Решение № 2-1011/2025 2-1011/2025(2-8441/2024;)~М-7902/2024 2-8441/2024 М-7902/2024 от 20 октября 2025 г. по делу № 2-1011/2025

Производство № 2-1011/2025 (2-8441/2024;)

УИД 28RS0004-01-2024-018245-64


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 октября 2025 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Кузьмина Т.И.,

при секретаре Бурниной Ю.Н.,

с участием помощника прокурора г. Благовещенска Кравец А.А. (до перерыва), старшего помощника прокурора г. Благовещенска Потаповой Е.В. (после перерыва), истца ФИО1 (до перерыва), её представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, третьего лица ФИО4 (после перерыва),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с рассматриваемым иском, в обоснование указав, что в январе 2024 года она упала на колено, спустя время появилась температура 37,5 °С, в конце марта 2024 года температура стала подниматься до 38,9 °С и ничем не сбивалась, боль в колене усиливалось. В марте 2024 года истец обратилась в частную платную клинику г. Благовещенска «Медлайн», где истцу было выполнена компьютерная томография, истец осмотрена врачом-травматологом. На снимке было видно наличие гнойного образования, которое поразило кость, требовалось проведение операции, в связи с чем было выдано направление в государственное автономное учреждение здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» (далее - ГАУЗ АОКБ) на оперативное лечение. 03.04.2024 года истец поступила в ГАУЗ АОКБ. Операцию провели только 10.04.2024 года, при проведении операции были нарушены все санитарные условия, в том числе было открыто окно в операционной. Операция длилась всего 20 минут. 11.04.2024 года истцу поставили капельницу с антибиотиком, и на этом лечение закончилось, после 11.04.2024 года никаких капельниц больше не ставили, контрольное исследование (компьютерную томографию или рентген) после операции не делали. После операции врач сообщил истцу, что никакого гноя найдено не было, полость была чистая, всё хорошо. 16.04.2024 года истца выписали, при этом температура держалась, о чём врачу сообщалось неоднократно, но в ответ отвечали, что всё хорошо, со временем пройдет. 17.04.2024 года по 20.04.2024 года температура росла до 38.7 °С, ничем не сбивалась, нога продолжала болеть, а 20.04.2024 года утром распухла. 20.04.2024 года в срочном порядке истца повезла сестра ФИО5 в частную платную клинику «Медлайн», где истцу сделали компьютерную томографию, осмотрел врач врач-травматолог, установив, что операция была проведена не стой стороны, где имеется гнойное образование, что гной не вычищен и уже пошёл абсцесс тканей, нужна срочное операционное вмешательство, выдал повторное направление ГАУЗ АОКБ, в этот же день 20.04.2024 года ФИО5 повезла истца в ГАУЗ АОКБ для того, чтобы истца приняли, провели срочное оперативное вмешательство, так как уже начали отмирать ткани кожи, операция была проведена не в том месте, дырка в кости разъедалась ещё больше. По прибытии в ГАУЗ АОКБ истец была осмотрена, ей сказали, что гноя нет, это просто оттек, всё хорошо, указав, что врач, выдавший направление с платной клиники, некомпетентен, прописали капельницы с антибиотиками, сказав, что если за три дня не пройдет, то приехать ещё раз на осмотр. ФИО5 начала объяснять медсестре, что идет абсцесс тканей и нужно срочно провести оперативное вмешательство по направлению врача, но истца отказались принимать, утверждая о наличии простого отека. ФИО5 отвезла истца в Благовещенскую городскую больницу, где наличие воспаления и гноя подтвердилось, выполнено два оперативных вмешательства с прочисткой раны, проведён курс лечения антибиотиками, до 17.05.2024 года истец находилась на лечение в Благовещенской городской больнице. Кость была очень слабая и хрупкая, так как имелось большая дырка, месяц истец ходила на костылях. 24.06.2024 года убрали костыли, и истец ходила ещё пол месяца на трости потихоньку. 15.07.2024 года истец обратилась в Амурский филиал АО «Страховая компания СОГАЗ-Мед» для проведения проверки по факту некачественного оказания медицинских услуг. 09.09.2024 года был дан ответ, согласно которому сраховой компанией организованы и проведены контрольно-экспертные мероприятия по указанным в обращении случаям медицинской помощи, по результатам которых включенным в Территориальный Реестр ТФОМС внештатным врачом-экспертом соответствующей специальности установлено следующее. В профильном отделении медицинской организации, где истец получала лечение с 03.04.2024 по 16.04.2024 допущено невыполнение диагностических мероприятий, необходимых для контроля динамики течения заболевания. При обращении 20.04.2024 в приемно-диагностическом отделении допущено невыполнение диагностических мероприятий, что привело к необоснованному отказу в госпитализации и создало риск прогрессирования имеющегося заболевания и развития его осложнений. Истец полагает, что ответчиком медицинская помощь оказана некачественно, что причинило истцу нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях, связанных с опасением за жизнь и здоровье, привело к ухудшению состояния здоровья истца, повышению давления, подавленному эмоциональному состоянию, стрессу, депрессии, плохому настроению, душевной боли из-за не правильного лечения, проведение ещё трех дополнительных операций, назначения дополнительных препаратов, длительному нахождению на больничном. Причинённый моральный вред я оценивает в сумму 500 000 рублей.

Истец ФИО1 (с учетом уточнения требований) просит суд взыскать с ответчика ГАУЗ АОКБ в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», АО СК «СОГАЗ-Мед», ООО «Клиника Медлайн-Премьер», ФИО4, ФИО6, ФИО7

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО2 на иске настаивали, привели доводы о том, что со стороны ответчика были допущены нарушения стандартов оказания медицинской помощи ФИО1, исследования были неполны, очаг воспаления не был дренирован, в госпитализации было отказано незаконно, медицинская документация надлежащим образом не велась, от чего истец испытывала физические и нравственные страдания.

Представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения требований возразила, настаивала, что нарушений стандартов оказания медицинской помощи истцу не допущено, причинно-следственная связь между оказанной ответчиком истцу медицинской помощью и наступившими последствиями отсутствуют, ухудшение состояния пациента связано с индивидуальными особенностями пациента и имеющегося у нее заболевания (хронического абсцесса Броди), оснований к госпитализации по медицинским основаниям не имелось. Нарушение порядка заполнения медицинской документации также не находится в причинной связи с заболеванием истца. Таким образом, отсутствуют необходимые условия для взыскания морального вреда.

Третье лица ФИО4 поддержал позицию ответчика, указав, что медицинская помощь истцу оказана им в соответствии с действующими стандартами и медицинскими проколами.

В заключении старший помощник прокурора г. Благовещенска Потапова Е.В. полагала иск обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще.

Суд, руководствуясь ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения участников процесса, допросив свидетелей, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

Статьей 4 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 части 1 статьи 2 Федерального закона № 323-ФЗ). Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 части 1 статьи 2 Федерального закона N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 указанного Федерального закона № 323-ФЗ - основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья (пункт 5); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Согласно пункту 2 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) В соответствии с Положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) В соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории РФ всеми медицинскими организациями; 3) На основе клинических рекомендаций; 4) С учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством РФ (ч. 2 и 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума ВС РФ №33).

Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума ВС РФ под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При этом отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

На основании анализа медицинской документации истца ФИО1, включая медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, № Б08336 ООО «Клиника Медлайн-Премьер», медицинских карт пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № 7780 и № 1002 ГАУЗ АОКБ, медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара, № 24/5721/ХК ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ», судом установлено, что 21.03.2024 года ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ООО «Клиника Медлайн-Премьер» с жалобами на боли ***, по результатам осмотра и обследования выставлен диагноз – рецидив абсцесса Броди (М86), назначено консервативное лечение,при отсутствии эффекта от консервативной терапии показана консультация врача-травматолога ГАУЗ АОКБ.

03.04.2024 года ФИО1 по самообращению госпитализирована в травматологическое отделение ГАУЗ АОКБ с предварительным диагнозом – абсцесс Броди в трети большой берцовой кости слева (М86.6), в день поступления осмотрена первично врачом приемного отделения, 04.04.2024 года осмотрена врачом приемного отделения, отобраны необходимые анализы, показано по плану лечения готовить к операции, 05.04.2024 года осмотрена травматологом-ортопедом ФИО4, рекомендовано готовить к операции, 10.04.2024 года проведено оперативное вмешательство длительностью 20 минут, клинический диагноз – *** послеоперационном периоде осмотрена врачами 10.04.2024 года, 11.04.2024 года, 12.04.2024 года, 16.04.2024 года, 11.04.2024 отобраны анализы, материал из кости, микрофлора не обнаружена, признаков воспаления нет, выписана 16.04.2024 года в удовлетворительном состоянии.

20.04.2024 года в 12 часов 00 мин. ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ООО «Клиника Медлайн-Премьер» с жалобами на боли ***, по результатам осмотра и обследования выставлен диагноз – хронический остеомелит в трети левой голени, свищевая форма, обострение, пациент в сопровождении сестры направлена в ГАУЗ АОКБ в ортопедо-травматологическое отделение на госпитализацию и решения вопроса оперативного лечения.

20.04.2024 года в 12 час. 41 мин. ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ГАУЗ АОКБ, предварительный диагноз - ***

20.04.2024 года в 14 час. 35 мин. ФИО1 по самообращению экстренно госпитализирована в травматологическое отделение ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ» с предварительным диагнозом – состояние после дренирования абсцесса Броди, подкожная гематома в проекции п/о раны, отобраны анализы, проведено рентгенологическое исследование, компьютерная томография, 02.05.2024 года выполнено оперативное вмешательство длительностью 1 час, заключительный диагноз – *** выписана 15.05.2024 года в удовлетворительном состоянии, с рекомендацией наблюдения врачом травматологом-хирургом.

Согласно заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 28.08.2024 года № 9579/1 и экспертному заключению (протоколу) к нему, выполненным АО СК «СОГАЗ-Мед», при оказании ГАУЗ АОКБ ФИО1 медицинской помощи в период с 29.03.2024 по 29.03.2024 года не выявлено нарушений сбора информации, постановки диагноза, оказания медицинской помощи, а также преемственности.

Согласно заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 29.08.2024 года № 9632/1 и экспертному заключению (протоколу) к нему, выполненным АО СК «СОГАЗ-Мед», при оказании ГАУЗ АОКБ ФИО1 медицинской помощи в период с 03.04.2024 года по 16.04.2024 года не выполнены необходимые диагностические (или) лечебные мероприятия в соответствии с порядком оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшие на состояние здоровья, а именно не выполнено контрольное рентгенографическое исследование после оперативного лечения, консультация анастезиолога-реаниматолога.

Согласно заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 29.08.2024 года № 9635/1 и экспертному заключению (протоколу) к нему, выполненным АО СК «СОГАЗ-Мед», при оказании ГАУЗ АОКБ ФИО1 медицинской помощи в период с 20.04.2024 года по 20.04.2024 года не выполнены необходимые диагностические (или) лечебные мероприятия в соответствии с порядком оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшие к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск развития нового заболевания, необоснованный отказ застрахованному лицу в оказании медицинской помощи в соответствии с территориальной программой обязательного медицинского страхования, создавший риск прогрессирования имеющегося заболевания, а именно не осуществлен сбор информации – анамнеза жизни нет, локальный статус – описания нет, не проведена термометрия, не выполнены лабораторные исследования (общий анализ крови, мочи), не выполнена госпитализация при обострении имеющегося заболевания.

Согласно заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 29.08.2024 года № 9636/1 и экспертному заключению (протоколу) к нему, выполненным АО СК «СОГАЗ-Мед», при оказании ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ» ФИО1 медицинской помощи в период с 20.04.2024 по 15.05.2024 года не выявлено нарушений сбора информации, постановки диагноза, оказания медицинской помощи, а также преемственности.

Для разрешения вопроса о качестве оказанной истцу медицинской помощи судом в ходе рассмотрения дела назначена и проведена комиссионная судебно – медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов № М68-04/2025 ООО МБЭКС сделаны следующие выводы:

Вопрос №1: Какие заболевания имелись у ФИО1 при ее обращении и последующем обследовании в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» 03.04.2024? Правильно ли были установлены диагнозы данных заболеваний? Имелся ли у ФИО1 диагноз ***

Ответ: при обращении 03.04.2024 г. и последующем обследовании в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» у ФИО1 имелось заболевание ***. Диагноз пациентке, согласно жалоб, клинической картины и результатов рентгенологического исследования, был установлен верно, что также подтверждается данными рентгенологического исследования, проведенного в рамках действующей экспертизы (подробно см. раздел №3 «Данные рентгенологического исследования»). При обращении пациентки 21.03.2024 г. к травматологу в ООО «Клиника Медлайн-Премьер» ей был выставлен диагноз «***» (из анамнеза известно, что «..в 12 лет пациентке уже производилось иссечение свища....месяц назад была травма коленного сустава, после чего имеющиеся симптомы стали медленно нарастать..»), т.е. на момент обращения ФИО1 в данное медицинское учреждение можно указывать на рецидив (обострение) имевшегося ранее *** (ч. 2 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). «..Лечение любого больного всегда индивидуально, и определение тактики лечения в каждом конкретном случае относится к компетенции лечащего врача....» (Сообщение пресс-службы Минздрава России, материал опубликован 05 сентября 2017 г ***). По данным клинических рекомендаций (Раздел №5 «Профилактика и диспансерное наблюдение», *** С учетом хронического течения заболевания у ФИО1 (дебют в *** лет с операцией по ***) и возникновением рецидива в 2024 г. нельзя, исключать как возникновения *** в будущем, так и возможность полного излечения, при этом достоверно ответить на вопрос в данном контексте не представляется возможным, поскольку он носит общетеоретический, гипотетический характер, в связи с чем, требует предположений, что, в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов, поскольку последняя, дает судебно-медицинскую оценку фактическим последствиям каких-либо действий (бездействий) применительно к каждому конкретному случаю (Статья 8. Объективность, всесторонность и полнота исследований Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

Вопрос №2: Соответствовали ли диагностика и лечение ФИО1 в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» порядкам, стандартам оказания медицинской помощи, проведения операции и клиническим рекомендация, если нет, то в чем они выразились? Была ли необходимость в госпитализации ФИО1 при повторном обращении в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» ***?

Ответ: медицинская помощь ФИО1 в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» оказана согласно Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 г. № 901н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», в соответствие с клиническими рекомендациями *** п. 2.2. Приказа М3 РФ от 10.05.2017г №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Какие-либо стандарты оказания медицинской помощи при остеомиелите в настоящее время отсутствуют (*** - электронный ресурс, «Рубрикатор клинических рекомендаций Минздрава» (дата обращения 07.07.2025 г.); consultant.ru/ - справочная система «Консультант Плюс», электронный ресурс (дата обращения 07.07.2025 г.)). При этом комиссия экспертов поясняет, стандарты - это лишь так называемые «технологические карты», разработанные на основе клинических рекомендаций, представляющие собой перечень услуг, лекарств, медицинских изделий и других компонентов лечения, которые могут использоваться при конкретном заболевании, с усреднёнными частотой и кратностью их представления в группе больных с данным заболеванием, однако не могут использоваться лечащим врачом, т.к. являются документами, разработанными для использования сугубо организаторами здравоохранения для планирования и экономических расчетов, в частности при подготовке программы государственных гарантий оказания гражданам бесплатной медицинской помощи 1 (*** - Сообщение пресс-службы Минздрава России (Материал опубликован 05 сентября 2017 в 11:56. Обновлён 06 сентября 2017 в 09:55.), электронный ресурс, дата обращения 07.07.2025 г.). Соответственно, поскольку стандарты оказания медицинской помощи не являются и не являлись клиническим документом, не предназначены для лечащего врача, а предназначены исключительно для организаторов здравоохранения с целью планирования территориальных программ бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, при этом в соответствии с дефинициями ч. 1 ст. 37 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская помощь оказывается лишь с учётом стандартов, а не в соответствии со стандартом и не по стандарту оказания медицинской помощи. На сегодняшний день какие-либо единообразные порядки, стандарты оказания медицинской помощи при проведении операций при остеомиелите не утверждены (https://cr.minzdrav.gov.ru/ - электронный ресурс, «Рубрикатор клинических рекомендаций ? Минздрава» (дата обращения 07.07.2025 г.); consultant.ru/ - справочная система «Консультант Плюс», электронный ресурс (дата обращения 07.07.2025 г.)), в связи с чем в соответствии с ч. 2 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», определение метода лечения, а также тех или иных нюансов хода операции определяет лечащий врач, с учётом ситуации, анатомо физиологических особенностей каждого конкретного пациента, опыта и его предпочтений. Решение о госпитализации пациента для прохождения стационарного лечения находится в компетенции лечащего врача (ч. 2 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). При этом комиссия экспертов указывает на информативную недостаточность (отсутствие описания локального статуса, результатов лабораторных показателей) в представленной медицинской карте №1002 из ГАУЗ АО АОКБ для проведения анализа в части ответа на вопрос «Была ли необходимость в госпитализации ФИО1 при повторном обращении в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» 20.04.2024?», что не позволяет достоверно и однозначно высказаться в рамках указанного вопроса (Статья 8. Объективность, всесторонность и полнота исследований Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»), Однако, можно отметить, что согласно записи хирурга от 20.04.2025 г. из ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ» - «....после снятия 2-х швов получено 5мл лизированной крови...». В данном случае лизированная кровь является продуктом распада гематомы, которая образовалась вследствие излития крови в проекции послеоперационного рубца (как вследствие ранее проведенной операции, так и дополнительной травматизации в раннем послеоперационном периоде), гнойного же содержимого при этом получено не было.

Вопрос №3: Были ли допущены нарушения (дефекты) оказания медицинской помощи ФИО1 до проведения операции с 03.04.2024 по 09.04.2024 года, при проведении операции 10.04.2024 года, после проведения операции с 10.04.2024 года по 16.04.2024 года в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница»?

Ответ: Медицинская помощь ФИО1 в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» оказана согласно Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 г. № 901н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», в соответствие с клиническими рекомендациями (Клинические рекомендации - Остеомиелит, 2016), а также п. 3.13.2. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым и детям при остеомиелите (код по МКБ -105: М86), п. 2.2. Приказа М3 РФ от 10.05.2017г №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», каких-либо нарушений (дефектов, недостатков) при этом комиссией экспертов выявлено не было, в том числе до проведения операции с 03.04.2024 по 09.04.2024 года, при проведении операции 10.04.2024 года, после проведения операции с 10.04.2024 года по 16.04.2024 года. В соответствии с ч. 2 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» решение о выборе метода лечения (консервативное, оперативное) принимает непосредственно лечащий врач, с учетом объективной клинической картины, результатов данных дополнительных методов обследования, анатомо-физиологических особенностей каждого конкретного пациента. «..Лечение любого больного всегда индивидуально, и определение тактики лечения в каждом конкретном случае относится к компетенции лечащего врача....» (Сообщение пресс-службы Минздрава России, материал опубликован 05 сентября 2017; ***). При всем при этом комиссия экспертов считает важным пояснить следующее, что по данным рентгенологического исследования, проведенного в рамках рассматриваемой экспертизы, как в предоперационном периоде, так постоперационном периоде, основной очаг не был дренирован.» Однако, согласно специальным знаниям, объем оперативного лечения на момент выполнения оперативного вмешательства рассчитывается оперирующим врачом не только исходя - исключительно из данных результатов рентгенологического исследования, но и в том числе из оценки состояния окружающих тканей, морфологического состояния самой кости при визуальном исследовании по ходу операции.

Вопрос №4: Находятся ли дефекты оказания медицинской помощи и проведение операции в причинно-следственной связи с наступившими последствиями - частичная остэктомия вскрытие дренирование абсцесса Броди слева 02.05.2024 в ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница»?

Ответ: В виду того, что при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» каких-либо нарушений комиссией экспертов выявлено не было, вопрос в данной редакции не требует разрешения.

Вопрос №5: Возможно ли возникновение необходимости в повторном оперативном вмешательстве при наличии хронического гнойного очага большеберцовой кости?

Ответ: Достоверно ответить на данный вопрос не представляется возможным, поскольку он носит общетеоретический, гипотетический характер, в связи с чем, требует предположений, что, в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов (Статья 8. Объективность, всесторонность и полнота исследований Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»),

Вопрос №6: Мог ли повлиять приём антибактериальных препаратов пациентом, назначенные ей врачом травматологом-ортопедом частной клиники 21.03.2024 на клиническую картину заболевания на момент госпитализации в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» 03.04.2024?

Ответ: Согласно клиническим рекомендациям (Раздел №3 «Лечение», Клинические рекомендации - Остеомиелит, 2016) лечение остеомиелита может быть консервативным «....На каждом из этапов лечения важное место отводится целенаправленной антибактериальной терапии. Для этого используются остеотропные антибиотики....К сожалению, из-за нарушенного местного кровообращения, обеспечить в очаге поражения необходимую концентрацию любого антибиотика практически невозможно, а длительное введение в организм бактерицидных препаратов нередко вызывает побочные токсические и аллергические реакции, приводит к тяжелым осложнениям, например, в виде дисбактериоза. В настоящее время отмечено повышение резистентности микроорганизмов основной бактериальной среды к большинству известных антибактериальных препаратов. Из-за этого решение задачи купирования гнойно-воспалительного процесса путем массированного использования антибиотиков еще более осложняется...». «.. .Проблема рациональной антибиотикотерапии гематогенного и посттравматического остеомиелита является весьма актуальной. В комплексном лечении пациентов с данной патологией антимикробная химиотерапия занимает одно из ведущих мест наряду с хирургическим вмешательством, иммунокорригирующей терапией...» (Рациональное использование антибиотиков при лечении гематогенного и посттравматического остеомиелита / ВК, СД, ФВ [и др. //Новости хирургии. - 2009. — Т. 17, № 4. - С. 65-77. - EDNPBYEYB). Согласно данным осмотра травматолога от 21.03.2024 г. в ООО «Клиника Медлайн-Премьер» ФИО1 был назначен препарат антибактериального действия амоксиклав (***, официальная инструкция к препарату, дата обращения 07.07.2025 г.) в дозе 1 таблетка (875) х 2 раза в сутки. Согласно официальной инструкции к препарату одним из показаний к его применению является остеомиелит. Таким образом, комиссия экспертов не исключает того, что указанный препарат мог повлиять на клиническую картину заболевания (***) на момент госпитализации в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» 03.04.2024 г. в части того, что некоторые симптомы характерные для течения данного заболевания могут быть не такими выраженными («стертыми»), либо исчезнуть полностью, что может создавать врачу определенные трудности в постановке диагноза. При этом следует отметить, что медицинские услуги, являются специфичным видом деятельности, при котором проведение медицинских мероприятий даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать достижения ожидаемого результата, поскольку действенность медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения, действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма пациента, сопутствующих заболеваний, условий жизнедеятельности и иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету обстоятельств (Статья 8. Объективность, всесторонность и полнота исследований Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

Анализируя имеющиеся в материалах доказательства, суд приходит к выводу, что в ходе проведения экспертизы специалистами бюро медико-социальной экспертизы, обладающими специальными познаниями в данной области, были проанализированы медицинские документы истца (медицинские и амбулаторные карты). Окончательные выводы сделаны экспертами с учетом всех указанных документов, поэтому оснований для сомнения в обоснованности данных выводов отсутствуют.

При этом суд учитывает, что данное заключение сделано комиссией врачей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Оснований не доверять указанному заключению, которое подробно мотивировано и научно обоснованно, у суда не имеется.

В ходе разбирательства по делу по ходатайству стороны истца были допрошены свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2

Свидетель Свидетель №1 показала, что весной 2024 года совместно с ФИО5 забирала ФИО1 из областной больницы, истец выглядела плохо, была горячая, т.е. с температурой, со слов истца и ее сестры ФИО1 не госпитализировали, сказав долечиваться дома, после чего они вместе поехали в городскую больницу, где ФИО1 госпитализировали. Истец лечилась долго, обучаясь в Амурском педагогическом колледже, пропустила много занятий в семестре, сильно переживала, пришлось многое навёрстывать.

Свидетель Свидетель №2 показала, что весной 2024 года ФИО1 обучалась в Амурском педагогическом колледже, был выпускной курс, истец находилась на излечении в больнице, в какой именно свидетель не помнит, ФИО1 пропустила много занятий, из-за чего пострадала учеба, истец сильно по этому поводу переживала.

Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, в связи с чем оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Анализируя перечисленный выше доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ответчиком ГАУЗ АОКБ были допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1:

- при оказании медицинской помощи в период с 03.04.2024 по 16.04.2024 не выполнены необходимые диагностические (или) лечебные мероприятия в соответствии с порядком оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшие на состояние здоровья, а именно не выполнено контрольное рентгенографическое исследование после оперативного лечения, консультация анастезиолога-реаниматолога;

- при оказании медицинской помощи в период с 20.04.2024 года по 20.04.2024 года не выполнены необходимые диагностические (или) лечебные мероприятия в соответствии с порядком оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшие к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск развития нового заболевания, необоснованный отказ застрахованному лицу в оказании медицинской помощи в соответствии с территориальной программой обязательного медицинского страхования, создавший риск прогрессирования имеющегося заболевания, а именно не осуществлен сбор информации – анамнеза жизни нет, локальный статус – описания нет, не проведена термометрия, не выполнены лабораторные исследования (общий анализ крови, мочи), не выполнена госпитализация при обострении имеющегося заболевания.

Сопоставляя между собой доказательства, суд учитывает, что комиссией экспертов установлено, что в период оказания ответчиком медицинской помощи с 03.04.2024 по 16.04.2024 по данным рентгенологического исследования, как в предоперационном периоде, так постоперационном периоде, основной очаг не был дренирован, что обусловило повторность обращения ФИО1 за медицинской помощью 20.04.2024 года в ГАУЗ АОКБ и ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ».

При этом, как при проверке качества оказания медицинской помощи АО СК «СОГАЗ-Мед», так и при проведении судебной экспертизы отмечена информативная недостаточность (отсутствие описания локального статуса, результатов лабораторных показателей) в представленной медицинской карте №1002 из ГАУЗ АОКБ, в связи с чем комиссии экспертов не представилось возможным достоверно и однозначно высказаться относительно необходимости в госпитализации ФИО1 при повторном обращении в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» 20.04.2024 года.

Однако последующая экстренная госпитализация ФИО1 20.04.2024 года в ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ» с проведением повторного оперативного вмешательства подтверждает необходимость в госпитализации ФИО1 при повторном обращении в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница», в связи с чем возражения ответчика в части отсутствия дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 судом отвергнуты.

В то же время иных нарушений ГАУЗ АОКБ при оказании в период с 29.03.2024 по 29.03.2024 года медицинской помощи ФИО1, связанной со сбором информации, постановкой диагноза, оказанием медицинской помощи, преемственностью, судом не установлено, материалами дела не подтверждено.

Факт оказания некачественной медицинской помощи, которая хотя и не находится в причинной связи с неблагоприятными последствиями в виде возникновения или развития заболевания, или не оказала влияние на процесс лечения или состояния здоровья, свидетельствует о наличии моральных страдании пациента и является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Некачественное оказание медицинской помощи может являться самостоятельным основанием для взыскания в пользу потерпевшего компенсации морального вреда, при этом такая возможность не зависит от наличия или отсутствия причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и неблагоприятными последствиями для пациента.

Принимая во внимание перечень и характер дефектов оказания медицинской помощи ФИО1, допущенных ответчиком, суд приходит к выводу непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, отказ в госпитализации, неверное заполнение медицинских документов причиняло страдания истцу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 25 указанного Постановления разъяснено, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 г. № 1).

По смыслу приведенных нормативно-правовых положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Учитывая, что материалами дела подтверждается ненадлежащее оказание медицинской помощи ответчиком, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для частичного удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку, несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступившими неблагоприятными последствиями в виде заболевания истца, факт некачественного оказания медицинской помощи ответчиком нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд полагает установленным, что ответчиком при оказании медицинской помощи ФИО1, были допущены дефекты оказания медицинской помощи, в полном объеме требования закона об оказании медицинской помощи надлежащего качества ответчиком не выполнены, что повлекло за собой ненадлежащее оказание ФИО1 медицинской помощи, при этом основной очаг не был дренирован, что обусловило повторность обращения ФИО1 за медицинской помощью 20.04.2024 года в ГАУЗ АОКБ и ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ», 20.04.2024 не выполнена госпитализация ФИО1 в ГАУЗ АОКБ при обострении имеющегося заболевания, что обусловило дополнительное обращение в ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ», причинило безусловные физические нравственные страдания истцу, вынужденному при наличии заболевания дополнительно обращаться за медицинской помощью в ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ». Установленные по делу вышеприведенные обстоятельства, безусловно, причинили физические и нравственные страдания истцу.

Таким образом, поскольку факт нарушения ответчиком неимущественного права истца достоверно установлен, принимая во внимание вышеприведенные фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу физических нравственных страданий, выразившихся в дефектах оказания медицинской помощи и невыполнении госпитализации, неполном заполнении медицинской документации, степень вины причинителя вреда, характер допущенных дефектов оказания медицинской помощи, материальное и имущественное положение ответчика, требования разумности и справедливости, на основании вышеприведенных норм материального права, суд считает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу истца 100 000 рублей.

Суд полагает, что в данном, конкретном случае, именно данный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания, обеспечивает баланс частных и публичных интересов.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и его полного возмещения, поэтому предусмотренная законом компенсация должна отвечать в первую очередь признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.

Удовлетворяя требования истца частично, суд отмечает, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

С учетом установленных законом критериев суд в каждом конкретном случае должен определить размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит в той или иной степени восполнить понесенную утрату.

В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом – компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания, с учетом изложенного, и проанализировав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче искового заявления ФИО1 оплачена государственная пошлина в размере 3000 (чек-ордер от 21.11.2024).

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, с учетом удовлетворения исковых требований неимущественного характера, с ГАУЗ АОКБ в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 3000 рублей.

Согласно представленному в материалы дела чеку по операции от 10 февраля 2025 на сумму 70 000 рублей представителем истца ФИО5 на депозитный счет Управления Судебного департамента в Амурской области внесено 70 000 рублей за проведение экспертизы по гражданскому делу 2-1011/2025. Согласно представленному в материалы дела чеку по операции от 14 апреля 2025 года на сумму 24 000 рублей представителем истца ФИО5 на депозитный счет Управления Судебного департамента в Амурской области внесено 24 000 рублей за проведение экспертизы по гражданскому делу 2-1011/2025. Оплата за экспертизу согласно счету на оплату ООО МБЭКС составила 94 000 рублей, счет оплачен.

Учитывая удовлетворение судом заявленных исковых требований неимущественного характера, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца расходов по оплате судебной экспертизы в размере 94 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, *** г.р. (ИНН ***), компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, а также расходы по судебной экспертизе в размере 94 000 (девяносто четыре тысячи) рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд Амурской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Т.И. Кузьмин

Решение в окончательной форме составлено 26.12.2025 года.