Апелляционное постановление № 22-313/2026 от 4 марта 2026 г.

Дело № 22-313/2026 судья Сурова Н.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 марта 2026 года город Тула

Тульский областной суд в составе:

председательствующего судьи Сахаровой Е.А.,

при ведении протокола секретарем Подымовой А.А.,

с участием:

прокурора Хафизовой Н.В.,

осужденной ФИО2,

адвоката Щеглаковой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной ФИО2 и адвоката Подшибякина И.А. на приговор Киреевского районного суда Тульской области от 30 октября 2025 года, по которому

ФИО2 осуждена по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 360 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Заслушав доклад судьи Сахаровой Е.А., выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору Киреевского районного суда Тульской области от 30 октября 2025 года

ФИО2, <данные изъяты> несудимая,

осуждена по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 360 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

На основании п.«д» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфисковано транспортное средство – автомобиль марки «<данные изъяты> государственный регистрационный знак №, принадлежащий ФИО2 с сохранением ареста, наложенного на указанное транспортное средство, до исполнения приговора суда в части конфискации.

Согласно приговору суда ФИО2 признана виновной и осуждена за управление автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутой административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступление совершено 17 мая 2024 года в Киреевском районе Тульской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Подшибякин И.А. находит приговор незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Считает противоречивыми показания свидетелей ФИО6 и ФИО7, указывая, что в судебном заседании они пояснили об отсутствии причин для остановки ФИО2, тогда как в протоколе об отстранении от управления транспортным средством указано о движении автомобиля таким образом, что возникло подозрение, что она нетрезва. Суд необоснованно проигнорировал показания понятой ФИО8 о том, что она не может подтвердить факт наличия признаков опьянения у ФИО2 Полагает, что в ходе судебного разбирательства сторона обвинения не представила достаточных доказательств заезда ФИО2 на автозаправочную станцию (видеозаписи с АЗС, показания работников АЗС) до остановки сотрудниками ДПС, что противоречит показаниям самой ФИО1 и ФИО10 Считает, что суд не дал должной правовой оценки действиям ФИО2 и необоснованно отнесся к ним критически; утверждает, что она действовала в состоянии крайней необходимости – управляла транспортным средством для срочного доставления своей матери (свидетеля ФИО10) в медицинское учреждение, поскольку последней требовалась неотложная медицинская помощь, что попадает под условия ст.39 УК РФ; суд не исследовал обстоятельств об угрозе жизни и здоровью ФИО10, формально отклонив доводы защиты; сотрудники ДПС также не оказали матери ФИО2 должной помощи. Полагает, что свидетель ФИО8 допрошена с нарушением положений ч.ч.2,3 ст.278 УПК РФ, судом нарушен принцип состязательности сторон, что ставит под сомнение объективность судебного разбирательства. Находит необоснованным отклонение судом ходатайства стороны защиты об исключении из числа доказательств протокола об отстранении от управления транспортным средством. Считает, что рапорт об обнаружении признаков преступления не может являться самостоятельным доказательством, поскольку это технический документ, инициирующий проверку; в приговоре отсутствует какое-либо решение по ходатайству стороны защиты об исключении его из числа доказательств. Обращает внимание, что при медицинском освидетельствовании на состояние опьянение анализ мочи ФИО2 показал отсутствие в нем алкоголя и в совокупности с последовательными утверждениями ФИО2 о ее нахождении в трезвом состоянии, показаниями понятой, не подтвердившей внешних признаков опьянения, суд должен был прийти к более критичной оценке достоверности заключения о нахождении его подзащитной в состоянии опьянения. Выражает несогласие с решением суда о конфискации автомобиля, затрагивающим имущественные интересы ФИО10, которая его фактически приобрела и использовала. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, отменить меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке и конфискацию автомобиля «<данные изъяты> государственный регистрационный №.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2, находит приговор суда незаконным и необоснованным. Полагает, что суд не учел нарушения, допущенные сотрудниками ГИБДД и органа предварительного расследования, которые начались с момента остановки ее автомобиля. Ссылаясь на Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2000 №11, указывает, что осуществляла перевозку больной матери в медицинское учреждение для оказания срочной медицинской помощи, после остановки ее автомобиля сотрудники ГИБДД были обязаны, но не разъяснили ей право на защиту, что лишило ее права на защиту. Анализируя показания свидетеля ФИО8, указывает, что действовала в условиях крайней необходимости, предусмотренной ч.1 ст.39 УК РФ, спасая жизнь и здоровье своей матери, которой стало плохо за рулем. Утверждает, что была трезва, вменяема и давала полный отчет своим действиям, о чем, по её мнению, свидетельствует заключение судебно-психиатрической экспертизы. Утверждает, что сотрудники ГИБДД в своих показаниях скрывают реальные события того дня, и не предложив помощь ее матери, тем самым подвергли ее жизнь и здоровье большой опасности. Обращает внимание, что сотрудники полиции нарушили ее требование о направлении ее на медицинское освидетельствование в г.Тулу. Указывает, что суд оставил без внимания ее доводы о том, что она не видела и не подписывала чеков алкотестера; необоснованно отказал в удовлетворении её ходатайств об истребовании видеозаписи из медицинского учреждения, о назначении почерковедческой экспертизы, о признании недопустимыми доказательствами противоречащих друг другу показаний свидетелей. Полагает, что неверно дана оценка недостойным методам ведения дознания, в ходе которого ей также не были разъяснены ее права, особенности проведения дознания в сокращенной форме. Кроме того, не дана оценка отсутствию защитника при получении от нее объяснений, а также во время дактилоскопирования. Указывает на нарушения, допущенные адвокатом при составлении ордера. Полагает, что акт медицинского освидетельствования составлен с нарушением закона. Заявляет о нарушении ее права на защиту адвокатом Подшибякиным И.А., который принял обвинительную сторону и не выстроил линию защиты. Просит приговор отменить и вынести в отношении нее оправдательный приговор.

В судебном заседании осужденная ФИО2 и ее адвокат Щеглакова Е.В. поддержали апелляционные жалобы по доводам, в них изложенных, просили приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор, прокурор Хафизова Н.В. просила отказать в удовлетворении апелляционных жалоб и оставить без изменения приговор суда.

Выслушав выступления участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для их удовлетворения по следующим мотивам.

Вопреки доводам апелляционных жалоб обвинительный приговор в отношении ФИО2 соответствует положениям ст.299, 304, 307, 308, ч.4 ст.302 УПК РФ и постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства, не содержит существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности осужденной, на правильность применения уголовного закона и справедливость назначенного ей наказания.

Вывод суда о доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, основан на достаточной совокупности доказательств, непосредственно исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

Осужденная ФИО2 вину в совершении преступления не признала, утверждая, что на момент управления автомобилем не находилась в состоянии алкогольного опьянения и управляла транспортным средством ввиду крайней необходимости с целью доставить свою мать – ФИО10 в медицинское учреждение – <адрес> поликлинику для оказания ей медицинской помощи вследствие ее плохого самочувствия, возникшего в ходе движения, когда ее мать находилась за рулем автомобиля. У нее (осужденной) никаких документов при себе не было. Утверждала, что спиртное употребляла накануне 16.05.2024, а 17.05.2024 была трезвой, чувствовала себя хорошо. Не отрицала, что отказалась пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, но согласилась пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении, настаивала на его прохождении в наркологическом диспансере в <адрес>, но сотрудники ДПС отвезли ее в диспансер в <адрес>. В ходе проведения медицинского освидетельствования у нее были отобраны пробы выдыхаемого воздуха и анализ мочи. Согласно показаниям алкотектора у нее было установлено состояние алкогольного опьянения, однако результат анализа мочи был отрицательным.

Суд обоснованно признал, что несмотря на непризнание вины ФИО2, ее вина в совершении преступления подтверждается совокупностью собранных в материалах уголовного дела и представленных стороной обвинения доказательств: показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, постановлением мирового судьи судебного участка №25 Киреевского судебного района Тульской области от 10 июня 2022 года, справкой ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Тульской области, протоколом об отстранении от управления транспортным средством № от 17 мая 2024 года, протоколом № о направлении на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения от 17 мая 2024 года, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от 17 мая 2024 года, иными письменными доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре.

Так, из показаний свидетеля ФИО6 следует, что он остановил автомобиль <данные изъяты>, за рулем которого находилась ФИО2, пояснившая ему, что свои документы она забыла. В этой связи попросила, чтобы за руль автомобиля села ее мама. Он предложил ей подождать, пояснив, что ему необходимо увидеть ее документы. В это время подошел его напарник <данные изъяты>. После этого ФИО2 и ее мама поменялись местами и ФИО2 села на пассажирское сиденье, а ее мать – на водительское сиденье машины. Он подошел к пассажирскому сиденью и пояснил ФИО2, что не может ее отпустить, пока не увидит ее документы, потому что автомобилем управляла именно она. Почувствовав запах алкоголя, он спросил у ФИО2, выпивала ли она. Она ответила, что не выпивала. Он попросил ФИО2 выйти из автомобиля, но она отказалась. На его просьбу назвать свои данные, она представилась ФИО3, указав свою дату рождения. Они попытались пробить эти данные по «базе», но такого человека не находилось. Позже мать осужденной передала им страховой полис, в котором была указана ФИО2 и ее дата рождения. Они проверили эти данные и установили, что ранее она привлекалась к административной ответственности. Они попросили ФИО2 выйти из машины для составления материала, но она категорически отказалась. Была вызвана группа СОГ, в присутствии двух понятых ФИО2 была отстранена от управления автомобилем. Ей предложили пройти освидетельствование на месте, однако она отказалась, заявив в присутствии двух понятых, что будет проходить медосвидетельствование в больнице. Поскольку эти понятые отказались проехать в медучреждение в <адрес>, то в медучреждение на служебной машине поехали они, ФИО2 и ее мать. В <адрес> они остановили двух понятых, в присутствии которых предложили ФИО2 пройти медицинское освидетельствование, она согласилась, и они прошли в медучреждение, где было установлено нахождение ее в состоянии опьянения. После этого они вернулись к месту, где стоял автомобиль <данные изъяты> который они задержали. Автомашину они отправили на стоянку, а ФИО2 была доставлена ими в отдел полиции.

Показания указанного свидетеля полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО7

Свидетель ФИО8, допрошенная в судебном заседании, подтвердила, что была понятой при проведении сотрудниками ДПС процедуры отстранения ФИО2 от управления транспортным средством. В судебном заседании показала, что напротив заправочной станции стояла патрульная машина ГИБДД и легковой автомобиль <данные изъяты> либо <данные изъяты> - точно не помнит. Сотрудники полиции пояснили, что остановили девушку на машине и попросили её и её мужа побыть понятыми, чтобы ее освидетельствовать. Они с мужем стояли на улице, ФИО2 сидела в машине. Инспектор ГИБДД при них несколько раз предлагал ей продуть в алктектор. Он спрашивал ФИО2, будет ли она дуть, она отвечала «да», а когда он доставал прибор, ФИО2 говорила, что дуть не будет. Затем сотрудники ДПС повезли ее куда-то на освидетельствование в больницу, а она и муж уехали. Они и ФИО4 подписали документы, которые составили сотрудники ГИБДД, ни у кого из них не было возражений по сути их содержания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы существенного нарушения требований уголовно-процессуального законодательства при допросе указанного свидетеля в судебном заседании, влекущего признание ее показаний в суде недопустимым доказательством, не допущено.

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № от 17.05.2024 установлено опьянение ФИО2

Из содержания указанного акта следует, что ее реакция на свет была вялой, двигательная сфера – с нарушением: выраженный тремор рук и головы, в позе Ромберга она покачивалась, точность выполнения координационных проб – ПНП с промахиванием левой руки, а также было установлено наличие алкоголя в выдыхаемом ею воздухе – в 15.02 час. – 0,52 мг/л., в 15.17 час – 0,51 мг/л.

Согласно Примечанию 2 к ст.264 УК РФ для целей статьи 264.1 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается лицо, управляющее транспортным средством, в случае установления факта употребления этим лицом вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, установленную законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с Примечанием к ст.12.8 КоАП РФ административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и ч.3 ст.12.27 КоАП РФ наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови.

Принимая во внимание указанные положения закона, отсутствие следов продуктов метаболизма алкоголя в моче осужденной не является полным и достаточным подтверждением тому, что в момент управления автомобилем она не находилась в состоянии алкогольного опьянения и была трезва.

Приведенные доказательства в полной мере согласуются между собой в части юридически значимых обстоятельств и опровергают утверждение осужденной о том, что 17.05.2024 в момент управления транспортным средством она была в трезвом состоянии.

Поскольку показания свидетелей ФИО6 и ФИО7 нашли объективное подтверждение в ходе предварительного и судебного следствия, суд обоснованно признал их достоверными доказательствами. Оснований считать, что они оговорили осужденную ФИО2, не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания, сама осужденная не отрицала, что в тот момент, когда машину остановили сотрудники ДПС, она находилась за рулем этого автомобиля; показала, что села за руль автомобиля примерно в 11 часов 15 минут, сотрудники ДПС остановили автомашину возле заправки «<адрес>, и что с момента, когда она села за руль и начала движение до момента, когда ее остановили сотрудники полиции, она проехала примерно 3 километра (л.д.83 т.4).

Доводы апелляционной жалобы защитника в части его несогласия о причинах остановки сотрудниками ДПС автомобиля под управлением ФИО2 суд апелляционной инстанции находит неубедительными.

Ссылка адвоката в апелляционной жалобе на отсутствие в материалах уголовного дела видеозаписи с АЗС, показаний работников АЗС, доказательств заезда ФИО2 на автозаправочную станцию до остановки сотрудниками ДПС - не ставит под сомнение обоснованность выводов суда, изложенных в приговоре.

Из показаний свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО8 следует, что автомобиль <данные изъяты> и патрульная машина ГИБДД стояли напротив заправочной станции, там же сотрудниками ДПС было предложено ФИО2 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и там же проходила процедура ее отстранения от управления автомобилем.

То обстоятельство, что для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения сотрудники ДПС доставили ФИО2 в медицинское учреждение <адрес>, а не в <адрес>, как того хотела сама осужденная – не является нарушением закона, влекущим признание акта медицинского свидетельствования недопустимым доказательством.

Принимая во внимание, что ее освидетельствование производилось в медицинском учреждении, доводы жалобы осужденной о том, что она не видела и не подписывала чеки технического средства измерения – анализатора Alcotest - не является основанием для признания акта медицинского освидетельствования № от 17.05.2024 недопустимым и недостоверным доказательством по уголовному делу. В материалах уголовного дела содержатся данные о технических характеристиках указанного анализатора, о дате его последней поверки, его погрешности, которые не вызывают сомнений.

Утверждение осужденной о том, что в ее действиях отсутствует состав преступления, поскольку она действовала в условиях крайней необходимости (ст.39 УК РФ), в полной мере проверено судом первой инстанции и обоснованно отвергнуто.

Из показаний свидетелей ФИО6 и ФИО7 следует, что после того, как была остановлена машина под управлением осужденной, ее мама с пассажирского сиденья пересела в водительское кресло, а позже, заявив, что хочет присутствовать при медосвидетельствовании дочери, поехала вместе с ними в медицинское учреждение в <адрес>, затем она вместе с ними возвратилась к задержанному автомобилю, после чего вместе с ФИО2 проследовала в отдел полиции <адрес>. При этом на протяжении всего этого времени мать осужденной не высказывала жалоб на свое состояние здоровьея в том числе в помещении больницы, не говорила о плохом самочувствии, находясь на улице, курила и просто выражала свое недовольство происходящим.

Как правильно указал суд в приговоре, в ходе судебного следствия ФИО2 пояснила, что ни во время, ни после произошедших событий ее мать ФИО10 в медицинское учреждение не обратилась, ни в ходе предварительного расследования по делу, ни в ходе судебного следствия доказательств, подтверждающих наличие у матери осужденной какого-либо заболевания представлено не было.

При таких данных суд обоснованно критически оценил показания свидетеля ФИО10 о том, что ее дочь была трезва, а из-за резко ухудшившегося состояния ее (свидетеля) здоровья, ФИО2 пересела за руль автомобиля, действуя при этом в состоянии крайней необходимости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд обоснованно не усмотрел оснований для исключения из числа доказательств протокола об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством. Нарушений закона, влекущих признание этого протокола недопустимым доказательством, не установлено.

Довод жалобы адвоката о том, что суд необоснованно признал доказательством вины осужденной рапорт об обнаружении признаков преступления, опровергается содержанием приговора суда.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Ссылка осужденной ФИО2 на нарушение ее права на защиту сотрудниками ДПС, остановившими для проверки автомобиль, которым она управляла, являются несостоятельными. КоАП РФ не предусматривает обязательного участия защитника в каких-либо делах об административных правонарушениях, равно как и назначения его лицу, привлекаемому к административной ответственности. При получении от ФИО2 21.05.2024 объяснений в рамках проводимой в порядке ст.144 УПК РФ проверки ей были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ и право являться на опрос с адвокатом (т.1 л.д.71-74).

Уголовное дело в отношении ФИО2 возбуждено 28.05.2024, ей было разъяснено право на помощь защитника и она заявила о согласии на осуществление ее защиты адвокатом ФИО11 (т.1 л.д.75-77). Отводов этому защитнику, а также отказа от него ФИО2 не заявляла ни в ходе дознания, ни в суде после поступления в суд уголовного дела с утвержденным обвинительным постановлением (т.1 л.д.171-172, 181-185).

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, ей были разъяснены нормы положений главы 32.1 УПК РФ, в т.ч. положений ст.ст.226.3, 226.4 УПК РФ (т.1 л.д.78-80), ею в письменной форме было заявлено ходатайство о производстве дознания в сокращенной форме (т.1 л.д.92).

Кроме того, ввиду того, что ФИО2 после поступления уголовного дела в суд с обвинительным постановлением заявила о возражении против рассмотрения уголовного дела в особом порядке (т.1 л.д.179-180, 182), постановлением Киреевского районного суда Тульской области от 18.07.2024 уголовное дело в отношении неё в соответствии с ч.4 ст.226.9 УПК РФ было возвращено прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке (т.1 л.д.186-189).

При производстве дознания защиту ФИО2 осуществлял адвокат ФИО12, назначенный дознавателем в порядке ч.3 ст.50 УПК РФ (т.2 л.д.107-109), отказа от которого и отвода которому осужденная не заявляла. В подтверждение своих полномочий им 09.09.2024 представлен ордер формы, утвержденной Приказом Министерства юстиции РФ от 10.04.2013 № 47, действовавшей до 20.10.2024 (Приказ Министерства юстиции РФ от 23.09.2024 № 282).

В ходе судебного разбирательства защиту интересов подсудимой ФИО2 на назначению суда осуществлял адвокат Подшибякин И.А., подсудимая заявила о желании осуществлять свою защиту самостоятельно, но суд не усмотрел оснований для отстранения указанного адвоката (т.3 л.д.249-250, т.4 л.д.21-28, 80-86). Как следует из протокола судебного заседания и апелляционной жалобы защитника, его позиция не противоречит позиции ФИО1, заявившей, что она не признает вину в совершении инкриминируемого ей преступления, что она находилась в трезвом состоянии и управляла автомобилем в условиях крайней необходимости с целью доставить свою мать в медицинское учреждение (т.3 л.д.250, т.4 л.д.83). Суд обоснованно указал, что в ходе судебных заседаний адвокат заявляет ходатайства, задает вопросы участникам процесса, что свидетельствует о его достаточно активной позиции и надлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей. Оснований для иного вывода суд апелляционной инстанции не усматривает.

Все представленные сторонами доказательства исследованы судом в ходе судебного разбирательства с соблюдением положений ст.240 УПК РФ; заявленные ходатайства разрешены в установленном ст.271 УПК РФ порядке, принятые решения не противоречат требованиям закона.

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств об истребовании видеозаписи из медицинского учреждения, о назначении почерковедческой экспертизы, об исследовании обстоятельств об угрозе жизни и здоровью ФИО10 суд апелляционной инстанции находит неубедительными и не влекущими отмену обжалуемого приговора.

Отказ суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты не свидетельствует о нарушении права на защиту осужденной.

Вывод суда о том, что совокупность представленных стороной обвинения доказательств является достаточной для разрешения уголовного дела по существу и подтверждает вину ФИО2 в том, что находясь в состоянии опьянения, она управляла автомобилем, будучи подвергнутой административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, является правильным.

Суд первой инстанции обоснованно придал доказательственное значение представленным государственным обвинением доказательствам и отверг доводы стороны защиты о невиновности ФИО2

Все представленные сторонами доказательства проверены в соответствии с правилами ст.87 УПК РФ и получили в приговоре объективную и отвечающую требованиям ст.17, 88 УПК РФ оценку, которая не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной и ее защитника, суд правильно установил обстоятельства совершенного ею преступления и выводы суда в этой части, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства.

Несогласие осужденной и ее защитника с оценкой доказательств, приведенной судом в приговоре, не свидетельствует о ее необъективности и о необоснованности приговора.

Каких-либо не устраненных сомнений, существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в силу ст.14 УПК РФ в пользу ФИО2, и влияющих на выводы суда о доказанности вины осужденной или на квалификацию её действий, судом апелляционной инстанции не установлено.

Действия ФИО2 суд правомерно и обоснованно квалифицировал по ч.1 ст.264.1 УК РФ и не нашел оснований для оправдания осужденной.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены приговора и прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 за отсутствием в её действиях состава преступления, как о том просит в жалобе защитник, а также не находит оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст.237 УПК РФ.

При назначении ФИО2 наказания суд первой инстанции в должной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности осужденной, влияние наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи, обоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами совершение впервые преступления небольшой тяжести и занятие волонтерской деятельностью, не усмотрел обстоятельств, отягчающих её наказание.

Вид и размер основного наказания, назначенного судом ФИО2, отвечает требованиям, предъявляемым ст.ст.6, 43, 60 УК РФ. Вывод суда о том, что исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений может быть достигнуто в условиях отбывания наказания в виде обязательных работ, суд апелляционной инстанции находит убедительным. При этом суд правильно признал, что оснований для применения к осужденной положений ст.64 УК РФ не имеется.

Суд также обоснованно и правомерно назначил ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством, назначение которого в соответствии с санкцией ч.1 ст.264.1 УК РФ является обязательным, определив его размер с учетом требований ст.60 УК РФ.

В соответствии с п. 3(1) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 (ред. от 12.12.2023) «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», для целей главы 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, суд верно применил положения п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ, принимая во внимание, что автомобиль автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный №, собственником которого является осужденная, был использован ею при совершении преступления.

То обстоятельство, что указанным автомобилем также пользовалась мать осужденной – ФИО10, не является безусловным основанием для отмены приговора в указанной части. Ссылка в жалобе на то, что автомобиль был приобретен свидетелем - документально не подтверждена, доказательств тому, что ФИО10 является собственником этого автомобиля, в деле не имеется. Между тем, согласно материалам уголовного дела владельцем транспортного средства является ФИО2 (т.1 л.д.17). При наличии к тому оснований (ст.442 ГПК РФ, п.1 ст.119 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве») в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, ФИО10 не лишена возможности обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

По изложенным мотивам суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены либо изменения приговора по доводам апелляционных жалоб осужденной и ее защитника.

Руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Киреевского районного суда Тульской области от 30 октября 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение шести месяцев в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.А. Сахарова