Апелляционное определение № 33-1334/2026 от 6 апреля 2026 г.

Председательствующий по делусудья ФИО1

Дело № 33-1334/2026(дело в суде 1 инст. № 2-3322/2025)УИД 75RS0001-02-2025-003894-66


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Слепцова И.В.

судей краевого суда Погореловой Е.А., Казакевич Ю.А.

с участием прокурора Валишина В.В.

при секретаре Ваулиной Ю.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 7 апреля 2026 г. гражданское дело по иску К.В.В. к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Забайкальская краевая клиническая больница», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, Министерству здравоохранения Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе Государственному автономному учреждению здравоохранения «Забайкальская краевая клиническая больница»

на решение Центрального районного суда г. Читы от 23 декабря 2025 г.

Заслушав доклад судьи Погореловой Е.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

К.В.В. 9 июня 2025 г. обратилась в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на некачественное оказание медицинской помощи её отцу С,В,Г,, <Дата> года рождения приведшее к его смерти. При этом указала, что 13 июня 2023 г. по факту смерти С,В,Г, третьим отделом по расследованию особо важных дел СУ СК России по Забайкальскому краю было возбуждено уголовное дело № 12302760024000066 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Следствием установлено, что 6 апреля 2023 г. в 15:48 бригадой скорой медицинской помощи С,В,Г, был доставлен в ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» с закрытой черепно-мозговой травмой. Несмотря на полученные сведения от сопровождающих лиц о получении С,В,Г, травмы в результате падения в дробильный барабан на производственном предприятии, жалобы С,В,Г, на отсутствие чувствительности конечностей, наличие осаднений кожных покровов лобной, височных областей, свидетельствующих о получении травмы, врачи приемного покоя Государственного автономного учреждения здравоохранения «Забайкальская краевая клиническая больница» (далее по тексту ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница») не диагностировали закрытую тяжелую позвоночно-спинальную травму, своевременно не оказали специализированную медицинскую помощь по профилю нейрохирургия. В тот же день в 22:10 ФИО2 из ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» был доставлен в дежурный стационар ЧУЗ «РЖД Медицина г. Чита», где ему диагностирована закрытая, осложнённая позвоночно-спинальная травма, антелистез L-3, L-4, L-5, закрытый перелом шейных позвонков, спинальный шок, в связи с чем в 23:06 ФИО2 из ЧУЗ «РЖД Медицина г. Чита» доставлен и госпитализирован в ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница», где ему была оказана специализированная медицинская помощь по профилю нейрохирургия. <Дата> в 01:30 С,В,Г, скончался от отека спинного и головного мозга, резвившегося вследствие закрытой тяжелой позвоночно-спинальной травмы. Проведенной в рамках уголовного дела ГУЗ «Забайкальское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» комиссионной судебно-медицинской экспертизой было установлено, что между дефектами оказания медицинской помощи при первичном обращении ФИО2 в приемное отделение ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в 15:48 6 апреля 2023 г. и усилением тяжести неврологических нарушений, синдромом частичного нарушения проводимости спинного мозга, который прогрессировал до синдрома полного поперечного поражения спинного мозга, имеется причинно-следственная связь. Эксперты пришли к выводу о том, что при своевременном и правильном лечении ФИО2 сохранить жизнь и частично функции нервной системы было возможно. Министерством здравоохранения Забайкальского края при проверке ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» подведомственной медицинской организации, было установлено, что при оказании специализированной медицинской помощи ФИО2 были допущены нарушения (Акт № 105/2023 от 30 июня 2023 г.). Ссылаясь на вышеприведенные обстоятельства, ФИО3 просила взыскать с ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 руб. При недостаточности имущества ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» субсидиарную ответственность возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.

Определениями суда от 22 июля, 18 ноября 2025 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Забайкальского края, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Читинская фабрика нерудных материалов», ЧУЗ «Краевая больница «РЖД-Медицина», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», ФИО4, для дачи заключения привлечен прокурор Центрального района г. Читы.

Решением Центрального районного суда г. Читы от 23 декабря 2025 г. требования К.В.В. удовлетворены частично. С ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в пользу К.В.В. взыскана компенсации морального вреда в размере 2000000 руб. При недостаточности имущества у ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» субсидиарная ответственность по обязательствам возложена на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, Министерство здравоохранения Забайкальского края. С ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в бюджет городского округа «Город Чита» взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

С решением суда не согласилась ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница», в апелляционной жалобе директор Цыремпилон Б-Ц.В. просит решение суда отменить или изменить размер взысканной в пользу К.В.В. компенсации морального вреда, снизив его с учетом принципа разумности и справедливости. Выражая несогласие с решением суда, ссылается на показания К.В.В. от 25 августа 2025 г., данные в судебном заседании из которых следует, что ФИО5 работал в ООО «Читинская фабрика нерудных металлов», где периодически оставался ночевать и мог употреблять спиртные напитки. В судебном заседании 23 декабря 2025 г. истица также поясняла, что с 18 лет проживала и обеспечивала себя самостоятельно, отец материально не помогал. ФИО5 проживал со своей сожительницей, с которой истица никогда не общалась, а с отцом в основном общалась по телефону, к нему в гости не приезжала, но отец мог приехать к ней в праздничные дни. Последний раз они виделись в новогодние праздники, то есть более 4 месяцев назад. К.В.В. не представлены доказательства и судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что истец испытала физические и нравственные страдания в связи со смертью отца, что предполагает, в том числе, и выяснение характера их взаимоотношений - тесных родственных связей, ведение общего быта, характер и степень их участия в жизни друг друга, при том, что истец с отцом постоянно проживали в разных населенных пунктах, и соответственно степени причиненных страданий в связи со смертью близкого родственника. Истица также не поясняла, в чем именно выражались ее моральные страдания. Кроме того, судом не учтено, что травмы не совместимые с жизнью С,В,Г, получил при падении в камнедробилку. При данном виде повреждений - высокая спинальная травма и проведенном в экстренном порядке при поступлении оперативном лечении, благоприятный результат был бы маловероятен, поскольку всегда имеет место восходящий отек спинного мозга с переходом на ствол головного мозга, где находятся жизненно-важные центры (дыхание, сердечная деятельность), что практически всегда является причиной смерти. При отсутствии алкогольной интоксикации у С,В,Г, при данном виде повреждения нарушение функций жизненно важных органов и летальный исход, вероятнее всего наступил бы во время получения данной травмы. Данные обстоятельства установлены 18 ноября 2025 г. в ходе допроса врача ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» ФИО6 Учитывая, что на момент поступления в ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» С,В,Г, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, продуктивный контакт с ним был не возможен, ссадины и гематомы были только на лице и медицинскому работнику, осматривавшему пострадавшего, не был известен характер и обстоятельства получения им травмы. Считает, что определённый судом размер компенсации морального вреда не согласуется с характером допущенных при оказании медицинской помощи С,В,Г, дефектов, характером причинно-следственной связи между допущенными дефектами и наступившими последствиями, со степенью тяжести перенесенных истцом страданий, а также с принципами разумности и справедливости.

Министерство здравоохранения Забайкальского края, Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, ООО «Читинская фабрика не рудных материалов», ЧУЗ «Краевая больница РЖД – Медицина», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», ФИО7, будучи извещенными о времени и месте апелляционного рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в судебное заседание не явились, своих представителей не направили, о причинах неявки не сообщили, об отложении дела не просили.

В связи с изложенным, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание участвующих в деле лиц на основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Проверив законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, изучив материалы дела, выслушав представителя ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» ФИО8, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, истца К.В.В., ФИО4 возражавших против доводов жалобы, заключение прокурора Валишина В.В. об обоснованности доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии со статьями 37, 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» Министерством здравоохранения Российской Федерации издаются соответствующие приказы об утверждении стандарта медицинской помощи при соответствующих заболеваниях.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред, юридически значимыми обстоятельствами являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Пунктом 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого гражданина, другими близкими ему людьми.

Как установлено судом и следует из материалов дела, К.В.В. является дочерью умершего <Дата> в ГУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» С,В,Г,

Решением Читинского районного суда Забайкальского края от 20 мая 2025г. по гражданскому делу № 2-630/2025 установлен факт несчастного случая на производстве со смертельным исходом, произошедшего с С,В,Г, в период исполнения трудовых обязанностей в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов». С ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» в пользу ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 руб. (т. 1 л.д. 203-208).

Из заключения эксперта № 450 (Экспертиза трупа) ГУЗ «Забайкальское краевое бюро СМЭ» от 18 апреля 2025 г. следует, что смерть С,В,Г, наступила в результате отека спинного и головного мозга, развившегося вследствие закрытой позвоночно-спинальной травмы: Полный симметричный сцепившийся вывих 3-го шейного позвонка, перелом дуг 3,4,5 шейных позвонков. Ушиб-сдавление спинного мозга. Тетраплегия. Тазовые нарушения. Указанные повреждения образовались незадолго до поступления в стационар, и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Данное повреждение состоит в прямой причинной связи со смертью. Также у С,В,Г, обнаружен перелом 7-го ребра слева по среднеключичной линии разгибательного характера, кровоизлияния в мягкие ткани в проекции перелома, который мог образоваться в результате ударного воздействия тупого твердого предмета, что повлекло бы за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести. Рана на поверхности левого бедра в средней трети с осадненными концами 1 шт., о механизме образования которой высказаться не возможно, которая повлекла бы за собой кратковременное расстройство здоровья на срок не более трех недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью. Также у С,В,Г, обнаружены ссадины в лобной области справа 1 шт., на границе роста волос справа 1 шт., у наружного угла правого глаза 2 шт., в правой щёчно-скловой области 1 шт., в левой щёчно-скловой области 1 шт., на передней поверхности бедра в средней трети 3 шт., на передней поверхности бедра в средней трети 1 шт., которые квалифицируется как повреждения, не причинивши вред здоровью (Приказ Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения здоровья тяжести вреда, причиненного здоровью человека», Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 № 522.

Согласно заключению эксперта основной диагноз ФИО2: Закрытая тяжелая позвоночно-спинальная травма. Полный симметричный сцепившийся вывих 3-го шейного позвонка, перелом дуг 3,4,5 шейных позвонков. Ушиб-сдавление спинного мозга. Тетраплегия. Тазовые нарушения. Остеохондроз позвоночника II-III период. Деформирующий спондилез. Спондилоартроз (согласно данным медицинской карты №15212 стационарного больного из ГУЗ ККБ). Осложнения: Отёк набухание головного мозга. Восходящий отёк спинного мозга. Гипостатическая пневмония инижнедолевая.

Сопутствующий: Хронический гепатит смешанного генеза (алкогольный, на фоне ХВГС), средний биохимической активности, неуточненная стадия фиброза. Хроническая алкогольная интоксикация. Рвано-ушибленная рана задней поверхности левого бедра (согласно данным медицинской карты №15212 стационарного больного из ГУЗ ККБ). Перелом 7-го ребра слева по средне-ключичной линии разгибательного характера, кровоизлияния в мягкие ткани в проекции перелома. Выписано окончательное врачебное свидетельство о смерти от 20 апреля 2023 г. № 76/230232626 в котором указан диагноз:1) отёк головного мозга G93.6, сотрясение шейного отдела спинного мозга S14.0, травма, вызванная тупым предметом с неопределенными намерениями, в неуточненном месте Y29.9, 2) Рана открытая бедра S71.1. (т. 1 л.д. 28-33).

Постановлением от 13 июня 2023 г. по факту причинения смерти по неосторожности С,В,Г, было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленных лиц (т.1 л.д. 53-54).

13 декабря 2024 г. вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях врачей ГУЗ «ККБ» ФИО7, ФИО11, ФИО12 признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 92-101).

Из материалов уголовного дела, следует, что в 15:01 в Скорую медицинскую помощь поступил вывоз, в 15:20 бригада прибыла по адресу: <адрес>, мкр. <адрес><адрес> для оказания экстренной помощи С,В,Г,, <Дата> года рождения. В результате несчастного случая у С,В,Г, диагностированы сотрясение головного мозга, ЗЧМТ и СГМ под вопросом, осаднение кожных покровов лобной, височных областях, факт употребления алкоголя от 6 апреля 2023 г. Общее состояние – удовлетворительное, сознание ясное, положение активное, поведение спокойное, контактен. Доставлен в ГУЗ «ККБ» в 15:51.

В приемно-диагностическом отделении ГУЗ «Краевая клиническая больница» С,В,Г, обследован 6 апреля 2023 г. в 15:48, направлен в 17:32 в дежурную больницу ЧУЗ «КБ РЖД-Медицина» г. Читы с диагнозом закрытая травма живота, грудной клетки, гортани. Согласно листу «Консультация нейрохирурга» врача ФИО7 от 6 апреля 2023 г. в 16:25 С,В,Г, поступил с жалобами на боль, затрудненное дыхание, указано, что собрать анамнез невозможно из-за выраженного алкогольного опьянения. Согласно сопроводительной документации – упал в лесу, со слов сопровождающих – попал в дробильную машину. Общее состояние оценено как удовлетворительное. Описан результат проведенного МСКТ головного мозга, Rо-грамма ОГК. Выставлен диагноз: ушибы и ссадины лица. Травма живота? Травма грудной клетки? Травма гортани? Рекомендована консультация хирурга и лор врача в дежурном стационаре. Согласно КТ позвоночника от 6 апреля 2023 г. – остеохондроз, спондилоартроз, антеспондилолистезL5, ретроспондилолистезL3. Согласно рентгенографии легких от 6 апреля 2023 г. – без патологии. Согласно КТ головы от 6 апреля 2023 г. – без патологических изменений.

Согласно листу регистрации оказания экстренной, неотложной медицинской помощи в приемном отделении ЧУЗ «КБ РЖД-Медицина» г. Читы, ФИО2 обратился 6 апреля 2023 г. в 19:25. Ему проведены обследования: кардиограмма в 22:17, 22:24, осмотрен реаниматологом в 22:10, осмотрен оториноларингологом, проведено УЗИ брюшной полости (по экстренным показаниям), проведена фиброларингоскопия в 20:32. Согласно рентгенограмме грудного отдела позвоночника от 6 апреля 2023 г., грудной отдел позвоночника без костно-травматической патологии. С-образный левосторонний сколиоз. Согласно рентгенограмме поясничного отдела позвоночника признаки спондилолистезаL3, L5. По рентген картине нельзя исключить перелом остистого позвонка L5. Согласно справке травматолога, диагноз ФИО2 – закрытая осложненная позвоночно-спинномозговая травма. АнтелистезL3, L4, L5. Закрытый перелом шейных позвонков? Спинальный шок. ФИО2 направлен повторно в ГУЗ «ККБ» г. Читы с реанимационной бригадой СМП.

Из карты обследования в приемно-диагностическом отделении ГУЗ «Краевая клиническая больница» следует, что ФИО2 обследован 6 апреля 2023 г. в 23:06, госпитализирован в отделение анестезиологии-реанимации нейрохирургического отделения.

<Дата> в 01:30 С,В,Г, умер в ГУЗ «Краевая клиническая больница» г. Читы.

По заключению экспертизы качества медицинской помощи ГК «Забайкалмедстрах» от 16 июня 2023 г. № 375000123283, при проверке оказания медицинской помощи в ГУЗ «Краевая клиническая больница» выявлены нарушения (дефекты) оказания медицинской помощи: отсутствует в осмотре врача нейрохирурга описание соматического статуса, оценка витальных функций, описание локального статуса, диагноз не соответствует классификации. Установлено ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица, согласно приказу Минздрава России от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия» (т. 1 л.д. 90-91).

Согласно акта проверки Минздрава Забайкальского края медицинской организации/аптечной организации № 105/2023 от 30 июня 2023 г., при оказании специализированной медицинской помощи ФИО2 в ГУЗ «Краевая клиническая больница» выявлены нарушения: Клинических рекомендаций по лечению острой осложненной и неосложненной травмы позвоночника у взрослых от 20 сентября 2013 г., а именно недооценка анамнестических данных (обстоятельств полученной травмы «со слов сопровождающих травму получил при попадании в дробильную машину») при первичном обращении. Нарушения Клинических рекомендаций «Острая интоксикация психоактивными веществами», 2020год: не проведено токсикологическое исследование крови и мочи на содержание этанола и суррогатов алкоголя, не описаны клинические признаки алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта, гиперемия лица, дизартрия ит.д.). Нарушен Приказа Минздрава России от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а именно п.2.2. критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара - при первичном осмотре указана степень нарушения сознания по ШКГ 13 баллов на фоне выраженного алкогольного опьянения, что соответствует глубокому оглушению по классификации ФИО13 (характеризуется дезориентацией во времени и пространстве при «пробуждении», односложными ответами на вопросы, замедленным выполнением простейших команд, «засыпанием при прекращении словесного контакта»), далее в первичном осмотре карты стационарного больного указывается, что при первичном обращении «отсутствовал хоть сколько-нибудь продуктивный контакт е пациентом».

По мнению эксперта по профилю «Нейрохирургия» отсутствие жалоб пациента на боль в шейном отделе позвоночника, а также «маскировка» клиники пареза в конечностях могли быть обусловлены как наличием тяжелого алкогольного опьянения (атаксия, мышечная атония, дизартрия, угнетение сознания), так и явлениями временной травматической декомпрессии спинного мозга за счёт переломов дуг СЗ, С4, С5с последующим его отёком и развитием клинических проявлений. Вышеперечисленные аспекты в частности и в сочетании могли быть причиной диагностического дефекта, не повлиявшего на исход заболевания.

Профессиональная подготовка специалистов ГУЗ «ККБ» соответствует установленным требованиям и занимаемой должности (т.1 л.д. 85-89).

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы № В-39/24, проведенной в рамках расследования уголовного дела, ГУЗ «Забайкальское краевое бюро СМЭ», порядок, качество и тактика оказания помощи пациенту ФИО2 нарушены при первичном обращении в приемное отделение ГУЗ Краевая клиническая больница в 15:48 6 апреля 2023г. Эксперты пришли к выводу о том, что был выбран неверный план обследования пациента с нестабильной травмой шейного отдела позвоночника и спинного мозга, вывихом и переломом шейных позвонков с нарушением функций спинного мозга, который привел к принципиальной ошибке в диагнозе. Как следствие диагностической ошибки, была избрана неверная тактика: отказ от использования иммобилизации ШОП, отказ в госпитализации в стационар ГУЗ «Краевая клиническая больница», являющийся травмоцентром первого уровня, осуществлена транспортировка в другое лечебное учреждение без соблюдения щадящего режима и без профилактики вторичного смещения позвонков. Диагностика у пациента ФИО2 позвоночно-спинномозговой травмы при первичном обращении в ГУЗ «Краевая клиническая больница» была возможна при соблюдении клинических рекомендации и базовых принципов ургентной нейрохирургии. Пациенту следовало выполнить обследование - КТ ШОП, которое позволяло установить правильный диагноз, что в итоге и произошло при повторном пребывании пациента в приемном отделении ГУЗ «Краевая клиническая больница». Все требуемые и показанные диагностические и лечебные мероприятия на этапе «ЧУЗ РЖД Медицина г. Чита» 6 апреля 2023 г. были проведены своевременно и в объеме соответствовавшим клинической картине и состоянию пациента. На этапе оказания медицинской помощи ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» дефектов обследования, оказания медицинской помощи ФИО2 не выявлено. Медицинская помощь нейрохирургами и другими специалистами ГУЗ «Краевая клиническая больница» после госпитализации пациента ФИО2 при повторном обращении 6 апреля 2023 г. в 23:06 была оказана в полном возможном объеме.

Вероятность сохранения жизни ФИО2 при своевременной и правильной диагностике и тактике лечения была бы достаточно высокой, учитывая частичное сохранение двигательной функции при первичном обращении. На этане оказания медицинской помощи ГУЗ «Краевая клиническая больница» при первичном обращении в приемное отделение в 15:48 6 апреля 2023 г. с подозрением на сотрясение головного мозга и фактом травмы во время падения с высоты и в дробильную машину выявлены следующие дефекты оказания помощи: нарушены базовые принципы нейрохирургии «Любой пациент с подозрением на травму позвоночника, в том числе после падения с высоты должен быть иммобилизован на месте обнаружения и во время транспортировки, у пациента предполагается наличие повреждения позвоночника, пока не будет доказано обратное» /Руководство для врачей «Нейрохирургия и нейрореаниматология» /под ред.академика РАПН профессора ФИО14 – Москва, 2018г., стр.292. - И требования действующих клинических рекомендаций «Любой пациент с ЧМТ должен быть обследован как пациент с травмой, требующей хирургического вмешательства. Таким образом, первичная триада оценки включает в себя определение проходимости дыхательных путей, функции дыхания и кровообращения, а также возможности травмы шеи» /Клинические рекомендации Сотрясение головного мозга. Год утверждения:2022 Возрастная категория: Взрослые ID:734 Разработчик клинической рекомендации, Ассоциация нейрохирургов России Одобрено Научно-практическим Советом ФИО15», стр.15.

Осмотр пациента был проведен поверхностно. Так, в ходе осмотра не обнаружена рана по задней поверхности бедра размерами 10 и 1 см. Осмотр не полностью соответствовал требованиям к неврологическому осмотру нейрохирургических больных. В результате вместо госпитализации в ГУЗ «Краевая клиническая больница» и проведения адекватных лечебных мероприятий пациент был направлен в другой стационар города без иммобилизации шейного отдела позвоночника. Это привело к прогрессированию факторов вторичного повреждения мозга. Если в ГУЗ «Краевая клиническая больница» у пациента имелись движения в конечностях, то при осмотре в ЧУЗ «РЖД Медицина г. Чита» 6 апреля 2023 г. в 19:25 самостоятельные движения и чувствительность в конечностях отсутствовали.

Между допущенными дефектами при первичном обращении в приемное отделение ГУЗ «Краевая клиническая больница» в 15:48 6 апреля 2023 г. с подозрением на сотрясение головного мозга и наступившими последствиями: смертью ФИО2 причинно-следственная связь отсутствует. Имеется причинно-следственная связь между полученной травмой и смертью ФИО2 Имеется причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи при первичном обращении в приемное отделение ГУЗ «Краевая клиническая больница» в 15:48 6 апреля 2023 г. и усилением тяжести неврологических нарушений, синдром частичного нарушения проводимости спинного мозга прогрессировал до синдрома полного поперечного поражения спинного мозга.

Согласно п. 6.1.8. (ушиб шейного отдела спинного мозга с нарушением его функции) Приказа Минздравсоцразвития от 24.04.2008 №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 № 522 и нормативно-правовых актов «Ушиб - сдавление спинного мозга; тетраплегия, тазовые нарушения» являются опасными для жизни человека, создают непосредственную угрозу для жизни, и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека.

Методики экспертного исследования, позволяющая рассчитать вероятность (шанс) благоприятного или фатального исхода заболевания у конкретного пациента не существует. Однако, при своевременном и правильном лечении С,В,Г, сохранить жизнь и частично функции нервной системы было возможно (т. 1 л.д. 34-52).

Считая, что медицинскими работниками ГУЗ «Краевая клиническая больница» её отцу С,В,Г, была оказана некачественная медицинская помощь, которая привела к его смерти, истец обратилась в суд с требованием к медицинскому учреждению о компенсации причиненного ей морального вреда.

Разрешая спор и частично удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства, показания допрошенных свидетелей, пришел к выводу о наличии вины ГАУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в причинении истцу морального вреда, вследствие выявленных нарушений при оказании медицинской помощи ее отцу.

При этом суд исходил из того, что не смотря на то, что в экспертных заключениях не указано на наличие прямой причинно-следственной связи между допущенными дефектами и наступлением смерти С,В,Г,, ответчик не доказал, что ненадлежащим образом оказанная первичная медицинская помощь не повлияла на прогрессирование заболевания и в дальнейшем на его смерть, а также отсутствие его вины в причинении морального вреда К.В.В.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 руб., суд первой инстанции принял во внимание характер допущенных ответчиком нарушений, степень причиненного вреда, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, характер физических и нравственных страданий истца, потерявшей единственного родителя, а также степень разумности и справедливости.

При недостаточности денежных средств у ГУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» суд возложил субсидиарную ответственность на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края как на собственника имущества указанного медицинского учреждения.

Судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда о наличии вины ГУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» в причинении истцу морального вреда. Вместе с тем не может согласиться с оценкой суда причиненных истцу моральных и нравственных страданий, в этой связи полагает доводы апелляционной жалобы ответчика заслуживающими внимания.

Так в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции К.В.В. было предложено представить доказательства, подтверждающие тесную семейную связь со своим отцом С,В,Г,, ведении в период его жизни общего быта, осуществления заботы друг о друге вплоть до его смерти, в чем она заключалась, оказании им материальной помощи истцу, характера и степени участия в жизни друг друга, наличия близких и доверительных отношений, а также сведения о том, как жизнь истца изменилась после смерти отца.

Вместе с тем, представленные К.В.В. в суд апелляционной инстанции письменные пояснения о том, что смерть отца явилась причиной выкидыша, справка с ГУЗ «Карымская ЦРБ», не подтверждают её тесную семейную связь с С,В,Г,, осуществление им заботы о ней, оказание материальной помощи и другие обстоятельства.

Как следует аудиозаписи протокола судебного заседания суда первой инстанции от 23 декабря 2025 г., так и из письменных пояснений представленных суду апелляционной инстанции ФИО3 поясняла, что в 18 лет она вышла замуж и стала проживать с мужем отдельно от родителей, обеспечивала себя самостоятельно, отец материально не помогал. Отец проживал со своей сожительницей, с которой истица никогда не общалась, с отцом общение происходило по телефону, к нему в гости не приезжала, но отец мог приехать к ней в праздничные дни. Последний раз они виделись в новогодние праздники 2023 г., то есть за 4 месяца до его смерти.

Ссылка истца на справку ГУЗ «Карымская ЦРБ» о том, что 15 июня 2023 г. истец была беременна, однако на фоне смерти отца беременность сохранить не удалось, судебная коллегия не может принять во внимание.

Как следует из представленной справки от 31 марта 2026 г. истцу 15 июня 2023 г. установлена беременность 11-12 недель, 9 августа 2023 г. установлен диагноз: <данные изъяты>

Вместе с тем, как следует из информации, расположенной в свободном доступе в сети «Интернет» диагноз ПОНРП – это преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. ОАА (отягощенный акушерский анамнез) – это собирательное понятие в акушерстве, указывающее на наличие у женщины в прошлом неблагоприятных исходов беременностей, самопроизвольных выкидышей, неразвивающихся беременностей, преждевременных родов, антенатальной гибели плода, пороков развития.

Доказательств того, что на образование данной патологии беременности у К.В.В. повлияли события, связанные со смертью её отца, последней не представлено.

В силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Неиспользование стороной указанного диспозитивного права на представление доказательств, влечет соответствующие процессуальные последствия, в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.

Учитывая, что суд не обладает специальным познаниям в области медицины, факт того, что операция, проведенная истцу 9 августа 2023 г. явилась следствием переживаний истца в связи со смертью отца должен быть подтвержден, в том числе, путем проведения по делу судебно-медицинской экспертизы,

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции истец каких-либо ходатайств о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы не заявляла.

Кроме того, как следует из дела, отец истицы умер <Дата>, а операция ей была проведена 9 августа 2023 г., то есть через значительное время после его смерти, что не может свидетельствовать о прямой связи между этими событиями.

В судебном заседании истец пояснила, что после проведенной операции она прошла соответствующее лечение и в дальнейшем родила ребенка.

Безусловно, преждевременная смерть отца свидетельствует о претерпевании К.В.В. глубоких нравственных страданий, поскольку является невосполнимой утратой и горем, которые нелегко пережить, и с которыми трудно смириться.

Вместе с тем, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих тесную семейную связь с отцом, близких отношений с ним, которые бы свидетельствовали о претерпевании К.В.В. в связи со смертью отца моральных и нравственных страданий в той степени, о которой ею указано в исковом заявлении, материалы дела не содержат, не представлены они и суду апелляционной инстанции.

В этой связи судебная коллегия полагает, что взысканный судом размер компенсации морального вреда не отвечает требования разумности и справедливости.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, исходя из того, что смерть отца является тяжелейшим событием в жизни истца, неоспоримо причинившим ей нравственные и душевные страдания, степень нравственных страданий и переживаний истца вследствие некачественного оказания медицинской помощи её отцу, степень вины ответчика, наличие косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи и смертью пациента, судебная коллегия считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.

Определяя такой размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает то обстоятельство, что установленные в ходе производства экспертизы дефекты при оказании С,В,Г, медицинской помощи при первичном обращении в приемное отделение ГУЗ «Краевая клиническая больница» в 15:48 6 апреля 2023 г. с подозрением на сотрясение головного мозга не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями - смертью С,В,Г,

По мнению судебной коллегии, именно такой размер компенсации будет соответствовать принципу разумности и справедливости, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Взысканная судом первой инстанции сумма компенсации морального вреда в пользу К.В.В., исходя из материалов дела, установленных в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции обстоятельств признакам справедливого вознаграждения за перенесенные ею страдания в связи со смертью отца не соответствует, в связи с чем в этой части решение суда подлежит изменению.

В остальной части решение суда отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

апелляционную жалобу ГУЗ «Забайкальская краевая клиническая больница» удовлетворить.

решение Центрального районного суда г. Читы от 23 декабря 2025 г. изменить.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Забайкальская краевая клиническая больница» в пользу К.В.В. компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 апреля 2026г.