Апелляционное определение № 33А-705/2026 от 1 апреля 2026 г.

Судья Заренкова Л.Н. Дело № 33а-705/2026

Докладчик Середа Л.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе

председательствующего Бажанова А.О.,

судей Куриновой Л.Ю., Середы Л.И.,

при секретаре Ермаковой С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 2 апреля 2026 г. в г. Саранске Республики Мордовия административное дело № 2а-850/2025 по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 10 декабря 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Середы Л.И., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Лечебное исправительное учреждение № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Мордовия» (далее – ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия) об оспаривании действий, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, указав в обоснование, что 5 сентября 2025 г. в ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия на его имя поступил конверт из Заволжского районного суда г.Ульяновска, который был вскрыт сотрудниками исправительного учреждения, что является незаконным.

В связи с указанным, административный истец, с учетом уточнений, просил суд признать действия по осуществлению цензуры входящей на его имя корреспонденции незаконными, взыскать компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере 100 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Решением Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 10 декабря 2025 г. в удовлетворении административных исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе административный истец ФИО1 просит решение суда отменить, в обоснование указывает, что корреспонденция, поступившая на имя осужденного который убыл из учреждения не вскрывается, учету и регистрации не подлежит, перенаправляется по месту убытия осужденного, в настоящем случае корреспонденция была подвергнута цензуре незаконно.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель административного ответчика ФСИН России ФИО2, начальник ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия ФИО3 считают решение суда законным.

В заседании судебной коллегии административный истец ФИО1, участвующий посредством видеоконференц-связи, поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель административных ответчиков ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия, ФСИН России ФИО4 считает решение суда законным.

Иные лица, участвующие по делу, в судебное заседание не явились.

Извещение о времени и месте судебного заседания произведено надлежащим образом, сведения о причинах неявки и ходатайства об отложении разбирательства дела отсутствуют.

Оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС Российской Федерации), не усматривается, и судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев на основании части 1 статьи 308 КАС Российской Федерации дело в полном объёме, судебная коллегия приходит к следующему.

Статья 218 КАС Российской Федерации предоставляет право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, лицам, чьи права, по их мнению, нарушены решениями, действиями (бездействием) упомянутых публичных органов.

По смыслу положений статьи 227 КАС Российской Федерации для признания незаконными решений, действий (бездействия) публичного органа необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов лица, обратившегося в суд. При отсутствии указанной выше совокупности условий суд принимает решение об отказе в удовлетворении административного иска.

Лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1 статьи 12.1 УИК Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 12.1 УИК Российской Федерации компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, приговором Заволжского районного суда г. Ульяновска от 29 мая 2024 г. ФИО1 осужден за совершение преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 306, частью 2 статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании части 2 статьи 69, статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, окончательно к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В период с 8 по 25 июля 2025 г. ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия.

5 сентября 2025 г. в указанное исправительное учреждение из Заволжского районного суда г.Ульяновска поступило письмо от 26 августа 2025 г. <№>, содержащее подлинник заявления ФИО1 о взыскании судебных расходов по административному делу <№> и расписку, получателем которого указано «ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия для вруч. ос. ФИО1». Конверт с обозначенными документами был вскрыт и зарегистрирован работником канцелярии ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия путем проставления штампа с входящим номером и датой в правом нижнем углу сопроводительного письма суда, его направившего.

Поскольку осужденный ФИО1 25 июля 2025 г. убыл в распоряжение ФКУ ИК-9 УФСИН России по Ульяновской области, 9 сентября 2025 г. данная корреспонденция перенаправлена в это учреждение, где получена 30 сентября 2025 г.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, лицами, участвующими в деле, не опровергнуты и сомнения в достоверности не вызывают.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции, сославшись на положения Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 4 июля 2022 года № 110, Инструкции по делопроизводству в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом ФСИН России от 10 августа 2011 г. № 463, Инструкции по цензуре, пришел к выводу о том, что на конверте Заволжского районного суда г.Ульяновска пометка «Лично» отсутствовала, имеющаяся на конверте надпись «для вручения осужденному ФИО1» не является аналогом данной пометки, цензура содержимого почтовой корреспонденции не проводилась, проставление штампа и номера свидетельствует лишь об их регистрации в соответствии с Инструкцией, наличие оттиска штампа и регистрационного номера не нарушает прав и интересов истца.

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда, поскольку судом не учтено следующее.

Статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

В соответствии с частью 1 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные могут направлять предложения, заявления, ходатайства и жалобы в соответствии с Федеральным законом от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» и иными законодательными актами Российской Федерации с учетом требований указанного Кодекса.

Направление предложений, заявлений, ходатайств и жалоб осужденных к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы, смертной казни, адресованных в органы, указанные в части четвертой статьи 12 данного Кодекса, и получение ответов на данные предложения, заявления, ходатайства и жалобы осуществляются через администрацию учреждений и органов, исполняющих наказания (часть 3 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 91 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации получаемые и отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации исправительного учреждения, за исключением случаев, указанных в части 4 статьи 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в частности, в случае подачи заявления, ходатайства и жалобы осужденного к лишению свободы, адресованного в государственные органы, и ответов на них.

Частью 4 статьи 15 УИК РФ определено, что предложения, заявления, ходатайства и жалобы осужденных к лишению свободы, адресованные Президенту Российской Федерации, в палаты Федерального Собрания Российской Федерации, Правительство Российской Федерации, законодательные (представительные) органы субъектов Российской Федерации, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, суд, органы прокуратуры, вышестоящие органы уголовно-исполнительной системы и их должностным лицам, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также адресованные в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, и ответы на них цензуре не подлежат.

Аналогичная норма содержится в пункте 149 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной систем, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы».

Исходя из приведенных положений закона в их взаимосвязи следует, что осужденные обладают правом на обращение с предложениями, заявлениями и жалобами в указанные государственные органы, как и другие граждане Российской Федерации, без цензуры корреспонденции.

Само по себе содержание под стражей, как и любая другая мера, лишающая человека его свободы, влечет за собой различные ограничения его прав и свобод, однако это лицо не утрачивает свои права, включая права на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

В силу статьи 2 Федерального закона «О почтовой связи» к почтовым отправлениям относятся адресованные письменная корреспонденция, посылки, прямые почтовые контейнеры, адресные данные пользователей услуг почтовой связи - это информация о гражданах (фамилия, имя, отчество, почтовый адрес), а также других пользователях услуг почтовой связи (наименование и почтовый адрес); адресатом являются гражданин или организация, которым адресованы почтовое отправление, почтовый перевод денежных средств, телеграфное или иное сообщение.

Судом установлено, что в «ФКУ ЛИУ-19 УФСИН Росси по Республике Мордовия» 5 сентября 2025 г. из Заволжского районного суда г.Ульяновска поступило письмо заказное, получателем которого указано «ФКУ ЛИУ-19 УФСИН для вруч. ос. ФИО1».

Факт вскрытия административным ответчиком - «ФКУ ЛИУ-19 УФСИН России по Республике Мордовия» данного письма на имя ФИО1 судом установлен, ответчиками не оспаривается.

Наличие на конверте адресата «ФКУ ЛИУ-19 УФСИН для вруч. ос. ФИО1» говорит об указании конкретного получателя корреспонденции - ФИО1, именно последнему адресовано содержимое конверта, а не ФКУ ЛИУ-19 УФСИН.

При таких обстоятельствах корреспонденция из Заволжского районного суда г.Ульяновска на имя ФИО1 не подлежала цензуре, вскрытие конверта работниками исправительного учреждения противоречит требованиям части 4 статьи 15 УИК Российской Федерации, а также нарушает права административного истца.

Аналогичная позиция изложена в кассационных определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2020 г. № 73-КАД20-1-К8, от 27 апреля 2022 г. № 23-КАД22-1-К5, от 27 августа 2025 г. № 53-КАД25-5-К8.

Довод административного ответчика о том, что на конверте отсутствовала пометка «лично ФИО1», в связи с чем и был вскрыт конверт, подлежит отклонению, поскольку указание «для вручения осужденному ФИО1» означает вручение лично ФИО1, без вскрытия конверта.

Указание административного ответчика на отсутствие цензуры корреспонденции в соответствии с Инструкцией о цензуре является несостоятельным, поскольку этапом процедуры осуществления цензуры является вскрытие конверта с почтовой корреспонденцией, поступившей из суда.

Выводы суда основаны на неправильном толковании предписаний части 4 статьи 15 УИК Российской Федерации, существенное нарушение норм материального права повлекло принятие судом первой инстанции незаконного решения.

ФСИН России осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы, учреждения, исполняющие наказания, следственные изоляторы, а также предприятия, учреждения и организации, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

Поскольку оспариваемые действия администрации исправительного учреждения в части нарушения цензуры письма Заволжского районного суда г. Ульяновска, направленного ФИО1, нарушают права осужденного, подлежит рассмотрению вопрос о присуждении административному истцу возмещения причиненного вреда.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Поскольку со стороны административного ответчика установлен факт нарушения цензуры корреспонденции на имя административного истца, последним обоснованно заявлено требование о взыскании морального вреда, поскольку данными действиями ответчика были нарушены личные неимущественные права осужденного, ему были причинены нравственные страдания, обусловленные дополнительными ограничениями вследствие нарушения цензуры корреспонденции.

Возникновение у административного истца нравственных страданий не нуждается в дополнительном доказывании, поскольку сам по себе факт незаконных действий (бездействия) должностных лиц исправительного учреждения, выразившийся во вскрытии почтовой корреспонденции на имя истца, не подлежащей цензуре, подтверждает наличие данного обстоятельства.

С учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание объем и характер выявленного нарушения – вскрытия судебной корреспонденции, адресованной административному истцу, отсутствие существенных негативных последствий, принимая во внимание, что корреспонденция из суда – сопроводительное письмо, заявление осужденного ФИО1 в суд о взыскании судебных расходов не содержат какой-либо конфиденциальной информации, информации о личности осужденного, судебная коллегия полагает необходимым взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, что способствует восстановлению баланса между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства, оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда в ином размере не имеется.

Административным истцом за нарушение тайны переписки с судом также заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, механизм присуждения которой предусмотрен статьей 227.1 КАС Российской Федерации.

Следует отметить, что по своей правовой природе компенсация за нарушение условий содержания лиц под стражей, содержания их в исправительных учреждениях является разновидностью компенсации морального вреда.

При этом одновременное взыскание и компенсации морального вреда, и компенсации за нарушение условий содержания законом не предусмотрено (статья 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), в связи с чем в удовлетворении требования о взыскании компенсации за нарушение условий содержания следует отказать.

Довод апелляционной жалобы на допущенное судом нарушение требований статьи 227.1 КАС Российской Федерации – суд не перешел к рассмотрению дела в порядке ГПК Российской Федерации, когда им было заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, подлежит отклонению.

Согласно части 6 статьи 227.1 КАС Российской Федерации суд принимает решение о переходе к рассмотрению требования о взыскании компенсации морального вреда по правилам гражданского судопроизводства в соответствии со статьей 16.1 КАС Российской Федерации только в случае заявления требования о возмещении вреда имуществу или здоровью истца, данные обстоятельства по рассматриваемому делу отсутствуют.

Ввиду неправильного применения и толкования норм материального права обжалуемое решение подлежит отмене.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 10 декабря 2025 года отменить, по делу принять новое решение, которым административные исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконными действия Федерального казенного учреждения «Лечебное исправительное учреждение № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Мордовия», выразившиеся во вскрытии 5 сентября 2025 г. корреспонденции, поступившей из Заволжского районного суда г.Ульяновска в адрес ФИО1.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000 (одна тысяча) рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления апелляционного определения в законную силу путем подачи кассационной жалобы в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий А.О. Бажанов

судьи Л.Ю. Куринова

Л.И. Середа

Мотивированное апелляционное определение составлено 9 апреля 2026 г.