Решение № 2-2485/2019 2-2485/2019~М-835/2019 М-835/2019 от 27 мая 2019 г. по делу № 2-2485/2019

Дело №2-2485/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2019 года город Владивосток

Фрунзенский районный суд города Владивостока Приморского края в составе председательствующего судьи Храмцовой Л.П., при секретаре Серебренниковой П.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами и по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о взыскании платы за пользование помещением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование денежными средствами, судебных расходов. В обосновании требований указала, что ответчик является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> 24.10.2017 г. ФИО1 заключила с ФИО2 предварительный договор купли-продажи квартиры №9, расположенной в указанном жилом доме. При этом указывает, что стороны достигли договоренности о том, что после подписания предварительного договора, ФИО2 также передаст ФИО1 ключи и от квартиры №7 для проведения в квартире ремонта в целях последующего выкупа. Оплата выкупной стоимости квартиры №7 должна была быть после выплаты за первую квартиру №9 в порядке рассрочки. Сообщает, что ключи от квартиры №7 были получены ею 24.10.2017 г. В связи с тем, что жилое помещение находилось в состоянии «после стройки» ФИО1 приступила к ремонтным работам. Ремонтные работы завершились в полном объеме в сентябре 2018 г., кроме того специально была заказана и приобретена мебель. В данное жилое помещение для проживания въехал сын истицы.

Несмотря на это, после того, как истец исполнила свои обязательства по оплате за квартиру №9 12.11.2018 г., ФИО3 от заключения договора на приобретения квартиры №7 отказалась, более того, настояла на выселении сына ФИО1 из жилого помещения.

В связи с тем, что в настоящее время жилое помещение №7 находится во владении и пользовании ФИО3, при этом стоимость произведенных ремонтных работ ею не компенсирована, полагает, что ответчик получила неосновательное обогащение. В связи с чем, просит суд взыскать сумму неосновательного обогащения в виде затрат на ремонт в размере 619245,00 рублей, проценты за пользование денежными средствами 61805,75 рублей, расходы на приобретение мебели 548430,00 рублей, расходы на экспертизу 13600,00 рублей, расходы на оплату госпошлины 14415,00 рублей.

В дальнейшем ФИО1 уточнила исковые требования, просила суд взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 619245,00 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами 129178,23 рублей, расходы на приобретение мебели 548430,00 рублей, расходы на экспертизу 13600,00 рублей, расходы на оплату государственной пошлины 14415,00 рублей, компенсацию морального вреда 100000,00 рублей, расходы на оплату услуг представителя 40000,00 рублей.

ФИО2 в свою очередь обратилась со встречным исковым заявлением к ФИО1 о взыскании оплаты за пользование помещением. В обосновании требований указала, что ФИО1 имела намерения приобрести два жилых помещения: <адрес>, принадлежащем ФИО2 Сообщает, что о покупке квартиры №9 между сторонами достигнуты соглашения, подписан предварительный договор. В то время, как на приобретение квартиры №7 такого согласия достигнуто не было. Вместе с тем, стороны пришли к устной договоренности о том, что помещение квартиры №7 будет передано ФИО1 в пользование сроком на один год. В качестве оплаты за пользование помещением ответчик делает финишный ремонт в жилом помещении – итоговые отделочные работы: монтаж натяжных потолков и молдингов, устройство полов ламинатом с плинтусами, установка межкомнатных дверей, поклейка обоев. Денежный эквивалент условий устного договора сторонами не устанавливался. Ключи от помещения №7 были переданы ФИО4 24.10.2017 г. Сообщает, что ФИО1 сделала финишный ремонт, и стала использовать помещение в качестве места расположения отделения учебного центра «Формула». Центр функционировал с 08.01.2018 г. по конец июня 2018 г. При этом, после окончания учебного года, ФИО1 провела в квартире повторный ремонт и переоборудовала помещение под жилую квартиру с целью проживания в ней ее сына. Таким образом, квартира находилась в пользовании ФИО1 в период с 24.10.2017 г. по 10.12.2018 г., сроком 13,5 месяцев. Вместе с тем, арендная плата за указанный период времени не вносила. В связи с тем, что стоимость финишных ремонтных работ составляет 248756,00 рублей, в то время, как размер арендной платы за указанный период времени равен 675000,00 рублей. Просит суд, взыскать с ФИО1 стоимость арендной платы за пользование квартирой <адрес> за период с 24.10.2017 г. по 10.12.2018 г. в размере 426244,00 рублей, расходы на оплату государственной пошлины 7462,00 рублей.

В судебном заседании истец по первоначальному иску ФИО5, ее представитель ФИО6 первоначальные требования поддержали, просили их удовлетворить. Встречные исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении по основаниям письменного отзыва. Дополнительно пояснили, что стоимость ремонтных работ помещения №7 составила 619245,00 рублей, при этом факт проведения работ был согласован с ФИО2 В связи с тем, что между сторонами была достигнута устная договоренность на последующий выкуп квартиры №7, то требования о взыскании платы за найм, в отсутствии договора аренды, не подлежат удовлетворению

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 первоначальные требования не признала. Просила суд удовлетворить встречные требования. Дополнительно пояснила, что квартира была предоставлена в пользование на взаимовыгодных условиях: ФИО5 производит в помещении окончательные ремонтные работы, при этом пользуется помещением по своему усмотрению. Вместе с тем, ФИО5 необоснованно завысила затраты на произведение ремонтных работ: сначала подготовила помещение под учебные классы, а затем под жилую квартиру. Полагала, что затраты на ремонт не могут превышать сумму 248756,00 рублей. В то время, как затраты на мебель не подлежат взысканию, поскольку согласия на приобретение данных вещей она не давала, в настоящее время они в помещении отсутствуют.

Свидетель ФИО19 указала, что является коллегой по работе ФИО1 Сообщила, что ей известно, что между сторонами проходили обсуждения по покупке двух квартир: сначала №9, а потом №7, так как она лично присутствовала на данной встрече. О заключении договора аренды квартиры ей не известно, вместе с тем, ФИО1 пользовалась квартирой №7, сделала в ней ремонт, чтобы «не жить на стройке».

Свидетель ФИО20 сообщила, что проживает в доме <адрес>, является соседкой ФИО1 Ей известно, что ФИО1 была намерена приобрести две квартиры в рассрочку на 4 году, именно таких договоренностей она достигла с ФИО2

Свидетель ФИО21 указал, что является сыном ФИО1 Сообщил, что его мать достигла с ФИО3 договоренности на приобретение двух квартир. В квартире №9 проживает мама, а в квартире №7 должен был проживать он со своей семьей. Для этого был сделан ремонт, заказана и установлена мебель. Вместе с тем, ФИО2 от заключения договора на квартиру №7 уклонилась, в связи с чем, ему с семьей пришлось переехать.

Свидетель ФИО22 сообщил, что является мастером по изготовлению мебели. По заказу ФИО1 он изготовил и установил мебель в квартире №7, но потом ее пришлось демонтировать и переустановить в квартире №9.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является собственником жилого дома, площадью 558,8 кв.м., в 3 этажа, расположенного по адресу: г<адрес>

24.10.2017 г. между ФИО2 и ФИО1 заключен предварительный договор №1 о покупке доли жилого дома по адресу: <адрес>. Согласно п. 1.3 данного договора объект представляет собой квартиру на верхнем этаже дома с ориентацией на Юг. Форма приобретения – по договору купли-продажи 10% доли жилого <адрес> (п.3 договора). Согласно пояснений участников процесса данная доля соответствовала жилому помещению №9. В силу п.2 договора стоимость помещения составляет 3700000,00 рублей, сторонами подписан акта приема-передачи от 12.11.2018 г.

ФИО1, заявляя свои требования о взыскании с ФИО2 суммы неосновательного обогащения, обосновала их тем, что между ней и ФИО2 была достигнута устная договоренность о том, что после оплаты за жилое помещение №9 стороны заключат соглашение на приобретение жилого помещения №7 в данном доме, а до этого момента ФИО1 может произвести в помещении ремонт, в счет будущей покупки, и пользоваться им по своему усмотрению. 24.10.2017 г. от квартиры №7 ей переданы ключи, она сделала в квартире ремонт, приобрела мебель, использовала его с целью дальнейшего выкупа, вместе с тем, ФИО2 от заключения договора уклонилась, выселила семью ФИО1 из данной квартиры. В связи с чем, полагает, что суммы, затраченные ею на ремонт и приобретение мебели, являются неосновательным обогащением ФИО2, поскольку ее квартира получила неотделимые улучшения. Данный довод заявителя суд находит обоснованным в части, в силу следующего.

Согласно ч. 1 п. 7 ст. 8 Гражданского Кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

Статьей 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно п.3 ст. 1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В соответствии с ч.2 ст. 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

По смыслу указанных норм, обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, направлены на защиту гражданских прав, так как относятся к числу внедоговорных, и наряду с деликтными служат оформлению отношений, не характерных для имущественных отношений между субъектами гражданского права, так как вызваны недобросовестностью либо ошибкой субъектов. Обязательства из неосновательного обогащения являются охранительными - они предоставляют гарантию от нарушений прав и интересов субъектов и механизм защиты в случае обнаружения нарушений. Основная цель данных обязательств - восстановление имущественной сферы лица, за счет которого другое неосновательно обогатилось.

Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального Кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Так, факт пользования ФИО1 жилым помещением №7, расположенным в доме <адрес> в период с 24.10.2017 г. по 10.12.2018 г., сторонами в ходе судебного заседания не оспорен, кроме того, подтвержден показаниями свидетелей, опрошенных в ходе судебного заседания. Также стороны подтвердили факт того, что жилое помещение предоставляется ФИО1 для использования в личных целях при осуществлении в нем ремонта, то есть приведение помещения в пригодное для проживания состояние. При этом стороны не оговаривали объем и стоимость произведенных ремонтных работ.

Согласно акту экспертизы №2146/16 от 19.12.2018 г. следует, что в квартире <адрес> произведены ремонтные работы стоимость которых составляет 619245,00 рублей.

Обсуждая вопрос о стоимость ремонтных работ, суд принимает в качестве надлежащего доказательства по делу заключении №2146/16, проведенное ООО «Центр экспертиз «Регион-Приморье», поскольку экспертиза проведена экспертом, уполномоченным на проведение подобного рода экспертиз. Заключение эксперта составлено в соответствии с действующими стандартами и правилами, какой-либо неясности или неполноты не содержит. Исследование проведено полно, всесторонне, выводы эксперта мотивированы, содержат описание, расчеты, по которым эксперт пришел к соответствующим выводам. При этом достоверных доказательств, опровергающих выводы эксперта, суду не представлены. Ходатайств о вызове эксперта для дачи пояснений, либо назначения судебной экспертизы, не поступало. Из изложенного, суд приходит к выводу, что стоимость ремонтных работ жилого помещения №7, необходимых для приведения помещения в пригодное для проживание состояние, составляет 619245,00 рублей.

При этом судом отклоняется расчет стоимость выполненных работ в квартире №7, представленный ФИО2, согласно которого итоговые затраты составляют 248756,00 рублей, так как данный расчет носит предположительный характер, не подтвержден письменными доказательствами, свидетельствующими о наличии оснований, по которым заявитель его производит.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что между сторонами была достигнута договоренность о проведении ремонтных работ, данные работы произведены, в ходе их проведения ФИО2, как собственником жилого помещения, каких-либо замечаний, ограничений, претензий по качеству ремонтных работ не предъявляла, в отсутствии сведений о возможности демонтировать какие-либо элементы без ущерба для них, с учетом, что в настоящее время квартира №7 находится в пользовании ФИО2, суд приходит к выводу, что ремонтные работы, проведенные ФИО1 в квартире <адрес> стоимостью 619245,00 рублей, являются неотделимыми улучшениями жилого помещения.

Исходя из смысла правовых норм главы 60 ГК РФ стоимость неотделимых улучшений, произведенных в жилом помещении с целью приведения его в пригодное для проживания состояние, должна быть возвращена собственником этого помещения в качестве неосновательного обогащения. При таких обстоятельствах с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма неосновательного обогащения в размере 619245,00 рублей.

При этом довод ФИО2 о том, что ФИО1 дважды произвела ремонт в жилом помещении, тем самым необоснованно увеличила затраты, судом не принимается, поскольку достоверных и допустимых доказательств, подтверждающих данные обстоятельства суду не представлено. В то время, как использование помещения №7 сначала в качестве учебного класса, а затем в качестве жилого помещения, также на это не указывает. В заключении от 19.12.2018 г. специалист указывает на проведение работ и приобретение материалов для приведения помещения в пригодное для использования состояния, оценка произведена по объему общих работ на дату осмотра, в заключении отсутствует учет повторных работ. При этом вид работ, а также объем и качество материалов, не свидетельствуют на повторность их проведения.

Также суд считает несостоятельным и довод ФИО2 о том, что ей не нравится качество произведенного ремонта и выбор отделочных материалов. Поскольку на стадии передачи квартиры в пользование ФИО1 она не была лишена права согласовать объем ремонтных работ, качество, фактуру и цвет используемых материалов, и иные аспекты, которые считала значимыми. Кроме того, как собственник жилого помещения могла контролировать ход ремонтных работ, и в случае несогласия с ними, вносить свои изменения, либо изменить условия достигнутых договоренностей по поводу использования помещения.

Вместе с тем, требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 затрат на приобретение мебели в размере 548430,00 рублей суд считает необоснованными. Так как, в ходе судебного заседания, стороны не ссылались на наличие между ними договоренности по приобретению мебели в указанное жилое помещение. При этом установка встроенной мебели не относится к ремонтным работам. В связи с чем, данные затраты, судом расцениваются, как понесенные исключительно по личной инициативе ФИО1 В то время, как довод ФИО1 о том, что данная мебель была изготовлена на заказ специально для использования в жилом помещении №7 и не может быть использована в другой квартире, судом отклоняется. Так как изготовление данных предметов интерьера было произведено истцом для полноценной эксплуатации жилого помещения в период его использования. Более того, как следует из пояснений свидетеля ФИО22 в настоящее время мебель демонтирована из квартиры №7 и установлена в квартире №9, что указывает на несостоятельность довод заявителя о невозможности использования данной мебели.

Разрешая встречное требование ФИО2 о взыскании платы за пользование жилым помещением, суд исходил из следующего.

Как было установлено ранее в период с 24.10.2017 г. по 10.12.2018 г. ФИО5 пользовалась жилым помещением №7, расположенным в доме <адрес> по своему усмотрению. То есть фактически между сторонами сложились отношения по найму жилого помещения.

При этом судом отклоняется довод ФИО1 о том, что с нее не подлежит взысканию плата за найм помещения, поскольку договор аренды с указанием существенных условий не заключался, иное соглашение об установлении платы за пользование квартирой также отсутствует.

Так в силу ч. 2 ст. 30 Жилищного Кодекса РФ собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании.

То есть закон не устанавливает обязательного заключения договора найма жилым помещением, предусматривая и иные законные основания. Кроме того, неосновательность обогащения предполагает отсутствие договора. В противном случае был бы предъявлен иск о взыскании платы по договору.

Учитывая, что стороны не оговаривали период пользования квартирой, а также объем ремонтных работ, то суд считает, что обязательства сторон должны исходить из фактических действий сторон, и с учетом приобретенных прав, а именно из фактических улучшений квартиры с одной стороны и сбереженных средств за период пользования квартирой с другой стороны.

Принимая во внимание, что стороны в родственных, либо иных, в том числе договорных отношениях, не состоят, при наличии устного соглашения, не оспоренного сторонами, о предоставлении жилого помещения в замен проведенного в нем ремонта, с учетом стоимости оказанных ремонтных работ, длительности использования квартиры, в том числе после приведения помещения в пригодное для проживания состояние, считает, что требования ФИО2 о взыскании платы за пользование жилым помещением является обоснованным и подлежит удовлетворению. Вместе с тем, при определении суммы, подлежащей взыскании в счет арендных платежей, суд исходил из следующего.

ФИО2, заявляя требования о взыскании арендных платежей в размере 675000,00 рублей за 13,5 месяцев, основывалась на том, что стоимость ежемесячной арендной платы за аналогичные помещения составляет 50000,00 рублей, согласно справке о рыночной стоимости аренды 1 кв.м. недвижимого имущества в размере 850 рублей. Проанализировав данную справку, суд приходит к выводу, что в ней дана стоимость 1 кв.м. недвижимого имущества помещений в <адрес> вместе с тем, отсутствуют указания на вид недвижимого имущества: жилое или нежилое, состояние, этажность, площадь, наличие/отсутствие ремонта, мебели и иные характеристики. Более того, данные о стоимости аренды недвижимого имущества опровергается иными доказательствами, представленными в дело, так согласно справке ООО «Траст Недвижимость» от мая 2019 г и справке АН «Колизей» от 22.05.2019 г. среднерыночная стоимость объекта недвижимости составляет 18000,00 рублей, в то время, как ООО «ВИЗА-Риэлти» указывает, что данная стоимость составляет 16000,00 рублей. При этом, в данных выписках стоимость определена с учетом характеристик расположения жилого дома, а также непосредственно объекта недвижимости.

При таких обстоятельствах, суд считает, что стоимость аренды недвижимого имущества в размере 50000,00 рублей в месяц является чрезмерно завышенной, с учетом, что изначально квартира не была предназначена для полноценного использования по назначению, суд считает необходимым, принять средний показатель стоимости аналогичного жилого помещения из представленных сторонами и установить размер арендной платы за жилое помещение №7 в сумме 18000,00 рублей в месяц. Таким образом, стоимость арендных платежей за 13,5 месяцев составляет 243000,00 рублей.

Произведя взаимозачет денежных средств, подлежащих взысканию со сторон в пользу друг друга в качестве неосновательного обогащения, суд приходит к выводу, что с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма в размере 376245,00 рублей (619245,00-243000,00).

В соответствии с п.1 ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что семья ФИО1 освободила жилое помещение №7 10.12.2018 г., вместе с тем, ФИО2 денежные средства в счет оплаты неотделимых улучшений жилого помещения не компенсировала, суд приходит к выводу, что с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию проценты за пользование денежными средствами. Вместе с тем, судом отклоняется расчет, представленный ФИО1 по взысканию процентов за пользование денежными средствами за период с 09.01.2018 г. по 28.05.2019 г. исходя из суммы 1243080,75 рублей, так как и размер задолженности и период, заявлены необоснованно, не подтверждаются материалами дела. В связи с чем, суд считает необходимым взыскать с ФИО2 проценты за пользование денежными средствами за период с 10.12.2018 г. по 28.05.2019 г. в размере 13562,90 рублей (376245*7,5%*7дней/365+376245*7,75%*163дня/365).

Разрешая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000,00 рублей, суд считает, что оно не подлежит удовлетворению в силу следующего.

Так, согласно ч.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Часть 2 ст. 1099 ГК РФ установлено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Вместе с тем, нормами действующего законодательства не предусмотрена возможность взыскания компенсации морального вреда, при установлении обстоятельств, служащих основанием, для взыскания суммы неосновательного обогащения.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Как следует из материалов дела, истцом были понесены расходы на оказание юридической помощи в общем размере 40000,00 рублей, согласно договора от 03.12.2018 г. При определении суммы, подлежащей взысканию с ответчика в счет оплаты юридических услуг, суд, учитывая категорию сложности дела, объем выполненной юридической работы, количество судебных заседаний, руководствуясь принципами справедливости и разумности, считает, что в счет оплаты юридических услуг подлежит взысканию сумма в общем размере 15000,00 рублей. Также истцом понесены расходы на оплату экспертизы в размере 13600,00 рублей, данные расходы суд признает обоснованными, подтвержденными и подлежащими взысканию в полном объеме. В то время, как расходы на оплату государственной пошлина подлежат взысканию в пользу ФИО1 пропорционально удовлетворенным требованиям, то есть в размере 7098,00 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения в размере 376245,00 рублей, проценты за пользование денежными средствами 13562,90 рублей, расходы на проведение экспертизы 13600,00 рублей, расходы на представителя 15000,00 рублей, расходы на оплату государственной пошлины 7098,00 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 к ФИО2 и встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Приморский краевой суд через Фрунзенский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме – 31.05.2019 г.

Председательствующий Л.П. Храмцова