Апелляционное определение № 33-3498/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья Шурыгина Е.В. УИД 38RS0027-01-2025-000982-57

Судья-докладчик Васильева И.Л. № 33-3498/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 апреля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Васильевой И.Л., Игнатьевой Н.А.,

при секретаре Каттерфельд А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-12/2026 по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области о включении в страховой стаж периодов работы, о признании права на назначении страховой пенсии по старости

по апелляционной жалобе представителя ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области – ФИО2

на решение Чунского районного суда Иркутской области от 15 января 2026 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области, в котором, уточнив требования, просил:

- обязать ответчика включить в страховой стаж, дающий право на назначение страховой пенсии по старости на основании ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» периоды работы с 19 мая по 1 июля 1977 г. слесарем механо-сборочных работ в объединении «Таджикторгмаш» Республики Таджикистан; с 2 августа по 16 сентября 1982 г. учеником оператора прецизионной резки кристаллов на Заводе при Душанбинском филиале НИИ «Фонон» Республики Таджикистан; с 23 сентября 1982 г. по 1 марта 1983 г. методистом в объединении Таджикторгмаш Республики Таджикистан; с 1 марта 1983 г. по 7 марта 1985 г. игроком футбольной команды «Околтын» совхоза «Коммунизм» Республики Узбекистан; с 2 апреля 1985 г. по 5 ноября 1988 г. электромонтером в Душанбинском производственном хлопчато-бумажном объединении Республики Таджикистан; с 6 ноября 1988 г. по 14 мая 1990 г. штамповщиком по производству резино-технических изделий и электромонтером в кооперативе «Маяк» Республики Таджикистан; с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. членом колхоза (электромонтером) в Колхозе «Путь Ильича» и ТОО «Предгорье Кавказа»; с 5 декабря 2017 г. по 31 декабря 2020 г. директором ООО «Крона», с 7 июля 2021 г. по 7 июля 2023 г. оператором перепакетировки пиломатериала и подсобным рабочим ООО «Октябрьский ЛЗК»;

- обязать ответчика назначить с 8 апреля 2024 г. страховую пенсию по старости по ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» и Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 г.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что по достижении возраста 63 лет он обратился в ОСФР по Иркутской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости по ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях». Решением ответчика от 24 февраля 2025 г. истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемого страхового стажа и величины ИПК. Из подсчета страхового стажа незаконно исключены вышеприведенные периоды, в том числе в связи с непоступлением из компетентных органов Республик Таджикистан и Узбекистан формуляра «О стаже работы». Спорные периоды работы подтверждены записями в трудовой книжке истца, трудовой книжке колхозника колхоза «Путь Ильича» Северского района Краснодарского края, архивными справками Центрального государственного архива Республики Таджикистан с прилагаемыми сведениями о заработной плате в соответствующие периоды работы.

Решением Чунского районного суда Иркутской области от 15 января 2026 г. требования истца удовлетворены частично.

На ответчика возложена обязанность включить в страховой стаж истца периоды работы:

с 19 мая 1977 г. по 1 июля 1977 г. - слесарем механо-сборочных работ в объединении «Таджикторгмаш» Республики Таджикистан;

с 2 августа 1982 г. по 16 сентября 1982 г. - учеником оператора прецизионной резки кристаллов на Заводе при Душанбинском филиале НИИ «Фонон» Республики Таджикистан;

с 23 сентября 1982 г. по 1 марта 1983 г. – методистом в объединении Таджикторгмаш Республики Таджикистан

с 2 апреля 1985 г. по 5 ноября 1988 г. - электромонтером в Душанбинском производственном хлопчато-бумажном объединении Республики Таджикистан;

с 6 ноября 1988 г. по 14 мая 1990 г. штамповщиком по производству резино-технических изделий и электромонтером в кооперативе «Маяк» Республики Таджикистан

с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. членом колхоза (электромонтером) в Колхозе «Путь Ильича» и ТОО «Предгорье Кавказа».

В удовлетворении требований истца в остальной части отказано.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, указав следующее.

Отмечает, что периоды работы истца на территории Республики Таджикистан судом приняты во внимание согласно представленных истцом архивных справок, поскольку данные справки имеются в пенсионном деле. Вместе с тем, на запросы ответчика о страховом стаже истца, направленные в компетентный орган Республики Таджикистан, посредством информационного формуляра в рамках Договора от 15 сентября 2021 г., ответов не поступило.

Указывает, что суд, удовлетворив требования истца в отношении периода работы с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. в ТОО «Предгорье Кавказа», не учел того, что согласно записям в трудовой книжке ФИО1 направлен в эл. цех эл. монтером и далее имеется запись о прекращении работы в связи с выездом, тогда как сведения о принятии на работу и увольнении отсутствуют, а оттиск печати, заверяющий данные записи, не читается. Кроме того, на титульном листе трудовой книжки колхозника имеется оттиск печати под наименованием «Колхоз «Путь Ильича», из записи от 3 марта 1992 г. усматривается информация о том, что колхоз реорганизован, под каким названием не указано.

Обращает внимание на то, что право на назначение истцу страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», с учетом спорных периодов, в связи с отсутствием требуемого размера ИПК на 27 марта 2024 г. не определяется.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В заседание суда апелляционной инстанции не явился истец ФИО1, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах своей неявки в судебное заседание не известил, об отложении дела не просил.

Судебная коллегия в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившегося истца.

Заслушав доклад судьи Васильевой И.Л., объяснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327? ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 1 января 2015 г., в соответствии с частью 1 статьи 4 которого, право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ), при соблюдении ими условий, предусмотренных этим федеральным законом.

Частями 1 и 2 ст. 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 данного федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации. Периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ.

В соответствии с ч. 1 ст. 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Федерального закона № 400-ФЗ).

В абзаце 2 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами (к примеру, архивными).

Исходя из положений пункта 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Исходя из положений пунктов 2 и 3 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа и при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

С учетом переходных положений, закрепленных в статье 35 Федерального закона «О страховых пенсиях» и Приложении № 6 к данному Федеральному закону, у мужчин ДД.ММ.ГГГГ года рождения право на страховую пенсию по старости возникает в возрасте 63 лет (то есть в 2024 году) при наличии страхового стажа не менее 15 лет и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 28,2.

В сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные Федеральным законом «О страховых пенсиях», применяются правила международного договора Российской Федерации (часть 3 статьи 2 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1, Дата изъята года рождения, зарегистрирован в системе обязательного пенсионного страхования с 10 марта 1999 г.

27 марта 2024 г. и 14 ноября 2014 г. ФИО1 обращался в ОСФР по Иркутской области с заявлением о назначении пенсии.

Решением отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области от 24 февраля 2025 г. ранее принятое решение от 8 апреля 2024 г. № 86523/24 отменено. В назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Закона от 28 декабря 2013 г. отказано по причине отсутствия требуемого страхового стажа и величины ИПК.

Страховой стаж ФИО1 составил 11 лет 1 месяц 14 дней, вместо требуемых 15 лет, и величины индивидуального пенсионного коэффициента (далее - ИПК) 12,504, вместо установленного 28,2.

При этом в страховой стаж для назначении страховой пенсии по старости не включены периоды работы: в Республике Таджикистан ввиду отсутствия документального подтверждения данного стажа (не поступил формуляр о стаже работы из компетентных органов); в Республике Узбекистан и в части периодов работы в ООО «Крона» - по причине отсутствия сведений об уплате страховых взносов; в колхозе «Путь Ильича», впоследствии переименованном в ТОО «Предгорье Кавказа» - в связи с неполными сведениями трудовой книжки колхозника.

Не согласившись с данным решением, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

Согласно трудовой книжке истца, 19 мая 1977 г. он зачислен на участок сборки столов слесарем механо-сборочных работ по первому разряду Объединения Таджикторгмаш, до поступления на объединение «Таджикторгмаш» стажа работы не имеет (предшествующая запись); уволен 1 июля 1977 г. по собственному желанию; в период с 22 апреля 1980 г. по 30 апреля 1982 г. проходил службу в рядах Советской Армии; 2 августа 1982 г. принят учеником оператора прецизионной резки кристаллов Завода при Душанбинском филиале НИИ «Фонон», уволен по собственному желанию 16 сентября 1982 г.; 23 сентября 1982 г. зачислен на должность методиста объединения «Таджикторгмаш», уволен 1 марта 1983 г. по собственному желанию; 1 марта 1980 г. принят в качестве игрока футбольной команды «Околтын» Совхоза «Коммунизм» Республики Узбекистан, 7 марта 1983 г. освобожден от работы в связи с роспуском команды; 2 апреля 1985 г. зачислен на Душанбинское производственное хлопчато-бумажное объединение электромонтером 1 разряда в эл/цех прядильный фабрики № 2, 26 мая 1985 г. присвоен 2 разряд электромонтера, 10 сентября 1985 г. присвоен 3 разряд электромонтера, уволен по собственному желанию 5 ноября 1988 г.; 6 ноября 1988 г. принят штамповщиком 2 разряда по производству резино-технических изделий, 5 декабря 1988 г. переведен электромонтером 3 разряда, 10 апреля 1989 г. присвоен 4 разряд электромонтера, 14 мая 1990 г. освобожден по собственному желанию по ст. 35 КЗОТ Таджикской ССР.

Далее имеются записи о трудовой деятельности на территории Российской Федерации, которые спорными периодами не являются.

Период работы ФИО1 с 19 мая по 1 июля 1977 г. в качестве слесаря механо-сборочных работ в объединении «Таджикторгмаш» Республики Таджикистан подтвержден архивной справкой от 4 июня 2025 г. № Д-32, выданной истцу Центральным государственным архивом Республики Таджикистан, в которых содержатся сведения о наличии приказов о зачислении истца на участок сборки столов слесарем механо-сборочных работ первого разряда от 19 мая 1977 г. и увольнении по ст. 35 КЗОТ Таджикской ССР (по собственному желанию) 1 июля 1977 г. К архивной справке приложена справка о заработной плате от 4 июня 2025 г., в которой содержатся сведения о начисленной заработной плате за май-июль 1977 г.

Архивной справкой от 4 июня 2025 г. № Д-32(а) подтвержден период работы ФИО1 в Заводе при Душанбинском филиале НИИ Фонон со 2 августа 1982 г. по 16 сентября 1982 г. учеником оператора прецизионной резки кристаллов, в этой же справке содержатся сведения о начисленной заработной плате за указанный период.

Имеющиеся в трудовой книжке сведения о периоде работы истца с 23 сентября 1982 г. по 1 марта 1983 г. методистом, а также о суммах заработной платы в указанный период в объединении Таджикторгмаш Республики Таджикистан подтверждены архивными справками Центрального архива Республики Таджикистан от 4 июня 2025 г. № Д-32(б), выданными на основании книги приказов за период с 1982 по 1983, архивном документе формы Т-2.

Архивными справками Центрального архива Республики Таджикистан от 2 апреля 2025 г. № Д-32(в) подтверждается период работы ФИО1 со 2 апреля 1985 г. по 5 ноября 1988 г. электромонтером прядильного цеха, в том числе, присвоении 31 мая 1985 г. 2-го разряда электромонтера, присвоении 3-го разряда электромонтера 10 сентября 1985 г., а также о размере начисленной заработной платы за указанный период в Душанбинском производственном хлопчато-бумажном объединении Республики Таджикистан.

Согласно Архивным справками Центрального архива Республики Таджикистан от 2 апреля 2025 г. № Д-32(г), в просмотренных документах кооператива «Маяк» за период с 1988 г. по 1990 г. обнаружены сведения, подтверждающие стаж работы и суммы заработка ФИО1 с 6 ноября 1988 г. по 14 мая 1990 г. в должности штамповщика 2-го разряда по производству резино-технических изделий и электромонтера 3 и 4 разряда.

В связи с обращением истца с заявлением о назначении пенсии ОСФР по Иркутской области приняты меры по оказанию истцу содействия в подтверждении периодов работы, отраженных в трудовой книжке, в связи с чем направлен запрос в Агентство социального страхования и пенсий при Правительстве Республики Таджикистан о предоставлении сведений о стаже, заработной платы и переименовании организаций за спорные периоды работы, ответ на который в ОСФР по Иркутской области не поступил.

Из трудовой книжки колхозника серии РОС Номер изъят на имя ФИО1, датой заполнения 5 июня 1990 г., следует, что в разделе «Членство в колхозе» имеются записи о том, что 23 мая 1990 г. истец принят в члены колхоза «Путь Ильича» Северского района Краснодарского края (запись № 1, приказ № 05 от 2 июня 1990 г.); 3 марта 1992 г. в соответствии с Указом Президента Российской Федерации «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» от 27 декабря 1991 г. и Постановлением Правительства Российской Федерации «О порядке реорганизации колхозов, совхозов» колхоз «Путь Ильича» реорганизован (запись № 2, пр. № 1 от 3 марта 1992 г.). Из записи № 2 от 3 марта 1992 г. следует, что ФИО1 принят в члены товарищества с ограниченной ответственностью «Предгорье Кавказа» (пр. 01 от 3 марта 1992 г.). Согласно записи № 3 12 апреля 1993 г. истец выбыл из членов товарищества «Предгорье Кавказа» Северского района по собственному желанию (пр. №1 от 12 апреля 1993 г.). В разделе «Сведения о работе» имеются записи от 23 мая 1990 г. – направлен в эл. цех эл. монтером 4 р (пр. № 5 от 2 июня 1990 г.), 30 января 1993 г. – присвоен 5 разряд электромонтера (пр. 1 от 6 января 1993 г.); 12 апреля 1993 г. прекратил работу в связи с выездом (пр. № 1 от 12 апреля 1993 г.).

Период работы ФИО1 в колхозе «Путь Ильича» Северского района Краснодарского края с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. подтверждается архивными справками от 31 октября 2024 г. № 05-56/1771 и 9 июля 2025 г. № 05-56/1060, выданными истцу архивным отделом Администрации муниципального образования Северского района Краснодарского края. Согласно книгам протоколов за 1990-1993, ФИО1 протоколом № 6 от 2 июня 1990 г. принят в члены колхоза; протоколом № 35 от 12 апреля 1993 г. собранию ТОО разрешен выход из членов ТОО ФИО1 ФИО11 (так в документе) по собственному желанию с 12 апреля 1993 г. Личная карточка работника формы Т-2 датой заполнения 22 мая 1990 г. содержит записи о работе электромонтером 4 разряда в электроцехе с 23 мая 1990 г. по 2 июня 1990 г., присвоении 5 разряда 30 января 1993 г.; выбытии 12 апреля 1993 г. При этом в документах архивного фонда колхоза «Путь Ильича», далее ТОО «Предгорье Кавказа» Северского района имеются сведения о суммах начисленной заработной платы с мая 1990 г. по март 1993 г.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о включении в страховой стаж истца периоды работы, имевших место на территории Республики Таджикистан, а именно с 19 мая 1977 г. по 1 июля 1977 г.; со 2 августа 1982 г. по 16 сентября 1982 г.; с 23 сентября 1982 г. по 1 марта 1983 г.; со 2 апреля 1985 г. по 5 ноября 1988 г.; с 6 ноября 1988 г. по 14 мая 1990 г., поскольку указанные периоды работы подтверждены архивными справками Центрального государственного архива Республики Таджикистан, указанные справки находятся в пенсионном деле истца, скреплены печатью, подписаны должностными лицами, содержат дату выдачи, в них имеются ссылки на первичные документы.

Удовлетворяя требования истца о включении в страховой стаж периода работы с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. членом колхоза (электромонтером) в Колхозе «Путь Ильича», позднее переименованном в ТОО «Предгорье Кавказа», суд первой инстанции исходил из положений пункта 11 и 66 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015.

При этом, суд первой инстанции отказал истцу во включении иных периодов работы, в том числе с 1 марта 1983 г. по 7 марта 1985 г. игроком футбольной команды «Околтын» совхоза «Коммунизм» Республики Узбекистан, а также в требовании о назначении страховой пенсии с 8 апреля 2024 г.

Решение суда в части отказа в удовлетворении требований представителем ответчика не обжаловано, в связи с чем в апелляционном порядке судебной коллегией не проверяется.

Судебная коллегия полагает выводы суда в части удовлетворения требований обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, подтвержденными собранными по делу доказательствами, которым суд в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60, 67 ГПК РФ дал надлежащую оценку, основанными на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Вопросы в области пенсионного обеспечения граждан государств - участников Содружества Независимых Государств ранее были урегулированы Соглашением от 13 марта 1992 г. "О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения", в статье 1 которого указано, что пенсионное обеспечение граждан государств - участников Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В силу пункта 2 статьи 6 Соглашения от 13 марта 1992 г. для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу Соглашения.

Из содержания данной нормы следует, что при определении трудового стажа граждан государств - участников Соглашения должны учитываться: трудовая деятельность на территории любого государства - участника Соглашения; трудовая деятельность на территории бывшего СССР до вступления в силу Соглашения, то есть до 13 марта 1993 г.

Между тем Соглашение от 13 марта 1992 г. в отношении граждан Республики Таджикистан прекратило свое действие с 21 октября 2022 г. в связи с вступлением в силу Договора о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан от 15 сентября 2021 г., ратифицированного Российской Федерацией Федеральным законом от 14 июля 2022 г. № 242-ФЗ «О ратификации договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения (статья 21 Договора от 15 сентября 2021 г.).

Таким образом, пенсионные правоотношения граждан, прибывших на территорию Российской Федерации из Республики Таджикистан, с 21 октября 2022 г. регулируются нормами Договора от 15 сентября 2021 г.

В силу частей 1 и 2 статьи 2 Договора от 15 сентября 2021 г. его положения распространяется на отношения, регулируемые законодательством о пенсионном обеспечении обеих Договаривающихся Сторон, в том числе относящиеся к страховой пенсии по старости (применительно к Российской Федерации), страховой пенсии по возрасту (в Республике Таджикистан).

Право на пенсионное обеспечение в соответствии с Договором от 15 сентября 2021 г. имеют граждане договаривающихся сторон и члены их семей, подпадающие или подпадавшие под действие законодательства договаривающихся сторон (статья 2 Договора).

В соответствии с частями 1 - 4 статьи 9 Договора от 15 сентября 2021 г. каждая Договаривающаяся Сторона назначает пенсию на основании страхового стажа, приобретенного на ее территории, в соответствии с ее законодательством, если иное не предусмотрено настоящим Договором.

При определении права на пенсию под страховым стажем, приобретенным на территориях Договаривающихся Сторон и в соответствии с их законодательством, понимается: в отношении Российской Федерации - страховой стаж, приобретенный на территории Российской Федерации и Российской Советской Федеративной Социалистической Республики; в отношении Республики Таджикистан - страховой стаж, приобретенный на территории Республики Таджикистан и Таджикской Советской Социалистической Республики.

В случае если согласно законодательству одной из Договаривающихся Сторон право на пенсию возникает и без учета страхового стажа, приобретенного на территории другой Договаривающейся Стороны, то первая Договаривающаяся Сторона назначает пенсию на основании страхового стажа, приобретенного на ее территории. При этом подсчет и подтверждение страхового стажа осуществляются согласно законодательству той Договаривающейся Стороны, которая устанавливает пенсию.

Если страхового стажа, приобретенного по законодательству Договаривающейся Стороны, назначающей пенсию, требуемого для права на нее, недостаточно, во внимание принимается и страховой стаж, приобретенный по законодательству другой Договаривающейся Стороны, а также третьего государства, с которым Договаривающаяся Сторона, назначающая пенсию, имеет международный договор о социальном обеспечении (пенсионном страховании), в случае если третье государство подтвердит страховой стаж.

Из приведенных положений Договора от 15 сентября 2021 г. следует, что стаж для назначения страховой пенсии подлежит документальному подтверждению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Договора от 15 сентября 2021 г. органами, уполномоченными определять порядок применения настоящего Договора на территории соответствующей Договаривающейся Стороны, признаются: в Российской Федерации - Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации; в Республике Таджикистан - Агентство социального страхования и пенсий при Правительстве Республики Таджикистан.

Порядок осуществления сотрудничества уполномоченными органами и компетентными учреждениями определен статьей 13 Договора от 15 сентября 2021 г.

Уполномоченные органы договаривающихся сторон указывают компетентные учреждения в административном соглашении по применению настоящего Договора, предусмотренном пунктом 1 настоящей статьи (пункт 2).

Необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные официальными органами одной договаривающейся стороны, принимаются другой договаривающейся стороной без легализации и других дополнительных удостоверений (пункт 5).

При применении настоящего Договора уполномоченные органы и компетентные учреждения Договаривающихся Сторон осуществляют переписку на государственных языках Договаривающихся Сторон. Документы и (или) заявления, необходимые для реализации настоящего Договора, в том числе для установления и выплаты пенсий, принимаются к производству без перевода. Перевод документа и (или) заявления осуществляется уполномоченным органом и компетентным учреждением Договаривающейся Стороны, которым документ необходим. Изложенное не относится к документам, представляемым застрахованными лицами (членами семьи) в целях установления им пенсии (пособия) (пункт 6).

3 марта 2023 г. Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации и Агентством социального страхования и пенсий при Правительстве Республики Таджикистан подписано Административное соглашение по применению Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 г., которым урегулирован порядок взаимодействия компетентных учреждений договаривающихся сторон по вопросам, связанным с применением Договора и настоящего Административного соглашения с использованием формуляров, являющихся приложением к Административному соглашению. Документ вступил в силу 10 июля 2023 г. (согласно информации на сайте Социального фонда России https://sfr.gov.ru/ по состоянию на 4 декабря 2025 г.).

В связи с вышеизложенным, судебная коллегия соглашается с выводами суда об удовлетворении требований истца в части включения периодов работы, имевших место на территории Республики Таджикистан, которые подтверждены письменными доказательствами - архивными справками Центрального государственного архива Республики Таджикистан, которые скреплены печатью, подписаны должностными лицами, содержат дату выдачи, не доверять которым у суда первой инстанции оснований не имелось.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответ на формуляр-запрос ОСФР по Иркутской области из компетентного органа Республики Таджикистан не поступил, в связи с чем у суда не имелось оснований для включения спорных периодов в страховой стаж истца, судебная коллегия отклоняет, поскольку не поступление ответа из компетентного органа Таджикистан не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований о включении в страховой стаж истца указанных периодов трудовой деятельности, при наличии в материалах дела справок из Центрального государственного архива Республики Таджикистан, в которых содержаться сведения о периодах работы истца и начисленной заработной плате.

С доводами апелляционной жалобы о необоснованности включения периода работы истца с 23 мая 1990 г. по 12 апреля 1993 г. в колхозе, ввиду отсутствия сведений о приеме на работу и увольнении, судебная коллегия согласиться не может, так как согласно трудовой книжке колхозника и архивным справкам администрации Северского района Краснодарского края, подтверждается факт принятия истца в члены колхоза и исключения истца из членов колхоза, также имеются сведения о начислении заработной платы за период с 1990 г. по 1993 г., что давало суду основания для включения указанного периода в страховой стаж в полном годовом исчислении.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у истца необходимого индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) с учетом включения спорных периодов в страховой стаж, судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку суд первой инстанции в назначении истцу страховой пенсии отказал, именно в связи с отсутствием величины ИПК у ФИО1, который составляет 20,724, при требуемой величине 28,2.

Таким образом, апелляционная жалоба отражает правовую позицию стороны ответчика, основанную на ином толковании закона, с которой судебная коллегия не может согласиться по вышеизложенным основаниям, не указывает на обстоятельства, которые в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могут служить основанием для отмены решения, и удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Чунского районного суда Иркутской области от 15 января 2026 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

М.А. Герман

Судьи

И.Л. Васильева Н.А. Игнатьева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 апреля 2026 г.