Решение № 2-1146/2019 2-1146/2019~М-923/2019 М-923/2019 от 22 сентября 2019 г. по делу № 2-1146/2019

Мотивированное
решение изготовлено 23 сентября 2019 года

Дело № 2-1146/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 сентября 2019 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Курчак А.Н.

при секретаре Алещенко О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Комитету имущественных отношений ЗАТО г. Североморск, Межрайонной ИФНС России № 2 по Мурманской области, ФИО2, ФИО3 о признании права собственности в порядке наследования по закону на имущество наследодателя, признании права собственности в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Комитету имущественных отношений администрации ЗАТО г. Североморск (далее – КИО администрации ЗАТО г. Североморск), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по Мурманской области (далее – МИФНС № 2 по Мурманской области) о признании права собственности в порядке наследования, указав в обоснование и в судебном заседании, что с марта 2016 года состоял в фактических брачных отношениях и находился на иждивении ФИО26, умершей ***.

ФИО26 и ФИО1 совместно проживали в Государственном областном автономном учреждении социального обслуживания населения «Комплексный центр социального обслуживания населения ЗАТО г. Североморск» (далее – ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск), а в период отпусков – в принадлежащей ФИО26 квартире по адресу: *** вели общее хозяйство, имели совместный бюджет. Истец ухаживал за ней, готовил еду, стирал, помогал мыться, организовывал ремонт в квартире, ухаживал за могилами ее родственников. Наличие между ними близких доверительных отношений подтверждает оформление ФИО26 на имя ФИО1 доверенности от 12 ноября 2018 года, предусматривающей в том числе право получения имущества и денег. Планируя заключить брак, они не успели этого сделать из-за болезни ФИО26

ФИО26 имела доход от продажи квартиры, на который она и истец приобретали одежду, продукты и оплачивали иные расходы. ФИО1, помимо пенсии по инвалидности, иных доходов не имеет.

Поскольку других наследников у ФИО26 нет, за время совместной с истцом жизни никто ее не навещал, помощи ей не оказывал, ФИО1 просил признать за ним как за нетрудоспособным иждивенцем право на жилое помещение по адресу: ***, принадлежавшее умершей на праве собственности, а также на денежные средства, находящиеся на ее счетах в ПАО «Сбербанк России», в порядке наследования по закону.

Представитель ответчика – КИО администрации ЗАТО г. Североморск ФИО4, извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не прибыл, представил отзыв на исковое заявление, в котором пояснил, что спорное имущество в муниципальную собственность не передавалось, принятие решения по делу оставляет на усмотрение суда.

Ответчик МИФНС № 2 по Мурманской области, извещенная о времени и месте слушания дела, в судебное заседание своего представителя не направила, представила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что спорное имущество в собственность Российской Федерации не переходило, следовательно, права и законные интересы истца действиями МИФНС № 2 по Мурманской области нарушены не были. К тому же к компетенции инспекции разрешение вопросов, связанных с наследованием и признанием права собственности на имущество, не относится. Принятие решения по делу оставили на усмотрение суда, просили о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Соответчики ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании против исковых требований возражали, просили в их удовлетворении отказать, пояснили, что являются наследниками по закону шестой очереди.

Представитель ФИО3 ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных истцом требований, поскольку ФИО1 и ФИО26. совместно не проживали, в связи с чем истец не относится к числу лиц, указанных в ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ.

Третье лицо ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск, извещенное о времени и месте слушания дела, в судебное заседание своего представителя не направило, представило мнение по исковому заявлению, в котором возражало против удовлетворения заявленных требований, поскольку ФИО1 и ФИО26 являлись получателями социальных услуг в соответствии с договорами об оказании социальных услуг в стационарной форме, проживали в ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск в отдельных жилых помещениях, доводы истца о совместном проживании с ФИО26 не соответствуют действительности. Просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третье лицо нотариус нотариального округа ЗАТО г. Североморск Мурманской области ФИО6 представила материалы наследственного дела к имуществу умершей *** года ФИО26 №40/2019, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав участников процесса, свидетеля ФИО37., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

На основании ст. 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных данным кодексом.

Согласно абзацу 1 ст. 1112 Гражданского кодекса РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ч. 1 ст. 1141 Гражданского кодекса РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной этим кодексом. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования, либо лишены наследства, либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Судом установлено, что 31 марта 2019 года в г. Североморске Мурманской области умерла ФИО26, *** года рождения, что подтверждается записью акта о смерти от 3 апреля 2019 года *** и копией свидетельства о смерти ***, выданного 3 апреля 2019 года отделом ЗАГС администрации ЗАТО г. Североморск.

В состав наследственного имущества ФИО26 входит квартира ***, находившаяся у нее собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 21 июня 2013 года после смерти матери ФИО7, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости и копией этого свидетельства (л.д. 178, 180), а также денежные средства, находящиеся на счетах ФИО26., сумма которых, по сообщению ПАО «Сбербанк России», по состоянию на 31 марта 2019 года составила *** руб. (л.д. 149).

Завещание после смерти ФИО26 не оставила.

Из копии материалов наследственного дела к имуществу умершей *** года ФИО26 №40/2019 видно, что оно открыто 24 мая 2019 года по заявлениям ФИО2 и ФИО3 о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Как следует из свидетельства о рождении ***, матерью ФИО26., родившейся *** года, является ФИО44 (добрачная фамилия ФИО44 справка о заключении брака от 24 июля 2019 года № 414) ФИО44, *** года рождения, родителями которой в свою очередь являются ФИО47 и ФИО48 (свидетельство о рождении ***). Также у ФИО47 и ФИО48 *** года родился сын ФИО54, что подтверждается свидетельством о рождении *** и справкой казенного архивного учреждения Вологодской области «Государственный архив Вологодской области от 21 августа 2019 года № ***. Таким образом, ФИО44 (мать наследодателя ФИО26 и ФИО54 являлись братом и сестрой.

У ФИО54 *** года родилась дочь ФИО56 (свидетельство о рождении ***), изменившая фамилию в связи со вступлением в брак на ФИО8 (свидетельство о браке ***). У ФИО56 родились дочери ФИО91 (добрачная фамилия ФИО8, свидетельство о заключении брака *** ФИО91, *** года рождения (свидетельство о рождении ***) – соответчик по делу и ФИО44 (добрачная фамилия ФИО44 свидетельство о заключении брака ***) ФИО44, *** года рождения.

Следовательно, ФИО26 и ФИО56 являются двоюродными сестрами, а дочери ФИО56. ФИО3 и ФИО44 приходятся ФИО26 двоюродными племянницами.

У ФИО44 *** года родилась дочь ФИО9 (свидетельство о рождении ***), в связи со вступлением в брак изменившая фамилию на ФИО2 (свидетельство о заключении брака I***).Таким образом, внучка ФИО56. ФИО2 приходится ФИО26 двоюродной внучкой.

Согласно свидетельству о смерти *** ФИО44 умерла.

Частями 1 и 2 ст. 1145 и ч. 1 ст. 1146 Гражданского кодекса РФ установлено, что если нет наследников первой, второй и третьей очереди, право наследовать по закону получают родственники наследодателя третьей, четвертой и пятой степени родства, не относящиеся к наследникам предшествующих очередей. В качестве наследников шестой очереди призываются к наследованию родственники пятой степени родства – дети его двоюродных братьев и сестер (двоюродные племянники и племянницы). Доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем, переходит по праву представления к его соответствующим потомкам.

Следовательно, двоюродные племянницы ФИО26 ФИО3 и ФИО44. являются наследниками шестой очереди, при этом к дочери умершей ФИО44 ФИО2 доля в наследстве переходит по праву представления.

Таким образом, у ФИО26 имеются наследники по закону ФИО3 и ФИО2

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 сослался на ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ, предусматривающую, что к наследникам по закону относятся граждане, которые не входят в круг наследников, установленных данным кодексом, но ко дню открытия наследства являлись нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении и проживали совместно с ним. При наличии других наследников по закону они наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию.

В обоснование своих требований о признании за ним как за нетрудоспособным иждивенцем ФИО26 права собственности на спорной жилое помещение и денежные средства ФИО1, пояснения которого в исковом заявлении и в судебном заседании суд оценивает по правила статей 67, 68 ГПК РФ, указал, что он и ФИО26. проживали вместе без заключения брака, вели общее хозяйство и имели совместный бюджет. Он осуществлял уход за ФИО26., а она оказывала ему материальную помощь, поскольку имела денежные средства, полученные по наследству от родителей и от продажи квартиры, в то время как сам истец, помимо пенсии по инвалидности, иных доходов не имеет.

Оценивая требования истца, суд приходит к следующему.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в подпункте «г» п. 31 постановления от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», условием призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, названных в ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ (из числа граждан, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142-1145 этого кодекса) является совместное проживание с наследодателем не менее года до его смерти.

Вместе с тем, из пояснений ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск и представленных им доказательств следует, что ФИО26 и ФИО1 находились на стационарном социальном обслуживании в стационарном отделении квартирного типа в названном учреждении, проживая при этом в разных однокомнатных одноместных жилых помещениях и получая социальные услуги (питание, одежду, обувь и прочие) в соответствии с индивидуальными программами предоставления социальных услуг, которые оплачивали через кассу учреждения и предоставление которых подтверждали подписанием акта сдачи-приемки оказанных услуг.

То обстоятельство, что, находясь преимущественно в указанном учреждении, ФИО1 и ФИО26 проживали в разных жилых помещениях, подтверждается показаниями свидетеля ФИО37 и не отрицалось самим истцом.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела факт совместного проживания ФИО1 с наследодателем не менее года до его смерти не установлен.

Кроме того, как указано выше, частью 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ предусмотрено и второе условие для призвания указанной категории граждан к наследованию по закону – их отнесение к нетрудоспособным и нахождение не менее года до смерти наследодателя на его иждивении.

Действующее законодательство определяет понятие иждивения в п. 3 ст. 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», которая гласит, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Из разъяснений, изложенных в подпункте «в» п. 31 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, следует, что находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти – вне зависимости от родственных отношений – полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

Таким образом, законодатель под иждивением понимает нахождение лица на полном содержании наследодателя или получение от него такой помощи, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода времени и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи. При этом не может быть признано иждивенцем лицо, которое получало от умершего помощь эпизодически, нерегулярно и в размерах, недостаточных для того, чтобы служить постоянным и основным источником средств к существованию.

Нуждаемость в получении от наследодателя помощи не является достаточным доказательством нахождения его на иждивении умершего (за исключением детей), поскольку значение имеет именно сам факт оказания кормильцем при жизни постоянной помощи иждивенцу, наличие у умершего с учетом его состояния здоровья и собственных нужд возможности оказывать при жизни помощь, которая являлась постоянной и выступала в качестве основного источника средств к существованию другого лица.

Следовательно, исходя из приведенных выше норм права, для признания лиц находившимися на иждивении необходимо установление одновременно наличия следующих условий: нетрудоспособности лица, постоянности источника средств к существованию и установления факта того, что такой источник является основным для существования лица. Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания лица иждивенцем.

Вместе с тем, в течение 12 месяцев, предшествовавших смерти ФИО26., истец, который являлся ***, имел самостоятельный источник дохода – получал пенсию, размер которой с 1 апреля по 31 декабря 2018 года составлял 14 341,45 руб. и в период с 1 января по 31 марта 2019 года – 15 281,58 руб. Кроме того, ФИО1, проживая в ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск, являлся получателем социальных услуг: обеспечивался питанием, одеждой, обувью, нательным бельем и постельными принадлежностями. Также ему оказывались гигиенические, медицинские и психологические услуги.

Из материалов дела следует, что пенсия ФИО26., также ***, за те же периоды составила 23 694,53 руб. и 25 294,59 руб. При этом сам по себе факт того, что она имела иные доходы (денежные средства, размещенные на счетах в банке), превышающие размер пенсии истца и объем оказываемых ему социальных услуг, не свидетельствует о нахождении ФИО1 на иждивении ФИО26 поскольку не позволяет сделать вывод о том, какой объем денежных средств расходовался ФИО26 на истца с учетом ее доходов, а также пенсии ФИО1 и могла ли она с учетом собственных нужд оказывать последнему такую материальную помощь, которая была бы для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Показания свидетеля ФИО37 подтверждают лишь факт знакомства, разовые покупки и не свидетельствуют о нахождении истца на полном содержании ФИО26., а также о том, что получаемые ФИО1 а.о. пенсия и социальные услуги являлась лишь дополнительным источником его дохода.

При таких данных, принимая во внимание, что утверждение истца о совместном проживании с ФИО26 не нашло подтверждения в судебном заседании, а также учитывая, что ФИО1 в течение 12 месяцев, предшествовавших смерти наследодателя, имел самостоятельный источник дохода в виде пенсии и социальных услуг, оказываемых в ГОАУСОН «КЦСОН» ЗАТО г. Североморск, а получаемая помощь от ФИО26 не являлась для него основным источником средств к существованию, суд приходит к выводу, что истец не находился на иждивении у ФИО26., в связи с чем отказывает в удовлетворении иска в полном объеме.

Суд рассматривает данный спор на основании представленных сторонами доказательств согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах заявленных требований.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Североморский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Курчак