Решение № 2-243/2023 2-243/2023~М-192/2023 М-192/2023 от 7 ноября 2023 г. по делу № 2-243/2023

дело №2-243/2023


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Абдулино 08 ноября 2023 года

Абдулинский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Бугайца А.Г.,

при секретаре судебного заседания Кондрашовой А.С.,

с участием заместителя прокурора <адрес> Тюриной А.Р.,

истца ФИО1,

представителя ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» ФИО2,

третьего лица Г.Л.Н,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратились в суд с вышеуказанным исковым заявлением, указав в его обоснование, что ее сын С.Д.П с трех лет страдал «Астмой» и состоял на учете у врача-педиатра в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» С.Г.Н ДД.ММ.ГГГГ в ходе прогулки дыхание С.Д.П стало учащенным, в связи с этим мать сделала ему ингаляцию физраствором с «Пульмикордом» через небулайзер. После первого вдоха сын начал кашлять и его отвезли в отделение скорой помощи Матвеевской участковой больницы. С.Д.П подошел к зданию Матвеевской участковой больницы самостоятельно, дверь в отделении была закрыта. После чего она начала стучать в дверь и звать на помощь, дверь в больнице открыли спустя 15 минут. Пройдя в тамбур С.Д.П развернулся и начал падать, медицинскими работниками стали оказываться реанимационные мероприятия С.Д.П Сотрудники больницы не могли попасть иглой шприца в вену С.Д.П, на манипуляции по установке иглы в вену для последующего внутривенного введения медицинских препаратов ушло время не менее 10 минут. Сотрудниками больницы реанимационные мероприятия были проведены не в полном объеме, в результате не привели к положительному результату. ДД.ММ.ГГГГ в 01.45 часов была констатирована смерть С.Д.П Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть С.Д.П наступила от острой дыхательной недостаточности, развившейся как осложнение основного заболевания – астматического статуса, который в свою очередь является тяжелым осложнением бронхиальной астмы. ДД.ММ.ГГГГ по данному факту было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. В рамках уголовного дела проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза. Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что: дефектами оказания медицинской помощи в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» на амбулаторном этапе явились: нерегулярно наблюдался врачом-аллергологом, врачом-пульмонологом в 2021 г., 2022 г., нет консультаций данных специалистов; нет плановых госпитализаций в специализированное отделение ОДКБ с 2018 года. Соответственно не проводилась коррекция лечения узкопрофильными специалистами с учетом возраста пациента и наличия сопутствующей патологии.Дефектами оказания медицинской помощи в Матвеевской участковой больнице на стационарном этапе явились: не указана ЧД при ИВЛ мешком Амбу. По клиническим рекомендациям на 30 компрессий грудной клетки 2 вдоха при ИВЛ мешком Амбу через маску; не был подключен ЭКГ монитор/дефибриллятор во время реанимационных мероприятий; не проведена интубация С.Д.П ИВЛ через эндотрахеальную трубку эффективнее, особенно при астматическом статусе, выше защита дыхательных путей от аспирации. Интубация трахеи входит в обязанности врача анастезиолога-реаниматолога, который в данном стационаре на момент случившегося отсутствовал – дефект организационного характера; при поступлении вместе с глюкокортикоидами (дексаметазон) необходимо было ввести в/в магния сульфат 25% разведенным на растворе NaCl0,9%. Дозу гормонов увеличить до 16мг вводить в/вено. Истец считает, что хотя по заключению проведенной по уголовному делу судебно-медицинской экспертизы вышеуказанные дефекты не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью С.Д.П, они вызвали критическое ухудшение состояния его здоровья, которое привело к смерти ее сына. Считает, что действиями и бездействием медицинских работников истцу причинен огромный моральный вред, который она оценивает в 5000000 рублей. Смерть сына причинила истцу моральный вред, боль и горечь утраты, которую она испытывает ежедневно и будет испытывать всю жизнь. Просит взыскать с ГБУЗ «Абдулинская МБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг в сумме 5000000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения <адрес> и Министерство природных ресурсов <адрес>.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Л.Н.В, Ш.Т.И, Х.Р.Г, А.И.Ю.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Ф.И.П, С.В.Е, С.В.П, Г.Л.Н.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила иск удовлетворить в полном объеме. Считает, что медицинскими работниками ГБУЗ «Абдулинская межрайонная больница» приняты не своевременно и не все меры, чтобы спасти ее сына. Действиями и бездействием медицинских работников ей причинен огромный моральный вред, поскольку боль и горечь утраты сынаона испытывает ежедневно и будет испытывать всю жизнь.После смерти сына у нее нарушился сон, она постоянно плакала, стало подниматься артериальное давление, в связи с чем она стала принимать лекарства, обращалась к врачу психиатру. Она не могла оставаться одна и на работу и с работы ее сопровождали коллеги по работе.

Представитель ответчика ГБУЗ «Абдулинская межрайонная больница» ФИО2, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, возражал против удовлетворения исковых требований, указав, что в материалах дела нет доказательств, свидетельствующих о том, что именно от действий (бездействия) врачей наступила смерть пациента С.Д.П Как усматривается из всех доказательств по делу немедленно после обращения в медицинское учреждение С.Д.П начали проводить реанимационные мероприятия. В судебном заседании медицинские работники пояснили, что реанимационные мероприятия проводились ими с учетом состояния поступившего пациента и все что необходимо было сделать ими было сделано. Из материалов дела следует, что до наступления указанного трагического случая матерью умершего не в полной мере соблюдались медицинские назначения. В медицинской карте С.Д.П указано, что пациент не являлся на консультацию, назначенную в специализированное учреждение, медицинскую помощь не получал, именно по своему не желанию. Также имеет место позднее обращение в больницу и это подтверждено материалами дела. В судебном заседании истец пояснила, чтосначала пытались купировать приступ в домашних условиях, ребенок был подвергнут физической нагрузке, что могло повлиять на неблагоприятный исход. Факт неоказания медицинской помощи из материалов дела не усматривается, вины врачей не имеется, а те дефекты оказания медицинской помощи, выраженные в неправильном оформлении документации не могли явиться причиной развития неблагоприятного исхода в виде смерти.Полагает, что доказательств вины медицинского учреждения в наступлении смерти пациента с учетом возникшей ситуации нет. Полагает, что заключение экспертов является не полным и не подтверждает наличие вины. В связи с чем в удовлетворении иска просил отказать.

Третье лицо Г.Л.Н в судебном заседании подтвердила обстоятельства изложенные в исковом заявлении и просила удовлетворить исковые требования в полном объеме. Кроме того пояснила, что истец ФИО1 является ее дочерью, они проживают совместно и она видит как ФИО1 переживала и продолжает переживать смерть своего сына. После смерти сына у ФИО1 нарушился сон, стало подниматься артериальное давление, в связи с чем она стала принимать лекарства, обращалась к врачу психиатру. Она тоже очень сильно переживает по поводу смерти внука.

Представитель третьего лица - Министерства здравоохранения <адрес>в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела.

Представитель третьего лица - Министерства природных ресурсов <адрес>в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела. В представленном отзыве указал, что Министерство природных ресурсов, экологии и имущественных отношений <адрес> не является главным распорядителем средств бюджета субъекта Российской Федерации. Для обеспечения медицинской деятельности учреждение наделяется недвижимым имуществом, которое закрепляется за ним на праве оперативного управления. Данное имущество является государственной собственностью <адрес>. Просил рассмотреть дело по имеющимся материалам в отсутствии представителя министерства.

Третьи лица Л.Н.В, Ш.Т.И, Х.Р.Г, А.И.Юв судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела. На предыдущих судебных заседаниях Ш.Т.И, Х.Р.Г, А.И.Ю пояснили, что реанимационные мероприятия проводились ими с учетом состояния поступившего пациента и все что необходимо было сделать ими было сделано. Возражали против удовлетворения исковых требований в виду отсутствия какой либо вины медицинского учреждения в смерти С.Д.П

Третьи лица Ф.И.П, С.В.Е, С.В.П, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела. В своих заявлениях просили о рассмотрении дела в их отсутствии, с исковыми требованиями согласны. На предыдущих судебных заседаниях Ф.И.П подтвердила обстоятельства, изложенные в исковом заявлении и просилаудовлетворить исковые требования в полном объеме.

Суд, определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц в соответствии с требованиями ст.167 ГПК РФ.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы гражданского дела, заключение прокурора Тюриной А.Р., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием для обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило ненадлежащее оказание медицинской помощи ее сыну С.Д.П, приведшее, по мнению истца, к его смерти.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личнуюнеприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 статьи 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 26 и 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Судом установлено, что С.Д.ПДД.ММ.ГГГГ был доставлен родственниками в Матвеевскую участковую больницу ГБУЗ «Абдулинская МБ» с жалобами на то, что он начал задыхаться. Перенесенные заболевания: бронхиальная астма, с детского возраста. Является инвалидом-детства. По прибытии пациента в лечебное учреждение ему было выставлено общее состояние как агональное. Фельдшером СМП и приемного отделения проводились реанимационные мероприятия, обеспечивался венозный доступ. Сознание кома 3, самостоятельное дыхание отсутствовало, тоны сердца глухие, ритм правильный с ЧСС 68 в мин. Пульс на центральных сосудах очень слабого наполнения и напряжения. АД не определялось. ДД.ММ.ГГГГ в 01 с. 05 мин продолжены реанимационные мероприятия: ИВЛ мешком Амбу, внутремышечно введен десаметазон 8 мг. ДД.ММ.ГГГГ появилось несколько самостоятельных движений по типу Биота. ДД.ММ.ГГГГ в 01 ч. 11 мин. состояние ухудшилось, наступила остановка дыхания в сердечно-сосудистой деятельности, сознание отсутствовало. Продолжены реанимационные мероприятия: непрямой массаж сердца, ИВЛ мешком Амбу с потоком кислорода 8 л в минуту, через концентратор О2, в/в введение 0,1% 1 мл Sol.Adrenallnihydr каждые 5 минут. В 01 час 45 мин. констатирована смерть пациента.

В заключении эксперта №от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» указано, что смерть С.Д.П наступила от острой дыхательной недостаточности, развившейся как осложнение основного заболевания – астматического статуса, который в свою очередь является тяжелым осложнением бронхиальной астмы. Вывод о причинении смерти подтверждается макро-имикроморфологическими изменениями, обнаруженными при исследовании трупа: выявлено острое вздутие легких; в просветах перерезанных бронхо выявлено большое количество густой вязкой полупрозрачной желтовато-зеленоватой слизи, которая выдавливается над поверхностью разрезов в виде «столбиков»; при потягивании слизистых пробок пинцетом определяется, что они повторяют форму бронхиального дерева после удаления слизи определяется буроватое окрашивание слизистой оболочки бронхов среднего и малого калибров; при гистологическом исследовании легких выявлено: легочная ткань с участками эмфиземы и очаговым отеком, местами кровоизлияния, скопления альвеолярного эпителия, единичные макрофаги, нейтрофилы, бурые гранулы, бронхи утолщенными стенками, с лимфогистиоцитарной и лейкоцитарной инфильтрацией спазмированы, в крупных бронхах выражено утолщение и гомогенизация базальной пластины слизистого слоя, в просветах слоистые слизистые массы с большими пластами десквамированного эпителия. При исследовании трупа телесные повреждения не обнаружены. При судебно-химическом исследовании крови этиловый спирт не обнаружен. Следы перемещения тела на трупе отсутствуют.

С целью подтверждения диагноза С.Д.П и достаточности проведения реанимационных мероприятий, а также наличия в действиях матери С.Д.П виновных действий была проведена судебно-медицинская экспертиза. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» при судебно-медицинском исследовании трупа С.Д.П установлен судебно-медицинский диагноз: основное заболевание. Астматический статус: тотальная обструкция бронхов секретом. Бронхиальная астма с преобладанием аллергического компонента, тяжелого течения, фраза обострения. Геморрагический трахеобронхит. Осложнения основного заболевания. Острая эмфизема легких с участками кровоизлияний. Острое венозное полнокровие: отек легких, отек головного мозга и мягкой мозговой оболочки. Признаки быстро наступившей смерти: жидкое состояние крови, точечные кровоизлияния под легочной плеврой и эпикардом. Сопутствующие заболевания: ожирение 2-й степени. Смерть С.Д.П наступила от острой дыхательной недостаточности, развившейся как осложнение основного заболевания – астматического статуса, который в свою очередь является тяжелым осложнением бронхиальной астмы.

При анализе качества оказания медицинской помощи на стационарном этапе С.Д.П в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» выявлены недостатки: не указана ЧД при ИВЛ мешком Амбу. По клиническим рекомендациям на 30 компрессий грудной клетки 2 вдоха при ИВЛ мешком Амбу через маску; не был подключен ЭКГ монитор/дефибриллятор во время реанимационных мероприятий; при поступлении вместе с глюкокортикоидами (дескаметазон) необходимо было ввести в/в магния сульфат 25% разведенным на растворе NaCl 0,9%, дозу гормонов увеличить до 16 мг и вводить в/вено; интубация С.Д.П не проведена, ИВЛ через эндотрахеальную трубку эффективнее, особенно при астматическом статусе, выше защита дыхательных путей от аспирации. Интубация трахеи входит в обязанности врача анастезиолога-реаниматолога, который в данном стационаре на момент случившегося отсутствовал.

При анализе причины наступления неблагоприятного исхода, смерти С.Д.П определяется совокупностью факторов: наличие тяжелого хронического заболевания – бронхиальная астма с преобладанием аллергического компонента, тяжелого течения, астматический статус; действия матери ФИО1 по ведению ребенка с бронхиальной астмой – отсутствие постоянного приема прописанных лекарственных препаратов, несоблюдение гипоаллергенной диеты и режима физических нагрузок, отсутствие должного контроля за купированием начавшегося приступа; позднее обращение за медицинской помощью – С.Д.П поступил в Матвеевскую участковую больницу ГБУЗ «Абдулинская МБ» в очень тяжелом – агональном состоянии; дефекты оказания медицинской помощи в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» на амбулаторном этапе; дефекты оказания медицинской помощи Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» на стационарном этапе. Прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи на этапах лечения в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» и наступлением смерти С.Д.П, нет, так как нельзя не принимать во внимание наличие и тяжесть имевшегося у него тяжелого хронического заболевания, действия матери ФИО1 по ведению ребенка с бронхиальной астмой, позднего обращения за медицинской помощью. Прямой причинно-следственной связи между отсутствием должного контроля со стороны матери ФИО1 за ведением С.Д.П и наступлением его смерти, нет, так как нельзя не принимать во внимание наличие и тяжесть имевшегося у него тяжелого хронического заболевания и дефектов оказания медицинской помощи. Учитывая отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями матери ФИО1 и наступлением смерти С.Д.П степень тяжести вреда здоровью не устанавливается.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем Абдулинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> было прекращено уголовное дело в отношении сотрудников Матвеевской участковой больницы ГБУЗ «Абдулинская МБ»: Ш.Т.И, А.И.Ю, Х.Р.Г, Л.Н.В, С.Г.Н в связи с отсутствием в их действиях признаков преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 Уголовного кодекса РФ и в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в ее действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 Уголовного кодекса РФ.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик по настоящему делу должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью сына С.Д.П, медицинская помощь которому, по утверждению истца, оказана ненадлежащим образом.

Поскольку назначение экспертизы обусловлено непосредственно с целью проверки доводов ФИО1 о наличии ненадлежащего оказания врачами ГБУЗ «Абдулинская МБ» медицинских услуг и направлено на установление значимых для разрешения спора обстоятельств, суд назначил комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, производство которой поручил экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» <адрес>.

Согласно выводам, изложенным в заключении экспертов СПб ГБУЗ «БСМЭ» №/вр-П-ПК от ДД.ММ.ГГГГ, на вопрос суда: какова причина смерти С.Д.П, эксперты указали, что смерть С.Д.П наступила от острой дыхательной недостаточности, развившейся как осложнение основного заболевания – астматического статуса, который в свою очередь является тяжелым осложнением бронхиальной астмы.

На вопрос: имелись ли у С.Д.П хронические заболевания, либо заболевания, требующие постоянного наблюдения и лечения? Если да, то каков исход данных заболеваний без оказания медицинской помощи? эксперты указали, что у С.Д.П были диагностированы следующие заболевания: «Бронхиальная астма, атопическая, легкая, персистирующая, частично контролируемая. Врожденная миопия высокой степени. Сложный близорукий астигматизм обоих глаз. Рефракционная амблиопия средней степени обоих глаз. Эндогенно-конституциональное ожирение 2 <адрес>. Хронический ринит». Из всех вышеперечисленных заболеваний к жизни угрожающему состоянию могла привести Бронхиальная астма (БА). При отсутствии лечения, своевременного приема базисной терапии и терапии спасения бронхиальная астма может привести к астматическому статусу, который в свою очередь может стать причиной смерти пациента. В связи с особенностями развития астматического статуса, оказание медицинской помощи не гарантирует исключение летального исхода. Поэтому данное заболевание требует постоянного контроля как со стороны родителей пациента, так и медицинских работников – врачей педиатров/терапевтов, аллергологов-иммунологов, пульмонологов.

На вопрос: какие дефекты или недостатки (лечебно-диагностических и организационно-тактических) в оказании медицинской помощи С.Д.П были допущены и на каком этапе?», эксперты указали, что при наблюдении С.Д.П в Матвеевской больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» на амбулаторном этапе были допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи: - в 2014 г. была изменена степень тяжести БА со среднетяжелой на легкую интермиттирующую, без обоснований, несмотря на то, что ребенок имел тяжелое обострение в 2012 году и лечился в отделении реанимации; - имела место недооценка тяжести состояния в результате неправильной оценки уровня контроля БА по тесту АСТ и изменений ФВД, в связи с чем, С.Д.П длительное время получал неадекватную терапию; - при назначении ИГКС дозы не соответствовали тяжести течения болезни и снижения дозы было обычно быстрым; - в части записей аллерголога отсутствуют рекомендации по периодичности наблюдения пациента, при осмотре аллерголога не оценивается степень тяжести обострения, не устанавливается возможная причина обострения, не выполняется пульсоксиметрия, назначения по лечению обострений «сальбутамол или беродуал по потребности, не более 4-х раз в сутки, будесонид 0,25-0,5 мг 2 раза в день 2-3 дня» не соответствуют клиническим рекомендациям МЗ РФ «Бронхиальная астма»; - нет плановых госпитализаций в специализированное отделение ОДКБ с 2018 года; - нерегулярно наблюдался врачом-аллергологом, врачом-пульмонологом в 2021, 2022 гг., нет консультаций данных специалистов.Согласно материалам гражданского дела и представленному листу осмотра дежурного врача от ДД.ММ.ГГГГ из уголовного дела выявлены следующие дефекты в оказании скорой медицинской помощи и реанимационной помощи С.Д.П на госпитальном этапе: не заведена учетная форма №/у «Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара»; не выполнена консультация врача-анестезиолога-реаниматолога; не выполнена интубация трахеи. Как следует из осмотра дежурного врача от ДД.ММ.ГГГГ мероприятия базовой сердечно-легочной реанимации соответствовали методическим рекомендациям: закрытый массаж сердца, санация верхних дыхательных путей, искусственная вентиляция легких мешком Амбу через лицевую маску, внутривенное введение адреналина каждые 5 минут. Введения сульфата магния на данном этапе не показано.

На вопросы: имелась ли прямая (косвенная) причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудников ГБУЗ «Абдулинская МБ» и смертью С.Д.П? В случае установления дефектов оказания медицинской помощи и нарушений действующих на момент обращения стандартов и порядков оказания медицинской помощи, а при их отсутствии – клинических рекомендаций, имелась ли реальная возможность избежать смерти С.Д.П при отсутствии таких дефектов и нарушений? эксперты ответили, что при анализе причины наступления неблагоприятного исхода (смерти С.Д.П) определяется совокупность факторов: наличие тяжелого хронического заболевания – бронхиальная астма с преобладанием аллергического компонента, тяжелого течения; наличие сопутствующей патологии, ухудшающей течение бронхиальной астмы; действия матери ФИО1 по ведению ребенка с бронхиальной астмой (отсутствие постоянного приема прописанных лекарственных препаратов, несоблюдение гипоаллергенной диеты и режима физических нагрузок, отсутствие должного контроля за купированием начавшегося приступа); развитие астматического статуса; позднее обращение за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ (С.Д.П поступил в Матвеевскую участковую больницу ГБУЗ «Абдулинская МБ» в очень тяжелом – предагональном состоянии). То есть допущенные дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе при наблюдении С.Д.П в Матвеевской участковой больнице ГБУЗ «Абдулинская МБ» заключающиеся в недооценке тяжести его состояния в результате неправильной оценки уровня контроля БА и нерегулярное наблюдение врачом-аллергологом, врачом-пульмонологом по поводу БА могли негативно повлиять на течение БА (так как не позволили снизить риски тяжелого обострения БА и развития астматического статуса). Дефекты при оказании скорой медицинской помощи и реанимационной помощи, допущенные при оказании медицинской помощи С.Д.П на госпитальном этапе, в виде отсутствия консультации врача-анестезиолога-реаниматолога и инкубации трахеи, снизили шансы пациента с астматическим статусом на благоприятный исход. Все вышеизложенное свидетельствует о том, что указанные выше дефекты оказания медицинской помощи и неблагоприятный исход в виде развития астматического статуса и смерти С.Д.П находятся в косвенной причинно-следственной связи (так как не дефекты, а наличие заболевания – БА, явились причиной развития неблагоприятного исхода в виде смерти). Допущенные дефекты оказания медицинской помощи снизили шансы пациента на благоприятный исход. В случае правильно оказанной медицинской помощи пациенту с астматическим статусом не всегда можно предотвратить наступление смерти.

На вопрос: какими порядками оказания медицинской помощи, при отсутствии клиническими рекомендациями должны были руководствоваться врачи ГБУЗ «Абдулинская МБ» при оказании медицинской помощи С.Д.П и были ли допущены их нарушения?» эксперты ответили, что на ДД.ММ.ГГГГ при оказании помощи С.Д.П врачи должны были руководствоваться следующими нормативными документами: Клинические рекомендации «Бронхиальная астма», 2021 г.; Приказ Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта медицинской помощи детям при бронхиальной астме (диагностика и лечение)»; Приказ Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при астматическом статусе»; Порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи (утвержден Приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н); Порядок оказания медицинской помощи детям по профилю «анастезиология и реаниматология» (утвержден Приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Суд признает заключение экспертов №/вр-П-ПК от ДД.ММ.ГГГГ допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно получено в соответствии с действующим гражданским процессуальным законом, Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано компетентными лицами, на основе специальных научных познаний в области судебной медицины. В исследовательской части заключения подробно излагаются содержание и результаты исследований. Оснований сомневаться в объективности выводов судебно-медицинской комиссии экспертов не имеется. Выводы экспертов вытекают из результатов проведенных исследований и не противоречит им. Экспертами были проведены всесторонние исследования, им даны ответы на вопросы, поставленные в определении о назначении экспертизы, само заключение мотивировано. В распоряжении экспертов были предоставлены как материалы гражданского дела, так и медицинская документация, касающаяся состояния здоровья С.Д.П Экспертами, при проведении судебной экспертизы применены необходимые методы и методики экспертного исследования.

Оснований не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, у суда отсутствуют. Наличие обстоятельств, дающих основание полагать, что эксперты СПб ГБУЗ «БСМЭ» лично, прямо или косвенно, заинтересованы в исходе данного гражданского дела, суду не предоставлено.

Исходя из выводов экспертов, указанные выше дефекты оказания медицинской помощи и неблагоприятный исход в виде развития астматического статуса и смерти С.Д.П находятся в косвенной причинно-следственной связи, так как не дефекты, а наличие заболевания – бронхиальная астма, явились причиной развития неблагоприятного исхода в виде смерти. Однако при правильной и своевременной диагностике и применении адекватного лечения благоприятный исход для пациента не исключался.

В совокупности изложенные доказательства, позволяют прийти к выводу о том, что имеются доказательства вины ответчика ГБУЗ «АбдулинскаяМБ» в недобросовестном выполнении его медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей при лечении С.Д.П Допущенные дефекты оказания медицинской помощи снизили шансы пациента на благоприятный исход.

Принимая во внимание, что факт причинения морального вреда истец ФИО1 связывает не только с фактом смерти близкого ей человека –сына С.Д.П, но и с фактом оказания ее сыну ненадлежащей медицинской помощи, выразившейся в допущенных дефектах ее оказания, в этой связи, сам по себе факт отсутствия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи С.Д.П и смертью последнего, не исключает обязанности ответчика компенсировать причиненный истцу моральный вред.

Учитывая изложенные обстоятельства и принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства подтвержден факт нахождения истца в родственных отношениях с умершим, суд с учетом вышеприведенных норм права приходит к выводу о возложении на ответчика ГБУЗ «Абдулинская МБ» обязанности компенсировать близкому родственнику умершего С.Д.П причиненный моральный вред.

При оценке степени причиненного морального вреда истцу, суд учитывает, что здоровье – это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушаются и неимущественное право члена его семьи на родственные и семейные связи, на здоровье.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи медицинскими работникамией причинен огромный моральный вред, поскольку боль и горечь утраты сынаона испытывает ежедневно и будет испытывать всю жизнь.После смерти сына у нее нарушился сон, она постоянно плачет, стало подниматься артериальное давление, в связи с чем она стала принимать лекарства, обращалась к врачу психиатру. Она не могла оставаться одна и на работу и с работы ее сопровождали коллеги по работе.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины ответчика, который проводил лечение, допустил дефекты оказания медицинской помощи, которые не явились прямой причиной смерти, фактические обстоятельства, при которой наступила смерть С.Д.П, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных со смертью близкого человека, глубину перенесенных страданий и переживаний, связанных со смертью близкого человека, и с учетом принципа разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ГБУЗ «Абдулинская межрайонная больница» в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в сумме 180000 руб.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для возложения обязанности компенсации морального вреда, так как отсутствует прямая причинно-следственная связь между допущенными дефектами оказания медицинской помощи С.Д.П и его смертью, являются несостоятельными, поскольку в данном случае, компенсация морального вреда судом взыскивается не за факт причинения смерти С.Д.П, а за факт ненадлежащего оказания медицинской помощи, выразившейся в допущенных дефектах ее оказания, установленных, в том числе по результатам проведенной по делу судебной экспертизы.

Доводы ответчика о том, что заключение экспертов №/вр-П-ПК от ДД.ММ.ГГГГ является неполным и не может быть доказательством вины медицинского учреждения, суд находит необоснованным, поскольку оно получено в соответствии с действующим гражданским процессуальным законом, Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано компетентными лицами, на основе специальных научных познаний в области судебной медицины. В исследовательской части заключения подробно излагаются содержание и результаты исследований. Оснований сомневаться в объективности выводов судебно-медицинской комиссии экспертов не имеется. Выводы экспертов вытекают из результатов проведенных исследований и не противоречат им. Экспертами были проведены всесторонние исследования и даны четкие ответы на поставленные вопросы, которые не имеют противоречий, само заключение мотивировано. В распоряжении экспертов были предоставлены как материалы гражданского дела, так и медицинская документация, касающаяся состояния здоровья С.Д.П Экспертами, при проведении судебной экспертизы применены необходимые методы и методики экспертного исследования. Кроме того, указанное заключение полностью согласуется с другими исследованными доказательствами по делу.

По общему правилу, установленному ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 указанного кодекса.

Расходы за проведение экспертизы также подлежат взысканию с ответчика, поскольку экспертиза была назначена по определению суда, которая была положена в основу решения суда.

Согласно бухгалтерских документов стоимость проведенной экспертизысоставила 130800 рублей.

Таким образом, стоимость проведенной экспертизы в сумме 130800 рублей подлежит взысканию с ответчика.

Кроме того, на основании статьи 98 ГПК РФс ответчика подлежит взысканию в доход бюджета МО Абдулинский городской округ государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» в пользу ФИО1 в счёт компенсации морального вреда 180000 (сто восемьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» в пользу Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» судебные расходы за проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы в размере 130800 (сто тридцать тысяч восемьсот) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Абдулинская межрайонная больница» в доход бюджета МО Абдулинский городской округ государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Абдулинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.<адрес>