Решение № 2-284/2023 2-284/2023~М-159/2023 М-159/2023 от 11 октября 2023 г. по делу № 2-284/2023

Дело № 2-284/2023

№ 12RS0002-01-2023-000202-72


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Звенигово 12 октября 2023 года

Звениговский районный суд Республики Марий Эл в составе судьи Москвичевой Т.Е. с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 ФИО5, при секретаре Масловой О.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, ФИО3, Черноозерской сельской администрации, нотариусу Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности, признании договора купли-продажи квартиры заключенным, признании перехода права собственности, прекращении права собственности на 2/5 доли квартиры, признании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата> недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, признании ФИО4 и ФИО3 утратившими право пользования спорной квартирой,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ и определения Звениговского районного суда об объединении гражданских дел в одно производство, обратилась к Черноозерской сельской администрации, ФИО4, ФИО1 и нотариусу Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности; признании договора купли-продажи квартиры №, расположенной по адресу: <адрес>, между З.М.А. и Б.Н.М. заключенным <дата>, признании перехода права собственности по указанному договору за ФИО1, прекращении права собственности на спорную квартиру ФИО4 и ФИО3 каждого в размере 2/5 доли; признании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенного между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А. недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, признании ФИО4 и ФИО3 утратившими право пользования спорной квартирой, признании за ФИО1 права собственности на спорную квартиру.

Требования обосновала следующим. <дата> между З.М.а.и Б.Н.М. заключен договор купли-продажи квартиры №, площадью 50,3 кв.м. с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>. Обязательства по сделке сторонами исполнены: денежные средства переданы З.М.А. в полном объеме, продавец передал, а покупатель принял вышеуказанную квартиру путем передачи ключей от нее. Факт заключения договора купли-продажи квартиры, подтверждается распиской о получении З.М.А. 4000 рублей. <дата> Б.Н.Н. умер. С момента смерти Б.Н.Н. ФИО1 пользуется указанным имуществом как своим собственным – содержит, оплачивает коммунальные и иные платежи. С момента пользования квартирой требований об освобождении квартиры от каких-либо лиц не предъявлялось, считает, что на этом основании у нее возникло право собственности на указанную квартиру в силу приобретательной давности. В дальнейшем, уточнив исковые требования, указала, что переход права собственности на указанную квартиру не зарегистрирован в связи с длительной болезнью и последующей смертью Б.Н.Н. И поскольку обязанности продавца на основании норм закона переходят к его универсальным правопреемникам (наследникам ФИО4 и ФИО3) покупатель недвижимого имущества вправе обратиться с иском о государственной регистрации перехода права собственности к наследникам. Далее, уточняя исковые требования указала, что при рассмотрении дела ей стало известно, что после смерти З.М.А., его жене З.В.А., <дата> нотариусом ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. Из свидетельства следует, что 1/5 доля принадлежит наследодателю на основании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенного между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А., зарегистрированного в администрации Черноозерского сельсовета <дата>. Вопреки п. 3 договора, предусматривающего право собственности с момента регистрации в бюро технической инвентаризации, на странице 2 договора графа «договор зарегистрирован в бюро технической инвентаризации, дата, подпись, печать» не заполнены. Из ответа ГБУ РМЭ «Центр государственной кадастровой оценки» № от <дата> следует, что учетно-техническая документация и сведения о правах на объект недвижимости (спорной квартиры) в Учреждении отсутствует. Кроме того указывает, что надпись, произведенная на договоре от <дата> «договор зарегистрирован в администрации Черноозерского сельсовета», произведена лицами, не имевшими на то полномочий, что также доказывает факт ненадлежащей регистрации указанного договора передачи, поскольку с <дата> деятельность Черноозерского сельского Совета народных депутатов прекращена на основании постановления Главы администрации <адрес> Республики Марий Эл «О реформе представительных органов власти в <адрес>». Также указывает, что в договоре от <дата> отсутствует подпись покупателя ФИО7 При этом в <дата> З.М.А. и его семья (жена и трое детей) вселены в указанную квартиру на основании ордера № от <дата>. На основании указанного ФИО1 считает договор на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата> недействительным, просит применить последствия недействительности сделки в виде признания недействительности свидетельств о праве на наследство на доли в спорной квартире, выданных после смерти З.М.А. и З.В.А., а также в виде прекращения права собственности ФИО4 и ФИО3 на спорную квартиру. Считает, что поскольку договор на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенный между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А., надлежащим образом зарегистрирован не был, право собственности на вышеуказанную квартиру у З.М.А., З.В.А., ФИО4, ФИО8 не возникло. Истец считает, что спорная квартира в собственности у семьи З-ных не находилась, а была им фактически передана во владение и пользование, то есть по договору социального найма, о чем свидетельствует ордер №, выданный <дата>, то есть после выдачи договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>. А в связи с тем, что с <дата> по настоящее время ФИО4 и ФИО3 не проживают, выехали на постоянное место жительства в другие населенные пункты, оплату коммунальных услуг и других платежей не производили, попыток вселения не предпринимали, их личных вещей в помещении не имеется, они утратили право пользования указанной квартирой.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 заявленные и уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в заявлениях.

В судебном заседании ответчики ФИО4, ФИО3, представитель ответчиков ФИО5 с исковыми требованиями не согласились, поддержали доводы, изложенные в отзывах на исковое и уточненные исковые заявления.

Из отзыва Черноозерской сельской администрации следует, что разрешение вопроса по спору ответчик оставляет на усмотрение суда и сообщает, что спорное жилое помещение объектом муниципальной собственности не является. Указанная квартира приватизирована З.М.А., З.В.А., А., З.Л.М. и Любой на основании договора на передачу в продажу домов в собственность граждан от <дата>. Земельный участок предоставлен администрацией Черноозерского сельского совета З.М.А. на праве собственности на землю, владения, бессрочного (постоянного) пользования землей (свидетельство № от 14.12.1992г.). Семья З-ных из вышеназванного дома согласно похозяйственной книги № с <дата> выехали как временно отсутствующие. С тех пор по настоящее время хозяйством пользуется ФИО1

Нотариус Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл, извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представил отзыв с указанием оснований выдачи свидетельств о праве собственности.

Третьи лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> Эл, Государственное бюджетное учреждение Республики Марий Эл «Центр государственной кадастровой оценки», извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание своих представителей не направили, представили отзывы относительно исковых требований.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участников процесса, изучив материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Судом установлено, что спорной является трехкомнатная квартира № общей площадью 60 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>, предоставленная в <дата> З.М.А. и членам его семьи на условиях социального найма (ордер №).

В соответствии со ст. 1 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных названным Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1).

На основании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата> между администрацией Кокшайского лесхоза (продавец) и З.М.А., З.В.А., ФИО4, З.Е.М., ФИО9 заключен договор, согласно которому квартира № общей площадью 60 кв.м., расположенная по адресу: <адрес>, передана указанным лицам в собственность.

Договор зарегистрирован в администрации Черноозерского сельсовета <дата>, о чем имеется отметка в договоре и печать администрации.

Обращаясь с иском в суд истец просит признать договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенного между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А. недействительным и применить последствия недействительности сделки, признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру и признать ФИО4 и ФИО3 утратившими право пользования спорной квартирой.

Обосновывая свои доводы, истец указывает, что в самом договоре передачи спорной квартиры в совместную собственность от <дата> отсутствует подпись покупателя, что подтверждает его нежелание приватизировать квартиру, в связи с чем у З.М.А. и членов его семьи после вселения возникло лишь право пользования указанной квартирой, также ссылается на то, что договор не был зарегистрирован в бюро технической инвентаризации, как того требовал п. 3 договора, кроме этого считает, что договор зарегистрирован лицами не имевшими на то полномочий, поскольку с <дата> деятельность Черноозерского сельского Совета народных депутатов прекращена на основании постановления Главы администрации <адрес> Республики Марий Эл «О реформе представительных органов власти в <адрес>».

В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года N1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном или муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органом местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. Право собственности на приобретенное жилое помещение возникает с момента государственной регистрации права в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ст. 7 Закона от 04 июля 1991 года N1541-1).

При этом ч. 3 ст. 7 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года N1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в редакции, действовавшей на момент заключения вышеуказанного договора передачи жилых квартир в собственность, было предусмотрено, что право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора в исполнительном органе местного Совета народных депутатов.

Поскольку договор приватизации был заключен (п. 1 ст. 432 ГК РФ), соответственно он стал обязательным для сторон с момента его заключения (п. 1 ст. 425 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно п. 1 ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Судом не были установлены обстоятельства, вследствие которых обязательства из заключенного договора прекратились.

Таким образом, суд приходит к выводу, что договор на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенный между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А., был зарегистрирован надлежащим образом, в установленном на тот момент законом порядке.

Само по себе отсутствие в договоре подписи З.М.А. и наличие постановления Главы администрации <адрес> Республики Марий Эл «О реформе представительных органов власти в <адрес>» о том, что с <дата> деятельность Черноозерского сельского Совета народных депутатов прекращена, не свидетельствуют о недействительности договора.

Кроме того судом принято во внимание и решение Звениговского районного суда Республики Марий Эл от <дата> по гражданскому делу № по иску ФИО1, действующей также в интересах несовершеннолетней Р.Д.И., к ФИО4 и З.В.А. о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, которым было установлено, что З.М.А. и З.В.А. договор на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенный между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А., не расторгали, его условий не оспаривали, недействительным он не признавался, отчуждение указанной квартиры не производили. Суд признал ФИО4 и З.В.А. законными владельцами спорного имущества.

Вышеизложенное опровергает и довод истца о том, что на момент оформления ордера № в <дата> спорная квартира в собственности у семьи З-ных не находилась, а была передана им лишь во владение и пользование.

Как следует из представленных Черноозерской сельской администрацией материалов, семья З-ных вселена в данную квартиру Черноозерским лесопунктом Кокшайского лесхоза <дата>, в <дата> передана З.М.а., согласно акту от <дата> комиссии по приватизации <дата> был произведен осмотр квартиры, З.М.А. приобрел дом по стоимости 3690 рублей (стоимость оплачена, имеется квитанция), дом с баланса Кокшайского лесхоза снят. Согласно договору на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата> квартира передана З.М.А. и членам его семьи: жене З.В.А. и детям ФИО4, Л. и З.Е.М.. Имеется сводная ведомость строений, принадлежащих гражданам на праве собственности на <дата> по администрации Черноозерского сельсовета, З.М.А. включен в список.

Соответственно выдача З.М.А. ордера в <дата> свидетельствует лишь о праве на вселение и о его надлежащем оформлении в указанную дату и не может опровергать и ставить под сомнение факт передачи и продажи домов в собственность граждан, в частности квартиры З.М.А. и членам его семьи.

Истец просит признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону на 1/5 долю в праве общей собственности на спорную квартиру, выданное З.В.А. <дата> нотариусом Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл, после смерти <дата> супруге З.М.А.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ч. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии со ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Как следует из наследственного дела № к имуществу умершего <дата> З.М.А., наследником его имущества является жена З.В.А.

Наследственное имущество состоит из доли в праве общей собственности на спорную квартиру, земельного участка, расположенного по адресу спорной квартиры и денежные средства.

<дата> нотариусом Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл З.В.А. были выданы свидетельства о праве на наследство по закону на 1/5 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру и земельный участок общей площадью 2100 кв.м. расположенный также по месту нахождения спорной квартиры.

Каких-либо оснований для признания выданного З.В.А. свидетельства о праве на наследство по закону на 1/5 доли в праве общей долевой собственности недействительным суд не усматривает, поскольку выдано лицом, имеющим на то полномочия и на основании документов, имеющих законную силу.

<дата> З.В.А. умерла. Из наследственного дела № к имуществу З.В.А. следует, что наследниками по закону являются ФИО4 и ФИО3

Наследственное имущество состоит из 2/5 долей в праве общей собственности на спорную квартиру, земельного участка, расположенного по адресу спорной квартиры и денежных средств.

ФИО4 и ФИО10 указали, что получению свидетельств о праве на наследство по закону препятствуют исполнительные производства, возбужденные в отношении умершей З.В.А., поскольку наследники, принявшие наследство отвечают по долгам наследодателя.

Истец указывает, что между ее мужем Б.Н.Н. и З.М.А. состоялся договор купли-продажи спорного имущества. В обоснование факта заключения договора представили расписку.

Однако исследовав расписку в судебном заседании, суд не может признать ее в качестве заключенного договора купли-продажи на спорное имущество, поскольку в ней отсутствуют существенные условия договора купли-продажи, согласно которым договор считается заключенным.

Как следует из объяснений ответчиков ФИО4 и ФИО10, а также из объяснений, участвовавшей в рассмотрении дела З.В.А., отраженных в решении Звениговского районного суда Республики Марий Эл <дата>, от спорного имущества не отказывались, квартиру не отчуждали, в том числе и мужу истца – Б.Н.Н. З-ны действительно выехали из <адрес> в <дата> из-за ухудшения здоровья З.В.А. Семью Б-вых впустили проживать временно.

Истец считает, что ввиду длительного пользования указанным имуществом как своим собственным (содержит, оплачивает коммунальные и иные платежи), а также на основании имеющейся расписки свидетельствующей о покупке спорного имущества, квартира принадлежит ей в силу приобретательной давности.

Однако, оценив доказательства в их совокупности, суд находит довод истца о том, что на основании ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации указанное имущество принадлежит ФИО1 в силу приобретательной давности несостоятельным, поскольку до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания (ч. 2 ст. 234 ГК РФ).

В судебном заседании были допрошены свидетели, которые указали, что Б-вы занимали деньги на покупку квартиры З-ных, при этом личного участия в сделке не принимали.

Между тем факт передачи денежных средств свидетельскими показаниями подтверждаться не может, поскольку в силу ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Также следует отметить, что З.М.А. принадлежала лишь 1/5 доля в спорном имуществе.

Кроме того, в силу статей 8.1, 223 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Длительное проживание ФИО1 в спорном имуществе, в отсутствие доказательств возникновения у нее права собственности на указанное недвижимое имущество, не влечет перехода прав на него.

Уплата налогов, техническое обслуживание сетей, оплата используемых коммунальных услуг являлись усмотрением и волеизъявлением ФИО1, и само по себе не лишает законных владельцев права на принадлежащее им имущество.

Обращаясь с иском о признании договора передачи и продажи домов в собственность граждан от <дата> недействительным, истец ссылался на ст.ст. 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, считая сделку оспоримой.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такового признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ст. 168 ГК РФ).

Согласно ст.ст. 195, 196, 197 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности устанавливается в три года, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания уважительности причин пропуска срока исковой давности возложено на истца.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 15 от 12.11.2001 года и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 года N 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» к требованиям о признании недействительной оспоримой сделки не применяются общие правила, установленные статьей 200 ГК РФ о начале срока исковой давности. В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок давности по указанным искам следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал и должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела усматривается, что договор передачи спорной квартиры заключен <дата>, зарегистрирован в администрации Черноозерского сельского Совета <дата>, исковые требования предъявлены лишь в <дата>.

Суд приходит к выводу, что срок для обращения в суд с иском о признании недействительными договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата> пропущен, ходатайств о восстановлении срока истцом не заявлялось.

Поскольку ФИО4 и ФИО10 признаны судом законными владельцами спорного имущества на основании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, а также наследниками долей спорного имущества довод истца о том, что указанные ответчики утратили право пользования спорной квартирой является несостоятельным.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО4, ФИО3, Черноозерской сельской администрации, нотариусу Звениговского нотариального округа Республики Марий Эл о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности о признании договора купли-продажи спорной квартиры между З.М.А. и Б.Н.М. заключенным, признании перехода права собственности по указанному договору за ФИО1, прекращении права собственности на спорную квартиру ФИО4 и ФИО3 каждого в размере 2/5 доли; признании договора на передачу и продажу домов в собственность граждан от <дата>, заключенного между администрацией Кокшайского лесхоза и З.М.А. недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, признании ФИО4 и ФИО3 утратившими право пользования спорной квартирой, признании за ФИО1 права собственности на спорную квартиру отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Звениговский районный суд Республики Марий Эл в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Т.Е. Москвичева

Мотивированное решение составлено 19 октября 2023 года