Решение № 2-609/2019 2-609/2019~М-269/2019 М-269/2019 от 25 марта 2019 г. по делу № 2-609/2019

Дело № 2-609/2019

УИД 33RS0011-01-2019-000401-58


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ковров 25 марта 2019 года

Ковровский городской суд Владимирской области в составе

председательствующего судьи Черкас О.В.,

при секретаре Кожемякиной Ю.Е.,

с участием истца ФИО1, его представителей ФИО2, ФИО3, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Коврове гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» (далее - ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов») о признании незаконным приказа <№>/д от <дата> о наложении на него дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда в сумме 5000 рублей.

В обоснование иска указано, что ФИО1 работает в ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» слесарем-электриком по ремонту электрооборудования с <дата> года. <дата> приказом <№> на него наложено дисциплинарное взыскание – выговор за неоднократное нарушение подпункта 4 пункта 2.14 должностной инструкции электромонтера и правил внутреннего трудового распорядка для работников учреждения. В указанном приказе указано, что <дата> в слесарной мастерской ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» истец называл ФИО6 оскорбительными словами. Считает, что приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности наложен на него незаконно, поскольку высказывания в адрес ФИО6 не связаны с исполнением ими трудовых обязанностей и являются личными неприязненными отношениями между ними. Полагает, что оскорбления ФИО6 являются административным проступком, ответственность за его нарушение предусмотрена Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Наложением дисциплинарного взыскания работодателем ему причинен моральный вред, который он оценивает в 5000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, пояснив, что <дата> пришел в слесарную мастерскую, где находились ФИО6, ФИО7 и Свидетель №1, и высказал ФИО6 по поводу его лживых показаний, данных им в суде при разбирательстве дела по его (истца) иску об оспаривании дисциплинарного взыскания, называя при этом того <данные изъяты> Его речь проходила в спокойном тоне и длилась около минуты. Свидетель №4 <дата> нецензурными выражениями не оскорблял. <дата> директор высказал ему претензии по поводу нахождения его в комнате социальных работников, он ему ответил <данные изъяты> поскольку пребывание его в кабинете была связана с исполнением им обязанностей председателя первичной профсоюзной организации. <дата> находился на больничном, но пришел в учреждение, поскольку приехал представитель прокуратуры по заявлению члена первичной профсоюзной организации. Директор попросил его покинуть помещение, на что он ему ответил, что выполняет общественные дела.

Представители истца ФИО2 и ФИО3, допущенные к участию в деле, в судебном заседании исковые требования поддержали, указав, что ответчик привлек ФИО1 к дисциплинарной ответственности за неоднократное нарушение должностной инструкции и правил внутреннего трудового распорядка. Вместе с тем срок привлечения к дисциплинарной ответственности за оскорбление Свидетель №4 истек, кроме того ФИО1 ее не оскорблял, что подтверждено показаниям свидетеля Свидетель №7 Также не установлено оскорблений в отношении директора <дата> и <дата> Более того <дата> ФИО1 находился на больничном, соответственно не обязан был исполнять какие-либо трудовые обязанности в этот день. В отношении ФИО8 <дата> ФИО1 действительно высказывались оскорбления, но они не являются нецензурными, включены в словарь русского языка. Выражения носят негативную оценку ФИО6, являются субъективным мнением истца, которое он может свободно высказывать, и несвязанны с исполнением трудовых обязанностей в учреждении. Имеет место личный конфликт между ФИО1 и ФИО6, который не является нарушением трудовых обязанностей кого-либо из них. Унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, является административным правонарушением и работодатель не имеет право привлекать за это к дисциплинарной ответственности. Кроме того за оскорбление может быть возложена обязанность компенсации морального вреда. ФИО6 не обратился в правоохранительные органы за восстановлением своего нарушенного права, то есть согласился с негативной оценкой своего поведения, либо посчитал это недостаточным оскорблением. Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности инициирована работодателем, в связи с ведением им в учреждении профсоюзной деятельности. Полагает, что представители ответчиков не вправе ссылается на Кодекс этики, поскольку он у них отсутствует. Более того он предусматривает ответственность общественного характера.

Представители ответчика ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» ФИО4 и ФИО5, действующие на основании доверенностей, с исковыми требованиями не согласились, указали, что <дата> на имя директора ФИО9 поступила служебная записка от слесаря-электрика ФИО6 о том, что электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО1 оскорблял его нецензурными словами <дата> в слесарной мастерской. ФИО1 в присутствии других работников учреждения Свидетель №2, Свидетель №1 и получателя социальных услуг Свидетель №3 в адрес ФИО6 высказал грубые оскорбительные выражения, в связи с тем, что тот в судебном заседании <дата> по делу по иску ФИО1 о признании незаконным приказа в наложении дисциплинарного взыскания дал правдивые свидетельские показания. По данному факту запрошены объяснительные, проведена проверка. Установлено, что ФИО1 были нарушены положения должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования и правил внутреннего трудового распорядка для работников учреждения, с которыми истец был ознакомлен. Ссылаясь на письмо Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации <№> от <дата> полагали, что за указанные нарушения локальных нормативных актов работодатель может применять меры дисциплинарного воздействия. При вынесении дисциплинарного взыскания в отношении ФИО1 учтено его предыдущее поведение: грубые высказывания в отношении исполняющей обязанности главного бухгалтера Свидетель №4 <дата>, неуважительное отношение к руководству учреждения <дата>, когда ФИО1 на замечание директора, чем он занят в рабочее время, ответил <данные изъяты> имеется характеристика начальника хозяйственного отдела ФИО10, непосредственного начальника ФИО1, в которой последний характеризуется как неисполнительный и конфликтный работник. Обратили внимание, что работая в сфере социальной защиты, работник обязан соблюдать нормы служебной и профессионально этики, предусмотренные Кодексом этики и служебного поведения работников органов социальной защиты и учреждений социального обслуживания, утвержденным Приказом Министерством труда и социальной защиты РФ от <дата><№>. Такой кодекс был принят в учреждении <дата> но он был утерян. Ранее на ФИО1 также накладывалось дисциплинарное наказание в виде замечания. В оспариваемом приказе допущена опечатка в дате утверждения правил внутреннего распорядка: указано <дата>, вместо верного <дата>

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Исходя из положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник при приеме на работу принимает на себя обязательства, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации (дисциплинарным проступком признается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышлено или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника.

Противоправность действий или бездействий работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействия) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора либо увольнения по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обязанность доказать совершение работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя.

Таким образом, на работодателе лежит обязанность предоставить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности.

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Судом установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» на основании трудового договора <№> от <дата> и соглашения к трудовому договору от <дата>, трудоустроен в должности слесаря-электрика по ремонту электрооборудования.

Из п. 18 указанного соглашения усматривается, что работнику устанавливается следующие особенности режима работы- понедельник-четверг с 08-00 часов до 12-00 часов, в пятницу с 08-00 часов до 12-00 часов.

Согласно п.2.2.5 трудового договора <№> от <дата> и подп. «в» п. 10 соглашения к трудовому договору от <дата>, работник обязан соблюдать трудовую дисциплину.

Дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из статьи 189 Кодекса, в правилах внутреннего трудового распорядка или иных локальных нормативных актах, трудовых договорах работодатель вправе установить правила поведения работников внутри организации.

Обязанности работника должны быть зафиксированы в трудовом договоре, должностной инструкции, в локальных нормативных актах работодателя, а работник должен быть с ними ознакомлен (ст. 21, ч. 3 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.1 соглашения к трудовому договору от <дата> работник обязуется соблюдать уважительное и доброжелательное отношение к проживающим в учреждении гражданам и сотрудникам. Не позволяет себе в разговоре с ними агрессии и нецензурной лексики, угроз и дискриминации личности.

Пунктом 2.14 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» запрещается использовать ненормативную или сленговую лексику, презрительную интонацию, грубить, оставаться равнодушным к просьбам клиентов и сотрудников.

С указанной должностной инструкцией ФИО1 был ознакомлен <дата>.

Подпунктом 11 пункта 3.2 раздела 3 Правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов», утвержденных <дата>, установлено, что работники обязаны вести себя корректно, достойно, не допуская отклонений от признанных норм делового общения, принятых работодателем.

В данных правилах, указано, что копия данного документа вывешивается на обозрение работников у актового зала. Кроме того данные правила были согласованы с ФИО1 как председателем первичной профсоюзной организации СОЦПРОФ <дата>

<дата> от слесаря-электрика ФИО6 на имя директора учреждения Свидетель №6 поступила служебная записка, в которой указано, что <дата> в слесарной мастерской электромонтер ФИО1, зайдя в помещение, стал оскорблять его нецензурной бранью: <данные изъяты> При этом присутствовали уборщик Свидетель №2, слесарь – сантехник Свидетель №1 ФИО1 высказал ему свое недовольство по поводу суда, состоявшегося <дата>, на котором ФИО6 давал показания в качестве свидетеля.

В этот же день у присутствующих при конфликте отобраны объяснения.

Из объяснительной уборщика Свидетель №2 следует, что <дата> ФИО1 нецензурно оскорблял ФИО11, предъявляя претензии за показания, данные им в суде.

Из объяснительной слесаря-сантехника Свидетель №1 следует, что <дата> он находился в слесарной мастерской, когда ФИО12 в нецензурных выражениях оскорблял ФИО6 за его выступление в суде.

Согласно объяснительной Свидетель №3, являющегося получателем социальных услуг учреждения, <дата> он находился в слесарной мастерской. ФИО1 забежал в мастерскую и стал кричать на ФИО6, оскорблять и унижать его, используя оскорбительные слова.

<дата> от ФИО1 поступила объяснительная, в которой отрицал случившееся, указал, что ФИО6 лжет.

Приказом директора ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» <№> от <дата> была создана комиссия по расследованию вышеуказанного факта.

Из акта от <дата> о рассмотрении дисциплинарного проступка работником и принятия решения о наложении дисциплинарного взыскания следует, что в связи с многократными нарушениями электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО13 пункта 2.14 подпункта 4 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования <№> от <дата>, где ему запрещается использовать ненормативную или сленговую лексику, презрительную интонацию, грубить, оставаться равнодушным к просьбам клиентов и работников, и пункта 3 раздела 11 правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов», утвержденных <дата>, согласно которому работники обязаны вести себя корректно, достойно, не допуская отклонений от признанных норм делового общения, принятых работодателем, комиссия пришла к выводу о привлечении электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

На основании приказа <№> от <дата> за неоднократное нарушение п. 2.14 подпункта 4 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования <№> от <дата>, пункта 3 раздела 11 Правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов», утвержденных <дата>, на ФИО1 было наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

С данным приказом ФИО1 был ознакомлен <дата>.

Как следует и пояснений представителей ответчика допущена опечатка в годе утверждения Правил внутреннего распорядка – верно «2014 г.». Кроме того суд отмечает, что обязанность вести себя корректно, достойно, не допуская отклонений от признанных норм делового общения, предусмотрена в подпункте 11 пункта 3.2 раздела 3 правил внутреннего трудового распорядка.

ФИО1 в суде не отрицал нанесение публичных оскорблений ФИО6 <дата> в слесарной мастерской учреждения после начала рабочего времени, не соглашался, с тем, что они были нецензурными.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 называл его <данные изъяты> и другими оскорбляющими его словами. Нецензурно по отношению к нему ФИО1 не выражался.

При этом суд отмечает, что указанные выражения, хотя и не являются нецензурными, но по своему смыслу носят оскорбительный характер, направлены на унижение достоинства.

Факт нанесения оскорблений ФИО1 ФИО6 подтвердили в судебном заседании также свидетели Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №3

На основании изложенного суд приходит в к выводу о том, что истцом <дата> было допущено виновное ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в ненадлежащем исполнении трудовой дисциплины, в частности в нарушении п. 2.14 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» и подпункта 11 пункта 3.2 раздела 3 правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов».

Довод истца о том, что действия, за которые для истца наступила дисциплинарная ответственность, не связаны с выполнением им и ФИО6 трудовых обязанностей, необоснован. Эти действия не связаны с выполнением трудовой функции, однако с выполнением должностных обязанностей, как их определяет законодатель, связаны непосредственно.

Также несостоятелен довод истца о том, что за оскорбление предусмотрена административная ответственность либо гражданско-правовая в виде возложения обязанности компенсации морального вреда, поскольку истец привлечен к дисциплинарной ответственности не за оскорбление ФИО6, а за несоблюдение установленных в учреждении требований к поведению работников, в частности, при обращении с коллегами. Наличие у ФИО6 права на защиту чести и достоинства в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не препятствовало работодателю применить к истцу дисциплинарное взыскание.

В качестве оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 работодателем также указано на имевшие место <дата> оскорбления ФИО1 главного бухгалтера Свидетель №4, <дата> грубое высказывание в отношении директора Свидетель №6 Однако срок привлечения к дисциплинарной ответственности по данным фактам на <дата> истек. Служебная проверка по факту <дата> не проводилась.

По событию имевшем место <дата> суд не усматривает признаки дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении ФИО1 п. 2.14 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования и подпунктп 11 пункта 3.2 раздела 3 правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов».

Так <дата> ФИО1, находясь на больничном, пришел в ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов. На требования покинуть учреждение, истец вытолкнул представителей работодателя из кабинета СОЦПРОФ и заперся изнутри. Руководителю учреждения пришлось вызвать сотрудников полиции. Как следует из материала проверки КУСП -<№> от <дата> каких-либо противоправных действий в отношении сотрудников учреждения ФИО1 не совершал.

Директор учреждения Свидетель №6, допрошенный в качестве свидетеля, в судебном заседании пояснил, что ФИО1 в его присутствии нецензурную лексику не использовал.

В данном случае неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей судом не установлено. Кроме того порядок привлечения к дисциплинарной ответственности ответчиком не был соблюден.

Вместе с тем указанные события принимаются во внимание как характеризующие предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Так, допрошенная в качестве свидетеля главный бухгалтер учреждения Свидетель №4 суду пояснила, что <дата> при проверке автомобиля ФИО1 на КПП на ее требования показать груз он начал ее оскорблять, в том числе нецензурно. Никаких личных неприязненных отношении к ФИО1 она не испытывает. Оснований не доверять пояснениям данного свидетеля у суда не имеется, они согласуются с ее служебной запиской от <дата>

Свидетель Свидетель №7, присутствовавшая при данном конфликте, в судебном заседании факт оскорбления ФИО1 Свидетель №4 отрицала. Вместе с тем суд критически относится к показаниям данного свидетеля, поскольку на момент судебного разбирательства <дата> имелся спор о восстановлении на работе между ней и ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов, откуда она была уволена по <данные изъяты>

Свидетель Свидетель №6, директор учреждения, в судебном заседании, пояснил, что <дата> он сделал устное замечании ФИО1 о нахождении его не на своем рабочем месте, на что тот в грубой форме ответил ему <данные изъяты>

Как пояснил истец, он ответил директору в спокойной тоне <данные изъяты> поскольку его нахождение в кабинете соцрабоников было связано с осуществлением им профсоюзной деятельности.

Вместе с тем по смыслу п. 5 ст. 11 Федерального закона от 12 января 1996 года №10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» уставные задачи профсоюза истец, являясь работником учреждения, вправе реализовывать только по согласованию с работодателем, право беспрепятственно посещать рабочие места, где работают члены соответствующего профсоюза, для реализации уставных задач и предоставленных профсоюзам прав предоставляется представителям профсоюзных организаций не являющихся работниками.

Более того при осуществлении задач профсоюза истец не освобождается от обязанностей по соблюдению дисциплины труда, в частности п. 2.14 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» и подпункта 11 пункта 3.2 раздела 3 правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов».

Из представленной характеристики на ФИО1 от <дата><№> следует, что ФИО1 зарекомендовал себя в основном с отрицательной стороны. Непунктуален, неорганизован, безынициативен, имеет низкую работоспособность. Проявил себя как конфликтный работник. Во взаимоотношениях с коллегами по работе использует ненормативную лексику и оскорбления. Выражает несогласие с методами работы. Ему присущи завышенная самооценка, неумение выслушивать коллег и руководителей, к критике в свой адрес относится болезненно, правила служебной этики не соблюдает. В коллективе хозяйственного отдела авторитетом и уважением не пользуется. Руководителями учреждения не однократно делались устные замечания ФИО1 за ненормативную лексику, проводилась работа с целью искоренения отрицательных черт характера, но участились факты лжи, оскорблений и оговора коллег. Имеется дисциплинарное взыскание в виде замечания за отсутствие на рабочем месте.

Приказом от <дата><№>д/в на ФИО1 за нарушение должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания.

Решением Ковровского городского суда от <дата>, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегией по гражданским делам Владимирского областного суда от <дата>, исковые требования ФИО1 к ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным и отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания <№> от <дата> «О наложении дисциплинарного взыскания» и компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора имелись, поскольку в судебном заседании нашел подтверждение факт неисполнения истцом своих трудовых обязанностей, что выразилось в нарушении им требований п. 2.14 должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» и подпункта 11 пункта 3.2 раздела 3 правил внутреннего трудового распорядка для работников ГБУСО ВО «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов». Назначено наказание соответствует тяжести проступка, учтено предыдущее отношение истца к исполнению трудовых обязанностей.

Порядок наложения дисциплинарного взыскания, установленный ст.ст. 193 ТК РФ, не нарушен.

Учитывая, что судом не было установлено нарушений трудовых прав ФИО1 при наложении на него дисциплинарного взыскания, оснований для компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению социального обслуживания Владимирской области «Ковровский специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Ковровский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: О.В.Черкас

Справка: мотивированное решение изготовлено 01 апреля 2019 г.