Апелляционное определение № 33-11291/2025 33-305/2026 от 20 января 2026 г.

34RS0004-01-2024-003857-10

Судья Гужвинский С.П. дело № 33-305/2026 (33-11291/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г. г. Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе

председательствующего судьи Малышевой И.А.,

судей Козлова И.И., Трусовой В.Ю.,

при помощнике судьи Князевой Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-52/25 по иску ФИО1 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Самая транспортная компания» об оспаривании договора аренды автомобиля, о взыскании ущерба и судебных расходов

по апелляционным жалобам ФИО1 и ФИО2

на решение Красноармейского районного суда г. Волгограда от 25 июня 2025 г.,

заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Козлова И.И.,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивированным тем, что 7 июня 2024 г. по вине ФИО2, управлявшего автомобилем <.......>, принадлежащим ООО «СТК», произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором автомобилю истца <.......> были причинены повреждения, стоимость устранения которых составляет <.......> Гражданская ответственность владельца транспортного средства <.......> не была застрахована.

По изложенным основаниям, настаивая на том, что между ответчиками сложились трудовые отношения, а подписанный между ними договор аренды транспортного средства носит притворный характер, просила, с учетом уточнений исковых требований, признать договор аренды автомобиля от 20 мая 2024 г. № <...> между ООО «СТК» и ФИО2 незаключённым и недействительным, взыскать солидарно с ответчиков сумму ущерба в размере 1257 200 руб.

Решением Красноармейского районного суда г. Волгограда от 25 июня 2025 г. иск ФИО1 удовлетворен частично.

С ФИО2 в пользу ФИО1 в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскано 984200 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, удовлетворить ее исковые требования за счет ответчика ООО «СТК». Ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, истец настаивает на том, что между ответчиками сложились трудовые отношения, а представленный в материалы дела договор аренды является недействительным.

В апелляционной жалобе ФИО2 также просит отменить решение суда и удовлетворить исковые требования к ООО «СТК». Полагает, что ООО «СТК» не имело право передавать в аренду автомобиль, в отношении которого не был заключен договор ОСАГО. Кроме того, полагает, что размер взысканного ущерба завышен.

В письменных возражениях представитель ООО «СТК» по доверенности ФИО3 просит оставить решение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО4 поддержал доводы и требования жалобы. Настаивал на том, что заключенный между сторонами договор аренды автомобиля является недействительным, в связи с чем законным владельцем транспортного средства, при управлении которым был причинен заявленный вред, а следовательно, и надлежащим ответчиком по делу является ООО «СТК».

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО5 поддержал доводы и требования жалобы своего заявителя. Полагая, как и истец, что ООО «СТК» является надлежащим ответчиком по заявленным требованиям, также указал на несправедливость взыскания стоимости ремонта, рассчитанной без учета износа деталей.

Представитель ответчика ООО «СТК» по доверенности ФИО6 полагал решение суда законным, обоснованным и не подлежащим отмене или изменению по доводам жалоб.

В судебное заседание иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте его проведения, не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не просили, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения участников судебного заседания, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив указанные доводы, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

К основным положениям гражданского законодательства относится статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ), позволяющая лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

В силу закрепленного в статье 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине.

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильно действующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из указанных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Статьей 648 названного кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса.

Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 ГК РФ, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможности его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства.

Судом апелляционной инстанции установлено, что 7 июня 2024 г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <.......>, государственный регистрационный номер № <...>, под управлением ответчика ФИО2, и принадлежащего истцу ФИО1 автомобиля <.......>, государственный регистрационный номер № <...>, под управлением ФИО7

Согласно административному материалу, а также заключению эксперта № 170/06-2025 ООО «НЭУ Истина», выводы которого ответчиками не опровергнуты, указанное дорожно-транспортное происшествие, в котором транспортному средству <.......> были причинены повреждения, произошло по вине водителя ФИО2

Также согласно названному заключению эксперта рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <.......>, необходимого после дорожно-транспортного происшествия от 7 июня 2024 г., составляет без учета износа деталей, подлежащих замене, <.......>, с учетом износа деталей – <.......>

Гражданская ответственность владельца транспортного средства <.......> не была застрахована.

На момент дорожно-транспортного средства ООО «СТК» являлось лизингополучателем автомобиля <.......>

В качестве основания передачи транспортного средства <.......> в управление ФИО2 ООО «СТК» представило договор аренды названного автомобиля от 20 мая 2024 г. № <...>

В соответствии с условиями договора арендатор обязан уплачивать арендную плату арендодателю на расчетный счет или в кассу арендодателя, а также застраховать автомобиль по договору ОСАГО на текущий год или период действия договора (пункты 2.2.4, 2.2.5).

Арендатор самостоятельно и за свой счет несет ответственность за ущерб, нанесенный жизни, здоровью и имуществу третьих лиц в результате эксплуатации арендованного автомобиля, его механизмами, устройствами и оборудованием (пункт 2.2.14).

Установив аналогичные обстоятельства, суд первой инстанции, не усмотрев оснований для признания договора аренды незаключенным или недействительным, пришел к выводу о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем автомобиля <.......> являлся его арендатор ФИО2, не застраховавший свою гражданскую ответственность, в связи с чем взыскал с указанного ответчика установленную по результатам судебной автотехнической экспертизы необходимую стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца, рассчитанную без учета износа деталей, подлежащих замене, в размере 984200 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда и находит доводы апелляционной жалобы истца несостоятельными к отмене или изменению обжалуемого судебного постановления.

Как и суд первой инстанции, судебная коллегия не усматривает оснований для признания договора аренды незаключенным.

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем его существенным условиям.

Все существенные условия в договоре аренды от 20 мая 2024 г. № <...> отражены: идентифицировано транспортное средство, установлен размер арендной платы.

Нарушение (невыполнение) арендатором условий договора, устанавливающих запрет на использование автомобиля в коммерческих целях, в том числе в качестве такси (пункт 1.3) и обязанность зарегистрироваться в качестве самозанятого, не влияют на факт согласования предмета аренды или реальность передачи имущества.

Также, по мнению судебной коллегии, отсутствуют основания для признания договора аренды недействительным, в том числе по основаниям мнимости или притворности.

Так, из обстоятельств дела усматривается, что сторонами договора аренды реализована цель сделки: автомобиль передан арендатору ФИО2, который управлял им в момент дорожно-транспортного происшествия.

То обстоятельство, что спорный автомобиль был передан в аренду ответчиком ООО «СТК» с нарушением условий договора лизинга (без согласования с лизингодателем ООО «Балтийский лизинг»), не влечет признания договора аренды недействительным по требованию истца ФИО1, не являющейся участником лизинговых правоотношений.

Более того, в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции ООО «Балтийский лизинг» прямо указало на отсутствие у него каких-либо претензий к ООО «СТК» в связи передачей предмета лизинга в субаренду без получения его предварительного согласия, то есть фактически осуществило последующее согласие (одобрение) на совершение спорной сделки между ответчиками.

Признаки того, что договор аренды подписан с целью прикрыть другую сделку либо трудовые отношения сторон, также не установлены.

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения характеризуются личным выполнением работником трудовой функции под управлением и контролем работодателя, подчинением правилам внутреннего трудового распорядка.

Вместе с тем, в судебном заседании суда апелляционной инстанции 17 декабря 2025 г. ответчик ФИО2 пояснил, что, беря в аренду автомобиль, он намеревался использовать его в качестве такси для извлечения прибыли. В период пользования автомобилем ООО «СТК» (его представители) не осуществляло контроль за графиком его работы, не давало ему конкретных заданий по перевозке пассажиров и не выплачивало заработную плату. Напротив, единственным существенным условием использования автомобиля являлось исполнение обязанности по внесению арендной платы, которая осуществлялась им с использованием приложения, установленного в телефоне.

Таким образом, в рассматриваемой ситуации использование автомобиля в качестве такси не свидетельствует о наличии трудовых отношений между ООО «СТК» и ФИО2, поскольку последний осуществлял коммерческую деятельность самостоятельно.

Объяснения ФИО2 о том, что он в безналичном порядке вносил арендную плату за автомобиль подтверждаются представленными ООО «СТК» документами, принятыми и исследованными судебной коллегией в качестве дополнительных (новых) доказательств, необходимых для проверки доводов жалоб и установления юридически значимых доказательств.

Так, письменными доказательствами подтверждено, что сбор платежей с арендаторов автомобилей осуществляется ООО «СТК» через платежного оператора ИП У.С.Д., использующего для этих целей программные продукты «1С Бухгалтерия 8 ПРОФ» и «Элемент». Правообладатель программного продукта «Элемент», устанавливаемого в качестве приложения на мобильный телефон плательщика, подтвердил, что 2, 6 и 9 июня 2024 г. пользователь ФИО2 с использованием приложения осуществил платежи в пользу ИП У.С.Д., который, в свою очередь, вместе с другими платежами от иных пользователей перечислил их на расчетный счет ООО «СТК».

Таким образом, оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ собранные в ходе судебного разбирательства доказательства, судебная коллегия полагает установленным, что между ответчиками сложились исключительно арендные отношения по использованию автомобиля <.......>, в рамках которых законным владельцем транспортного средства, а следовательно, и надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является ФИО2

Доводы жалобы ФИО2 о вине ООО «СТК», не обеспечившего страхование гражданской ответственности владельца автомобиля <.......>, судебной коллегией отклоняются.

Как установлено выше, в соответствии с условиями пункта 2.2.5 договора аренды, согласующимися с положениями статьи 646 ГК РФ, данная обязанность была возложена на ФИО2, как арендатора транспортного средства.

Следовательно, именно ФИО2, как законный владелец арендованного автомобиля, несет ответственность за ущерб, причиненный при эксплуатации транспортного средства, а также риски, связанные с неисполнением обязанности по страхованию своей гражданской ответственности.

Доводы ответчика о том, что при решении вопроса о размере возмещения необходимо учитывать износ деталей автомобиля истца, подлежащих замене в ходе ремонта, противоречат правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П.

Как указано в названном постановлении, по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Аналогичный подход отражен в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 13 которого указано, что, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Доказательств того, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ устранения повреждений, полученных автомобилем истца в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, ответчиком не представлено.

Непривлечение ООО «Яндекс.Такси» к участию в деле не свидетельствует о существенном нарушении судом норм процессуального права и не является основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, установленных главой 39 ГПК РФ, поскольку решением суда не разрешался вопрос о правах и об обязанностях указанного лица, оно не лишено прав, не ограничено в правах, на него не возложены обязательства.

Иных доводов, ставящих под сомнение законность или обоснованность решения суда, апелляционные жалобы не содержат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Красноармейского районного суда г. Волгограда от 25 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Дата изготовления мотивированного апелляционного определения - 30 января 2026 г.

Председательствующий судья

Судьи