Апелляционное определение № 33А-8682/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья Нуриева А.В. № 2а-5621/2025 17 декабря 2025 г.

Докладчик Лобанова Н.В. № 33а-8682/2025 город Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Лобановой Н.В.,

судей Саблиной Е.А., Сека Ю.А.,

при секретаре Кашутиной А.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 30 июня 2025 г. по административному делу по административному исковому заявлению ФИО1 о признании незаконными действий (бездействия), связанных с условиями содержания при рассмотрении уголовного дела.

Заслушав доклад судьи Лобановой Н.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным иском об оспаривании действий (бездействия), связанных с условиями содержания в конвойном помещении здания суда.

В обоснование заявленных требований указал, что Верховным Судом Республики Карелия в период с сентября 2010 г. по май 2011 г. рассматривалось уголовное дело по обвинению его в совершении ряда преступлений. В связи с необходимостью участия в судебных заседаниях по данному делу содержался в конвойном помещении здания суда, где не соблюдались требования приватности санузла. Также в суде отсутствовало помещение для конфиденциальной беседы подсудимых с адвокатом. Полагает указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении его прав.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 30 июня 2025 г. в удовлетворении административного иска отказано.

С этим судебным постановлением не согласился административный истец ФИО1 В апелляционной жалобе просит решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность. В апелляционной жалобе настаивает на том, что при посещении туалета не соблюдались требования приватности, что умаляло его человеческое достоинство. Также указывает, что был лишен возможности получить надлежащую юридическую помощь, так как конфиденциальность его бесед с адвокатом не была обеспечена, что, в том числе, привело к назначению судом чрезмерно сурового наказания.

В письменных ходатайстве, возражениях на апелляционную жалобу административные ответчики Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации, Министерство финансов Российской Федерации просят принятое по делу решение суда оставить без изменения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 23 октября 2025 г. для рассмотрения апелляционной жалобы данное административное дело передано в Архангельский областной суд.

Заслушав административного истца ФИО2, поддержавшего апелляционную жалобу, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поданных относительно нее ходатайства, возражений, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены принятого по делу судебного постановления.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ФИО1 с 15 апреля 2009 г. находился под стражей в связи с расследованием уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 119, частью 1 статьи 139, частью 3 статьи 30 и частью 1 статьи 105, пунктом «г» части 2 статьи 206, пунктом «д» части 2 статьи 111, пунктом «б» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Уголовное дело № 2-03/2011 в отношении ФИО1 поступило в Верховный Суд Республики Карелия 07 сентября 2010 г. и рассматривалось по 30 мая 2011 г. включительно, когда по делу был постановлен приговор. В ходе рассмотрения уголовного дела с участием административного истца проведено 48 судебных заседаний. Для участия в судебном разбирательстве по указанному уголовному делу ФИО1 доставлялся в здание Верховного Суда Республики Карелия, где до начала судебных заседаний и после их окончания временно содержался в конвойном помещении.

Полагая, что условия его содержания в конвойном помещении не соответствовали требованиям законодательства Российской Федерации, ФИО1 обратился в суд с рассматриваемым административным иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции с учетом исследованных доказательств, пришел к выводу о том, что условия содержания административного истца в конвойном помещении суда сами по себе, с учетом конкретных обстоятельств дела, не могут быть признаны жестоким и бесчеловечным обращением.

С таким выводом судебная коллегия соглашается.

Пунктом 42 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации определено, что содержание под стражей - это пребывание лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, либо обвиняемого, к которому применена мера пресечения в виде заключения под стражу, в следственном изоляторе либо ином месте, определяемом федеральным законом.

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 09 июля 2024 г. № 36-П следует, что, поскольку Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» связывает правовое положение подозреваемых и обвиняемых с применением к ним меры уголовно-процессуального принуждения, их временное нахождение за пределами мест, перечисленных в его статье 7, в том числе в конвойном помещении суда, не отменяет и не изменяет их правового статуса лиц, в отношении которых продолжает действовать мера пресечения в виде заключения под стражу. Именно в силу этого данные лица в здании суда размещаются в конвойных помещениях, где обеспечивается их изоляция от общества, влекущая ограничение конституционного права на свободу и личную неприкосновенность. Конвойные помещения по своему функциональному предназначению предполагают размещение в них данных лиц не круглосуточно, а в часы работы суда и лишь в отдельные дни в целях реализации их процессуальных прав и осуществления обязанностей в ходе судебных заседаний и для ознакомления с делом. А потому объективно отсутствует необходимость (и по ряду параметров - возможность) создания в таких помещениях всех тех условий, которые определены законом для целей обеспечения значительно более долгой, непрерывной (за исключением выездов для участия в следственных действиях и в суд) жизнедеятельности в местах содержания под стражей, перечисленных в статье 7 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Конвойные помещения, временное нахождение в которых также связано с применением к лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, как таковые не предназначены для непрерывного, круглосуточного пребывания в них лиц, заключенных под стражу, что объективно объясняет выбор законодателя не относить их к числу мест содержания под стражей и не уравнивать во всех отношениях условия пребывания в конвойных помещениях и в определенных законом местах содержания под стражей.

Несмотря на отличия от предусмотренных законом мест содержания под стражей, конвойные помещения безусловно являются местами, где осуществляется изоляция данных лиц от общества, влекущая ограничение их права на свободу и личную неприкосновенность, что резко сужает их возможности самостоятельно заботиться о своем здоровье и безопасности, как и возможности удовлетворения других нужд.

Лица, в отношении которых применяется мера пресечения в виде заключения под стражу, не должны лишаться конституционных прав и гарантий, конкретизированных в Федеральном законе от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», во время их вынужденного нахождения в местах, в нем не перечисленных, а потому данные гарантии должны быть адаптированы для таких мест с учетом отмеченных ранее объективных обстоятельств. Это касается как соблюдения в их отношении общих принципов законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, так и права на личную безопасность, права обращаться с жалобами по вопросу нарушения их прав и интересов, получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, а также права на компенсацию за нарушение условий содержания под стражей (статьи 4, 17 и 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, здание Верховного Суда Республики Карелия, введенное в эксплуатацию в июне 2010 г., в период рассмотрения в сентябре 2010 г. – мае 2011 г. уголовного дела в отношении ФИО1 соответствовало действовавшим в это время техническим нормам и правилам, в том числе, своду правил СП 31-104-2000 «Свод правил по проектированию и строительству. Здания судов общей юрисдикции», утвержденному приказом Судебного департамента от 02 декабря 1999 г. № 154 (далее по тексту – также Свод правил).

Согласно пункту 5.1 Свода правил помещения зданий судов делятся на следующие функциональные группы: залы судебных заседаний с сопутствующими помещениями; рабочие помещения для судей; рабочие помещения для работников, осуществляющих техническое обеспечение деятельности суда; помещения для подсудимых и конвоя; помещения обслуживающего назначения; помещения вспомогательного назначения.

В соответствии с пунктом 5.35 Свода правил группа помещений для подсудимых и конвоя включает: камеры для подсудимых, помещения для конвоя и санитарный узел. Эту группу помещений следует размещать таким образом, чтобы она имела непосредственную связь со служебным входом в здание, а путь подсудимых от камер до зала судебных заседаний по рассмотрению уголовных дел был изолированным, он должен проходить по отдельным лестницам и коридорам. Допускается размещение группы помещений для подсудимых в подвальном этаже здания.

Положениями указанного Свода правил помещения для конфиденциального общения подсудимого с защитником не были предусмотрены.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что условия содержания ФИО1 в конвойном помещении здания Верховного Суда Республики Карелия соответствовали предъявляемым законом требованиям.

Исходя из разъяснений, приведенных в третьем абзаце пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

С учетом изложенного, судом первой инстанции правомерно принято во внимание то обстоятельство, что при отсутствии отдельного помещения, специально предназначенного для конфиденциального общения подсудимых с защитником, в указанный период в данных целях могло использоваться помещение для ознакомления с материалами уголовного дела. Также в залах судебных заседаний не ограничено общение подсудимого и его защитника, который располагается в непосредственной близости от места для лиц, содержащихся под стражей.

Каких-либо нарушений прав ФИО1, в том числе, права на защиту, в период рассмотрения уголовного дела и в последующем при обжаловании приговора не установлено. Само по себе нахождение административного истца в здании суда в конвойном помещении не является безусловным основанием для признания прав административного истца нарушенными с учетом того, что содержание лиц в камерах для подсудимых рассчитано на их временное пребывание.

Также при рассмотрении данного административного дела суд первой инстанции обоснованно принял во внимание то обстоятельство, что, несмотря на предпринятые меры, объективно лишен возможности проверить доводы административного иска о несоблюдении требований приватности санузла, так как документы, отражающие условия содержания в конвойном помещении суда в указанный им период, в требуемом объеме не сохранились.

ФИО1 при подаче административного искового заявления, а также в ходе судебного разбирательства не представил каких-либо доказательств, обосновывающих заявленные им требования, как и не указал на обращение с жалобами на условия содержания, умаляющие его достоинство, в спорный период.

Не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение столь длительного срока (более 14 лет), административный истец способствовал созданию ситуации невозможности представления документов в качестве доказательств по делу.

Как правомерно указано судом первой инстанции, действуя в пределах собственного усмотрения (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), предъявляя требования об оспаривании условий содержания в конвойном помещении суда за пределами сроков хранения необходимой документации, ФИО1, по существу, самостоятельно отказался в течение длительного времени от реализации своего процессуального права на судебную защиту, что не может свидетельствовать о нарушении его интересов судом и безусловном принятии его требований как обоснованных.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обращение в суд с административным иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению ФИО1, имели место, свидетельствует о злоупотреблении им своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии предусмотренных пунктом 1 части 2 статьи 227, статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для удовлетворения административного иска.

Доводы апелляционной жалобы повторяют правовую позицию административного истца, выраженную в суде первой инстанции, были предметом исследования суда, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте с подробным изложением мотивов, по которым они были отклонены, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции в части оценки доказательств и установленных обстоятельств дела, выводов суда не опровергают и о существенных нарушениях норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов, не свидетельствуют, а потому не могут повлечь отмену правильного по существу судебного постановления.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 30 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана через суд первой инстанции, принявший решение, в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции, а затем - в Судебную коллегию по административным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи