Апелляционное определение № 33-4218/2026 от 13 апреля 2026 г.

полный текст изготовлен 14.04.2026

дело № 33-4218/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 03.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Локтина А.А.,

судей

ФИО1,

Булгаковой М.В.,

с участием прокурора Чернова В.С.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощниками судьи Желяба А.А. и Дерябиной О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-893/2025 (УИД: 66RS0024-01-2025-000271-97) по исковому заявлению ФИО2 (прежняя фамилия ФИО8) и ФИО3 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Верхнепышминская центральная городская клиническая больница имени П.Д. Бородина» (далее – ГАУЗ СО ВПЦГКБ) о компенсации морального вреда, взыскании убытков;

по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025.

Заслушав доклад судьи Локтина А.А., пояснения представителей истца ФИО4 и ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы; возражения представителя ответчика ФИО6, третьего лица ФИО7, заключение прокурора Чернова В.С. об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого решения, судебная коллегия

установила:

ФИО2 (прежняя фамилия ФИО8) и её сын ФИО3 обратились в суд с иском к ГАУЗ СО ВПЦГКБ о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей и 1000 000 рублей соответственно.

ФИО2 просила взыскать с ответчика убытки 117 240 рублей 24 копейки, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В обоснование иска указано, что 10.10.2024 истцу проведена плановая операция: <...>. Из-за допущенных врачебных ошибок ФИО2 причинена <...>. В месте уплотнения шва имелась серома. ФИО2 после операции в правом боку устанавливалась <...>. После выписки из больницы ФИО2 с трудом передвигалась, испытывала сильные боли. Неверная тактика лечения, а также нарушение качества оказания медицинских услуг повлекли ухудшение состояния ее здоровья, вызвали необходимость проведения впоследствии неоднократных оперативных вмешательств, связанных с развитием осложнений в <...>. Также ФИО2 понесены расходы на инструментальные обследования, процедуры, лекарственные препараты на общую сумму 117 240 рублей 24 копейки. Сын ФИО2 ФИО3, <дата> г.р. переживал по поводу послеоперационного состояния матери, вследствие чего ему также причинен моральный вред.

Представитель ответчика иск не признал. Указал, что у ФИО2 имелось заболевание, требующее обязательного оперативного вмешательства. Об особенностях, определенных сложностях оперативного вмешательства и его возможных последствиях ФИО2 была проинформирована и дала свое согласие на операцию. Медицинская помощь истцу оказана в полном объеме, надлежащим образом. Удалось сохранить функционал обеих почек. При указанных операциях мочеточник уязвим к повреждению или случайному лигированию в <...>. Для локализации спаечного процесса у ФИО2 требовалось вмешательство в работу мочеточника. Впоследствии работа мочевыделительной системы восстановлена.

Решением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025, с учетом определения от 24.11.2025 об устранении описки, исковые требования ФИО2 и ФИО3 оставлены без удовлетворения.

С ФИО2 взысканы расходы по оплате услуг экспертов в размере 129 000 рублей в пользу Автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр Правовой Стандарт».

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представители истца ФИО2 ФИО5 и ФИО4 просят решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025 отменить, ввиду ненадлежащего информирования ФИО2, как пациента, о возможных осложнениях после операции; назначения экспертизы неизвестным экспертам, кандидатуры которых не согласованы, а ответственность по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не разъяснена. Ввиду нарушений положений Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Приказов Минздрава Российской Федерации от 25.09.2023 № 491н, от 08.04.2025 № 172н, просили назначить по делу повторную судебно-медицинскую экспертизу.

Представитель ответчика ФИО9, третье лицо ФИО7 просили решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 – без удовлетворения.

Прокурор Чернов В.С. дал заключение об отсутствии оснований для отмены решения Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025 по доводам апелляционной жалобы.

Истцы, третьи лица (кроме ФИО7), не заявляющие самостоятельных требований, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили. В соответствии со ст. ст. 14, 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно размещалась на интернет-сайте Свердловского областного суда. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при указанной явке.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения явившихся лиц, судебная коллегия, действуя в пределах, предусмотренных ч. 1 и абз. 1 ч. 2 ст. 3271 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения, исходя из нижеследующего.

Из представленных материалов следует, что суд правильно определил характер спорного правоотношения между сторонами, применил закон, подлежащий применению: ст. ст. 2, ч. ч. 1, 2, 5 ст. 19, ч. ч. 1, 8, 9 ст. 20, ч. 2 ст. 64, ч. ч. 2 и 3 ст. 98, ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об основах охраны здоровья); ст. ст. 150, 151, 401, 1099-1101, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации; принял во внимание разъяснения, изложенные в п. п. 11, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее – ППВС 1); п. п. 1, 12, 13, 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – ППВС 33); верно установил круг обстоятельств, имеющих значение для объективного и всестороннего рассмотрения данного гражданского дела.

Из материалов дела следует, что с 11.05.2024 по 15.05.2024 ФИО2 находилась на стационарном лечении в ГАУЗ СО ВПЦГКБ в связи с имеющимся у неё заболеванием: <...>. ФИО2 13.05.2025 произведена <...> (т. 1 л. д.43).

При продолжении лечения 15.07.2024 на основании данных осмотра и проведенного клинико-лабораторного и инструментального обследования, а также с учетом консультаций специалистов ФИО2 установлен диагноз: <...>.

В связи с имеющимися у ФИО2 заболеваниями рекомендовано оперативное вмешательство в плановом порядке в объеме <...> (т. 1 л. д.45-48, 50).

ФИО2 (на тот момент ФИО8) дала согласие на оперативное вмешательство. До неё в надлежащем порядке доведена информация о возможных рисках и угрозах ее здоровью, отобраны предусмотренные законом добровольные информированные согласия на медицинские манипуляции, подписанные истцом собственноручно (т. 3 л. <...>).

Операция <...> ФИО2 10.10.2024 врачами ГАУЗ СО ВПЦГКБ.

В связи с <...> 12.10.2024 ФИО2 выведена <...> (т. 1 л. д.51).

С 28.10.2024 по 01.11.2024 ФИО2 проходила стационарное лечение, в том числе по поводу <...> (т. 1 л. д. 52).

Врачом-урологом дано заключение о наличии <...>. Выявлены признаки <...> (т. 1 л. д.62).

30.12.2024 ФИО2 проведена <...> под местной анестезией. От предложенной госпитализации она отказалась (т. 1 л. д.63).

27.02.2025 ФИО2 госпитализирована в ГАУЗ СОКБ №1, где 28.02.2025 ей проведена операция <...>.

14.04.2025 ФИО2 в ГАУЗ СО СОКБ №1 <...>. Состояние после оперативного лечения <...> без особенностей.

Согласно экспертному заключению специалиста Министерства здравоохранения Свердловской области З.А.В. (т. 1 л. д. 161-163) дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 в ГАУЗ СО ВПЦГКБ не выявлено.

В связи с указанной историей лечения истца ФИО2, с учетом указанного заключения специалиста Минздрава Свердловской области, в связи с необходимостью выявления недостатков оказанной ФИО2 медицинской помощи судом назначена экспертиза в негосударственное экспертное учреждение Автономную некоммерческую организацию «Экспертно-правовой центр «Правовой стандарт» (АНО ЭЦП «Правовой стандарт»).

Согласно заключению комиссии экспертов № 22-25/ЭСК от 29.09.2025 (т. 2 л. д. 27-105) ФИО2 диагноз перед оперативным вмешательством, проведенным 10.10.2024, установлен правильно: <...>

Экспертами отмечено, что <...> у ФИО2 впервые диагностирована в 2017 году. По прошествии времени с указанного года отмечен <...> по данным ультразвукового исследования. В 2019 году диагностирован <...>. С 2023 года пациентка стала предъявлять жалобы на <...> перенесла трижды <...> (в 2019, 2021 и 2024 годах).

Рост <...>, наличием болевого синдрома, <...>, требовал госпитализации и оперативного лечения в объеме <...>.

Экспертами сделан вывод о правильном плане лечения, достаточном объеме предоперационных обследований.

Операция <...> проведена 10.10.2024 с 12:04 по 14:17 технически верно, в условиях объективных трудностей доступа к органам малого таза (при выделении шейки матки в области паракольпиев с двух сторон), в связи с наличием в области правых придатков <...>.

В связи со значительным объемом <...> возникло осложнение – <...>, ввиду перенесенной операции, не являлось целесообразным.

Пациентке установлена <...>.

С целью сохранения органа (правой почки), по жизненным показаниям ФИО2 выполнены все манипуляции, а в дальнейшем проведена высокотехнологическая операция по ликвидации последствий <...>, и полностью восстановлен физиологический отток мочи из правой почки, что подтверждается результатами лабораторных, инструментальных исследований, осмотра подэкспертного лица при проведении экспертизы.

Соответственно, каких-либо недостатков оказания медицинской помощи (диагностики, тактики, лечения, организации медицинской помощи, оформления медицинской документации) ФИО2 в ГАУЗ СО ВПЦГКБ в период с 09.10.2024 по 25.10.2024 не установлено. Медицинская помощь оказана в соответствии с требованиями действующих нормативно-правовых актов и установленными правилами оказания медицинской помощи.

Выявленное <...> является осложнением оперативного вмешательства, выполненного по показаниям, своевременно, обоснованно, технически правильно, и связано с объективными трудностями в условиях рубцово-спаечного процесса в зоне оперативного вмешательства.

Ухудшение состояния здоровья ФИО2 (<...>) является следствием осложнения оперативного вмешательства 10.10.2024 (<...>) и состоит с ним в причинно-следственной связи. На момент окончания производства судебно-медицинской экспертизы устранены последствия <...>, признаков функциональных и инфекционных осложнений не имеется.

Осложнение медицинского вмешательства или манипуляции оценивается как вред, причиненный здоровью человека, только при выявлении недостатков оказания медицинской помощи, то есть нарушения технологии, методики, тактики, техники или условий проведения медицинского вмешательства или манипуляции, находящегося в прямой причинно-следственной связи с этим осложнением.

При отсутствии прямой причинно-следственной связи недостатка оказания медицинской помощи с наступившими неблагоприятным исходом степень тяжести вреда, причиненного здоровью, не устанавливается.

Неблагоприятный исход оказания медицинской помощи расценивается как вред, причиненный здоровью человека, только при наличии прямой причинно-следственной связи с недостатком оказания медицинской помощи.

В соответствии с действующим на момент оказания медицинской помощи ФИО2 в ГАУЗ СО ВПЦГКБ приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 №194н, а также ныне действующим приказом Минздрава Российской Федерации от 08.04.2025 № 172н, с учетом отсутствия недостатков оказания медицинской помощи ФИО2 осложнение оперативного вмешательства и связанное с ним ухудшение состояние здоровья, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Оценивая указанные выводы экспертов, суд правильно, в данном конкретном случае, исходил из того, что эффективность и правильность лечения оценивается конечным результатом, а не состоянием больного на различных этапах лечения.

В данном случае объективно установлено, что <...> угрожал здоровью ФИО2 и достиг такого объема, что удаление этих узлов коснулось и области расположения мочеточника, вследствие чего его повреждение явилось следствием не врачебной ошибки, а далеко зашедших спаечных процессов, возникших не вследствие действий врачей, а ввиду состояния здоровья самой ФИО2

Соответственно, принимая решение о проведении операции и проводя её, врачи ответчика спасали жизнь и здоровье пациентки. При этом ФИО2 о последствиях такой сложной и непредсказуемой по своим итогам операции, была предупреждена и согласилась на такое оперативное вмешательство, осознавая возможные риски.

В итоге, согласно заключению экспертизы и медицинским документам, врачам удалось убрать <...>, спасти орган (правую почку), а впоследствии (после достаточной стабилизации пациентки) ликвидировать последствия <...>.

То есть положительный итог лечения ФИО2 достигнут, вследствие чего такое лечение не являлось неправильным и ошибочным.

Поскольку судебная коллегия согласилась с выводами суда об отсутствии вины ответчика в причинении ФИО2 вреда, исковые требования о компенсации морального вреда, ущерба и штрафа удовлетворению не подлежат.

В суде первой инстанции истец ФИО2 и её представители ходатайство о проведении повторной экспертизы не заявили, а их доводы о несогласии с выводами экспертов, судом первой инстанции надлежащим образом оценены.

Согласно ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 73-ФЗ) в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

При возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам (ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом (ч. 1 ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае суд, как следует из его определения от 04.04.2025 (т. 1 л. д. 176-178) экспертизу назначил в негосударственное экспертное учреждение АНО ЭЦП «Правовой стандарт». При этом суд возложил на руководителя экспертного учреждения обязанность разъяснить привлекаемым им экспертам положения ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также предупредить их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Соответственно, руководитель данного негосударственного экспертного учреждения, в силу положений ч. 2 ст. 80, ч. 1 ст. 84, ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе был определить экспертов из состава экспертов данного учреждения, а также разъяснить им ответственность за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Как следует из заключения комиссии экспертов, двое из них С.К.А. и В.Е.С. являются экспертами АНО ЭЦП «Правовой стандарт», то есть их кандидатуры, в силу вышеуказанных норм процессуального права, не требовалось специально согласовывать с судом, поскольку этих экспертов мог назначить руководитель АНО ЭЦП «Правовой стандарт». Подписки об ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации у данных экспертов отобраны (т. 2 л. д. 28).

Что же касается других трех приглашенных участников комиссии - экспертов В.С.И., С.Р.М. и С.Е.Д., то их кандидатуры в установленном законом порядке (ч. 1 ст. 79, ч. 1 ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) судом утверждены соответствующими постановлениями от 08.07.2025 и от 26.09.2025 (т. 1 л. д. 196, т. 2 л. д. 4-6). В этих же постановлениях эксперты В.С.И., С.Р.М. и С.Е.Д. предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем ими даны соответствующие подписки (т. 2 л. д. 29-30).

Соответственно доводы апелляционной жалобы о неправильном формировании экспертной комиссии основаны на субъективной оценке обстоятельств назначения экспертизы и на неверном толковании норм процессуального права.

Ссылка на п. 19 Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы, утвержденного приказом Минздрава России от 25.09.2023 № 491н (далее – Порядок проведения СМЭ) в апелляционной жалобе на незаконность и необоснованность выводов суда, изложенных в обжалуемом решении, не указывает, поскольку данный довод не свидетельствует о необъективности, неполноте и противоречивости выводов экспертной комиссии.

Иные доводы апелляционной жалобы, содержащие ссылки на нарушение Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы, приложения № 29 к данному Порядку, сами по себе не свидетельствуют о том, что выводы, изложенные в экспертном заключении, не соответствуют действительности, неясны, непонятны и противоречивы.

Напротив, в соответствии с положениями ст. 8 Федерального закона № 73-ФЗ, выводы экспертов основаны на материалах дела и медицинских документах. Экспертиза проводились комиссией экспертов, имеющих специальное образование, достаточный стаж работы и соответствующие категории. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. В заключениях экспертной комиссии подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; примененные методы исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов.

Несогласие стороны истца с выводами комиссии экспертов, само по себе, не является основанием для исключения экспертного заключения из числа надлежащих доказательств, а также не предусмотрено законом (ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) в качестве основания для проведения повторной экспертизы.

Разрешая ходатайство стороны истцов, заявленное в суде апелляционной инстанции, о проведении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, судебная коллегия учитывает разъяснения, изложенные в п. п. 25 и 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» (далее – ППВС 16), согласно которым в соответствии с абз. 2 ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, только в том случае, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

В суде первой инстанции стороной истца ходатайство о проведении по делу повторной экспертизы не заявлялось. Доказательств невозможности заявления такого ходатайства в суде первой инстанции сторона истцов не представила.

Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров (ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не допускается злоупотребление правом и недобросовестное поведение.

Стороной истца представлено платежное поручение, свидетельствующее о внесении на депозит Свердловского областного суда 86 687 рублей, а также незаверенная копия гарантийного письма ГАУЗ СО БСМЭ о возможности проведения экспертизы в течение не менее чем 6-ти месяцев с момента готовности дела к работе. При этом в данном письме не перечислены вопросы, для ответов на которые требуется оплата в размере всего 86 687 рублей. Достаточность данной суммы, ввиду отсутствия в гарантийном письме объема работы и вопросов, на которые экспертам предстоит ответить, вызывает обоснованные сомнения, так как в суде первой инстанции стоимость судебно-медицинской экспертизы, оплаченной истцом, составила 285 000 рублей, то есть более чем в три раза больше, чем внесено на депозит Свердловского областного суда. При этом в суде первой инстанции значительное время занял процесс взыскания доплаты за услуги экспертов, поскольку истец ФИО2 и в том случае первоначально внесла сумму значительно меньше, чем требовалось для проведения экспертизы.

Такие действия стороны истца указывают на затягивание рассмотрения дела, что не допускается вышеуказанным законоположениям, призывающим не поощрять недобросовестное поведение в судебном порядке.

Соответственно, ходатайство истца ФИО2 и её представителей о проведении по делу повторной экспертизы подлежит оставлению без удовлетворения.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, способных повлиять на законность и обоснованность обжалуемого решения, судебная коллегия не усматривает.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 3271; п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

ходатайство истца ФИО2 о проведении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы оставить без удовлетворения.

Решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 21.11.2025, с учетом определения об устранении описки от 24.11.2025, оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий: А.А. Локтин

Судьи: М.В. Булгакова

ФИО1