Апелляционное определение № 33-903/2026 от 22 марта 2026 г.

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Никулин Д.А. I инстанция – дело № 2-2948/2024

Докладчик Коровкина А.В. апелл. инстанция – дело № 33-903/2026

УИД: 48RS0001-01-2023-002494-12


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 марта 2026 г. судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Москалевой Е.В.,

судей Коровкиной А.В. и Гребенщиковой Ю.А.

при секретаре Елисеевой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Липецке апелляционное представление прокурора Липецкой области на решение Советского районного суда г. Липецка от 30 октября 2024 г., которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований прокурора Липецкой <адрес>, действующего в защиту интересов Российской Федерации, к ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., урож. <адрес>, ИНН №), ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., урож. <адрес>, ИНН №) об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на незаконные доходы, нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, - отказать».

Заслушав доклад судьи Коровкиной А.В., судебная коллегия

установила:

прокурор Липецкой области обратился в интересах Российской Федерации с иском к ФИО6 и ФИО7 об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы.

В обоснование заявленных требований прокурор указал, что прокуратурой Липецкой области при осуществлении надзора за расследованием СУ СК России по Липецкой области уголовного дела № 12101420039000050 в отношении ФИО6 установлено, что с 8 августа 2017 г. последний состоял в должности заместителя начальника отдела № 3 (по борьбе с преступлениями в сфере агропромышленного комплекса и потребительского рынка) Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Липецкой области, с 5 октября 2021 г. по настоящее время (иск предъявлен 10 мая 2023 г.) временно отстранён от исполнения обязанностей по замещаемой должности в связи с расследованием в отношении него уголовного дела. В результате изучения материалов уголовного дела установлено, что ФИО6 в 2020 г. фактически приобретено нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, площадью 93,7 кв.м, за 4 595 000 рублей. Поскольку стоимость данного объекта недвижимости превышала на 2 124 517 руб. официальные доходы семьи Ш-вых за три календарных года, предшествующих сделке, а доказательства законности источников средств, за счет которых приобретено имущество, у ФИО6 отсутствовали, последний с целью сокрытия факта приобретения нежилого помещения и ухода от установленной законодательством обязанности его декларировать оформил право собственности на имя ФИО7, состоящего с ним в дружеских отношениях. Однако у ФИО7 отсутствовали задекларированные доходы за 2017-2020 годы, позволявшие ему приобрести указанное имущество. Официально он не трудоустроен, зарегистрирован в <адрес>, проживает в Москве. Допрошенные по уголовному делу его родители не осведомлены о приобретении сыном нежилого помещения в г. Липецке. Фактическое владение и распоряжение рассматриваемым объектом осуществлялось ФИО6, что подтверждено собранными в рамках предварительного расследования по уголовному делу доказательствами, оценка которым дана Липецким областным судом в обвинительном приговоре от 11 апреля 2023 г., которым ФИО6 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 ч. 3 ст. 291 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 33 ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (покушение на дачу взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий, организация покушения на кражу группой лиц по предварительному сговору из нефтепродуктопровода в особо крупном размере, которое не было доведено до конца по не зависящим от лица обстоятельствам), ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «б» ч.4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Указывая, что неисполнение ФИО6 требований законодательства о противодействии коррупции, выраженное в непредоставлении доказательств, подтверждающих приобретение нежилого помещения по адресу: <адрес>, на законные доходы, нарушает интересы Российской Федерации в сфере реализации антикоррупционной политики, прокурор просил суд прекратить право собственности ФИО7 на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, обратить в доход Российской Федерации данное нежилое помещение, признать право собственности Российской Федерации в отношении этого нежилого помещения.

Заочным решением Советского районного суда г. Липецка от 1 ноября 2023 г. иск прокурора удовлетворен.

Определением Советского районного суда г. Липецка от 27 марта 2024 г. заочное решение суда от 1 ноября 2023 г. отменено, производство по делу возобновлено.

Участвующий в деле прокурор в судебном заседании иск поддержала.

Ответчик ФИО6 против иска возражал, полагая, что истцом не представлено доказательств того, что спорное нежилое помещение было куплено именно им (ФИО6).

Ответчик ФИО7, его представитель по ордеру адвокат Юшкова М.С. в судебном заседании также возражали против удовлетворения иска прокурора, объяснив, что у ФИО7 имелись достаточные денежные средства от продажи недвижимого и движимого имущества, позволившие приобрести спорный объект недвижимости.

Представители третьих лиц УМВД России по Липецкой области, МВД России, МТУ Росимущества в Тамбовской и Липецкой областях, ООО «Глобус Групп», Управления Росреестра по Липецкой области, Федерального агентства по управлению государственным имуществом, СК России по Липецкой области, третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явились.

30 октября 2024 г. суд постановил решение об отказе в иске.

В апелляционном представлении прокурор, участвующий в деле, просит решение суда отменить и вынести новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Протокольным определением от 18 июня 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду ненадлежащего извещения о рассмотрении дела третьего лица ФИО8 Кроме того, судом апелляционной инстанции к участию в деле в качестве истца было привлечено МТУ Росимущества в Тамбовской и Липецкой областях.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 28 июля 2025 г. решение Советского районного суда г. Липецка от 30 октября 2024 г. отменено и постановлено новое об отказе в удовлетворении исковых требований прокурора Липецкой области к ФИО6, ФИО7 об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 22 декабря 2025 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 28 июля 2025 г. отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции – Липецкий областной суд. Кассационное представление прокурора Липецкой области на решение Советского районного суда г. Липецка от 30 октября 2024 г. оставлено без рассмотрения, поскольку решение Советского районного суда г. Липецка от 30 октября 2024 г. отменено судом апелляционной инстанции, а дело апелляционным судом рассмотрено по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В новом апелляционном рассмотрении гражданского дела старший прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции советник юстиции прокуратуры Липецкой области Первеева М.Н. поддержала апелляционное представление прокурора области, с учетом перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила судебную коллегию иск прокурора удовлетворить.

Ответчики ФИО7, ФИО6 возражали против представления прокурора и против удовлетворения иска. ФИО6 полагал недоказанным фактическое приобретение им спорного объекта недвижимости, а не ФИО7, а ФИО7, в свою очередь, ссылался на то, что и юридически, и фактически собственником спорного нежилого помещения является он, и у него имелись достаточные денежные средства для приобретения этого объекта.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем, руководствуясь ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила: рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав прокурора, поддержавшего иск, ответчиков, возражавших против его удовлетворения, обсудив доводы апелляционного представления прокурора, исследовав материалы гражданского дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации, закрепляя право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (ч. 2 ст. 35), одновременно допускает возможность его ограничения федеральным законом – наряду с другими правами и свободами человека и гражданина – в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55).

Основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений установлены Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Федеральный закон № 273-ФЗ).

В числе основных принципов противодействия коррупции – признание, обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина, законность, публичность и открытость деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, неотвратимость ответственности за совершение коррупционных правонарушений (пункты 1 - 4 статьи 3 Федерального закона № 273-ФЗ).

Одной из форм противодействия коррупции является осуществление контроля за расходами лиц, замещающих должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а также за расходами их супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, в случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (статья 8.1 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами, и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее – Федеральный закон № 230-ФЗ).

Среди таких лиц – лица, замещающие (занимающие) должности федеральной государственной службы, осуществление полномочий по которым влечет за собой обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей (подп. «д» п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 230-ФЗ в редакции, действующей на момент спорных правоотношений).

Лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона № 230-ФЗ, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений (далее - отчетный период), если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки (часть 1 статьи 3 Федерального закона № 230-ФЗ).

Приказом МВД России от 16 декабря 2016 г. № 848 утвержден Перечень должностей федеральной государственной службы в Министерстве внутренних дел Российской Федерации и должностей в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед Министерством внутренних дел Российской Федерации, при замещении которых сотрудники органов внутренних дел Российской Федерации, федеральные государственные гражданские служащие и работники, а также граждане, при назначении на должности в организациях, создаваемых для выполнения задач, постановленных перед Министерством внутренних дел Российской Федерации, обязаны предоставлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруга (супруги) несовершеннолетних детей.

Установлено, что ФИО6 с 8 августа 2017 г. занимал должность заместителя начальника отдела № 3 (по борьбе с преступлениями в сфере агропромышленного комплекса и потребительского рынка) Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Липецкой области. С 5 октября 2021 г. он отстранён от исполнения обязанностей по замещаемой должности в связи с расследованием в отношении него уголовного дела.

Должность, которую замещал ФИО6, включена в вышеназванный Перечень.

Приговором Липецкого областного суда от 11 апреля 2023 г. ФИО6 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 291 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (покушение на дачу взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий, организация покушения на кражу группой лиц по предварительному сговору из нефтепродуктопровода в особо крупном размере, которое не было доведено до конца по не зависящим от лица обстоятельствам), ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 30, п. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В приговоре суда указано, что ФИО6 и ФИО7 (ответчики по настоящему делу по антикоррупционному иску прокурора) являются близкими друзьями, ФИО6 с ФИО7 связывают в том числе финансовые взаимоотношения: ФИО6 является фактическим собственником нежилого помещения <адрес>, которое официально оформлено и приобретено на имя ФИО7

Инкриминируемое им обоим преступление, а также инкриминируемое ФИО6 должностное преступление, совершены в период с 8 мая 2020 г. по 22 мая 2021 г.

Установлено, что 21 февраля 2020 г. между ООО «Глобус Групп» и ФИО7 заключен договор долевого участия в строительстве, предметом которого являлось нежилое помещение, общей проектной площадью 91,9 кв.м, расположенное на первом этаже в строящемся жилом доме <адрес>. ФИО7 застройщику внесены наличные денежные средства в сумме 4 595 000 руб., 17 июля 2020 г. составлен акт приема-передачи нежилого помещения, 24 июля 2020 г. зарегистрировано право собственности ФИО7 на нежилое помещение, площадью 93,7 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>.

Договорные отношения между ФИО7 и ООО «Глобус Групп» возникли с 26 июля 2019 г., когда ФИО7 внес в ООО «Глобус Групп» через кассу денежные средства в сумме 4 595 000 руб. по договору займа.

Застройщиком стоимость планируемых к реализации в 2020 году нежилых помещений была указана в размере займа – 4 595 000 руб.

В феврале 2020 г. застройщик предложил к приобретению недвижимость, расположенную в <адрес>. ФИО7 выбрано помещение №, на которое и был оформлен договор долевого участия. Денежные средства в сумме 4 595 000 руб. фактически уже были в ООО «Глобус Групп», в связи с этим по ранее заключенному договору займа они были выданы ФИО7, о чем составлен расходный кассовый ордер от 18 марта 2020 г. на сумму 4 595 000 руб., а затем в этой же сумме 4 595 000 руб. внесены ФИО7 по договору долевого участия в этот же день в кассу ООО «Глобус Групп».

Из материалов дела следует, что переговоры по сдаче спорного нежилого помещения в аренду вел не ФИО7, а исключительно ФИО6, в том числе самостоятельно определяя стоимость арендной платы и условия аренды.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, ответчиками данные обстоятельства подтверждены. ФИО7, отвечая на вопрос судебной коллегии, объяснил, что, считая себя обеспеченным человеком, по вопросу сдачи объекта недвижимости в аренду к риелтору обращаться не стал, а просил решать вопросы, связанные с арендой, своего друга ФИО6 – на тот момент действующего сотрудника органов внутренних дел – заместителя начальника отдела № 3 (по борьбе с преступлениями в сфере агропромышленного комплекса и потребительского рынка) Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Липецкой области.

Из материалов дела усматривается, что в качестве контактного номера телефона на вывеске (баннере) о сдаче в аренду нежилого помещения по адресу: <адрес>, расположенной на фасаде МКД, был указан абонентский номер телефона, который в 2020-2021 гг. находился в пользовании ФИО6 Он же (ФИО6) с этого номера телефона звонил в ООО «Глобус Групп», уточняя правильность оформления документов на право собственности данным нежилым помещением. Именно ФИО6, а не ФИО7 и не иное лицо, вел переговоры по сдаче помещения в аренду, о чем в деле имеются рассекреченные материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскной деятельности, в том числе акты прослушивания и переноса на бумажный носитель фонограмм телефонных переговоров, а также протоколы допросов свидетелей ФИО1, ФИО2.

При этом из материалов дела, в том числе допросов родителей ФИО7, усматривается, что им не было известно о наличии у их сына недвижимости, приобретенной в г. Липецке.

ФИО7 официально не трудоустроен, в 2015-2020 гг. у него отсутствовали задекларированные доходы, за период с 1993 г. по 2014 г. доходы ФИО7 составили <данные изъяты> руб. Имея регистрацию в <адрес> Липецкой области, ФИО7 проживает в г. Москве.

В период с 2010 г. по настоящее время у ФИО7 находились и частично продолжают находиться в собственности 9 объектов недвижимости, среди которых не только нежилые помещения, здания, но и земельные участки.

Также в собственности ФИО7 находилось 9 единиц транспортных средств, включая автомобили премиум-класса (Мерседес Бенц С500; Мерседес Бенц S500; Ауди A8L; Ленд Ровер Рейндж Ровер, БМВ-5301).

22 июля 2015 г. ФИО7 реализованы: нежилое помещение – здание, с соответствующим земельным участком, расположенные <адрес>. Общая стоимость реализованного имущества составила 5 700 000 (4 700 000 руб. + 1 000 000 руб.) руб.

В 2016-2017 гг. ФИО7 реализованы транспортные средства: автомобиль Ленд Ровер Рейндж Ровер (2013 г.в.); автомобиль Ауди A8L (2014 г.в.), общей стоимостью 7 300 000 (4 250 000 + 3 050 000) руб.

Доходы супруги ФИО7 – ФИО8 составили за период с 1996 г. по 2019 г. (до заключения договора об участии в долевом строительстве) <данные изъяты> руб. При этом ФИО8 денег из своего дохода ФИО7 не давала.

Доходы ФИО3 (отец), ДД.ММ.ГГГГ рождения, составили: 1996-2002 гг. – 0 руб., 2003-2020 гг. – <данные изъяты> руб., размер пенсии за период с 2014 по 2019 гг. – около <данные изъяты> руб.

Доходы ФИО4 (мать), ДД.ММ.ГГГГ рождения, составили: за 1996-2002 гг. – 0 руб., в период с 2003 по 2020 гг. – <данные изъяты> руб., размер пенсии с 2009 по 2019 гг. – <данные изъяты> руб.

Установлено, что стоимость спорного нежилого помещения превышает доход семьи ФИО6 за три календарных года, предшествующих сделке, на 2 124 517 руб.

Из материалов дела, в том числе показаний допрошенных в качестве свидетелей по уголовному делу родителей ФИО6 следует, что ими у отца ФИО7 ФИО3 в 2019 г. приобретен автомобиль марки Фольксваген Поло госномер №, находящийся в их фактическом пользовании, зарегистрированный за ФИО6 (матерью ФИО6). Ей же принадлежит на праве собственности квартира, расположенная по адресу: <адрес>, в которой фактически проживает их сын ФИО6 с женой и дочерью. Автомобиль марки Шкода Октавиа, зарегистрированный за отцом ФИО6 – ФИО5 с момента приобретения – с 2020 г. – находится в постоянном пользовании ФИО5.

Основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних, детей является достаточная информация о том, что данным лицом, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены сделки (совершена сделка) по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых, финансовых активов, цифровой валюты на общую сумму, превышающую общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду (часть 1 статьи 4 Федерального закона № 230-ФЗ).

Исходя из положений части 4 статьи 4 Федерального закона № 230-ФЗ, названный контроль включает в себя истребование от лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, сведений о его расходах, расходах его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению ими указанного в части 1 статьи 3 данного закона имущества и об источниках получения средств, за счет которых приобретено это имущество, а также проверку достоверности и полноты этих сведений, определение соответствия расходов данного лица, расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению указанного в части 1 статьи 3 этого закона имущества их – общему доходу.

При выявлении в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) или замещавшего (занимавшего) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона № 230-ФЗ, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии расходов данного лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых данным лицом не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно (часть 2 статьи 17 Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ).

В постановлении от 29 ноября 2016 г. № 26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного Суда Республики Башкортостан» (далее – Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 26-П) Конституционным Судом Российской Федерации изложена правовая позиция о том, что предусмотренное названным законом обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, является, по существу, особой мерой государственного принуждения, применяемой в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства (абзац второй пункта 5 постановления).

Данная мера заключается в безвозмездном изъятии такого имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным (муниципальным) служащим неправомерного деяния коррупционной направленности, то есть, как следует из части 1 статьи 4 и статьи 17 названного федерального закона, в случае, если стоимость приобретенного в отчетном периоде им и перечисленными в законе членами его семьи имущества – недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) – превышает их общий доход за три предшествующих года, а государственный (муниципальный) служащий не может доказать законность происхождения средств, достаточных для его приобретения. Переход такого имущества в собственность Российской Федерации осуществляется в соответствии с подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющим в качестве основания прекращения права собственности принудительное изъятие у собственника имущества по решению суда и обращение его в доход государства при недоказанности законного происхождения доходов, направленных на его приобретение (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 26-П).

Исходя из презумпции незаконности доходов, на которые было приобретено перечисленное в части 1 статьи 4 и статье 17 Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» имущество, в случае, если стоимость такого имущества превышает общий доход государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за три года, предшествующих отчетному периоду, федеральный законодатель установил соответствующую систему контроля за соблюдением государственным (муниципальным) служащим возложенных на него запретов и ограничений в соответствии с Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (абзац первый пункта 5.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 26-П).

Такой порядок применения данной меры государственного принуждения позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, который вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. В свою очередь, суд оценивает доказательства, представленные как государственным (муниципальным) служащим, так и его супругой (супругом) и – с особенностями, установленными процессуальным законодательством, – несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, позволивших приобрести соответствующее имущество, по своему внутреннему убеждению (абзац пятый пункта 5.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 26-П).

Из приведенных нормативных положений законодательства о противодействии коррупции и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что одной из форм противодействия коррупции является контроль за расходами лиц, поименованных в статье 2 Федерального закона № 230-ФЗ. Такой контроль осуществляется в случаях и в порядке, которые установлены этим же законом.

Установленная законом презумпция незаконности доходов, на которые названными лицами было приобретено имущество, означает, что обязанность доказать законность происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества, возложена на лиц, контроль за расходами которых осуществляется на основании и в порядке, установленных Федеральным законом № 230-ФЗ, и именно эти лица несут риск неблагоприятных последствий в результате недоказанности такого обстоятельства (законности происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества).

Лица, поименованные в статье 2 Федерального закона № 230, при разрешении спора по иску прокурора об обращении в доход Российской Федерации принадлежащего этим лицам имущества вправе представлять в суде любые допустимые Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на его приобретение. Оценка же таких доказательств должна производиться судом по правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, с учетом нормативных положений Федерального закона № 273-ФЗ о принципах борьбы с коррупцией, а также правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 29 ноября 2016 г. № 26-П, о неблагоприятных последствиях получения государственным (муниципальным) служащим доходов от коррупционной деятельности и об обеспечении баланса публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, если он приобрел имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью.

Правовая позиция о том, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков), изложена и в преамбуле Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2017 г. (далее – Обзор судебной практики).

В пункте 2 названного Обзора судебной практики указано, что ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело правилам суда первой инстанции без учета особенностей, установленных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что ответчиками не представлено доказательств, что ФИО7, а не ФИО6 является фактическим собственником нежилого помещения №, расположенного <адрес> и что данное нежилое помещение приобреталось не за денежные средства, принадлежащие ФИО6

По делу установлено, что ФИО6 и ФИО7 являлись близкими друзьями; фактически распоряжался нежилым помещением, приобретенным на имя ФИО7, ФИО6, только ФИО6 занимался вопросами сдачи данного помещения в аренду. По сути, совершенная 21 февраля 2020 г. между ООО «Глобус Групп» и ФИО7 сделка носила мнимый характер.

Суду ФИО7 не представлено доказательств, что у него имелись достаточные денежные средства для приобретения спорного объекта недвижимости, не представлено доказательств, что денежные средства, полученные ФИО7 от реализации в 2015 году и в 2016-2017 годах транспортных средств и недвижимого имущества, направлены именно на приобретение спорного имущества; источники происхождения денежных средств, затраченных на приобретение ФИО7 имеющихся у него транспортных средств и недвижимого имущества, им суду не названы. Как пояснил ФИО7 на вопрос судебной коллегии, учет доходам и расходам, в том числе семейным, он не вел. Сколько составляли доходы и траты семьи за период, предшествующий приобретению спорной недвижимости, ФИО7 объяснить не смог. При этом коллегия учитывает, что ФИО7 официально не трудоустроен, проживает в г. Москве, в 2015-2020 годах у него отсутствовали задекларированные доходы, а доходы супруги и его родителей были значительно ниже приобретенного им объекта недвижимости в 2020 году.

Как объяснил ответчик ФИО7 в заседании суда апелляционной инстанции, лицевые счета для оплаты коммунальных услуг на свое имя после приобретения указанной недвижимости он не оформлял. Доказательств фактического распоряжения спорным нежилым помещением ФИО7 не представлено. Напротив, установлено, что такие действия, в том числе по решению вопросов о сдаче помещения в аренду, активно предпринимал ФИО6 Оба ответчика объяснили, что до настоящего времени нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, в аренду не сдано; доход от аренды не получался.

При этом также установлено, что законных доходов у ФИО6 и членов его семьи, необходимых для приобретения спорного недвижимого имущества, не имелось, поэтому ФИО6 в сведениях о своих доходах, об имуществе и об обязательствах имущественного характера, а также в сведениях о доходах, об имуществе и об обязательствах имущественного характера его супруги не могло быть отражено приобретение спорного нежилого помещения, вследствие чего оно было оформлено на близкого друга ФИО7

В силу вышеприведенных норм права, правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, доказать законность происхождения денежных средств, за счет которых было приобретено спорное имущество, обязан ФИО6

Однако в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком ФИО6 не представлено суду доказательств законного источника происхождения средств, позволивших ему приобрести недвижимое имущество, зарегистрированное на ФИО7

Суд апелляционной инстанции критически относится к возражениям ФИО7 о наличии у него по итогам продажи в 2015-2017 годах принадлежащего ему имущества денежных средств на приобретение в 2020 году нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, поскольку доказательств расходования денежных средств именно на приобретение спорного объекта недвижимости не представлено.

Учитывая, что ФИО7 не представлено доказательств наличия денежных средств для приобретения спорного объекта недвижимости, и то, что распоряжался этим объектом его близкий друг ФИО6, проверяя доводы прокурора в основание иска, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что фактическим собственником спорного нежилого помещения являлся ФИО6, который не отразил в представляемой им в УМВД России по Липецкой области справке о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера как наличие законного дохода – денежных средств, достаточных для приобретения спорного нежилого помещения, так и, следовательно, само приобретение нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Само по себе отсутствие доказательств, подтверждающих передачу ФИО6 денежных средств в сумме 4 595 000 руб. ФИО7 для покупки спорного нежилого помещения, не свидетельствует о том, что помещение фактически приобретено именно ФИО7, а не ФИО6 Как указывалось выше, судебная коллегия квалифицирует сделку по приобретению спорного объекта недвижимости на имя ФИО7 как мнимую.

По настоящему делу установлен факт приобретения ФИО6, замещавшим должность заместителя начальника структурного подразделения территориального органа МВД России, спорного имущества, но не на законные доходы. ФИО6, ссылаясь на приобретение данного имущества ФИО7 не за счет полученных от него денежных средств, а за счет денежных средств, полученных ФИО7 от продажи имущества в 2015-2017 годах, в обоснование законности происхождения денежных средств, затраченных на приобретение спорного имущества, не представил доказательств тому, что денежные средства, указанные в договоре долевого участия от 21 февраля 2020 г., имелись у ФИО7, в том числе на дату передачи их в займ ООО «Глобус Групп», и что именно эти денежные средства были реально потрачены им на приобретение спорного нежилого помещения.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции, оценивая по правилам ст. 67, ч. 1 ст. 196, п.п. 1-3 ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства в совокупности и во взаимной связи друг с другом и в системе действующих положений закона, приходит к выводу о том, что подтвержденный ФИО6 и членами его семьи доход не позволял ему приобрести спорное недвижимое имущество, оформление которого в целях сокрытия своего реального финансового положения он произвел на своего знакомого ФИО7, семья которого при этом также не имела достаточных средств для приобретения спорного нежилого помещения, в связи с чем суд находит антикоррупционный иск прокурора об обращении спорного недвижимого имущества как приобретенного с нарушением антикоррупционного законодательства в доход государства подлежащим удовлетворению, соответственно, с указанием в целях исполнения судебного решения на прекращение права собственности ФИО7 на данное нежилое помещение

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Липецка от 30 октября 2024 г. отменить, принять новое решение.

Иск прокурора Липецкой области удовлетворить.

Прекратить право собственности ФИО7 (ИНН №) на нежилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>.

Обратить в доход Российской Федерации нежилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, признав на него право собственности за Российской Федерацией.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 3 апреля 2026 г.