Решение № 2А-171/2019 2А-171/2019~М-153/2019 М-153/2019 от 5 июня 2019 г. по делу № 2А-171/2019

Дело № 2а-171/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

06 июня 2019 года г. Екатеринбург

Екатеринбургский гарнизонный военный суд под председательством Кожухаря И.В., при секретаре судебного заседания Двуречинском Д.В., с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя административных соответчиков командиров войсковых частей № и №, а также заинтересованных лиц командира войсковой части № и аттестационной комиссии войсковой части № ФИО3, представителя административного соответчика командира войсковой части № ФИО4, административного соответчика майора юстиции ФИО5 и помощника военного прокурора Екатеринбургского гарнизона подполковника юстиции ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда материалы административного дела, возбужденного по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего, проходившего военную службу по контракту в войсковой части № прапорщика запаса ФИО1 об оспаривании приказа командира войсковой части № от 24 января 2019 года № об увольнении административного истца с военной службы, приказа командира войсковой части № об исключении административного истца из списков личного состава войсковой части №, протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 01 декабря 2018 года №, протокола о грубом дисциплинарном проступке от 02 декабря 2018 года, действий капитана юстиции ФИО5, связанных с составлением указанного протокола о грубом дисциплинарном проступке и заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 в интересах ФИО1 обратился в Екатеринбургский гарнизонный военный суд с вышеназванным административным исковым заявлением, в котором с изменением предмета административного иска просил суд:

- признать незаконным приказ командира войсковой части № от 24 января 2019 года № об увольнении административного истца с военной службы;

- признать незаконным приказ командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года об исключении административного истца из списков личного состава войсковой части 40278-14;

- признать незаконными действия врио начальника отделения (дознания и дисциплинарной практики) военной комендатуры (<адрес>) капитана юстиции ФИО5, выразившиеся в составлении протокола о грубом дисциплинарном проступке от 01 декабря 2018 года в отношении административного истца;

- признать незаконным протокол медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № от 01 декабря 2018 года, составленного капитаном ФИО7 в отношении административного истца;

- признать незаконным заключение аттестационной комиссии от 09 января 2019 года.

В обоснование требований административного истца, его представитель указал, что ФИО1 проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности начальника передающего радиоцентра узла связи. Приказом командира войсковой части № от 24 января 2019 года № административный истец был досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта (п.п. «в» п. 2 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе), а приказом командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года № административный истец был исключен из списков личного состава войсковой части №. С увольнением административный истец не согласен, так как считает, что нарушена процедура увольнения. В отношении административного истца 01 декабря 2018 года был составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке (далее протокол о ГДП). В качестве доказательств, подтверждающих наличие дисциплинарного проступка, является протокол медицинского освидетельствования на состояние опьянения, который, по мнению представителя административного истца, составлен с нарушением требований действующего законодательства, следовательно, не может считаться допустимым доказательством, в данный связи протокол о ГДП является незаконным. Также в приказе командира войсковой части № от 24 января 2019 года № в качестве основания увольнения указано представление командира № от 12 января 2019 года, при этом ссылки на заключение аттестационной комиссии и на привлечение истца к дисциплинарной ответственности отсутствуют. Кроме того, как указывает представитель административного истца, аттестационный лист начальником узла связи Тарашенко не подписывался и не составлялся, так как последний составлял иной аттестационный лист в отношении административного истца, который содержал иные сведения и выводы о соответствии административного истца занимаемой должности и содержал ходатайство о сохранении за административным истцом его должности. Кроме того, представитель административного истца считает, что в отношении административного истца за один и тот же дисциплинарный проступок применены два дисциплинарных взыскания, вначале строгий выговор, а затем досрочное увольнение с военной службы, в связи с невыполнением истцом условий контракта.

В судебном заседании, административный истец и его представитель требования административного иска, в том числе с изменением предмета административного иска, каждый в отдельности, поддержали в полном объеме, а представитель административного истца дополнительно пояснил, что отзыв в аттестационном листе, в отношении ФИО1, не соответствует действительности. Протокол о ГДП от 01 декабря 2018 года составлен на основании акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, который не соответствует приказу Минздрава России № 933н (отсутствует наименование медицинской организации, адрес местонахождения, номер и дата получения лицензии, наименование документа «протокол», а не «акт», и т.д.). Также у соответчика ФИО5 не было полномочий составлять протокол о ГДП в отношении административного истца. Кроме того, административный истец в судебном заседании пояснил, что подписи, сделанные в протоколе о ГДП, акте медицинского освидетельствования и в документах, которые касались прохождения аттестации, в объяснительной от 02 декабря 2018 года от его имени, он не подписывал. С содержанием названных документов не знаком.

Также представитель административного истца ходатайствовал перед судом о восстановлении пропущенного процессуального срока обжалования действий по составлению протокола о ГДП, протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения и заключения аттестационной комиссии, так как, по мнению представителя административного истца, о составлении аттестационного листа с отрицательным отзывом ФИО1 узнал в апреле 2019 года в ходе переписки с Тарашенко. Более того, считает, что срок на обжалование протокола о ГДП от 01 декабря 2018 года и протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 01 декабря 2018 года административным истцом также не пропущен, так как указанные документы ФИО1 не подписывал, о их содержании не знал до рассмотрения данного дела в суде.

Представители соответчиков и заинтересованного лица ФИО3 и ФИО4, каждый в отдельности, в судебном заседании требования административного иска не признали, по обстоятельствам указанных в возражениях на административный иск. Дополнительно ФИО3 пояснил, что ни в административном иске, ни в судебном заседании не было указано какой именно нормативный акт был нарушен при увольнении административного истца с военной службы. Порядок проведения аттестации и сроки аттестации были соблюдены. В данной связи приказ об увольнении административного истца с военной службы является законным и обоснованным. Административный истец был обеспечен всеми положенными видами довольствия, отпуск был им использован, в данной связи приказ об исключении административного истца из списков личного состава войсковой части является также законным и обоснованным. Касаемо требований административного истца о признании незаконными действий Сорокина при в составлении протокола о ГДП, протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения и заключения аттестационной комиссии, представители соответчиков, каждый в отдельности, просили в данной части требований административного иска отказать в связи с пропуском истцом трехмесячного срока на обращения с административным иском в суд, предусмотренном ст. 219 КАС РФ. С протоколом о ГДП от 01 декабря 2018 года и протоколом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 01 декабря 2018 года ФИО1 был ознакомлен в день составления этих документов, о чем имеется его подпись в протоколе о ГДП, и он присутствовал при медицинском освидетельствовании на состояние опьянения, а аттестационный лист в отношении ФИО1 о несоответствии его занимаемой должности и о досрочном увольнении с военной службы в запас в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта был составлен 15 декабря 2018 года. В суд административный иск поступил 09 апреля 2019 года, что свидетельствует о пропуске трехмесячного срока на обращения в суд.

Соответчик ФИО5 в судебном заседании требования административного иска не признал, пояснив, что 01 декабря 2018 года он являлся врио начальника отделения (дознания и дисциплинарной практики) военной комендатуры (<адрес>), и им лично был составлен протокол о ГДП от 01 декабря 2018 года в отношении административного истца. Указанный протокол был вручен административному истцу под подпись 02 декабря 2018 года, в суд административный иск поступил 09 апреля 2019 года, в данной связи административным истцом пропущен трехмесячный срок на обращений в суд. При этом протокол о ГДП в отношении административного истца был составлен в соответствии с действующими законами, грубый дисциплинарный проступок ФИО1 выражался в нарушении порядка несения боевой службы. Также он просил суд отказать в удовлетворении требований об обжаловании протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 66 от 01 декабря 2018 года, составленного капитаном ФИО7 в отношении административного истца, так как истцом также пропущен срок, предусмотренный ст. 219 КАС РФ. Медицинское освидетельствование на состояние опьянения истца проводилось в его присутствии, правомочным лицом на его проведение. С результатами освидетельствования ФИО1 был согласен и копию названного протокола получил на руки. Кроме того, на территории <адрес> находятся как органы военной прокуратуры, так и следственные органы, следовательно, у административного истца имелась возможность обжаловать вышеуказанные протоколы в органы военного управления, расположенные на территории <адрес>. Войсковая часть №, в которой проходил военную службу ФИО1 во время составления в отношении него вышеуказанных протоколов от 01 декабря 2018 года, дислоцируется за пределами Российской Федерации, вся имеющаяся у них документация в отношении военнослужащих данной части находится также за пределами РФ, при этом представителем административного истца к административному иску приложены копии вышеуказанных протоколов от 01 декабря 2018 года, а получить копии этих документов истец мог только в расположении этой части за пределами Российской федерации в декабре 2018 года. Что же касается требований административного истца об обжаловании заключения аттестационной комиссии, приказа об увольнении с военной службы и исключении административного истца из списков личного состава войсковой части, соответчик в судебном заседании пояснил, что он поддерживает позицию соответчиков об отказе в удовлетворении этих требований. К тому же, как пояснил ФИО5, ФИО1 во время поездки на мотоцикле упал и повредил руку, поэтому и подписи последнего не устраивают того.

Свидетель Т. в судебном заседании пояснил, что 15 декабря 2018 года он являлся начальником узла связи радиотехнического батальона (<адрес> и прямым начальником ФИО1. Отзыв, содержащийся в аттестационном листе в отношении административного истца, он не составлял и подпись в отзыве сделана не им, но с его согласия и в его присутствии. В это время у него были «грязные руки, так как он занимался техникой» и у него плохой подчерк, поэтому подписать отзыв он попросил другого военнослужащего. С фактами, отраженными в отзыве, он полностью согласен и в настоящее время настаивает на них. Сам отзыв был составлен в войсковой части №, а заседание аттестационной комиссии, в отношении ФИО1, проводилось в <адрес>, в войсковой части №. В заседании аттестационной комиссии он не участвовал.

Прокурор в судебном заседании полагал отказать в удовлетворении требований ФИО1, в части оспаривания протокола о ГДП, протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения и заключения аттестационной комиссии, в связи с пропуском срока на обращение в суд с административным исковым заявлением и не предоставлением уважительных причин этого пропуска. В части оспаривания приказов командира войсковой части № от 24 января 2019 года № об увольнении административного истца с военной службы и командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года об исключении административного истца из списков личного состава войсковой части №, также отказать, в связи с отсутствием оснований для их отмены. Данные приказы они являются законными и обоснованными, и административный истец, на момент исключения из списков личного состава воинской части, был обеспечен всеми положенными видами довольствия.

Соответчик ФИО7, составивший протокол медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 (алкогольного, наркотического или иного токсического) № от 01 декабря 2018 года, надлежащим образом уведомленный о времени и месте судебного заседания в суд не прибыл, представив заявление о рассмотрении дела без его участия.

Заслушав объяснения сторон и заключение прокурора, исследовав имеющиеся в деле и дополнительно представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно материалам административного дела судом установлено, что административный истец проходил военную службу по контракту в войсковой части №.

Как следует из протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 01 декабря 2018 года №, в этот же день в 06 часов 11 минут у ФИО1 установлено состояние опьянения.

Из протокола о ГДП от 01 декабря 2018 года видно, что прапорщик ФИО1 совершил грубый дисциплинарный проступок, выразившийся в нарушении правил несения боевого дежурства (боевой службы). Указанный протокол был вручен под подпись административному истцу 02 декабря 2019 года.

Согласно заключению аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года, ФИО1 занимаемой воинской должности не соответствует, ходатайствовать о досрочном увольнении его с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта (подп. «в» п. 2 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»).

Частью 1 ст. 219 КАС РФ установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как явствует из материалов административного дела, Пац в интересах ФИО1 обжалует протокол медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 01 декабря 2018 года №, протокол о ГДП от 01 декабря 2018 года и заключение аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года. При этом согласно штемпелю на административном исковом заявлении оно представлено в суд 09 апреля 2019 года, то есть с пропуском установленного ст. 219 КАС РФ срока. Представитель административного истца изменил предмет административного иска, в части обжалования протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 01 декабря 2018 года №, протокола о ГДП от 01 декабря 2018 года и заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года, лишь в ходе судебных заседаний 28 мая 2019 года и 05 июня 2019 года.

В соответствии с ч. 7 ст. 219 КАС РФ, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено кодексом административного судопроизводства Российской Федерации.

Между тем, в судебном заседании достоверно установлено и подтверждено самим административным истцом, что он лично присутствовал в ходе проведения медицинского освидетельствования 01 декабря 2018 года и ему действительно 02 декабря 2018 года была вручена копия протокола о ГДП от 01 декабря 2018 года, в котором также в качестве доказательств совершения грубого дисциплинарного проступка указан и протокол медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что также согласуется с объяснениями соответчика ФИО5, данными им в ходе судебного заседания, который пояснил, что оригиналы оспариваемых протоколов находятся за пределами РФ и административный истец, представляя их копии вместе с административным иском, иным способом, в случае невручения ему их в декабре 2018 года, получить не мог. Кроме того, ФИО1 также было известно о заключении аттестационной комиссии от 09 января 2019 года, так как с аттестационным листом он был ознакомлен 11 января 2019 года, и он лично присутствовал на заседании аттестационной комиссии.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 без уважительных причин пропустил срок на обращение в суд с административным исковым заявлением об оспаривании протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 01 декабря 2018 года №, протокола о ГДП от 01 декабря 2018 года и заключения аттестационной комиссии от 09 января 2019 года, что в силу ч. 8 ст. 219 КАС РФ является основанием для отказа в удовлетворении административного иска в данной части.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части-№ от 02 декабря 2018 года №, по результатам административного расследования по факту нарушения воинской дисциплины прапорщику ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка – исполнение обязанностей военной службы в состоянии алкогольного опьянения, объявлен «строгий выговор» и досрочное прекращение служебной командировки. Указанный приказ ФИО1 не оспаривал.

11 января 2019 года с ФИО1 была проведена беседа по вопросу увольнения его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, в ходе которой ФИО1 ходатайствовал об увольнении его с военной службы по собственному желанию с целью дальнейшего восстановления в рядах ВС РФ, желал служить, о чем указано в листе беседы.

Из аттестационного листа от 15 декабря 2018 года, отзыва начальника узла <адрес> старшего лейтенанта Т. от 15 декабря 2018 года, выписки из протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года №, № 11 января 2019 года и заключения № от 12 января 2019 года следует, что ФИО1 занимаемой воинской должности не соответствует, ходатайствуют о досрочном увольнении его с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта (подп. «в» п. 2 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»). С аттестационным листом ФИО1 был ознакомлен 11 января 2019 года.

Приказом командира войсковой части № от 24 января 2019 года № административный истец досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта (подп. «в» п. 2 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»), а приказом командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года № административный истец исключен из списков личного состава войсковой части с 13 февраля 2019 года.

Согласно подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. Такое увольнение может применяться к военнослужащему в порядке дисциплинарного взыскания и в порядке аттестации с учетом соответствия военнослужащего, предъявляемым к нему требованиям. При этом, невыполнением условий контракта как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы следует считать лишь значительные (существенные) отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе. Если военнослужащий по своим деловым и личным качествам не соответствует требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу, его досрочное увольнение с военной службы возможно только по результатам аттестации, в том числе внеочередной.

Заключая контракт о прохождении военной службы, и приобретая особый правовой статус военнослужащего, гражданин, таким образом, добровольно принимает на себя обязательства соответствовать требованиям по занимаемой воинской должности и поддерживать необходимый уровень квалификации в течение срока действия контракта, добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности, соблюдать общепринятые правила поведения и этики.

Как любое соглашение, контракт о прохождении военной службы требует неукоснительного соблюдения сторонами его условий, что вытекает из общих принципов правового регулирования отношений, возникающих на основе договора. Соответственно, невыполнение же условий контракта со стороны военнослужащего может повлечь его досрочное увольнение с военной службы по основанию, закрепленному подп. «в» п. 2 ст. 51 вышеназванного Федерального закона.

Контракт о прохождении военной службы имеет существенную специфику, обусловленную правовой природой военно-служебных отношений, которые основаны на принципе единоначалия, предполагающем строгую субординацию и беспрекословное подчинение приказам командира (начальника), а, следовательно, предъявление к военнослужащему особых, повышенных требований, касающихся выполнения, взятых им при заключении контракта обязательств, и закрепление в нормативно-правовом регулировании последствий их несоблюдения.

Невыполнение военнослужащим условий контракта о прохождении военной службы не согласуется и с его особым публично-правовым статусом как лица, осуществляющего конституционно значимые функции. Прекращение в таких случаях военно-служебных отношений с военнослужащим является закономерной реакцией государства на совершение данным военнослужащим деяния, свидетельствующего о нарушении им обязанностей военной службы. Соответственно, законодательное закрепление возможности досрочного увольнения с военной службы, как направленное на обеспечение надлежащего исполнения этих обязанностей и тем самым на защиту конституционно значимых ценностей, включая обеспечение обороны страны и безопасности государства, само по себе не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод военнослужащего.

Вместе с тем, учитывая, что досрочное увольнение с военной службы по основанию, предусмотренному подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», сопряжено с наступлением для военнослужащего неблагоприятных последствий, связанных с тем, что он лишается возможности не только продолжать службу, но и приобрести право на ряд важных социальных гарантий, предоставление которых обусловлено военной службой определенной продолжительности, включая получение единовременного пособия в связи с увольнением, пенсию за выслугу лет, обеспечение жилым помещением в порядке, установленном для лиц, проходивших военную службу, невыполнением условий контракта как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы следует считать лишь значительные отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, которые могут выражаться, в частности, в совершении виновных действий (бездействия), свидетельствующих об отсутствии у военнослужащего необходимых качеств для надлежащего выполнения обязанностей военной службы.

Будучи нарушением условий контракта, виновное противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, возложенных на него общих, должностных или специальных обязанностей, одновременно является и нарушением воинской дисциплины, которая согласно ст. 1 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации понимается как строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами и приказами командиров (начальников).

Исходя из того, что дисциплинарный проступок в силу п. 1 ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 47 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации - это противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности, а совершение военнослужащим преступления или административного правонарушения, за которое военнослужащий несет ответственность на общих основаниях, представляет собой нарушение относящегося к числу общих обязанностей военнослужащего требования о строгом соблюдении Конституции Российской Федерации и законов Российской Федерации, невыполнение условий контракта о прохождении военной службы может выражаться, в том числе, в совершении военнослужащим дисциплинарного проступка, уголовно наказуемого деяния или административного правонарушения.

Как следует из п.п. 1 - 3 ст. 28.4 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 96 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, совершение военнослужащим дисциплинарного проступка может повлечь применение к нему установленной государством в целях предупреждения совершения дисциплинарных проступков меры ответственности - дисциплинарного взыскания, одним из видов которого является досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, применяемое к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, за исключением высших офицеров и курсантов военных образовательных учреждений профессионального образования.

Вместе с тем в интересах военной службы, выражающихся, в частности, в поддержании боевой готовности воинских подразделений, эффективном выполнении стоящих перед ними задач, недобросовестное отношение военнослужащего к своим обязанностям, в том числе подтверждаемое наличием у него неснятых дисциплинарных взысканий, может послужить основанием для постановки вопроса о его соответствии требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу, с точки зрения деловых и личных качеств,

Решение по данному вопросу должно приниматься в рамках процедуры аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, которая, согласно Положению о порядке прохождения военной службы, проводится в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, определения соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования.

В обоснование законности и обоснованности принятого решения о досрочном увольнении административного истца с военной службы представителями соответчиков в судебное заседание представлены: аттестационный лист с отзывом от 15 декабря 2018 года, в котором истец характеризуется как грамотный, но недисциплинированный военнослужащий, выписка из протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 № с указанием заключения комиссии в отношении административного истца о несоответствии его занимаемой должности, и ходатайства о досрочном увольнении последнего с военной службы в связи с невыполнением тем условий контракта.

Кроме того, суду представлен лист беседы командира войсковой части № с административным истцом от 11 января 2019 года, согласно которому административный истец, представлен к увольнению с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта по подп. «в» п. 2 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе».

Объективность выводов аттестационной комиссии, равно как и соблюдение прав и законных интересов военнослужащего, подлежащего аттестации, обеспечиваются помимо прочего предоставлением ему возможности ознакомиться с аттестационным листом, заявить в письменной форме о своем несогласии с отзывом о своей служебной деятельности, сообщить дополнительные сведения, лично участвовать в заседании аттестационной комиссии (в установленных случаях), обжаловать ее заключение и порядок проведения аттестации, как вышестоящему командиру, так и в суд, что позволяет избежать принятия произвольного, необоснованного решения о досрочном увольнении военнослужащего с военной службы. При этом наличие у военнослужащего дисциплинарных взысканий само по себе не должно предопределять выводов аттестационной комиссии относительно оценки данного военнослужащего как не соответствующего требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу по контракту, в том числе требованиям по занимаемой воинской должности, и рекомендаций о перспективах его дальнейшего служебного использования.

Соответственно, заключение аттестационной комиссии, которое, как следует из п. 13 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, может быть дано и для увольнения военнослужащего по основанию, предусмотренному подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», также преимущественно связано с оценкой конкретных действий (бездействия) военнослужащего, являющихся причиной его увольнения, то есть имеет ограниченный предмет рассмотрения. Такое заключение может быть признано достаточным для оценки поведения военнослужащего лишь в тех случаях, когда допущенное им нарушение недвусмысленно рассматривается законом в качестве основания к увольнению военнослужащего, а сама процедура увольнения исчерпывающим образом урегулирована в законе.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что основание у командира войсковой части № для досрочного увольнения административного истца с военной службы имелось, и он им правомерно воспользовался.

Довод административного истца о том, что документы, связанные с его аттестацией, он не подписывал и их содержания ему не известно, суд отвергает, поскольку в материалах дела имеется его подпись об ознакомлении с аттестационным листом, он участвовал как в ходе проведения с ним беседы, относительно увольнения его с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта, в которой лично выразил свою просьбу о разрешении ему уволиться по собственному желанию, так и при проведении заседания аттестационной комиссии в отношении его.

В соответствии с приказом командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года № ФИО1 был исключен из списков личного состава войсковой части № с 13 февраля 2019 года.

В судебном заседании достоверно установлено, что административный истец на момент исключения из списков личного состава войсковой части № был обеспечен всеми положенными видами довольствия. Эти обстоятельства истцом не обжаловались были подтверждены им в суде.

Исходя из вышеперечисленных, достоверно установленных в суде обстоятельств, в их системной взаимосвязи с вышеприведенными нормами права, вопреки мнению административного истца и его представителя, военный суд полагает, что поскольку заключение аттестационной комиссии от 09 января 2019 года, оспариваемые приказы командира войсковой части № от 24 января 2019 года № и командира войсковой части № от 13 февраля 2019 года № вынесены в отношении административного истца законно и обоснованно, то права и законные интересы административного истца действиями указанных должностных лиц не нарушены.

Таким образом, суд признает административное исковое заявление ФИО1 необоснованным и неподлежащим удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175, 179, 180, 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении административного иска ФИО1 об оспаривании приказа командира войсковой части № от 24 января 2019 года № об увольнении административного истца с военной службы, приказа командира войсковой части № об исключении административного истца из списков личного состава войсковой части №, – отказать.

В удовлетворении административного иска ФИО1 об оспаривании протокола медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 01 декабря 2018 года №, протокола о грубом дисциплинарном проступке от 02 декабря 2018 года, действий майора юстиции ФИО5, связанных с составлением указанного протокола о грубом дисциплинарном проступке и заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 09 января 2019 года, – отказать в связи с пропуском срока на обращение в суд.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Уральский окружной военный суд через Екатеринбургский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Кожухарь