процесса в целях выявления причин смерти человека, осложнений основного заболевания и сопутствующего заболевания, его состояния. Волеизъявление умершего, высказанное при его жизни, либо письменное заявление супруга, близкого родственника (детей, родителей, усыновленных, усыновителей, родных братьев и родных сестер, внуков, дедушки, бабушки), а при их отсутствии иных родственников либо законного представителя умершего о проведении таких исследований не требуется (ч.4).

Заключение о результатах патолого-анатомического вскрытия может быть обжаловано в суде супругом, близким родственником (детьми, родителями, усыновленными, усыновителями, родными братьями и родными сестрами, внуками, дедушкой, бабушкой), а при их отсутствии иным родственником либо законным представителем умершего в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ч.7 ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу ч.2 ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", порядок проведения патолого-анатомических вскрытий определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Порядок проведения патолого-анатомических вскрытий утвержден Приказом Минздрава России от 06.06.2013 N 354н "О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий" (далее-приказ Минздрава России от 06.06.2013 N 354н), п.2 которого предусмотрено, что патолого-анатомическое вскрытие проводится врачом-патологоанатомом в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания и осуществляется путем посмертного патолого-анатомического исследования внутренних органов и тканей умершего человека.

В силу п.19 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, этапы проведения патолого-анатомического вскрытия являются: 1) наружный осмотр тела;2) вскрытие и исследование полостей тела;3) извлечение органокомплекса;4) изучение органов и тканей;5) взятие биологического материала для гистологического и других дополнительных исследований;6) приведение тела в достойный вид;7) лабораторная обработка биологического материала;8) микроскопическое изучение биологического материала.

По окончании этапов проведения патолого-анатомического вскрытия, предусмотренных пп.1-5 п.19, в день проведения патолого-анатомического вскрытия врач-патологоанатом оформляет форму учетной медицинской документации N 013/у "Протокол патолого-анатомического вскрытия" (приложение N2). Для выявления расхождения заключительного клинического диагноза и патолого-анатомического диагноза, а также дефектов оказания медицинской помощи производится сопоставление заключительного клинического диагноза и патолого-анатомического диагноза в части установленных: основного заболевания, осложнений основного заболевания, сопутствующих заболеваний. Сведения о расхождении заключительного клинического диагноза и патолого-анатомического диагноза, а также о выявленных дефектах оказания медицинской помощи вносятся врачом-патологоанатомом в протокол патолого-анатомического вскрытия. Не позднее тридцати суток после завершения проведения патолого-анатомического вскрытия врач-патологоанатом осуществляет окончательное оформление протокола патолого-анатомического вскрытия, а также вносит в медицинскую карту стационарного больного патолого-анатомический диагноз и клинико-патолого-анатомический эпикриз. Заключение о причине смерти и диагнозе заболевания по результатам патолого-анатомического вскрытия отражается в учетной форме N 106/у-08 "Медицинское свидетельство о смерти" (п.п.28-31 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н).

Из вышеуказанных норм права следует, что заключение о результатах патолого-анатомического вскрытия, т.е. выводы врача-патологоанатома о причине смерти человека и диагнозе заболевания, сделанные на основании посмертного патолого-анатомического исследования внутренних органов и тканей умершего человека, может быть обжаловано в суде в порядке искового производства. Как следует из материалов дела, истец ФИО1 просит признать недействительными результаты патолого-анатомического вскрытия трупа ее матери ФИО14, оформленные протоколом патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует об избрании истцом надлежащего способа защиты права.

Установлено, что мать истца-ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г/рождения ДД.ММ.ГГГГ поступила в блок интенсивной терапии и реанимации №3 (БИТ №3) ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», где скончалась ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией медицинской карты стационарного больного ### (т.1, л.д.164-217).

ДД.ММ.ГГГГ врачом-патологоанатомом ФИО3 (диплом о присуждении квалификации врач по специальности «Лечебное дело» серии БВС ### от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверение о повышении квалификации по профессиональной программе «Патологическая анатомия» от ДД.ММ.ГГГГ рег.###, сертификат специалиста о допуске к осуществлению медицинской деятельности по патологической анатомии от ДД.ММ.ГГГГ рег.###-т.4,л.д.76-78), произведено патологоанатомическое вскрытие тела ФИО14, о чем составлен протокол патолого-анатомического вскрытия (т.1,л.д.100-104). Копия протокола патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ и заключение о причине смерти и диагнозе заболевания (выписка из протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ) (т.3,л.д.86) выданы истцу, о чем свидетельствует предоставление их истцом в материалы дела.

Согласно п.п.17,18 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, основные клинические данные: жалобы при поступлении в стационар на слабость, тяжесть за грудиной, одышку и нехватку воздуха, длительно страдает мерцательной тахиаритмией, артериальной гипертензией, в течение 2-3 дней до госпитализации отмечает ухудшение состояния; по ЭКГ-мерцательная аритмия, признаки перегрузки правых отделов; несмотря на лечение состояние больной оставалось тяжелым, наступила смерть. Заключительный клинический диагноз: код по МКБ-Х: I 25.1. Основное заболевание: ИБС. Атеросклеротический кардиосклероз. Осложнения основного заболевания: Постоянная форма фибрилляции предсердий. Н 2 б. Рецидивирующая ТЭЛА. Кардиогенный шок. Сопутствующие заболевания: Гипертоническая болезнь 3 стадии. АГ 2 степени. ЦВЗ. ДЭП 2 сложного генеза.

Согласно п.32 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, патологоанатомический диагноз (предварительный): код по МКБ-Х: I 21.1. Основное заболевание: Острый крупноочаговый инфаркт миокарда в передней стенке левого желудочка и межжелудочковой перегородке, давностью до 1 суток. Стенозирующий атеросклероз коронарных артерий в стадии атерокальциноза. Осложнения основного заболевания: Кардиогенный шок. Выраженный отек легких. Отек головного мозга. Сопутствующие заболевания: Атероматозно-язвенный атеросклероз аорты с тромбозом. Атеросклеротический кардиосклероз. Стенозирующий атеросклероз почечных артерий. Хронический бронхит. Хронический атрофический гастрит.

Согласно п.34 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, патологоанатомический диагноз код по МКБ-Х: I 25.8. Основное заболевание: Атеросклеротический и постинфарктный кардиосклероз. Стенозирующий атеросклероз коронарных артерий средней степени, 5 стадии. Осложнения основного заболевания: Венозное полнокровие внутренних органов. Отек подкожно-жировой клетчатки стоп и голеней. Пристеночный тромбоз в правом желудочке. Тромбоэмболия мелких ветвей легочных артерий. Выраженный отек легких. Отек головного мозга. Фоновые заболевания: Атеросклероз аорты 4 степени, 5 стадии. Атерокальциноз аортального и митрального клапанов. Стенозирующий атеросклероз почечных артерий средней степени, 3 стадии. Стенозирующий атеросклероз артерий основания головного мозга средней степени, 3 стадии. Атеросклеротический нефросклероз. Артериальная гипертензия: гипертрофия миокарда, дистрофия кардиомиоцитов. Хронический атрофический эрозивный гастрит.

Согласно п.п.35,36 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, установлено совпадений клинического и патологоанатомического диагнозов, дефектов оказания медицинской помощи нет.

Согласно п.п.37,38 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти: ТЭЛА. Клинико-патологоанатомический эпикриз: Смерть ФИО14, ### лет, наступила от атеросклеротической болезни сердца, осложнившейся мерцательной аритмией (по клиническим данным), тромбоэмболией мелких ветвей легочных артерий, при явлениях нарастающей сердечно-сосудистой недостаточности. Таким образом, в протоколе патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ указана как первоначальная (основная) причина смерти (основное заболевание, которое само по себе или через свои осложнения явилось причиной смерти)-атеросклеротический кардиосклероз, так и непосредственная причина смерти (состояние или осложнение, являющееся проявлением основного заболевания и непосредственно приведшее к смерти)-ТЭЛА.

Вышеуказанные выводы врача-патологоанатома ФИО3 о причине смерти ФИО14 и диагнозе заболевания истец считает необоснованными, ссылаясь в качестве доказательств на личные познания в медицине, на акт экспертизы качества медицинской помощи ### от ДД.ММ.ГГГГ и экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ, заключение судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, акты проверки ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» со стороны контролирующих органов.

Согласно п.1 ст.64 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Экспертиза качества медицинской помощи, оказываемой в рамках программ ОМС, проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации об ОМС.

В силу п.6 ст.40 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", п.21 Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утв. Приказом ФФОМС от 01.12.2010 N 230, экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата, проводится путем проверки соответствия предоставленной застрахованному лицу медицинской помощи договору на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС, порядкам оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, сложившейся клинической практике.

За нарушения, выявленные при проведении контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, к медицинским организациям применяются меры, предусмотренные ст.41 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" и условиями договора на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС (п.127.1 Правил обязательного медицинского страхования, утв.Приказом Минздравсоцразвития России от 28.02.2011 N 158н; ч.10 ст.40, ст.41 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации").

В акте экспертизы качества медицинской помощи ### от ДД.ММ.ГГГГ, оформленном экспертом качества медицинской помощи д.м.н. ФИО18 (т.1, л.д.23) указано, что в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» неверно расценена причина госпитализации (указана ТЭЛА, а не инфаркт миокарда передний), окончательный диагноз установлен на 3 сутки в виде ИБС. Атеросклеротический кардиосклероз. У пациента сохранялись боли, тяжесть за грудиной, троп-тест слабоположительный, на ЭКГ нечеткие признаки ишемии переднее-перегородочной области и нет прямых и косвенных признаков, свидетельствующих о ТЭЛА (приводимые доводы о повышении Д-димера и СДЛА 68 мм РТ. Ст.-неспецифические признаки, наблюдающиеся у пациентов с пневмофиброзом, эмфиземой, ХОБЛ, с гиперкоагуляцией любой этиологии без наличия тромба). Клиника болей в грудной клетке, анамнез появления болей с ДД.ММ.ГГГГ, ЭКГ динамика в грудных отведениях, повышение тропонина, данные патологоанатомического вскрытия (изменение миокарда «по типу частокола», что свидетельствует об имевшей место фибрилляции желудочков, послужившей причиной остановки кровообращения, признаки выраженного отека легких, свидетельствующие об острой левожелудочковой недостаточности)-все вышеперечисленные признаки позволяют думать о том, что смерть ФИО14 наступила от непосредственной причины смерти: не-Q-инфаркт миокарда перегородочной и верхней области, ишемической стадии, вероятно от ДД.ММ.ГГГГ Непосредственная причина смерти: Фибриляция желудочков от ДД.ММ.ГГГГ При этом указанные в патологоанатомическом заключении микроскопические признаки ТЭЛА, не могли послужить причиной летального исхода. Также не мог являться причиной летального исхода атеросклеротический кардиосклероз. Имеет место расхождение клинического и патологоанатомического диагноза. Аналогичные выводы содержатся и в экспертном заключении СМО «Альфа-Страхование ОМС» в г.Владимире от ДД.ММ.ГГГГ, оформленном экспертом качества медицинской помощи д.м.н. ФИО18 (т.1, л.д.24).

Проанализировав указанные документы, суд полагает, что акт экспертизы качества медицинской помощи ### от ДД.ММ.ГГГГ и экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ не могут быть приняты в качестве доказательств тому, что непосредственная причина смерти-ТЭЛА указана в п.37 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ необоснованно. Выводы эксперта качества медицинской помощи об обратном мотивированными признаны быть не могут: эксперт указывает, что не имелось прямых и косвенных прижизненных признаков ТЭЛА, но отмечает неспецифические признаки ТЭЛА; эксперт не оспаривает выводом патологоанатома о том, что обнаружены микроскопические признаки ТЭЛА, но при этом делает ничем не аргументированный вывод о том, что ТЭЛА не могла послужить непосредственной причиной летального исхода. Вывод эксперта о том, что причиной смерти не мог являться атеросклеротический кардиосклероз также ничем не мотивирован. Кроме того, принимая во внимание цели и порядок проведения экспертизы качества медицинской помощи, оказываемой в рамках программ ОМС, оснований полагать, что акт экспертизы качества медицинской помощи ### от ДД.ММ.ГГГГ и экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ являются теми документами, которые могут рассматриваться в качестве письменных доказательств, свидетельствующих о недействительности результатов патологоанатомического вскрытия, у суда не имеется.

Согласно п.2 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

В силу п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст.67, ч.3 ст.86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ. В силу п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 N 13 "О применении норм ГПК РФ при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции", при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Согласно заключения судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной по определению суда от ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.90-124), исходя из изучения протокола патологоанатомического вскрытия (аутопсия и данные гистологических исследований) следует полагать, что непосредственной причиной смерти ФИО14 явилась фибрилляция желудочков от ДД.ММ.ГГГГ как исход хронической недостаточности кровообращения, осложнившей течение имевшейся у пациента хронической ишемической болезни сердца, т.к. при гистологическом исследовании ткани сердца не были выявлены признаки острого инфаркта миокарда (некротические и некробиологические изменения клеток миокарда). При этом указанные в патологоанатомическом заключении микроскопические признаки ТЭЛА, не могли послужить непосредственной причиной летального исхода.

Однако в нарушение п.1 ст.85 ГПК РФ экспертом не дано обоснование вышеуказанного вывода, не указано, какие данные протокола патологоанатомического вскрытия позволяют сделать вывод об иной непосредственной причине смерти, нежели ТЭЛА, не указано, почему отсутствие признаков острого инфаркта миокарда свидетельствует о том, что непосредственной причиной смерти ТЭЛА явиться не могла. Вызывает сомнение у суда и наличие у эксперта ФИО19 достаточной квалификации, необходимой для проведения анализа результатов патологоанатомического вскрытия, т.к. эксперт имеет квалификацию врач по специальности «Лечебное дело», диплом о профессиональной подготовке и сертификат специалиста по специальности «Судебная медицина», при этом последипломное образование по специальности «Патологическая анатомия» эксперт не проходил, сертификата специалиста по указанной специальности и стажа работы по специализации «Патологическая анатомия» не имеет. При указанных обстоятельствах принятое руководством экспертной организации решение о достаточности привлечения к проведению экспертизы в части исследования результатов патологоанатомического вскрытия, включая гистологические исследования, только одного эксперта, не работающего в сфере патологической анатомии, не являющего специалистом в области кардиологии (с учетом имевшихся у ФИО14 заболеваний сердца) обоснованным признано быть не может. Поэтому к выводам эксперта о непосредственной причине смерти, ссылающегося на результаты патологоанатомического исследования, при отсутствии достаточных данных полагать, что результаты патологоанатомического исследования верно интерпретированы экспертом, суд относится критически. Также суд отмечает, что гистологический архив в распоряжение эксперта не предоставлялся, экспертиза проводилась по материалам дела, что не позволило эксперту непосредственно провести гистологическое исследование (гистологическое исследование как один из видов микроскопического исследования микропрепаратов является более точным, чем макроскопическое исследование, может быть произведено неоднократно) и на его основании постановить объективный и обоснованный вывод о причине смерти ФИО14

Давая оценку акту экспертизы качества медицинской помощи ### от ДД.ММ.ГГГГ и экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ, заключению судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что содержащиеся в них сведения не могут быть рассмотрены в качестве убедительных доказательств, подтверждающих доводы истца о недействительности результатов патолого-анатомического вскрытия, т.к. выводы врача-патологоанатома ФИО3 о причине смерти ФИО14 и диагнозе заболевания ими бесспорно не опровергнуты. Сведения, содержащиеся в акте проверки Департамента здравоохранения администрации Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ и акте проверки Управления Росздравнадзора по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.20-21,28-48) о нарушении ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» порядка оказания медицинской помощи ФИО14, достоверность данных о причине смерти и диагнозе заболевания, не опровергают.

В качестве доказательств правильного определения причины смерти и диагноза заболевания ФИО14, содержащихся в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, суд рассматривает заключение эксперта ### от ДД.ММ.ГГГГ, проведенное по постановлению следователя по материалам уголовного дела ###, возбужденного ДД.ММ.ГГГГ Октябрьским МСО СУ СК России по Владимирской области по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ (т.4, л.д.7-39). Указанное заключение оформлено по результатам проведенной Отделением судебно-медицинских исследований экспертно-криминалистического отдела СУ СК России по Республике Татарстан комиссионной судебно-медицинской экспертизы при участии врачей-судмедэкспертов высшей квалификационной категории, врача-патологоанатома и врача-кардиолога высшей квалификационной категории, имеющих ученую степень д.м.н. и значительный стаж работы по специальности, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ.

Экспертами постановлен вывод о том, что основным состоянием, приведшим к смерти ФИО14 явилось заболевание-хроническая ишемическая (атеросклеротическая) болезнь сердца (в транскрипции МКБ-Х- «Атеросклеротический кардиосклероз»). Данное заболевание сердца в процессе своего прогрессирования, осложнилось нарушениями ритма и проводимости (постоянная форма фибрилляции предсердий), что подтверждается данными медицинских документов и закономерно привело к тромбоэмболии мелких ветвей легочной артерии, отеку легких и отеку головного мозга на фоне нарастающей сердечно-сосудистой недостаточности, что подтверждается данными патологоанатомического исследования трупа (ответ на вопрос №1). Данный вывод является мотивированным и объективным, т.к. постановленным не только на основании материалов дела, но и на основании результатов проведенного профессором, д.м.н., врачом-патологоанатомом высшей квалификационной категории ФИО20 дополнительного гистологического исследования гистологического архива ФИО14, предоставленного в распоряжение экспертов. Обстоятельств, свидетельствующих о недопустимости или недостоверности вышеуказанного экспертного заключения и невозможности считать его письменным доказательством по делу, отвечающим требованиям ст.ст.59-60,67,71 ГПК РФ, судом не установлено. Доводы истца о том, что при производстве экспертизы использованы материалы, не представленные экспертам, и нарушены требования к проведению экспертизы, при которых указанное доказательство является полученным с нарушением закона, не имеет юридической силы и не может быть положено в основу решения суда (п.3 ст.55 ГПК РФ), подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

В качестве доказательств правильного определения причины смерти и диагноза заболевания ФИО14, содержащихся в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, суд рассматривает также заключение ### от ДД.ММ.ГГГГ, проведенное по постановлению следователя по материалам уголовного дела ### (т.4,л.д.40-59). Указанное заключение оформлено по результатам проведенной АНО «Центр медико-криминалистических исследований» комиссионной судебно-медицинской экспертизы при участии врачей-судмедэкспертов высшей квалификационной категории, врача-патологоанатома, врача-терапевта и врача-кардиолога высшей квалификационной категории, имеющих и значительный стаж работы по специальности, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ.

Экспертами постановлен вывод о том, что причиной смерти ФИО14 явилось заболевание-Атеросклеротическая болезнь сердца (в транскрипции МКБ-Х- «Атеросклеротический кардиосклероз»). Данное заболевание сопровождалось эпизодами нарушения ритма и на фоне нарастающей сердечной недостаточности осложнилось тромбоэмболией мелких ветвей легочной артерии, на что указывают соответствующие патологоанатомические находки (общее венозное полнокровие внутренних органов, «мускатная печень», отек подкожно-жировой клетчатки стоп и голеней, пристеночный тромбоз в правом желудочке, тромбоэмболия мелких ветвей легочной артерии, отек легких и головного мозга). Основным заболеванием или основной (первоначальной) причиной смерти явилась атеросклеротическая болезнь сердца, непосредственной причиной смерти-тромбоэмболия ветвей легочной артерии, возникшая вследствие нарастающей сердечной недостаточности и нарушений сердечного ритма (ответ на вопрос №1). Оснований считать вышеуказанные выводы неправомерно постановленными у суда не имеется. Ссылка истца на то обстоятельство, что АНО «Центр медико-криминалистических исследований» не имеет лицензии для производства судебной гистологической экспертизы, что подтверждается письмом Симоновской межрайонной прокуратуры от ДД.ММ.ГГГГ (т.3,л.д.238), не может свидетельствовать о недействительности всех выводов экспертов, поскольку в результате проведенного в отсутствие лицензии дополнительного гистологического исследования гистологического архива ФИО14 выявлены такие же патологоанатомические находки, которые были выявлены врачом-патологоанатомом ФИО3 и экспертами Отделением судебно-медицинских исследований экспертно-криминалистического отдела СУ СК России по Республике Татарстан, поэтому выводы экспертов о причине смерти ФИО14 являются обоснованными, как постановленные на основании результатов гистологический исследований других специалистов, достоверность которых сомнений не вызывает.

Соответствие выводов врача-патологоанатома ФИО3 о причине смерти и диагноза заболевания ФИО14, содержащихся в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, проведенному патологоанатомическому исследованию подтверждено в судебном заседании также ФИО21, главным внештатным специалистом патологоанатомом Департамента здравоохранения Владимирской области, являющимся зав.патологоанатомическим отделением ГБУЗ ВО «Камешковская центральная районная больница» (диплом о присуждении квалификации врач по специальности «Лечебное дело» серии МВ ### от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверение о повышении квалификации по профессиональной программе «Патологическая анатомия» от ДД.ММ.ГГГГ рег.###, сертификат специалиста о допуске к осуществлению медицинской деятельности по патологической анатомии от ДД.ММ.ГГГГ рег.###, имеет высшую квалификационную категорию по специальности «Патологическая анатомия»-т.4,л.д.93-98), привлеченным судом к участию в деле в качестве специалиста (ст.188 ГПК РФ).

Согласно пояснений специалиста, имеющиеся в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ описания внутренних органов при проведении вскрытия, описание микропрепаратов дают возможность установить все патологические процессы и правильно сформулировать патологоанатомический диагноз в плане основных заболеваний и их смертельных осложнений, а также раскрыть механизм наступления смерти. Указание в п.37 протокола в виде причины смерти-ТЭЛА, как одного из осложнений основного заболевания, указанных в п.34 протокола, каждое из которых в силу своей тяжести могло стать непосредственной причиной смерти, обосновано проведенным патологоанатомическим исследованием и подтверждает правильность выводов о причине и механизме наступления смерти. В п.38 протокола перечислены как основные заболевания, так и их осложнений, из которых складывается логическая цепь развития патологических процессов. Патологоанатомический диагноз и заключение о причине и механизме смерти в протоколе сформулирован правильно и в полном объеме.

Доказательств, свидетельствующих о нахождении специалиста в служебной или иной зависимости от кого-либо из лиц, участвующих в деле, их представителей, заинтересованности специалиста в исходе рассмотрения дела или наличия иных основания для отвода специалиста (ст.ст.16,18 ГПК РФ), судом не установлено. Доводы истца о заинтересованности специалиста голословны, работа специалиста в учреждении здравоохранения Владимирской области и Департаменте здравоохранения Владимирской области сами по себе о заинтересованности специалиста не свидетельствуют.

Достоверность и обоснованность заключения о результатах патологоанатомического вскрытия ФИО14 подтверждено также подписью врача-судмедэксперта ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5, непосредственно присутствовавшего при патологоанатомическом исследовании, подтвердившего в судебном заседании правильность выводов врача-патологоанатома о причине смерти и диагнозе заболевания ФИО14

Оценивая в соответствие с п.3 ст.67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что заключение о причине смерти и диагнозе заболевания ФИО14 соответствует результатам проведенного патологоанатомического исследования и оснований для признания недействительными результатов патологоанатомического вскрытия, оформленных протоколом патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, не имеется.

Не указание в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ описания некоторых внутренних органов (ответ на вопрос ### заключения судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ) о недействительности результатов патологоанатомического исследования не свидетельствует, поскольку доказательств тому, что отсутствие указанного описания повлияло на правильность определение причины смерти или диагноза заболеваний, в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено.

Доводы истца о неправомерном указании в п.37 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ.причины смерти-ТЭЛА, несостоятельны, поскольку причиной смерти в соответствии с сформулированным патологоанатомическим диагнозом явилась тромбоэмболия легочной артерии, а аббревиатура ТЭЛА является общепризнанным и часто используемым в медицинской практике сокращенным названием нозологической единицы-тромбоэмболии легочной артерии, на что указано в заключении судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ.(ответ на вопрос ###), которое истцом не оспаривалось. Неверное указание в п.32 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ кода основного заболевания: Острый крупноочаговый инфаркт миокарда в передней стенке левого желудочка и межжелудочковой перегородке, по МКБ-10: как I 21.1 вместо I 21.0, согласно объяснений врача-патологоанатома является технической ошибкой, и некорректное отражений кода заболевания само по себе не может являться основанием для признания результатов патологоанатомического вскрытия недействительными.

Выводы экспертов АНО «Бюро судебных экспертиз» о том, что недостатки протокола патологоанатомического вскрытия в виде отсутствия описания некоторых внутренних органов, неправильной рубрификации диагноза, некорректного отражения в диагнозе нозологических форм и кодов заболеваний привели к некорректной трактовке механизма развития смерти ФИО14, приведшей к неправильному указанию непосредственной причины смерти-ТЭЛА (ответ на вопрос №6) отклоняются судом как необоснованные, поскольку совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждено правильное определение причины смерти.

Указание в п.4 протокола патолого-анатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ указания на мужской пол исследованного тела согласно объяснений врача-патологоанатома также является технической ошибкой, впоследствии исправленной, о чем свидетельствует копия протокола, находящаяся в медицинской карте ### (т.1, л.д.188-192).

Согласно приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 354н, положения которого распространяются на проведение патолого-анатомических вскрытий в патолого-анатомических бюро или патолого-анатомических отделениях медицинских организаций, имеющих лицензии на осуществление медицинской деятельности, предусматривающие выполнение работ (услуг) по патологической анатомии, направление на патолого-анатомическое вскрытие тел умерших в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, организует заведующий отделением медицинской организации, в котором находился пациент на момент наступления смерти, а в случае его отсутствия-дежурный врач (п.5). Медицинский работник оформляет и подписывает направление на патолого-анатомическое вскрытие в патолого-анатомическое бюро (отделение), в котором указываются следующие сведения:1) наименование организации, врач (фельдшер) которой осуществляет направление тела умершего в патолого-анатомическое бюро (отделение);2) фамилия, имя, отчество и дата рождения умершего (фамилия матери плода и дата отделения плода);3) дата и время наступления смерти (мертворождения) (п.8).

Установлено, что ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», в отделении которого наступила смерть ФИО14, в ДД.ММ.ГГГГ г. имело лицензию №### от ДД.ММ.ГГГГ на медицинскую деятельность по адресу: <...>, в т.ч. в сфере гистологии и патологической анатомии (т.2, л.д.171-194).

Согласно объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», в структуре ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» имелось патологоанатомическое отделение, в котором на 0.5 ставки с ДД.ММ.ГГГГ работал врач-патологоанатом ФИО3, что подтверждается также трудовым договором ### от ДД.ММ.ГГГГ (т.3,л.д.1-2). Согласно должностной инструкции врача-патологоанатома от ДД.ММ.ГГГГ в должностные обязанности ФИО3 входила патологоанатомическая диагностика, произведение микроскопических исследований гистологических препаратов, анализ результатов дополнительных исследований и внесение соответствующих записей в протокол вскрытия, оказание консультативной помощи врачам других подразделений, заполнение врачебного свидетельства о смерти, дача устных справок родственника умершего о причине смерти и характере заболевания (т.3, л.д.3-4).

Согласно объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», патологоанатомическое отделение (морг) в ДД.ММ.ГГГГ г. фактически не функционировало, вскрытия тел умерших не производились в связи с несоответствием здания морга установленным требованиям. Согласно письменных объяснений врачей ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» от 04.-ДД.ММ.ГГГГ, в связи с приходом в негодность по причине полного физического износа здания, где располагалось патологоанатомическое отделение, рабочее место врача-патологоанатома ФИО3 было перенесено в ординаторскую кардиологического корпуса; ФИО3 оказывал консультативную помощь врачам других подразделений, заполнял врачебные свидетельства о смерти, протокол патологоанатомического вскрытия, участвовал в комиссии по изучению летальных исходов (т.2,л.д.149-158).

Из письма Департамента здравоохранения администрации Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что денежные средства областного бюджета на обслуживание патологоанатомического отделения ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» за период с ДД.ММ.ГГГГ г. не выделялись (т.3, л.д.129). Согласно письма Департамента здравоохранения администрации Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ патологоанатомическое вскрытие трупов в ДД.ММ.ГГГГ г. в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» не производилось, а производилось на базе ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», которому было установлено государственное задание на оказание государственных услуг на ДД.ММ.ГГГГ г. в части услуг по проведению патологоанатомических исследований с учетом оказания данных услуг, в т.ч. для ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». Транспортировка умерших лиц на вскрытие осуществлялась на основании документа Управления здравоохранения г.Владимира ДД.ММ.ГГГГ., который в настоящее время утрачен, Департаментом здравоохранения администрации Владимирской области распорядительных документов (устных распоряжений), действующих на ДД.ММ.ГГГГ г. о порядке осуществления транспортировки умерших лиц из ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» не поступало (т.4,л.д.5-6).

То обстоятельство, что морг ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в ДД.ММ.ГГГГ г. не функционировал, и что вскрытие тел умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» производилось в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», подтверждено также представителями ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» и ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» в судебном заседании.

Ввиду отсутствия у ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» условий для патологоанатомического вскрытия, тело умершей ФИО14 было доставлено в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» по направлению (т.4,л.д.89). Учитывая, что транспортировка тел умерших из ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» осуществлялась в спорный период на основании документа Управления здравоохранения г.Владимира, с ведома Департамента здравоохранения администрации Владимирской области, наделенного полномочиями по проведению государственной политики в сфере здравоохранения и осуществляющим исполнительно-распорядительные функции в данной сфере деятельности на всей территории области, то суд полагает, что направление тела умершей ФИО14 в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» действующему законодательству (в частности п.10 приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 354н) не противоречило. Впоследствии Департаментом здравоохранения администрации Владимирской области издан приказ ### от ДД.ММ.ГГГГ, которым утверждена схема маршрутизации тел умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», руководителю ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» поручено обеспечить проведение патологоанатомического вскрытий умерших согласно схемы маршрутизации (т.2, л.д.195-198). Данным приказом фактически был закреплен сложивший ранее (в т.ч. в период спорных отношений) порядок направления тел умерших в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» на патологоанатомическое вскрытие в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира».

Установлено, что патологоанатомическое вскрытие тела ФИО14 было произведено ДД.ММ.ГГГГ в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», расположенном по адресу: <...>А, что подтверждается объяснениями ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», врача-патологоанатома ФИО3, врача-судмедэксперта ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5, свидетельскими показаниями ФИО22-зав.патологоанатомическим отделением ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», постановлением о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (показания допрошенных в качестве свидетелей ФИО5, ФИО3, ФИО22, ФИО23-санитара патологоанатомического отделения ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», ФИО15–фельдшера-лаборанта патологоанатомического отделения ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», т.3, л.д.180-211), и истцом не опровергнуто.

ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» в ноябре 2014 г. имело лицензию ### от ДД.ММ.ГГГГ на медицинскую деятельность, в т.ч. в сфере гистологии и патологической анатомии (т.3,л.д.60-67). Согласно объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», свидетельских показаний ФИО22, морг учреждения соответствовал всем требованиям, в структуре учреждения имелось патологоанатомическое отделение, в котором на 0.5 ставки с ДД.ММ.ГГГГ работал врач-патологоанатом ФИО3, что подтверждается также приказом о приеме работника на работу по совместительству ###л/с от 31.10.20111 г. (т.3,л.д.222). Согласно должностной инструкции врача-патологоанатома от ДД.ММ.ГГГГ в должностные обязанности ФИО3 входило полное вскрытие больных умерших в больнице, составление развернутого патологоанатомического диагноза, патологоанатомического заключения о причине смерти и внесение их в протокол вскрытия, заполнение врачебного свидетельства о смерти, дача устных справок родственника умершего о причине смерти и характере заболевания, произведение микроскопических исследований гистологических препаратов, анализ результатов дополнительных исследований и внесение соответствующих записей в протокол вскрытия (т.3, л.д.223-225). Из объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», свидетельских показаний ФИО22, объяснений врача-патологоанатома ФИО3 также следует, что к обязанностям ФИО3 как работника ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» относилось патологоанатомическое вскрытие тел умерших в кардиологическом отделении ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» (т.е. в том числе и тела ФИО14).

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что патологоанатомическое исследование тела ФИО14 было произведено в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», имеющим лицензию на осуществление данного вида медицинской деятельности, врачом-патологоанатомом ФИО3, имеющим соответствующую квалификацию и состоящим в штате ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», что действующему законодательству не противоречит. В письме от ДД.ММ.ГГГГ Департамент здравоохранения администрации Владимирской области также указывает, что патологоанатомическое вскрытие тел может осуществляться врачом-патологоанатомом, состоящим в штате иного учреждения, если он работает по совместительству, что имело место в рассматриваемом случае, т.к. врач-патологоанатом ФИО3 являлся в спорный период работником как ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», так и ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». Участие в патологоанатомическом исследовании тела ФИО14 (в части приема и подготовки для микроскопического исследрования гистологического материала) принимала и ФИО15–фельдшер-лаборант патологоанатомического отделения ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира»,что подтверждается ее свидетельскими показаниями, данными в ходе производства по уголовному делу.

В связи с изложенным оснований считать доводы истца об осуществлении ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», ФИО3 как врачом-патологоанатомом ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», деятельности по организации и проведению патологоанатомического вскрытия в нарушение лицензионных требований (в отсутствие лицензии) или в нарушение иных требований законодательства, обоснованными, у суда не имеется. Доказательств тому, что морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ г. не соответствовал лицензионным требованиям или СанПиН 2.1.3.2630-10 "Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность" в части требований к патологоанатомическим отделения, патологоанатомическое вскрытие было произведено с нарушением санитарно-эпидемиологического режима, правил охраны труда и техники безопасности, в материалы дела не представлено. При этом суд соглашается с выводами эксперта о том, что само по себе место проведения вскрытия как таковое, не влияет на установление причины смерти и формулировку патологоанатомического диагноза (заключение судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, ответ на вопрос №7).

Из содержания п.п.1-2,28,30,34 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н следует, что протокол патологоанатомического вскрытия оформляется в том медицинском учреждении, в котором произведено вскрытие, является первичной медицинской документацией данного учреждения и хранится в архиве данного учреждения, наряду с биологическими материалами и гистологическими препаратами. Не позднее тридцати суток после завершения проведения патолого-анатомического вскрытия врач-патологоанатом осуществляет окончательное оформление протокола патолого-анатомического вскрытия, а также вносит в медицинскую карту стационарного больного патолого-анатомический диагноз и клинико-патолого-анатомический эпикриз. Копия протокола патолого-анатомического вскрытия вносится в медицинскую документацию умершего - медицинскую карту стационарного больного, которая возвращается в медицинскую организацию.

То обстоятельство, что при заполнении протокола патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ врачом-патологоанатомом ФИО3 указано наименование учреждения как ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» выводы суда о том, что патологоанатомическое вскрытие производилось ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», не опровергает. Согласно объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», врача-патологоанатома ФИО3, указание в протоколе вскрытия наименования именно ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» было произведено исключительно с целью учета тел умерших лиц в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира». То обстоятельство, что протокол патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ был направлен в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», а не оставлен в архиве ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» свидетельствует лишь о несоблюдении требований приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, а не об ином месте вскрытия тела ФИО14, как ошибочно полагает истец, при том, что гистологический архив ФИО14 оставляя в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», что лицами, участвующими в деле, не оспаривалось.

Согласно п.15 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, сведения о поступлении в патолого-анатомическое бюро (отделение) тела умершего вносятся в форму учетной медицинской документации N 015/у "Журнал регистрации поступления и выдачи тел умерших" (приложение N 4) (п.15).

В материалы дела не представлен Журнал регистрации поступления и выдачи тел умерших, в котором имелись бы сведения о поступлении на патологоанатомическое вскрытие тела ФИО14 Представленный ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» журнал за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в котором отсутствуют сведения о поступлении тела ФИО14 (т.3, л.д.126-128) сам по себе факт вскрытия тела ФИО14 в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» не опровергает. Согласно свидетельских показаний ФИО22, журнал, в котором указывались тела умерших в кардиологическом отделении ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», поступивших в ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» для патологоанатомического вскрытия, вел врач-патологоанатом ФИО6, который в свою очередь пояснил, что такой журнал он представить не может в связи с его утратой (т.3, л.д.59).

Поскольку совокупностью доказательств подтвержден факт поступления тела ФИО14 в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», в котором ДД.ММ.ГГГГ произведено патологоанатомическое вскрытие, то отсутствие номера в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, а также Журнала поступления и выдачи тел умерших, содержащего сведения о поступлении на патологоанатомическое исследование тела ФИО14, вопреки мнению истца, о недействительности результатов патологоанатомического вскрытия не свидетельствуют.

Из буквального толкования положений приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н не следует, что заполнение всех граф протокола патологоанатомического вскрытия является обязательным и не заполнение какой-либо графы (в т.ч. не указание номера протокола) влечет его недействительность. Требований к оформлению и заполнению граф протокола патологоанатомического вскрытия приказ Минздрава России от 06.06.2013 N 354н не содержит. Из буквального толкования положений приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н также не следует, что номер протокола патологоанатомического вскрытия является обязательным и должен соответствовать номеру в графе 1 формы №015у «Журнал регистрации поступления и выдачи тел». Трактовка положений приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, содержащаяся письме Департамента организации медицинской помощи и санаторно-курортного дела Минздрава России от 27.09.2016 г. на запрос истца (л.д.137-138), не являются обязательной для применения, т.к. полномочиями по официальному толкованию норм права указанный орган не наделен.

Отсутствие номера протокола патологоанатомического вскрытия само по себе также не влечет невозможность идентификации тела, подвергнутого вскрытию. Как следует из объяснений врача-патологоанатома ФИО3 и врача-судмедэксперта ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5, взятый при вскрытии тела ФИО14 биологический материал для гистологического исследования индивидуализирован с указанием фамилии умершего, что приказу Минздрава России от 06.06.2013 N 354н не противоречит, т.к. его положениями регламентируется только порядок взятия биологического материала, способ и сроки его хранения и выдачи по запросам органов дознания, следствия, суда (пп.24,35-36).

Недостатки протокола патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ, такие как отсутствие кода формы по ОКУД и кода учреждения по ОКПО, подпись ФИО3 в качестве врача-патологоанатома и зав.патологоанатомическим отделением, незаполнение некоторых граф и д.р., носят технический характер и на выводы врача-патологоанатома о причине смерти и диагнозе заболевания не повлияли. Доказательств обратного суду не представлено.

В связи с изложенным, оснований для признания недействительными результатов патологоанатомического вскрытия тела ФИО14 суд не находит. Требования о признании недействительным протокола патологоанатомического вскрытия также удовлетворению не подлежат, т.к. протокол патологоанатомического вскрытия является формой учетной медицинской документации N 013/у, ненормативным правовым актом органа государственной власти или органа местного самоуправления, вопреки мнению истца, не является, поэтому сам по себе недействительным признан быть не может. Статья 12 ГК РФ не ограничивает истца в выборе способов правовой защиты, перечень которых не является исчерпывающим. Вместе с тем выбранное средство юридической защиты должно отвечать характеру допущенного нарушения и способствовать реальному восстановлению нарушенных прав.

Согласно ч.5 ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" заключение о причине смерти и диагнозе заболевания выдается супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке), а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю умершего, правоохранительным органам, органу, осуществляющему государственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, и органу, осуществляющему контроль качества и условий предоставления медицинской помощи, по их требованию.

Аналогичные положения содержатся и в приказе Минздрава России от 06.06.2013 N 354н (п.32), в котором также указано, что заключение о причине смерти и диагнозе заболевания по результатам патолого-анатомического вскрытия отражается в учетной форме N 106/у-08 "Медицинское свидетельство о смерти", которая утверждена приказом Минздравсоцразвития России от 26 декабря 2008 г. N 782н (п.31).

Порядок выдачи медицинского свидетельства о смерти регламентирован Письмом Минздравсоцразвития России от 19 января 2009 года N 14-6/10/2-178 "О порядке выдачи и заполнения медицинских свидетельств о рождении и смерти" и Рекомендациями по порядку выдачи и заполнения учетной формы N 106/у-08 "Медицинское свидетельство о смерти", утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 26 декабря 2008 года N 782н (далее-Рекомендации).

В соответствии с п.п.2-3,6,9 Рекомендаций, учетная форма N 106/у-08 "Медицинское свидетельство о смерти" утверждается для обеспечения государственной регистрации смерти в органах, осуществляющих государственную регистрацию актов гражданского состояния, и для государственного статистического учета. Медицинское свидетельство выдается медицинскими организациями независимо от их организационно-правовой формы. При производстве вскрытий в централизованных патологоанатомических отделениях оформляется выписка из протокола (карты) патологоанатомического исследования, которая передается в медицинскую организацию, где произошла смерть. Медицинское свидетельство выдается данной медицинской организацией, при этом раздел "причины смерти" заполняется в соответствии с заключением врача-патологоанатома. Медицинское свидетельство подписывает руководитель медицинской организации, в которой произошла смерть или проводилось вскрытие. Заверяется Медицинское свидетельство круглой печатью медицинской организации.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», как медицинской организацией, в которой произошла смерть ФИО14, оформлено Медицинское свидетельство о смерти серии 17-А-2012 ### (окончательное) (т.1, л.д.19).

В соответствии с п.7 Рекомендаций Медицинское свидетельство выдается с пометкой "окончательное", "предварительное", "взамен предварительного" или "взамен окончательного". После получения результатов лабораторных исследований и других необходимых сведений в срок не позднее чем через 45 дней после установления причины смерти судебно-медицинский эксперт или врач-патологоанатом составляют новое Медицинское свидетельство "взамен предварительного" или "взамен окончательного". Медицинские свидетельства "взамен предварительного" и "взамен окончательного" используются для статистической разработки причин смерти.

Установлено, что причина смерти, выставленная сразу после вскрытия в Медицинском свидетельстве «Острый инфаркт миокарда 1 сутки» не соответствует окончательному патологоанатомическому диагнозу «Атеросклеротический и постинфарктный кардиосклероз», что о недостоверности результатов патологоанатомического вскрытия не свидетельствует, т.к. окончательный патологоанатомический диагноз формируется после просмотра гистологических препаратов и предварительный патологоанатомический диагноз может не соответствовать окончательному (в данном случае по результатам гистологических исследований аутопсийного материала патологоанатомический диагноз в рубрике основное заболевание изменился), что предусмотрено в бланке Медицинского свидетельства (окончательное взамен окончательного).

Из материалов дела следует, сведения, содержащиеся в Медицинском свидетельстве о смерти серии ### ### от ДД.ММ.ГГГГ, истцом не оспариваются, истец заявляет требования о признании недействительными результатов патологоанатомического вскрытия, оформленных протоколом от ДД.ММ.ГГГГ, что прямо следует из уточненных исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ и подтверждено истцом в судебном заседании. При этом истец не лишен права обратиться в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» за выдачей Медицинского свидетельства, содержащего сведения о причине смерти ФИО14 согласно окончательного патологоанатомического диагноза.

Согласно п.8 ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" патолого-анатомическое вскрытие проводится с соблюдением достойного отношения к телу умершего человека и сохранением максимально его анатомической формы.

Аналогичные положения содержатся и в п.25 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, в котором также указано, что после проведения патолого-анатомического вскрытия приведение тела в достойный вид осуществляется путем ушивания секционных разрезов и омывания водой.

Доводы истца о нарушении ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», врачом-патологоанатомом ФИО3 вышеуказанных норм права являются голословными и подтверждения в судебном заседании не нашли.

В соответствие с Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", соблюдение врачебной тайны относится к одному из основных принципов охраны здоровья (ст.4). Сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну (ч.1 ст.13). Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных ч.ч.3-4 настоящей статьи (ч.2 ст.13).

В силу ч.6 ст.67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке), а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю умершего предоставляется право пригласить врача-специалиста (при наличии его согласия) для участия в патолого-анатомическом вскрытии.

Согласно п.19 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н на проведение патолого-анатомического вскрытия пациента, умершего в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, приглашается его лечащий врач (врач-акушер-гинеколог, врач-неонатолог), фельдшер, акушерка или заведующий отделением медицинской организации, в котором находился пациент на момент наступления смерти (п.19).

Как следует из материалов дела, при проведении патологоанатомического вскрытия тела ФИО14 присутствовал врач-судмедэксперт ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5, подпись которого также имеется в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ Согласно объяснений ФИО5, он был приглашен для участия в вскрытии тела ФИО14 в связи с обращением врача-патологоанатома ФИО3, что подтверждается объяснениями последнего. При указанных обстоятельствах присутствие (участие) в патологоанатомическом вскрытии приглашенного врача-судмедэксперта не нарушает требований законодательства о соблюдении врачебной тайны, что подтверждается также заключением судебной медицинской экспертизы АНО «Бюро судебных экспертиз» ### от ДД.ММ.ГГГГ, ответ на вопрос ###.

Указание в протоколе патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ на то, что врач-судмедэксперт ФИО5 участвовал при вскрытии по настоянию законного представителя умершей, при том, что у ФИО14 не имелось законного представителя, не свидетельствует ни о нарушении врачебной тайны, ни о недействительности результатов патологоанатомического исследования. Согласно объяснений врача-патологоанатома ФИО3, врач-судмедэксперт был приглашен им по требованию ФИО1, высказавшей недоверие к врачам ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» и неудовлетворенной оказанной ее матери медицинской помощью. Доводы ФИО1 о том, что она была лишена права пригласить независимого специалиста для участия во вскрытии тела ее матери, не знала о том, где находится тело ее матери и когда будет производиться вскрытие, подтверждения в ходе судебного заседания не нашли. Доказательств тому, что истец, располагая ДД.ММ.ГГГГ информацией о факте смерти ее матери, что ей не отрицалось, не знала о том, что вскрытие тела будет произведено в морге ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира», не представлено, при том, что согласно объяснений ФИО3 такая информация истцу была предоставлена ДД.ММ.ГГГГ Кроме того, истец имела возможность обратиться с официальным запросом в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» о дате и месте проведения вскрытия тела ее матери, заявить о намерении пригласить независимого специалиста на вскрытие, чего однако не сделала. При указанных обстоятельствах с учетом сроков для проведения патологоанатомического вскрытия (п.14 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н) патологоанатомическое вскрытие тела ФИО14 правомерно было проведено врачом-патологоанатомом ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие врача-специалиста, приглашенного истцом.

Доводы истца о том, что сведения, касающиеся факта смерти ее матери и составляющие врачебную тайну, были разглашены ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» путем передачи медицинской карты ФИО14 сотрудникам бюро ритуальных услуг при транспортировке тела, отклоняются судом как неподтвержденные материалами дела.

Согласно п.9 приказа Минздрава России от 06.06.2013 N 354н, для проведения патолого-анатомического вскрытия вместе с телом умершего в патолого-анатомическое бюро (отделение) направляется медицинская документация умершего - медицинская карта стационарного больного.

Согласно объяснений ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», врача-патологоанатома ФИО3, тело ФИО14 с сопроводительным письмом было транспортировано в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» сотрудниками бюро ритуальных услуг, медицинскую карту ФИО14 привез на вскрытие зав. отделением ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» ФИО17, что подтверждено также объяснениями врача-судмедэксперта ГБУЗ ВО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО5 К свидетельским показаниям ФИО24-санитара бюро ритуальных услуг, данным в ходе производства по уголовному делу, о том, что ему ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» для доставки в морг ГБУЗ ВО «ГКБ №5 г.Владимира» в специальном мешке было выдано тело ФИО14 не только с направлением на патологоанатомическое исследование, сопроводительным талоном, но и с историей болезни, суд относится критически.

В соответствии с ч.1 ст.3 ГК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. В силу положений ст.11 ГК РФ судебной защите подлежат нарушенные гражданские права.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Доводы истца о незаконности деятельности ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира» и ФИО3 как врача-патологоанатома ГБУЗ ВО «ГКБ №4 г.Владимира», выразившиеся в ненадлежащем контроле за соблюдением законодательства при осуществлении медицинской деятельности, в т.ч. и по патологической анатомии и гистологии, создании условий для нарушения врачебной тайны и неуважительного отношения к телу умершего, нарушении нематериальных благ (ч.1 ст.151 ГК РФ), подтверждения в судебном заседании не нашли. Отвечающих критериям относимости и допустимости доказательств тому, что права и охраняемые законом интересы истца были нарушены действиями (бездействиями) ответчика и подлежат защите, истцом в нарушение названных норм не представлено, поэтому суд полагает о наличии оснований для отказа истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Городская больница №4 г.Владимира» о признании незаконными протокола патологоанатомического вскрытия, результатов патологоанатомического вскрытия, признании незаконными и необоснованными действий, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Октябрьский районный суд г. Владимира в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Е.В.Денисова

Мотивированное решение изготовлено 06.03.2017 года

Председательствующий судья Е.В. Денисова