Апелляционное постановление № 1-65/2025 22-1455/2025 от 22 сентября 2025 г. по делу № 1-65/2025

судья Стяжкина Н.В.

КОПИЯ Пр. № 22-1455/2025(1-65/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск

23 сентября 2025 г.

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Злобина Н.В.,

при секретаре судебного заседания Муфтаховой А.Н.,

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Удмуртской Республики ФИО1,

осужденного ФИО2

его защитника адвоката Увина А.В.,

заинтересованного лица свидетеля Б А.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционным представлениям Можгинского межрайонного прокурора

на приговор Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 3 июля 2025 года в отношении:

ФИО2, родившегося <данные изъяты>), несудимого,

осуждённого по ч. 1 ст. 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) к 260 часам обязательных работ с лишением на 2 года права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Конфисковано 500 тыс.руб. взамен автомобиля, разрешена судьба вещественного доказательства.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выступления сторон, поддержавших свои письменные доводы, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Обжалуемым приговором Вильмон, несудимый, осужден к указанному выше наказанию за управление автомобилем в состоянии опьянения 4 декабря 2024 года в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре. Вместо автомобиля, как проданного осужденным своей сожительнице, конфискована указанная выше сумма, эквивалентная, по мнению суда, его стоимости.

Прокуратурой в апелляционном представлении и дополнении к нему указано на неверное применение уголовного закона с доводами о необходимости конфискации самого автомобиля, а не денежных средств. Договор купли-продажи датирован 01.12.2024, однако фактически имущество не передано, на момент преступления его владельцем являлся осужденный, указывает также на необоснованно заниженную стоимость автомобиля (приобретался осужденным несколько лет назад за 900 тыс.руб., а якобы продан сожительнице за 500 тыс.), в оценке договора купли-продажи суд допустил противоречивые выводы. Полагают, доводы, изложенные защитой, что автомобиль использовался для перевозки ребенка-инвалида сожительницы, правового значения не имеют, более того, спорный автомобиль в качестве такового не зарегистрирован. Просили об изменении приговора по данным основаниям.

Участвующим прокурором доводы представлений поддержаны.

Защитником принесены возражения, полагает, что судом неверно установлены фактические обстоятельства, автомобиль на 04.12.2024 осужденному не принадлежал, значит, отсутствовали правовые основания, как для конфискации автомобиля, так и конфискации денежных средств. Обращает внимание, что объяснение, данное осужденным при задержании, об управлении своим личным автомобилем, в суде не исследовалось, ссылка в приговоре суда на данное доказательство незаконна.

Участники стороны защиты и заинтересованное лицо (сожительница осужденного) доводы возражений поддержали.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Сторонами виновность осужденного не оспаривалась, выводы суда об этом, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, неустранимых сомнений в доказанности обвинения не выявлено, преступное деяние описано в приговоре с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и иных значимых обстоятельств. Действиям осужденного дана правильная юридическая оценка, выводы относительно квалификации мотивированы, при назначении наказания учтены все необходимые обстоятельства, процедура судопроизводства не нарушена, включая право на защиту.

Вина осужденного подтверждается, как его показаниями, так и показаниями задержавших его за управлением спорным автомобилем сотрудников полиции, материалами освидетельствования на состояние опьянения, материалами о прежнем привлечении осужденного к административной ответственности за аналогичное деяние.

Принадлежность автомобиля осужденному подтверждена регистрационными документами на автомобиль. Защитой в опровержение этого представлен договор купли-продажи автомобиля между осужденным и его сожительницей, датированный несколькими днями ранее до задержания осужденного.

При разрешении вопроса о конфискации автомобиля судом первой инстанции сделаны противоречивые выводы: с одной стороны о действительности сделки купли-продажи автомобиля с сожительницей, с другой – о том, что эта сделка фактически произошла после совершения преступления, несмотря на то, что изъятие автомобиля произошло с момента задержания осужденного и какие-либо действия с автомобилем, в том числе по его продаже, произвести после этого не представлялось возможным.

Оценивая в совокупности доводы сторон и исследованные в суде доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что на момент преступления автомобиль принадлежал и по настоящее время принадлежит осужденному, а значит – в соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ – подлежит обращению в пользу государства, арест на данное имущество следует сохранить до исполнения данного решения. Автомобиль зарегистрирован на имя осужденного, приобрел он его в мае 2022 года за 950 тыс.руб. (на тот момент сожительствовал со свидетелем Б А.Р. в течение лишь нескольких месяцев), при этом за несколько дней до преступления он якобы продал автомобиль своей сожительнице за сумму, соответствующую якобы его вкладу (500 тыс.руб.) в первоначальную покупку.

Вместе с тем, согласно ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи. Поскольку на момент задержания подсудимый предмет предполагаемой купли-продажи фактически оставлял у себя (несмотря на расписку сожительницы о получении), в полной мере пользовался им, в силу наличия в его распоряжении всех документов на автомобиль имел и реальную возможность, и выполнял все правомочия собственника по отношению к автомобилю, его обязательства как собственника этого предмета не были прекращены. Вывод суда первой инстанции, что договор купли-продажи с сожительницей исполнен позже, не имеет под собой никаких оснований, поскольку автомобиль был изъят, и его фактическая передача якобы новому собственнику не состоялась, состояться не могла.

При таких обстоятельствах принадлежность на момент преступления спорного автомобиля именно осужденному сомнений в уголовно-правовом смысле не вызывает. Доводы сторон об иных гражданско-правовых аспектах дела суд оставляет без рассмотрения, как не имеющие правового значения. При возникновении между заинтересованными сторонами спора по указанному автомобилю таковые подлежат разрешению в гражданском порядке.

О противоречивости показаний допрошенных лиц со стороны защиты и недобросовестности их поведения по вопросу принадлежности автомобиля свидетельствуют также следующие обстоятельства. Из представленного дознанию осужденным договора купли-продажи от 01.12.2024 следует, что он им не подписан, а значит требования ст. 160, 161 ГК РФ не соблюдены и должны применяться последствия, предусмотренные ч. 1 ст. 162 ГК РФ. Расписка сожительницы в договоре о получении автомобиля и отдельная расписка осужденного о получении денег (приобщенная уже в суде) с учетом иных установленных обстоятельств дела указывает на мнимость предъявленного в уголовное дело договора и злоупотребление правом указанных лиц. Так, осужденный и его сожительница подтвердили суду, что с 2022 года совместно пользовались данным автомобилем, в том числе для перевозки ребенка-инвалида сожительницы. При этом с момента якобы заключенного договора купли-продажи от 01.12.2024 режим пользования и иные фактические обстоятельства (включая состояние полиса ОСАГО) в отношении данного автомобиля не изменились. Кроме того, из показаний сожительницы следует, что она имеет в собственности иной автомобиль, меньших габаритов, при этом настаивает, что автомобиль осужденного приобретался именно для нее в целях обслуживания ребенка. Вместе с тем, суждения данных лиц, что меньший автомобиль неудобен для перевозки ребенка, периодически бывает неисправен, правового значения не имеют и могут быть субъективно отнесены к любой модели транспортного средства. В первоначальных показаниях в суде сожительница сообщала, что бюджет у нее с осужденным разный, совместно лишь приобретают продукты, при втором допросе сообщила, что ведут они хозяйство совместно. Показывала суду, что ее личный доход составляет 46-48 тыс.руб. (исключительно пенсия на ребенка и алименты, иных доходов не имеет). При этом в таких условиях дохода и совместного ведения хозяйства ее позиция противоречива: она в течение трех лет якобы выплачивала сожителю по 10-15 тыс.руб., но решение о продаже второго, неудобного ей, автомобиля так и не приняла. Из показаний же подозреваемого, оглашенных в суде следует, что он также настаивал изначально на разном бюджете с сожительницей, при этом требовал от дознания вернуть автомобиль не для сожительницы и ее ребенка-инвалида, а для своих нужд по уходу за матерью, отметив, что он необходим для его жизнедеятельности.

Следует отметить, что объяснения, данные осужденным после задержания с поличным, где он признавал, что собственником автомобиля на этот момент является он, в суде не исследовались, данные объяснения, как данные в отсутствие защитника, осужденный в этой части фактически не подтвердил. В связи с этим их действительно нельзя было использовать, как доказательство вины подсудимого в уголовно-правовом смысле. Упоминание их в приговоре незаконно и требует апелляционного вмешательства. Не принимая во внимание их в уголовно-процессуальных целях, суд апелляционной инстанции отмечает, что для целей гражданско-правового регулирования и использования в доказывании при разрешении спора об имуществе такие объяснения могут являться допустимыми.

Поскольку арест на автомобиль продолжает фактически исполняться, повторное решение о наложении такового будет излишним.

Обоснованных доводов для внесения иных изменений или отмены постановленного приговора, не приведено.

Руководствуясь главой 45.1 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 3 июля 2025 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из приговора решение о конфискации денежных средств, снятии ареста на автомобиль и возвращении его по принадлежности; указание на объяснение осужденного от 05.12.2024 (л.д. 14).

Конфисковать автомобиль <данные изъяты>в., с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, находящийся на специализированной стоянке по адресу г. <данные изъяты>

Арест, наложенный на указанный автомобиль постановлением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 26.12.2024, сохранить на период до исполнения приговора в части конфискации.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора – удовлетворить.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения настоящего постановления и в соответствии с ч. 2 ст. 4013 УПК РФ могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

ВЕРНО

судья

Н.В. Злобин

Подлинник документа хранится в деле в суде первой инстанции