Решение № 2-1419/2018 2-1419/2018~М-1603/2018 М-1603/2018 от 25 июля 2018 г. по делу № 2-1419/2018

Дело №2-1419/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 июля 2018 года г.Пенза

Октябрьский районный суд г.Пензы в составе

председательствующего судьи Сидорова Т.В.,

при секретаре Бушковой З.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, Министерству финансов РФ, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, указав, что в период с 27.10.2008 г. по 31.01.2010 г. он содержался в ФКУ СИЗО-1 г.Пензы. С 18.08.2009 г. по 24.11.2009 г. он содержался в камере № с ФИО10, то есть вдвоем. Данное содержание было с нарушением требований ст.23 ФЗ от 15.07.1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а именно камера № была площадью 6,88 кв.м, что не соответствует минимальным нормам площади на одного осужденного в 4 кв.м, это нарушение выявлено прокурором ФИО5 в 2018 г. В камере также не было скамеек для стола, приходилось сидеть на тазу и на ведре. Стол от туалета находился на расстоянии 1 м, что является антисанитарией. На протяжении 20 лет Россия признает юрисдикцию ЕСПЧ, ст.3 Конвенции ЕСПЧ предусматривает, что никто не должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Согласно указанной статьи государство должно гарантировать, чтобы лицо содержалось под стражей в таких условиях, которые сопоставлены с человеческими достоинствами. Такое же положение закреплено в ст.21 Конституции РФ. В связи с вышеизложенным его содержание в ФКУ СИЗО-1 в камере № с 18 августа по 24 ноября 2009 г. было с нарушением, бесчеловечное, он чувствовал подавленность, тревогу, беспокойства, унижения - что нет больше места походить по камере, присесть за стол, не нюхать за столом туалет, который был в 1 метре, что привело к нравственным страданиям. С учетом разумности и справедливости полагает справедливым размер компенсации морального вреда в 1000 рублей в день за вышеуказанные 98 дней, т.е. на общую сумму 98000 рублей, которую просил взыскать с ФКУ СИЗО-1.

Определением суда от 12.07.2018 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов РФ, 19.07.2018 г. - ФСИН России.

Истец - ФИО1 - в настоящем судебном заседании исковые требования и изложенные в исковом заявлении доводы поддержал, просил иск удовлетворить, взыскать заявленную сумму с надлежащего ответчика, которого просил определить суд, т.к он точно не знает, кто должен отвечать - нарушение допущено СИЗО, т.е. и ФСИН, но возмещение вреда производит казна, поддержал ранее изложенное им в ходе рассмотрения дела, где указывал, что в связи с тем, что площадь камеры была меньше требуемой, туалет был рядом со спальным местом, только отгорожен фанерой в метр, если открывали воду, то вода из раковины текла на кровать, при обеде ФИО10 был вынужден садиться на кровать, поджав ноги под себя, по-другому они вдвоем не умещались. Все это приводило к нравственным переживаниям, он (истец) плохо спал, нервничал, ощущал чувство унижения. Он не обращался с жалобами в период пребывания в СИЗО, т.к. точно узнал о нарушениях только из ответа прокурора в 2018 г. Ответчик неверно трактует положения ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых», т.к. приговор в отношении него в период нахождения в СИЗО не сразу вступил в законную силу. То, что его обеспечивали спальным местом, не означает, что нет нарушений содержания. Заявленную им сумму не считал чрезмерной, т.к. необходимо придерживаться европейских стандартов.

Представитель ответчика - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области - действующая на основании доверенности ФИО2 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать, поддержала ранее изложенное ей в ходе рассмотрения дела, где не оспаривала, что площадь камеры № составляла 6,9 кв.м, но количество осужденных в камере не превышало количества спальных мест, истец был обеспечен индивидуальным спальным местом, санитарное состояние камеры соответствовало предъявленным санитарно-гигиеническим требованиям для данных помещений, доказательств нарушения норм по площади камеры истцом не представлено. Требования ст.23 ФЗ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений» не распространяются на истца, т.к. в оспариваемый период он находился в статусе осужденного. Указала, что изолятор построен в 1911 г. В ФКУ ежемесячно проводился прокурорский обход, но за период содержания в указанной камере истца актов прокурорского реагирования не было, истец мог обжаловать условия содержания, но этого не делал.

Представитель ответчика - Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Пензенской области по доверенности ФИО3 - в удовлетворении иска просил отказать, поддержал изложенное в письменных возражениях на иск, где указано, что в силу пп.1 п.3 ст.158 БК РФ, статей 1069,1071 ГК РФ в отношении ФКУ СИЗО-1 главным распорядителем средств бюджета выступает ФСИН России, несущий ответственность по искам о возмещении вреда действиями должностных лиц и органов по ведомственной принадлежности. Несмотря на указание истца на его страдания при содержании в камере, к иску не приложены копии заявлений или обращений истца к сотрудникам СИЗО-1 о не надлежащем содержании, значит, условия содержания в спорный период у истца претензий не вызывали, к иску не приложены документы, подтверждающие наличие морального вреда. Истцом не доказан факт причинения ему физических и нравственных страданий, факт незаконных, противоправных действий сотрудников СИЗО-1.

Представитель ответчика - ФСИН России - действующая на основании доверенности ФИО4 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать, поддержала доводы письменных возражений на иск, где указано, что истец был доставлен в ФКУ СИЗО-1 по обвинению в совершении преступления по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, 18.08.2009 г. он осужден Пензенским областным судом к пожизненному лишению свободы. Как пояснил представитель СИЗО-1, истец был обеспечен индивидуальным спальным местом в соответствии с п.17 Приказа Минюста России от 10.04.2005 г. №189, общая площадь камеры составляла 6,9 кв.м, количество осужденных не превышало количество спальных мест, санитарное состояние камеры соответствовало санитарно-гигиеническим требованиям для данных помещений, жалоб на отсутствие в камере скамеек для стола и антисанитарию от истца не поступало. Нормы ст.23 ФЗ от 15.07.1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не должны применяться к истцу, т.к в период содержания в камере он уже был осужден. В силу ч.1 ст.99 УИК РФ норма жилой площади на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров. Следственные изоляторы оборудуются на основании норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста РФ от 28.05.2001 г. №161. За период содержания истца в ФКУ СИЗО-1, несмотря на ежемесячный обход, актов прокурорского реагирования не было, с жалобами на состояние здоровья в связи с условиями содержания истец не обращался. Исходя из положений ст.256 ГПК РФ, действовавших на момент содержания истца в СИЗО, ст.219 КАС РФ, устанавливающей 3-х месячный срок на обжалование действий (бездействия) органов и должностных лиц, истец имел право в указанный срок обжаловать условия содержания в суд, но этого не сделал; письмо прокурора по результатам проверки не является доказательством нарушений, только в судебном порядке истец мог обжаловать условия содержания. Таким образом, факт незаконных действий СИЗО-1 не доказан, доказательств несения страданий истец не представил, как и доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями СИЗО и возникновением вреда.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, в том числе ранее данные показания свидетеля, суд приходит к следующему.

В силу ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст.17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ст.21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст.15 указанного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании ст.23 указанного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В силу п.18 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 N18, размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО либо лицом, его замещающим.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 г. первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях N 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 г. и N 2076 (LXII) от 13 мая 1977 г., предусматривают, в частности, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

В соответствии с п.15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ" суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В судебном заседании установлено, не оспаривалось участниками процесса, что ФИО1 (истец по делу) с 2008 по 2010 гг. находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области.

Судом также установлено, следует из материалов прокурорской проверки, подтверждается справкой о движении по камерам, что в период с 18.08.2009 г. по 24.11.2009 г. истец содержался в камере № с ФИО10

Свидетель ФИО10 подтвердил, что находился в СИЗО-1 г.Пензы с 25 апреля по 24 ноября 2009 г., а в двухместную камеру № 18 августа 2008 г. к нему поместили истца по делу, камера представляла собой помещение чуть больше 3 м в длину, 2 - в ширину, походить в ней было негде, за столом было невозможно сидеть (некуда было поместить ноги), от стола до туалета было около 0,7 м, раковина примыкала вплотную к туалету, туалет от кровати отделяла фанерная доска.

Согласно справки ФКУ СИЗО-1 по площадям камерных помещений площадь камерного помещения № составляет 6,88 кв.м (согласно техпаспорту, имеющему незначительные расхождения с указанной информацией - 6,9 кв.м), а жилая площадь - 6,17 кв.м.

Таким образом, суд приходит к выводу, что условия содержания истца в СИЗО-1 в камере № в вышеуказанный период частично не соответствовали требованиям действующего законодательства РФ, а именно ст.23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" о норме санитарной площади в камере на одного человека, и, соответственно, положениям ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Наличие в камере в вышеуказанный период иных нарушений правил содержания кроме вышеназванного не установлено, истцом не доказано; доводы истца о попадании воды на кровать, антисанитарии, невозможности принимать пищу, сидя на стуле, отсутствии скамеек доказательствами не подтверждены.

В силу ст.13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В соответствии со ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу статей 151,1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Таким образом, поскольку факт содержания истца в СИЗО-1 в условиях, частично не соответствующих установленным нормам, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, и это влечет нарушение прав истца (т.е. имеется причинно-следственная связь), гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, указанное, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда правомерными.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд, руководствуясь статьями 151,1101 ГК РФ и принимая во внимание характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, выразившихся в чувстве неудобства, подавленности из-за недостаточной площади, унижения, фактические обстоятельства дела, длительность периода, в течение которого истец находился в условиях, не отвечающих установленным законом требованиям (98 дней), а также требования разумности и справедливости, определяет размер денежной компенсации морального вреда в сумме 10000 руб., т.е. заявленные требования подлежат частичному удовлетворению на эту сумму.

Доводы представителя ФКУ СИЗО-1 о невозможности распространения на истца требований ст.23 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений», поскольку 18.08.2009 г. он был осужден по приговору Пензенского областного суда, т.е. являлся осужденным, суд считает несостоятельным, т.к. на период содержания в следственных изоляторах на пребывающих в нем лиц, в том числе осужденных по приговору, не вступившему в законную силу, распространяется общий режим и правила для указанных помещений; оснований для распространения на истца правил о нормах площади в исправительных колониях не представлено.

Отсутствие жалоб истца на условия его содержания в период нахождения в СИЗО-1 и на состояние здоровья, как и отсутствие жалоб на незаконные действия в суд, не является основанием для освобождения от ответственности за причинение вреда, т.к. нарушение прав истца установлено, предъявление жалоб является правом лица; соответствие количества спальных мест количеству находившихся в камере лиц при установленном нарушении санитарных норм также не является основанием для освобождения от ответственности; давность на требования о компенсации морального вреда не распространяется; связь между нарушениями условий содержания и вредом суд считает установленной.

Определяя надлежащего ответчика по настоящему делу, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно пп.1 п.3 ст.158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Подпунктом 6 пункта 7 Положения "О Федеральной службе исполнения наказаний", утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 года N1314, предусмотрено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, по смыслу приведенных положений по искам о возмещении компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает непосредственно Федеральная служба исполнения наказания России как главный распорядитель бюджетных средств; таким образом, подлежат удовлетворению исковые требования к данному ответчику.

В силу изложенного Министерство финансов РФ и СИЗО-1 являются ненадлежащими ответчиками по делу, в связи с чем в удовлетворении иска к ним надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскать с ФСИН России за счет казны РФ в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, в остальной части исковых требований ФИО1 к ФСИН России отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области и Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд города Пензы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий

Решение в окончательной форме принято 30.07.2018 года.

Председательствующий