Решение № 2А-920/2019 2А-920/2019~М-907/2019 М-907/2019 от 5 декабря 2019 г. по делу № 2А-920/2019

Производство № 2а-920/2019

УИД 57RS0027-01-2019-001336-73


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 декабря 2019 г. г. Орел

Северный районный суд г.Орла в составе:

председательствующего судьи Шуклиной Н.С.,

с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2,

представителя административного ответчика УМВД России по Орловской области ФИО3,

заинтересованного лица инспектора отдела миграционного контроля УВМ УМВД России по Орловской области ФИО4,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фроловой Ю.Ю. и секретарем Щуровой А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Северного районного суда г.Орла административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к УМВД России по Орловской области о признании незаконным решения о депортации,

установил:

ФИО1 изначально обратился с иском отделу миграционного контроля Управления по вопросам миграции Управления министерства внутренних дел России по Орловской области (далее миграционная служба, УВМ УМВД России по Орловской области ) о признании незаконным решения о депортации.

В обоснование исковых требований указал, что 21 октября 2019 г. органом внутренних дел принято решение о его депортации из Российской Федерации, а также в обжалуемом решении указано, что в течение 24 часов после исполнения решения о депортации необходимо оформить представление о неразрешении въезда в Российскую Федерацию сроком на 5 лет.

Решение о депортации мотивировано тем, что он превысил срок пребывания на территории Российской Федерации, и имеется ссылка на то, что он был уведомлен и ему был дан трехдневный срок для добровольного выезда.

С данным решением он не согласен, поскольку ему неясно по каким причинам был сокращен срок пребывания в отличие от общепринятого, а также указывает, что уведомлений о сокращении срока пребывания он не получал.

Кроме того, не был уведомлен об обязательстве выезда из Российской Федерации в течение трех дней.

Указывает, что неоднократно консультировался в миграционной службе, взял перечень документов и занимался оформлением документов для получения разрешения на временное проживание (далее РВП).

21 октября 2019 г. он был приглашен в миграционную службу для продления сроков пребывания на территории Российской Федерации, а в итоге было вынесено решение о его депортации.

Между тем считает, что имеет законные основания для РВП, поскольку является супругом гражданки Российской Федерации ФИО11., являющейся собственницей жилого помещения и постоянно проживающей на территории г.Орла. Его супруга страдает <данные изъяты>, и ей требуется постоянный уход, поскольку других родственников у нее не имеется.

После заключения брака с ФИО8 он сразу начал оформлять документы для РВП: медицинские документы, знание языка, истории и основ законодательства Российской Федерации.

Все документы были получены им 02 октября 2019 г., а медицинские документы только 04 октября 2019 г. Миграционная служба 4,5,6 октября не работала, поэтому он пришел для подачи документов 07 октября 2019 г., т.е. в первый рабочий день после получения документов для оформления РВП, однако, в приеме документов было отказано по причине окончания временной регистрации.

После чего он обратился в миграционную службу для продления регистрации, но получил отказ, поскольку одно продление уже было. После отказа было написано заявление на имя должностного лица миграционной службы, и по итогам рассмотрения вынесено решение о депортации.

Указывает, что принимая решение о депортации должностное лицо исказило нормы права, что привело к вынесению незаконного решения.

Считает неправомерным обжалуемое решение о депортации, поскольку оно свидетельствует о необоснованном вмешательстве со стороны публичных властей в осуществление его прав на уважение личной и семейной жизни.

По указанным доводам просил признать решение о депортации от 21 октября 2019 г. незаконным.

В ходе рассмотрения данного административного дела определением суда от 13 ноября 2019 г. произведена замена ненадлежащего ответчика, и в качестве надлежащего ответчика привлечено Управление министерства внутренних дел России по Орловской области (далее УМВД России по Орловской области), в качестве заинтересованных лиц - УВМ УМВД России по Орловской области и инспектор отдела миграционного контроля УВМ УМВД России по Орловской области ФИО4

В судебном заседании административный истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Представитель административного ответчика УМВД России по Орловской области ФИО3 исковые требования не признала, направила в суд письменные возражения, которые приобщены к материалам дела.

Заинтересованное лицо инспектор отдела миграционного контроля УВМ УМВД России по Орловской области ФИО4 считал требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель заинтересованного лица УВМ УМВД России по Орловской области в суд не явился, извещен своевременно и надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей и исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу пункта 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика обязанность устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, законодатель предусмотрел, что удовлетворение требований, рассматриваемых в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, возможно лишь при наличии одновременно двух обстоятельств: незаконности действий (бездействия) должностного лица (незаконности принятого им или органом постановления) и реального нарушения при этом прав заявителя.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства, одновременно установила, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статьи 2, 55).

Вопросы въезда и выезда иностранных граждан регламентируются Федеральным законом от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (далее Закон N 114-ФЗ).

Статьей 25.10 Закона N 114-ФЗ предусмотрено, что иностранный гражданин или лицо без гражданства, въехавшие на территорию Российской Федерации с нарушением установленных правил, либо не имеющие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, либо утратившие такие документы и не обратившиеся с соответствующим заявлением в территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, либо уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, а равно нарушившие правила транзитного проезда через территорию Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Иностранный гражданин или лицо без гражданства, не покинувшие территорию Российской Федерации в установленный срок, подлежат депортации.

Депортация представляет собой принудительную высылку иностранного гражданина из Российской Федерации в случае утраты или прекращения законных оснований для его дальнейшего пребывания (проживания) в Российской Федерации (абзац 17 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" (далее - Закон N 115-ФЗ).

На основании статьи 31 Закона N 115-ФЗ в случае, если срок проживания или временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации сокращен, данный иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации в течение трех дней (пункт 1).

2. В случае, если разрешение на временное проживание или вид на жительство, выданные иностранному гражданину, аннулированы, данный иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации в течение пятнадцати дней.

3. Иностранный гражданин, не исполнивший обязанность, предусмотренную пунктом 1 или 2 настоящей статьи, подлежит депортации.

4. Депортация иностранных граждан в случаях, предусмотренных настоящей статьей, осуществляется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел или его территориальными органами во взаимодействии с иными федеральными органами исполнительной власти и их территориальными органами в пределах их компетенции.

Порядок депортации иностранных граждан определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел по согласованию с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти.

5. Депортация осуществляется за счет средств депортируемого иностранного гражданина, а в случае отсутствия таких средств либо в случае, если иностранный работник принят на работу с нарушением установленного настоящим Федеральным законом порядка привлечения и использования иностранных работников, - за счет средств пригласившего его органа, дипломатического представительства или консульского учреждения иностранного государства, гражданином которого является депортируемый иностранный гражданин, международной организации либо ее представительства, физического или юридического лица, указанных в статье 16 настоящего Федерального закона.

6. В случае, если установление приглашающей стороны невозможно, мероприятия по депортации являются расходными обязательствами Российской Федерации. Порядок расходования средств на указанные цели определяется Правительством Российской Федерации.

7. Федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел или его территориальный орган направляет информацию о депортации иностранного гражданина в федеральный орган исполнительной власти, ведающий вопросами иностранных дел.

8. Федеральный орган исполнительной власти, ведающий вопросами иностранных дел, уведомляет о депортации иностранного гражданина дипломатическое представительство или консульское учреждение иностранного государства в Российской Федерации, гражданином которого является депортируемый иностранный гражданин.

9. Иностранные граждане, подлежащие депортации, содержатся в специальных учреждениях до исполнения решения о депортации.

9.2. Доставку иностранного гражданина, подлежащего депортации, в специальное учреждение, а в случае необходимости в суд, при наличии медицинских показаний в медицинскую организацию, в дипломатическое представительство или консульское учреждение иностранного государства в Российской Федерации, а также доставку иностранного гражданина, подлежащего депортации, до пункта пропуска через Государственную границу Российской Федерации осуществляет территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

9.3. Помещение иностранного гражданина, подлежащего депортации, в специальное учреждение на срок, не превышающий сорока восьми часов, осуществляется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел или его территориальным органом на основании решения руководителя указанного федерального органа или его заместителя либо руководителя соответствующего территориального органа федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или его заместителя.

9.4. За исключением случая, предусмотренного пунктом 9.3 настоящей статьи, помещение в специальное учреждение иностранных граждан, подлежащих депортации, может осуществляться только на основании решения суда.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 5 Закона N 115-ФЗ срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Пунктом 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 г., и пунктом 3 статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Страсбург 16 сентября 1963 г.), определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

В ходе рассмотрения данного административного дела судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является гражданином Республики Таджикистан и документирован паспортом № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.51).

Статья 25.9 Закона N 114-ФЗ предусматривает, что иностранный гражданин или лицо без гражданства при въезде в Российскую Федерацию обязаны получить и заполнить миграционную карту. Миграционная карта подлежит сдаче (возврату) в пункте пропуска через Государственную границу Российской Федерации при выезде иностранного гражданина или лица без гражданства из Российской Федерации.

Форма миграционной карты, порядок ее использования и порядок финансирования мероприятий по обеспечению миграционными картами устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно миграционной карте, ФИО5 въехал на территорию Российской Федерации с целью работы (л.д.52).

Из уведомления о прибытии ФИО1 следует, что он прибыл в Россию 04 июля 2019 г., принимающей стороной является ФИО8, место проживания: <адрес>, а также указана дата убытия иностранного гражданина – 04 октября 2019 г. (л.д.35-36, 53).

18 апреля 2019 г. ФИО1 въехал на территорию Российской Федерации и встал на миграционный учет 14 мая 2019 г. по адресу: <адрес> до 16 июля 2019 г., т.е. на период 90 суток.

При этом в период с 18 апреля 2019 г. по 16 июля 2019 г. ФИО1 03 июля 2019 г. выехал, а затем 04 июля 2019 г. снова въехал в Россию и 04 июля 2019 г. был поставлен на миграционный учет по адресу: <адрес> сроком до 04 октября 2019 г., т.е. 90 суток (л.д.53,59-66).

30 июля 2019 г. на основании решения инспектора УВМ УМВД России по г.Орлу ФИО1 сокращен срок временного пребывания на территории Российской Федерации до 02 августа 2019 г. (л.д.71).

31 июля 2019 г. уведомление о сокращении срока пребывания в Российской Федерации от 30 июля 2019 г. направлено ФИО1 по адресу: <адрес> вручено адресату 23 августа 2019 г., о чем свидетельствует подпись на почтовом уведомлении (л.д.72-73).

Следует принять во внимание, что, согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 30200037271102 уведомление о сокращении срока пребывания от 30 июля 2019 г. прибыло в место вручения - 01 августа 2019 г., а 02 августа 2019 г. указано «неудачная попытка вручения» (л.д.74).

С учетом изложенного, доводы истца относительно того, что он не получал данное уведомление, суд признает необоснованными.

Кроме того, не могут быть приняты во внимание пояснения истца относительно того, что на миграционной карте и уведомлении о вручении, а также иных документах содержится не его подпись, поскольку от предложенного судом назначения почерковедческой экспертизы истец отказался.

21 октября 2019 г. инспектором отдела миграционного контроля УВМ УМВД России по Орловской области ФИО4 вынесено решение о депортации ФИО1, которое утверждено временно исполняющим обязанности начальника УМВД России по Орловской области, и согласно расписке от 23 октября 2019 г., лично получено истцом (л.д.78-79).

Являются также несостоятельными доводы искового заявления о том, что 04 октября 2019 г. ФИО1 не имел возможности обратиться в миграционную службу с заявлением о продлении срока пребывания, поскольку это был выходной день.

Как следует из ответа УМВД России по Орловской области от 02 декабря 2019 г. нерабочими днями миграционной службы являлись – 05 октября 2019 г. и 06 октября 2019 г., а 04 октября 2019 г. являлся рабочим днем (л.д.105).

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 нарушен режим пребывания на территории Российской Федерации.

По информации, предоставленной миграционной службой ФИО1 находился на территории России в 2014 и 2015 г.г. и совершил административное правонарушение, за что привлечен к административной ответственности по ст.20.20 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В рассматриваемом случае следует принять во внимание, что на основании решения Заводского районного суда г.Орла от 23 октября 2019 г. по иску УМВД России по Орловской области о помещении ФИО1 в Центр временного содержания иностранных граждан до исполнения решения о депортации в удовлетворении иска было отказано, поскольку как следует из текста судебного акта, ФИО1 пояснил суду, что готов самостоятельно покинуть территорию Российской Федерации (л.д.43-47).

Кроме того, в материалах имеется расписка ФИО1 от 23 октября 2019 г., данная Заводскому районному суду г.Орла в том, что он обязуется покинуть территорию Российской Федерации в десятидневный срок (л.д.81).

Проверяя доводы истца о том, что решением о депортации нарушены его права на уважение личной и семейной жизни, суд установил, что 26 сентября 2019 г. ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., заключил брак с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (л.д.56), которая является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, на основании договора купли – продажи от 30 мая 2019 г. (л.д.82-86).

Допрошенные судом в качестве свидетелей ФИО8 и ее подруга ФИО9 сообщили суду, что семейные отношения у ФИО8 с ФИО1 сложились еще в 2017 году, поэтому они решили зарегистрировать брак и проживать совместно. Кроме того, ФИО8 имеет <данные изъяты>, а ФИО1 осуществляет за ней уход, поскольку иных родственников у нее не имеется.

Однако, суд критически относится к показаниям указанных свидетелей, ввиду того, что они заинтересованы в исходе дела, и их показания противоречат письменным доказательствам, представленным суду.

Так в объяснениях, данных сотрудникам миграционной службы УМВД России по Орловской области от 22 октября 2019 г., ФИО1 и ФИО8 сообщили, что они заключили брак с целью получения административным истцом РВП (л.д.57-58).

Необходимо отметить, что брак между ФИО1 и ФИО8 в действительности заключен до того, как административным истцом получены документы для оформления РВП: медицинское заключение от 01 октября 2019 г.; сертификат о владении русским языком от 02 октября 2019 г.; справка на ВИЧ от 03 октября 2019 г. (л.д.16-22), а также уже после принятия решения о сокращении срока временного пребывания ФИО1 на территории Российской Федерации от 31 июля 2019 г.

При таких обстоятельствах, учитывая также разницу в возрасте ФИО1 и ФИО8, и принимая во внимание письменные доказательства, в том числе <данные изъяты> ФИО8 (л.д.15) судом установлено, что заключение брака указанных лиц носило формальный характер.

В соответствии со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

На основании части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 5 марта 2014 года N 628-О, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности.

Само по себе наличие родственников у иностранного гражданина, проживающего в Российской Федерации, не влечет в безусловном порядке признание принудительных мер в сфере миграционной политики, принятых в отношении него, нарушающими право на уважение его личной и семейной жизни, поскольку такие меры направлены на защиту интересов государства через принятие соответствующих мер органами государственной власти в отношении указанного лица, пребывающего в Российской Федерации и нарушающего порядок пребывания.

Пребывая в Российской Федерации, ФИО1 лояльности к правопорядку Российской Федерации не проявлял и законы Российской Федерации не соблюдал, а в 2015 году совершил административное правонарушение.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку наличие родственных связей в Российской Федерации у ФИО1 не влечет в безусловном порядке признания решения о депортации незаконным и нарушающими его право на уважение личной и семейной жизни, поскольку обжалуемый акт принят на основании законодательства Российской Федерации, и не может быть поставлен в зависимость от семейных связей административного истца и его нежелания покидать страну.

Таким образом, оспариваемое решение о депортации ФИО1 является законным и принято в интересах национальной безопасности и обеспечения общественного порядка, исходя из приоритета публичных интересов над частными.

Руководствуясь статьями 175, 177-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к УМВД России по Орловской области о признании незаконным решения о депортации от 21 октября 2019 г. отказать.

Мотивированный текст решения изготовлен 16 декабря 2019 г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Северный районный суд г.Орла в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Н.С. Шуклина