Апелляционное постановление № 10-2/2025 от 4 марта 2025 г. по делу № 1-32/2024

Мировой судья Яковлева М.Н.

Дело № 10-2/2025

УИД 53MS0014-01-2024-003812-87


Апелляционное постановление

5 марта 2025 года г. Сольцы

Солецкий районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего - судьи Кулёвой Н.В.,

при секретаре Тереховой Н.Н.,

с участием старшего помощника прокурора Солецкого района Новгородской области Лебедевой М.В.,

законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО1,

осуждённой ФИО2,

защитника - адвоката Гречишкина С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Гречишкина С.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 20 Солецкого судебного района Новгородской области от 13 января 2025 года, в соответствии с которым ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка Российской Федерации, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, не работающая, осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ к наказанию в виде 160 часов обязательных работ, и на постановление от 13 января 2025 года, которым в удовлетворении ходатайства несовершеннолетнего ФИО3 о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон отказано,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 20 Солецкого судебного района Новгородской области от 13 января 2025 года в отказано в удовлетворении ходатайства несовершеннолетнего потерпевшего П.А.Е. о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон в отношении ФИО2, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, приговором от 13 января 2025 года ФИО2 признана виновной в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Мировым судьёй установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 23:00 до 23:30, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в <адрес>, в ходе ссоры со своим малолетним сыном П.А.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, желая запугать последнего и вызвать у него чувство страха за свою жизнь, умышленно, из личной неприязни, находясь в непосредственной близости от П.А.Е., схватила его рукой за волосы и нанесла ему неоднократные удары руками по различным частям тела, после этого сдавила шею П.А.Е., высказав в его адрес угрозу убийством, которую П.А.Е. воспринял реально и опасался за свою жизнь, поскольку ФИО2 была агрессивно настроена, находилась вместе с ним в замкнутом пространстве в состоянии опьянения, и высказанная ею угроза убийством носила для П.А.Е. устрашающее воздействие и были сопряжена с конкретными действиями, направленными на её осуществление.

В ходе судебного заседания при рассмотрении дела в суде первой инстанции несовершеннолетним П.А.Е. было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением сторон. Данное ходатайство было поддержано законным представителем несовершеннолетнего К.О.В.

Подсудимая ФИО2 виновной себя в совершении инкриминируемого ей преступления признала полностью, в содеянном раскаялась, не возражала против заявленного ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим, понимая, что прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон является не реабилитирующим основанием.

Мировым судьёй в удовлетворении заявленного потерпевшим ходатайства отказано, постановлен вышеуказанный обвинительный приговор.

Не согласившись с вынесенными мировым судьёй процессуальными решениями, адвокат Гречишкин С.В. обратился в суд с апелляционной жалобой, указав, что выводы суда первой инстанции о невозможности прекращения уголовного дела и уголовного преследования не основаны на законе, вынесенные постановление и приговор подлежат отмене, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; поданное несовершеннолетним потерпевшим заявление о прекращении уголовного дела на основании ст. 25 УПК РФ было согласовано с его законным представителем, которая принесла ему извинения, и которые он принял, то есть имело место примирение сторон. Принесённые извинения были расценены несовершеннолетним потерпевшим как достаточные для заглаживания причинённого преступлением морального вреда, что согласуется с позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 10 постановления Пленума от 26 июня 2013 года № 19 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности». Поскольку судом первой инстанции установлены все обстоятельства для прекращения уголовного дела и уголовного преследования ФИО2, просит приговор и постановление мирового судьи от 13 января 2024 года отменить, уголовное дело в отношении ФИО2 прекратить на основании ст. 25 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Лебедева М.В. настаивает на законности приговора и постановления, поскольку они приняты в соответствии с нормами уголовного и уголовно-процессуального закона, с учётом позиции Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ. Полагает, что прекращение уголовного дела и уголовного преследования ФИО2 не будет соответствовать задачам уголовного производства. Просит вынесенные мировым судьёй постановление и приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании защитник Гречишкин С.В. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объёме, дополнительно пояснив, что при заявлении ходатайства о прекращении уголовного дела имело место свободное волеизъявление несовершеннолетнего П.А.Е., которое было заявлено в присутствии законного представителя, принесённые извинения явились достаточными для заглаживания вреда, в связи с чем препятствий для прекращения уголовного дела не имелось, просил апелляционную жалобу удовлетворить.

Осуждённая ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего А.Е.Н. полагает, что доводы апелляционной жалобы являются необоснованными, поскольку в данном случае с учётом конкретных обстоятельств уголовное дело не может быть прекращено в связи с примирением сторон.

Прокурор Лебедева М.В. поддержала представленные на апелляционную жалобу возражения, указав, что прекращение уголовного дела является правом, а не обязанностью суда; кроме того, прекращение уголовного дела в рассматриваемом случае, в том числе с учётом наличия обстоятельств, отягчающих наказание, не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, целям и задачам уголовного наказания. Просит постановление и приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений прокурора, выслушав стороны, суд не находит оснований для изменения или отмены приговора мирового судьи.

В судебном заседании установлено, что суд первой инстанции убедился в том, что обстоятельства совершения ФИО2 преступления, подлежащие в силу статьи 73 УПК РФ доказыванию по делу, и обвинение, с которым в судебном заседании согласилась осуждённая, обоснованы и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. У суда отсутствовали основания подвергать сомнению предъявленное ФИО2 обвинение.

Так, виновность ФИО2 помимо признания ею своей вины подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами в их совокупности, в том числе:

показаниями несовершеннолетнего П.А.Е., данными на предварительном следствии и оглашёнными в судебном заседании, из которых следует, что его мать ФИО2 била его руками по телу и животу, отчего он испытывал физическую боль, при этом говорила, что убьёт его; данную угрозу он воспринимал реально, так как мама находилась в состоянии алкогольного опьянения и вела себя агрессивно, при этом она повалила его на кровать, схватила двумя руками за шею, прижала его к кровати и стала душить. Ему было страшно, он боялся, что мама его задушит, так как ему было тяжело дышать;

показаниями свидетеля М.Э.А., данными в судебном заседании, согласно которым 30 июля 2024 года около 12:00 её дочь ФИО2 пришла домой в состоянии алкогольного опьянения. Ей (ФИО2) показалось, что С. взял её телефон, поэтому она попросила его отдать его ей. когда она вошла в комнату, то увидела, что С. лежал на кровати спиной, а В. удерживала его руками, при это её руки находились в области его шеи; С. кричал: «Помоги, спаси меня»; после этого она ударила В. шваброй по спине, и та отпустила С.;

показаниями М.Э.А., данными на предварительном следствии и оглашёнными в судебном заседании, из которых следует, что между её дочерью ФИО2 и внуков произошёл конфликт из-за телефона. В ходе конфликта С. спрятался под кроватью, откуда его за волосы вытащила ФИО2, после этого повалила на кровать и начала наносить ему удары по телу, не давая возможности убежать, схватила его обеими руками за шею и стала душить, все свои действия сопровождая словами: «Чтоб ты сдох». С. стал звать на помощь, после этого дочь ослабила хватку. Считает, что С. воспринимал угрозу убийством со стороны матери реально, поскольку она находилась в состоянии алкогольного опьянения, вела себя агрессивно;

заявлением М.Э.А. от 31 июля 2024 года, в котором она просит привлечь к ответственности свою дочь ФИО2 за то, что та 30 июля 2024 года около 23:30 учинила скандал по месту жительства, в ходе которого душила своего несовершеннолетнего сына П.А.Е.

Мировым судьёй верно установлены фактические обстоятельства уголовного дела, дана правильная юридическая оценка действиям ФИО2, которые квалифицированы по части 1 статьи 119 УК РФ.

Выводы судьи, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции, мотивированы, дана надлежащая оценка показаниям несовершеннолетнего потерпевшего П.А.Е. и свидетеля М.Э.А., данными ими в ходе судебного следствия.

Согласно статье 76 УК РФ во взаимосвязи с частью 1 статьи 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», под заглаживанием вреда для целей статьи 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего, перечисленные в пункте 21 названного постановления Пленума.

При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание (пункт 9 постановления Пленума № 19).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

При этом прекращение уголовного дела на основании статьи 25 УПК РФ и статьи 76 УК РФ в силу прямого указания закона является правом, а не обязанностью суда.

Таким образом, в соответствии с уголовно-процессуальным законом суд не обязан принимать решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон даже при наличии всех необходимых условий, предусмотренных статьёй 25 УПК РФ и статьёй 76 УК РФ, в чём и заключается реализация на практике принципа индивидуализации уголовной ответственности виновного за содеянное.

Аналогичные позиции изложены Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 4 июня 2007 года № 519-О-О, в соответствии с которыми по буквальному смыслу действующего уголовно-процессуального законодательства решение вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон зависит от конкретных обстоятельств уголовного дела, исследование и оценка которых является прерогативой судов общей юрисдикции. Рассматривая заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суд не просто констатирует наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимает соответствующее решение с учётом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния, личность обвиняемого, обстоятельства, смягчающие ответственность.

Указанные положения закона, позиции Конституционного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации были учтены мировым судьёй в полной мере.

Решение об отказе в прекращении уголовного дела является справедливым, оно надлежащим образом мотивировано и принято с учётом совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объективной стороны преступления, совершённого матерью в отношении своего малолетнего сына, обстоятельства его совершения.

Суд апелляционной инстанции считает, что конкретные действия, предпринятые ФИО2 для заглаживания причинённого преступлением морального вреда, а именно принесение извинений своему сыну, не может являться той мерой, которая изменила бы степень общественной опасности деяния вследствие принесения таких извинений с учётом конкретных обстоятельств совершения преступления, возраста потерпевшего, наличия обстоятельств, отягчающих наказание.

При назначении ФИО2 наказания суд (с учетом изменений) обосновано учел конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, который не судим, характеризуется положительно, его социальное положение, отсутствие на учете у нарколога и психиатра; обстоятельства, смягчающие наказание: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное возмещение морального вреда, признание вины, раскаяние в содеянном; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции подробно исследованы сведения о личности подсудимого.

Поскольку в силу статьи 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений, мировой судья пришёл к правильному выводу о том, что достижение целей наказания ФИО2 возможно путём назначения наказания в виде обязательных работ.

Таким образом, судом первой инстанции учтены все обстоятельства, влияющие на назначение наказания, оно мотивировано судом, соответствует общим началам назначения наказания, является справедливым и соразмерным содеянному.

Вопросы о мере пресечения, о взыскании процессуальных издержек разрешены мировым судьёй в соответствии с законом.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение принятых постановления об отказе в прекращении уголовного дела и приговора, по делу не установлено, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

постановил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 20 Солецкого судебного района Новгородской области от 13 января 2025 года об отказе в удовлетворении ходатайства несовершеннолетнего потерпевшего П.А.Е. о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, и приговор от 13 января 2025 года в отношении осуждённой ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Гречишкина С.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Третий кассационный суд в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Председательствующий Н.В. Кулёва