Решение № 2-2053/2020 2-2053/2020~М-2026/2020 М-2026/2020 от 8 сентября 2020 г. по делу № 2-2053/2020

Дело № 2-2053/2020 9 сентября 2020 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Сафонова Р. С.

при секретаре Поковба А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы, произвести перерасчёт размера пенсии,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о признании незаконным и отмене решения об отказе в перерасчёте размера пенсии, возложении обязанности включить в стаж периоды работы, произвести перерасчёт размера пенсии.

В обоснование требований указала, что с <Дата> ей установлена страховая пенсия по старости в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Согласно письму ответчика от 15 мая 2020 года при установлении пенсии пенсионный орган определил наличие у неё стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в целях установления повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии продолжительностью 17 лет 3 месяца 3 дня. В соответствии с данным письмом в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, не включены периоды работы во <***> с 29 июня 1990 года по 1 сентября 1990 года, с 20 мая 1991 года по 26 марта 1994 года, в <***> со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года. С исключением указанных периодов из стажа работы она не согласна. В связи с этим 29 мая 2020 года она обратилась к ответчику с заявлением о перерасчёте размера фиксированной выплаты к страховой пенсии. 7 июня 2020 года она получила решение ответчика об отказе в перерасчёте размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в связи с недостаточностью стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Данное решение она считает незаконным. Записями в трудовой книжке подтверждается, что с 3 января 1990 года по 26 марта 1994 года она работала штатным сотрудником во <***>, в период с 29 июня 1990 года по 1 сентября 1990 года ей были предоставлены ежегодные оплачиваемые отпуска, в период с 20 мая 1991 года по 26 марта 1994 года она находилась в отпуске по уходу за ребёнком. При этом до введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 Кодекса законов о труде РСФСР предусматривала включение в специальный трудовой стаж периодов нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком. Также сведениями, содержащимися в трудовой книжке, подтверждается, что в период со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года она работала <***> в <***>. Кроме того, в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, должны быть включены периоды работы по договору возмездного оказания услуг, заключённому с <***> с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, по договору возмездного оказания услуг, заключённому с <***> с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, период работы в <***> с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года. С учётом указанных периодов её работы на момент установления страховой пенсии по старости у неё имелось более 20 лет стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, что даёт ей право на установление повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренного частью 5 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Просила признать незаконным и отменить решение ответчика от 3 июня 2020 года № <№> об отказе в перерасчёте размера пенсии, возложить на ответчика обязанность включить в страховой стаж и в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периоды работы с 29 июня 1990 года по 1 сентября 1990 года, с 20 мая 1991 года по 26 марта 1994 года, со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года, произвести перерасчёт размера страховой пенсии по старости и размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости со дня установления пенсии. Также просила взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, почтовые расходы в размере 57 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец исковые требования изменила, просила возложить на ответчика обязанность включить в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период нахождения в отпуске по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет с 20 мая 1991 года по 26 марта 1994 года, включить в страховой стаж и в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периоды работы со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года, произвести перерасчёт размера страховой пенсии по старости на основании части 5 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, почтовые расходы в размере 57 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимала, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в письменном заявлении просила рассматривать дело без её участия.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении иска с учётом изменения требований настаивала. Пояснила суду, что истец, когда подавала заявление об установлении пенсии, не предполагала, что на индивидуальном лицевом счёте спорные периоды указаны без кода территориальных условий труда «МКС», с выпиской из индивидуального лицевого счёта она не знакомилась, а сотрудники пенсионного органа её об этом в известность не поставили.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, просил в удовлетворении иска отказать. Пояснил суду, что при обращении 11 марта 2020 года с заявлением о назначении пенсии истец никаких документов относительно оспариваемых периодов работы к заявлению не приложила. В заявлении она выразила согласие на принятие решения о назначении пенсии по сведениям индивидуального (персонифицированного) учёта. Потому подсчёт стажа работы истца произведён по сведениям индивидуального (персонифицированного) учёта, согласно которым в отношении спорных периодов работы работодателем не указывался код территориальных условий труда.

По определению суда дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца.

Заслушав пояснения представителя истца и представителя ответчика, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, материалы пенсионного дела ФИО1 № <№>, суд приходит к следующему.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что с <Дата> истцу назначена страховая пенсия по старости.

При назначении пенсии ответчик не установил истцу повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости, предусмотренную для лиц, проработавших более 20 календарных лет в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. При этом ответчик признал наличие у истца стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, дающего право на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости, продолжительностью 17 лет 3 месяца 3 дня.

В подсчёт данного вида стажа не были включены оспариваемые истцом периоды с 20 мая 1991 года по 26 марта 1994 года, со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года. Период работы с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года не включён также в страховой стаж.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон № 400-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 16 Закона № 400-ФЗ фиксированная выплата к страховой пенсии по старости лицам (за исключением лиц, являющихся получателями пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», а также лиц, указанных в пункте 7 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы) устанавливается в сумме 4 982 рубля 90 копеек в месяц.

Как указано в части 4 статьи 17 Закона № 400-ФЗ, лицам, проработавшим не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера и имеющим страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 50 процентам суммы установленной фиксированной выплаты к соответствующей страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона.

В силу части 5 этой же статьи закона лицам, проработавшим не менее 20 календарных лет в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и имеющим страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 30 процентам суммы установленной фиксированной выплаты к соответствующей страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона.

Как указано в пункте 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, которые подлежат применению по настоящему спору, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Пунктом 5 указанных правил определено, что периоды работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Материалами пенсионного дела ФИО1 № <№> подтверждается, что страховая пенсия по старости истцу назначена на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Закона № 400-ФЗ в связи с наличием не менее 20 календарных лет стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и страхового стажа.

При установлении истцу страховой пенсии по старости период её нахождения в отпуске по уходу за ребёнком с 20 мая 1991 года по 25 марта 1994 года во время работы во Дворце культуры моряков Северного морского пароходства (в дальнейшем преобразовано в открытое акционерное общество «Северное морское пароходство») включён в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Справкой о рождении подтверждается, что ребёнок у истца родился <Дата>.

Право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 года № 1501-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утверждённые Законом СССР от 15 июля 1970 года. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет.

До введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 Кодекса законов о труде РСФСР предусматривала, что период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет подлежит зачёту в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Поскольку в Законе № 400-ФЗ порядок подсчёта стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях для определения повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренной частями 4 и 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ, не закреплён, то при исчислении такого стажа должен применяться тот же порядок, который применяется для назначения пенсии за работу в указанных районах и местностях.

Следовательно, принимая во внимание, что в связи с рождением ребёнка истцу были предоставлены отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора и трёх лет, при этом такие отпуска имели место во время действия закона, который позволял включать отпуска, связанные с рождением ребёнка, в стаж, дающий право на льготное пенсионное обеспечение, спорные периоды отпусков по уходу за ребёнком относятся к стажу работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

На основании изложенного, в целях восстановления нарушенных прав истца, с учётом единообразного порядка исчисления стажа работы в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, как при определении права гражданина на досрочное назначение пенсии по старости, так и при определении его права на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости, суд приходит к выводу о необходимости возложить на ответчика обязанность включить в стаж работы истца в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, оспариваемый ею период с 20 мая 1991 года по 25 марта 1994 года.

Относительно требований истца о понуждении ответчика включить в стаж оставшиеся периоды работы суд приходит к следующим выводам.

Согласно заявлению истца о назначении пенсии от 11 марта 2020 года, поданному через многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг, истец никаких документов о стаже к заявлению не приложила. В заявлении она выразила своё согласие на принятие решения о назначении пенсии по имеющимся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации сведениям индивидуального (персонифицированного) учёта без предоставления дополнительных сведений о стаже и заработке (в заявлении истец поставила отметку «согласен» в пункте «п» раздела 4).

Согласно пункту 43 Административного регламента предоставления Пенсионным фондом Российской Федерации государственной услуги по установлению страховых пенсий, накопительной пенсии и пенсий по государственному пенсионному обеспечению, утверждённого постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 23 января 2019 года № 16п, в случае согласия гражданина на назначение страховой пенсии, накопительной пенсии на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учёта, имеющихся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации, дополнительные документы о стаже и заработке не истребуются.

Согласно статье 1 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» застрахованные лица – это лица, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации»; зарегистрированные лица – это физические лица, которым открыт индивидуальный лицевой счёт в системе индивидуального (персонифицированного) учёта, в том числе в целях обеспечения реализации их прав в системе обязательного пенсионного страхования, учёта сведений о трудовой деятельности, а также в целях предоставления государственных и муниципальных услуг и исполнения государственных и муниципальных функций. Индивидуальный (персонифицированный) учёт – это организация и ведение учёта сведений о каждом зарегистрированном лице для обеспечения реализации его прав в системе обязательного пенсионного страхования, предоставления государственных и муниципальных услуг и (или) исполнения государственных и муниципальных функций в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе с использованием страхового номера индивидуального лицевого счёта в качестве идентификатора сведений о физическом лице.

В силу пункта 2 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь ежегодно не позднее 1 марта года, следующего за отчётным годом (за исключением случаев, если иные сроки предусмотрены настоящим Федеральным законом), представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах начисляются страховые взносы) сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, определяемый особыми условиями труда, работой в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Сведения, указанные в настоящем пункте, о застрахованном лице, подавшем заявление о назначении страховой пенсии или страховой и накопительной пенсий, страхователь представляет в течение трёх календарных дней со дня обращения застрахованного лица к страхователю.

На основании пункта 1 той же статьи закона указанные сведения для индивидуального (персонифицированного) учёта страхователи предоставляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации.

Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет приём и учёт сведений о зарегистрированных лицах в системе индивидуального (персонифицированного) учёта, а также внесение указанных сведений в индивидуальные лицевые счета в порядке и сроки, которые определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (статья 8.1 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования»).

По смыслу приведённых нормативных положений индивидуальный (персонифицированный) учёт используется в целях назначения страховой пенсии в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и уплаченных за него страховых взносов.

На основании статьи 14 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» застрахованное лицо имеет право получать бесплатно в органах Пенсионного фонда Российской Федерации, а также через многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг по своему обращению способом, указанным им при обращении, сведения, содержащиеся в его индивидуальном лицевом счёте, а у страхователя – копию сведений о себе, представленных страхователем в Пенсионный фонд Российской Федерации и налоговые органы для индивидуального (персонифицированного) учёта. При этом в названной статье закона прямо предусмотрено право застрахованного лица в случае несогласия со сведениями, содержащимися в его индивидуальном лицевом счёте, обратиться с заявлением об исправлении указанных сведений в органы Пенсионного фонда Российской Федерации или в налоговые органы в соответствии с их компетенцией, либо в суд.

При предоставлении сведений индивидуального (персонифицированного) учёта за время работы истца в <***> со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, в <***> с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, в <***> с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года страхователи не указали код территориальных условий «МКС», то есть работодатели истца не подтвердили постоянную занятость истца на работах в особых климатических условиях местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, в течение полного рабочего дня.

Отсутствует соответствующий код особых условий труда и в отношении одного дня работы во <***> – 26 марта 1994 года.

Суд также обращает внимание на то обстоятельство, что на момент вынесения пенсионным органом решения об установлении истцу пенсии страхователь <***> не предоставила в Пенсионный фонд Российской Федерации сведения о периодах работы истца в 2020 году, которые подлежат включению в стаж для установления пенсии, поскольку срок сдачи таких сведений ещё не наступил.

Истец в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования», до обращения за желаемой пенсией не обратилась в <***> с заявлением о предоставлении в отношении неё сведений в Пенсионный фонд Российской Федерации о стаже за 2020 год.

При таких обстоятельствах, учитывая согласие самого гражданина, обратившегося за назначением пенсии, с переданными в отношении него сведениями индивидуального (персонифицированного) учёта, оснований считать, что ответчик нарушил права истца, незаконно отказав во включении в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периодов работы 26 марта 1994 года, со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года, не имеется.

Ссылаясь на факт обращения 29 мая 2020 года с заявлением о перерасчёте размера страховой пенсии по старости, истец не учитывает, что и к этому заявлению никаких документов, опровергающих достоверность сведений индивидуального (персонифицированного) учёта, содержащихся на её лицевом счёте застрахованного лица, она не приложила.

Представленные в материалы настоящего дела документы, подтверждающие корректировку страхователями сведений о стаже истца за спорные периоды, судом во внимание не принимаются, поскольку такая корректировка осуществлена уже после назначения истцу страховой пенсии во время рассмотрения дела судом.

Сведения по форме СЗВ-М и расчёты по начисленным страховым взносам, переданные страхователями в налоговый орган, не подтверждают периоды работы истца в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Как установлено судом, периоды работы со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года добровольно включены пенсионным органом в страховой стаж истца, то есть право на зачёт этих периодов в страховой стаж пенсионным органом не нарушено.

При таких обстоятельствах, требования истца о возложении на ответчика обязанности включить в стаж периоды работы 26 марта 1994 года, со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года удовлетворению не подлежат.

При включении в стаж работы истца в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, спорного периода работы с 20 мая 1991 года по 25 марта 1994 года у истца образуется достаточный стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, для установления повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренной частью 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ. Другое условие для установления такой выплаты, а именно 20 лет страхового стажа, также соблюдается, что следует из материалов пенсионного дела ФИО1 № <№>.

В целях восстановления нарушенного ответчиком имущественного права истца на получение пенсии в определённом законом размере суд считает возможным удовлетворить заявленное истцом требование о перерасчёте размера пенсии и возложить на ответчика обязанность произвести перерасчёт размера страховой пенсии истца со дня установления истцу пенсии, то есть с <Дата>.

Согласно части первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

Как указано в части первой статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, среди прочего, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесённые сторонами (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку решение суда состоялось в пользу истца, она вправе требовать взыскания с ответчика расходов на отправку ответчику копии искового заявления в размере 57 рублей. Данные расходы являются необходимыми издержками, связанными с рассмотрением настоящего гражданского дела, и подтверждены кассовым чеком.

Поскольку истец ФИО1, являющаяся пенсионером, в соответствии с пунктом 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации была освобождена от уплаты государственной пошлины, излишне уплаченная ею государственная пошлина не подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы, произвести перерасчёт размера пенсии удовлетворить частично.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) включить в стаж работы ФИО1 в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период работы с 20 мая 1991 года по 25 марта 1994 года и произвести перерасчёт размера страховой пенсии с учётом установления повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, с <Дата>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о возложении обязанности включить в стаж периоды работы 26 марта 1994 года, со 2 октября 1995 года по 30 ноября 1995 года, с 25 мая 2012 года по 31 августа 2012 года, с 3 июня 2013 года по 31 июля 2013 года, с 1 января 2020 года по 7 апреля 2020 года отказать.

Взыскать с Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) в пользу ФИО1 почтовые расходы в размере 57 рублей (Пятьдесят семь рублей).

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Р. С. Сафонов