Решение № 2-2059/2019 2-278/2020 2-278/2020(2-2059/2019;)~М-2371/2019 М-2371/2019 от 24 февраля 2020 г. по делу № 2-2059/2019

Дело № 2-278/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Томск 25 февраля 2020 года

Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Точилина Е.С.

при секретаре Кулманаковой К.С.,

помощник судьи Кованцева А.С.,

с участием

истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

ФИО1 обратилась в Томский районный суд Томской области с иском к ФИО2, в котором просила взыскать с ответчика в свою пользу возмещение вреда в размере 144 714 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 07.07.2015 по 22.11.2019 – 52 983,95 рублей.

В обоснование требований указала, что 24.03.2015 Томским районным судом Томской области был удовлетворен иск ФИО1 о взыскании с ХХХ задолженности в размере 144 714 рублей. Денежные средства выплачены не были, сумма процентов составила сумму в размере 52 983,95 рублей. Учредителями ХХХ было принято решение о ликвидации, о чём налоговый орган был уведомлен 15.06.2015. Ликвидатором общества назначен ответчик. В установленный срок для предъявления требований кредиторов и до утверждения ликвидационного баланса истец заявила обществу о своих имущественных требованиях. Впоследствии было направлено ещё несколько повторных требований. Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 7 по Томской области зарегистрировала ликвидацию указанного юридического лица 21.07.2016. ФИО1 обратилась в налоговый орган 13.12.2016 с заявлением о выдаче копии ликвидационного баланса, однако 13.01.2017 истцу было отказано в получении документов и сообщено, что согласно поданным ХХХ при ликвидации сведениям последнее не имело какой-либо задолженности перед третьими лицами. Таким образом, истец узнала, что её права были нарушены ликвидатором, поскольку ликвидация общества проведена с нарушением прав кредитора, следовательно, ответчик действовал недобросовестно и неразумно, тем самым причинил вред.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме, пояснили, что о нарушении своих прав истец узнала только из ответа налогового органа от 13.01.2017, в связи с чем срок исковой давности не был пропущен. Кроме того, у истца имеются заболевания, которые препятствовали ей подать исковое заявление, поэтому, если срок и пропущен, то он пропущен по уважительной причине.

Ответчик ФИО2 и его представители ФИО5 и ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, пояснили, что ответчиком была соблюдена процедура ликвидации, ФИО2 действовал добросовестно. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку о нарушении своих прав истец должна была узнать при получении постановления судебного пристава-исполнителя от 20.10.2015 об окончании исполнительного производства в отношении ХХХ в связи с ликвидацией последнего. Ответчик ФИО2 в судебном заседании также пояснил, что задолженность ХХХ перед ФИО1 при ликвидации общества не была погашена. Не смог вспомнить, по какой причине в ликвидационном балансе задолженность ХХХ перед ФИО1 отсутствовала.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и их представителей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Из материалов дела следует, что решением Томского районного суда Томской области от 24.03.2015, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 07.07.2015, с ХХХ в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа № от (дата) в размере 15 000 рублей, по договору займа № от (дата) – 700 рублей, по договору займа № от (дата) – 60 000 рублей, по договору займа № от (дата) – 65 000 рублей. Также с ХХХ в пользу ФИО1 взыскана сумма в размере 4014 рублей в счёт возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя от 20.10.2015 возбужденное 09.09.2015 в отношении ХХХ исполнительное производство в пользу взыскателя ФИО1 было окочено в связи с тем, что должник находится в стадии ликвидации. Исполнительный документ направлен ликвидатору ФИО2

Представленной в материалы дела выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 16.08.2019 подтверждается, что 20.06.2016 ХХХ было ликвидировано.

Согласно ответу Межрайонной ИФНС России № 7 по Томской области от (дата) № в регистрирующий орган информация о наличии у ХХХ задолженности не поступала; представленные на государственную регистрацию документы соответствовали требованиям закона; информацией о недостоверности сведений, содержащихся в ликвидационном балансе, регистрирующий орган не располагал; в связи с этим 20.06.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией.

При разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения ликвидатора к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных его действиями (бездействием), подлежат оценке обстоятельства, связанные с соблюдением им порядка ликвидации, установленного Гражданским кодексом Российской Федерации.

Порядок ликвидации юридических лиц предусмотрен статьями 61 – 64 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица, в течение трех рабочих дней после даты принятия данного решения обязаны сообщить в письменной форме об этом в уполномоченный государственный орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, для внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации, а также опубликовать сведения о принятии данного решения в порядке, установленном законом.

Пунктом 3 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что с момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого юридического лица выступает в суде.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица.

После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией (пункт 2 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого юридического лица производится ликвидационной комиссией в порядке очередности, установленной статьей 64 настоящего Кодекса, в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом со дня его утверждения.

В соответствии с пунктом 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации после завершения расчетов с кредиторами ликвидационная комиссия составляет ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица. В случаях, установленных законом, ликвидационный баланс утверждается по согласованию с уполномоченным государственным органом.

В силу статей 9, 224 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если стоимость имущества должника – юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, комиссия, ликвидатор обязаны обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности.

Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Материалами дела подтверждается, что 04.09.2015 ФИО1 направила в ХХХ требование кредитора, согласно которому просила погасить задолженность общества перед ней в соответствии с решением Томского районного суда Томской области.

Согласно кассовому чеку Почты России от 04.09.2015 и отчёту об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 63405056936225 данное требование было получено адресатом 10.09.2015.

15.04.2016 ФИО1 повторно направила требование в ликвидационную комиссию ХХХ о погашении задолженности ликвидируемого общества перед истцом по судебному решению от 24.03.2015 в общей сумме в размере 144 714 рублей.

Кассовым чеком Почты России от 15.04.2016 и отчётом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 63405062451460 подтверждается, что указанное требование кредитора было вручено адресату 23.05.2016.

Из представленного в материалы дела на запрос суда из Межрайонной ИФНС России № 7 по Томской области ликвидационного баланса ХХХ за отчетный 2015 год по состоянию на 12.05.2016 следует, что по состоянию на 31 декабря предыдущего года у общества имелась задолженность по заемным денежным средствам в размере 141 тысячи рублей (страница 5 ликвидационного баланса).

Из пояснений ответчика в судебном заседании следует, что в ликвидационном балансе в данной части отражена задолженность ХХХ перед истцом по решению суда.

Согласно указанному ликвидационному балансу по состоянию на отчетную дату у ХХХ задолженности по заемным средствам уже не имеется.

Аналогичные сведения содержатся в представленной ответчиком бухгалтерской отчетности общества за 2015 год, полученной на сайте «online.sbis.ru».

Таким образом, согласно сведениям, изложенным в ликвидационном балансе и бухгалтерской отчетности у ХХХ была указана задолженность, которая соответствовала долгу общества перед ФИО1 по решению суда от 24.03.2015.

Вместе с тем при подаче ликвидационного баланса задолженность уже отсутствовала, однако в судебном заседании ответчик ФИО2 подтвердил, что денежные средства ФИО1 в счёт погашения задолженности ХХХ не выплачивало.

Доказательств, подтверждающих погашение задолженности ХХХ перед ФИО1 в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 53 и пункту 3 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, с момента назначения ликвидационной комиссии, ликвидатора к ним переходят полномочия по управлению делами юридического лица.

Перечисленными доказательствами подтверждается, что при осуществлении процедуры ликвидации, в том числе на момент составления окончательного ликвидационного баланса ликвидатор ФИО2 знал о наличии долга ХХХ перед истцом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с ликвидацией юридического лица в регистрирующий орган представляются заявление о государственной регистрации, в котором подтверждается, что соблюден установленный федеральным законом порядок ликвидации юридического лица и расчеты с его кредиторами завершены, а также ликвидационный баланс.

Необходимые для государственной регистрации документы должны соответствовать требованиям закона и как составляющая часть государственных реестров, являющихся федеральным информационным ресурсом, содержать достоверную информацию.

Поэтому представление ликвидационного баланса, не отражающего действительного имущественного положения ликвидируемого юридического лица и его расчеты с кредиторами, следует рассматривать как непредставление в регистрирующий орган документа, содержащего необходимые сведения, что является основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица на основании подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Таким образом, на момент утверждения итогового ликвидационного баланса обществу и его ликвидатору было известно о неисполненных обязательствах перед ФИО1

Между тем ликвидатором не было направлено письменное уведомление кредитору о ликвидации юридического лица, ликвидационный баланс не содержал сведений о задолженности должника перед истцом.

В таком случае представление в регистрирующий орган ликвидационного баланса, не отражающего действительного размера обязательств ХХХ перед истцом, следует рассматривать как непредставление документа, содержащего необходимые сведения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО2, являвшийся ликвидатором ХХХ при осуществлении процедуры ликвидации действовал недобросовестно, поскольку предоставил в налоговый орган недостоверные сведения и в нарушение требований закона не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Указанные обстоятельства являются основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам ХХХ

В то же время ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Сторона истца указывает, что о нарушении своих прав ФИО1 узнала из письма Межрайонной ИФНС России № 7 по Томской области от 13.01.2017.

Сторона ответчика, ссылаясь на получение истцом постановления судебного пристава-исполнителя от 20.10.2015 об окончании исполнительного производства, указывает на то, что о нарушении своих прав ФИО1 должна была узнать с этого момента.

Оценивая доводы сторон о начале течения срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Письмом Межрайонной ИФНС России № 7 по Томской области от 13.01.2017 действительно подтверждается, что ФИО1 с момента получения данного письма достоверно узнала о нарушении своих прав как кредитора ХХХ допущенных при его ликвидации.

Вместе с тем правовое значение имеет не только момент, когда истец узнал о нарушении своих прав, но и момент, когда он должен был узнать об этом.

Согласно пункту 5 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого юридического лица производится ликвидационной комиссией в порядке очередности, установленной статьей 64 настоящего Кодекса, в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом со дня его утверждения.

Учитывая приведенную норму права, суд не может согласиться с доводами стороны ответчика о том, что после получения истцом постановления судебного пристава-исполнителя от 20.10.2015 об окончании исполнительного производства ФИО1 должна была знать о нарушении своих прав, поскольку само по себе окончание исполнительного производства еще не свидетельствует о таком нарушении, принимая во внимание, что после утверждения промежуточного ликвидационного баланса ХХХ могло погасить свой долг перед истцом.

Однако в силу пункта 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации после завершения расчетов с кредиторами ликвидационная комиссия составляет ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица. В случаях, установленных законом, ликвидационный баланс утверждается по согласованию с уполномоченным государственным органом.

Таким образом, утверждение итогового ликвидационного баланса, подаваемого в налоговый орган непосредственно перед внесением в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности юридического лица, свидетельствует о том, что расчеты с кредиторами общество закончило.

Следовательно, как при утверждении итогового ликвидационного баланса, так и при внесение в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности юридического лица ФИО1 должна была узнать о нарушении своих прав.

Из представленного в материалы дела запроса ФИО1 в Межрайонную ИФНС России № 7 по Томской области от 13.12.2016 следует, что истцу 10.11.2016 стало известно о том, что ХХХ ликвидировано.

Учитывая изложенное, истец о нарушении своих прав должна была узнать 10.11.2016, поскольку на тот момент должник свою задолженность перед ней не погасил и был ликвидирован.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Исковое заявление подано ФИО1 26.12.2019, то есть с пропуском срока исковой давности.

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

Истцом указано, что срок исковой давности пропущен ею по уважительной причине, поскольку в силу состояния здоровья она не могла обратиться в суд за защитой своего права.

Так, истцом представлена копия медицинской карты пациента, а также записи о приеме врачами и исследованиях 20.12.2014, 14.01.2015, 16.11.2015, 03.12.2015, 08.12.2015, 10.12.2015, 15.01.2016, 25.10.2016, 21.11.2017, 07.12.2017, 17.01.2018, а также выписка от 24.05.2018 из протокола заседания Комиссии Департамента здравоохранения Томской области и письмо Департамента здравоохранения Томской области от 29.05.2018 о направлении документов ФИО1 в медицинскую организацию для оказания высокотехнологичной медицинской помощи.

Вместе с тем указанные документы не могут быть приняты судом во внимание в качестве доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока исковой давности, поскольку в силу статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности.

Представленные истцом документы не содержат каких-либо сведений о том, что истец не могла обратиться с иском в суд в течение 6 месяцев до 10.11.2019.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в связи с истечением срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, и отсутствием уважительных причин его пропуска.

Согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Таким образом, требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд через Томский районный суд Томской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Точилин Е.С.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 03.03.2020