Апелляционное определение № 22-581/2026 от 21 апреля 2026 г.

Докладчик судья Малыгин Е.А. Апелляционное дело

№ 22-581/2026

судья Назарова Н.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года гор.Чебоксары

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:

председательствующего судьи Селиванова В.В.,

судей Никитиной Е.Г., Малыгина Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Шивирёвой Е.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Шоркина С.В.,

осужденного ФИО3, его защитника - адвоката Мищенко С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению Алатырского межрайонного прокурора <данные изъяты> ФИО2, апелляционным жалобам с дополнением осужденного ФИО3, его защитника - адвоката Юкова Д.Ю. на приговор Алатырского районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3.

Проверив представленные материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных представления и жалоб с дополнениями, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

приговором Алатырского районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в селе <адрес>, гражданин Российской Федерации, русским языком владеющий, не судимый,

осужден к лишению свободы:

- по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод с Потерпевший №2) на срок 1 год 10 месяцев,

- по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод с Потерпевший №1) на срок 1 год 9 месяцев,

- по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации на срок 5 лет,

- по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации на срок 2 года 6 месяцев, со штрафом в размере 50 000 руб.

На основании частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний ФИО3 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 50 000 руб.

Приговором разрешены вопросы о вещественных доказательствах, мере пресечения, зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО3 признан виновным и осужден за два умышленных повреждения чужого имущества с причинением значительного ущерба из хулиганскихпобуждений; угрозу применения насилия, применение насилия, опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей; незаконное приобретение и хранение без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в крупном размере. Преступления им совершены с ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении Алатырский межрайонный прокурор <данные изъяты> ФИО2 не оспаривая правильность установленных судом фактических обстоятельств дела и квалификацию действий осужденного ФИО3, выражает несогласие с приговором ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении наказания осужденному.

Перечисляя установленные судом смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также цитируя положения статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации указывает, что каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, дающих основание для применения положений части 6 статьи 15, статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не установлено, однако суд при назначении ФИО3 наказания по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев не учел санкцию данной статьи, которая предусматривает минимальное наказание в виде лишения свободы от 3 лет, то есть назначил осужденному наказание ниже низшего предела санкции данной статьи.

Просит приговор изменить, усилить назначенное ФИО3 по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание до 3 лет лишения свободы со штрафом в размере 50000 руб. и на основании частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО3 наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 50000 руб.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО3 выражает несогласие с приговором ввиду его незаконности, необоснованности и несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также нарушением судом его права на защиту.

Автор жалобы полагает, что суд допустил нарушение принципа презумпции невиновности, положив в основу обвинения показания свидетелей, основанные на догадке, предположении и слухе, без указания источника осведомленности. Показаниях свидетелей ФИО10, Свидетель №5, Свидетель №13 и Свидетель №2 об осведомленности, что он бросил осколок стекла в одного из сотрудников полиции, пытаясь скрыться, напал на сотрудников полиции с лопатой, которые применили к нему оружие и задержали его, известны со слов односельчан, без указания на кого-либо.

Считает, что следствием и судом были нарушены положения статей 7, 123-125, 388, 408 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку им заявлялись ходатайства о проведении дополнительных экспертиз, вызове дополнительных свидетелей, которые являлись очевидцами событий, в удовлетворении которых было отказано; по делу не были допрошены в качестве свидетелей сотрудники двух бригад скорой помощи, которые являлись непосредственными очевидцами происходящих ДД.ММ.ГГГГ событий; одна из сотрудниц скорой помощи вела видеосъемку на мобильный телефон, о чем было неоднократно заявлено в ходе следствия и в суде, но следователем это не было сделано, что нарушает его право на защиту, при этом в деле имеется поручение на розыск данных сотрудников скорой помощи с ответом следователю, что установить их невозможно.

Оценивая медицинские заключения о повреждениях, полученных им при его задержании, утверждает, что в нем не описана рана правой стопы, где осталась пуля и обращает внимание, что по входящему отверстию в подошве стопы, по движению пули от пятки к пальцам можно сделать вывод, что выстрел был произведен сзади и судом данный факт игнорировался, что также нарушает его право на справедливое судебное разбирательство.

Давая собственную оценку показаниям сотрудников полиции - потерпевших Потерпевший №4 и Потерпевший №5, считает их показания неправдивыми, поскольку в деле имеются доказательства того, что никакой угрозы их жизни и здоровью не было, табельное оружие было применено в нарушение закона о полиции, в деле имеется фотография с видеорегистратора, на которой видно, что он падает, держась за голову и лопата находится не в руках, а сзади в стороне от него, потерпевших по близости нет, а поскольку видеорегистратор находился у потерпевшего Потерпевший №3, он первый приблизился к нему из-за деревянного забора, при этом следы какой-либо борьбы на фотографии отсутствуют, также отсутствуют гильзы на поверхности поддонов, при этом на видеозаписи DVD-диска от ДД.ММ.ГГГГ слышны выстрелы из нескольких оружий.

Считает, что сотрудники полиции незаконного проникли в нежилую хозяйственную постройку на территории его участка, закрытую на навесной замок, откуда изъяли без свидетелей полимерный пакет с частями конопли, которого до проникновения сотрудников в данном помещении не было.

Утверждает, что заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ сфальсифировано, поскольку листы экспертизы с печатями являются ксерокопией, подписи эксперта разные; в протоколе ознакомления с данной экспертизой (том 1 л.д.132) стоит не его подпись, отсутствует печать следователя, во время следствия он расписывался под заключением эксперта, где установлено, что наркосодержащее вещество является 4,29 гр. из газетного свертка, остальные объекты являются не наркосодержащими частями конопли; следователем нарушены требования закона в части сбора доказательств его виновности или отсутствия его вины; показания сотрудника полиции - потерпевшего Потерпевший №3 неправдивые, поскольку из его показаний следует, что на нем была куртка (поврежденная форма), она находится при нем, однако в материалах дела, указано, что объектив перекрывается камерой и никакой крутки на потерпевшем нет.

Указывает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не был решен вопрос по гильзам, поскольку потерпевший Потерпевший №4 в своих показаниях показал, что произвел 4 короткие очереди по 3 патрона, то есть выстрелил 12 патронов, тогда как в материалах дела указано об изъятии 13 гильз, данное противоречие судом оставлено без оценки.

Обращает внимание, что в обвинительном заключении указано о нахождении его в состоянии алкогольного опьянения, тогда как в деле имеется химико-токсилогическое исследование (том 1 л.д.245-246), согласно которому ДД.ММ.ГГГГ у него в крови этанола не обнаружено.

Считает, что его действия по двум эпизодам статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации квалифицированы не верно, поскольку они должны быть объедены в один эпизод, так как потерпевшие являются членами одной семьи, проживают по одному адресу; квалифицирующий признак из хулиганских побуждений в суде не доказан, поскольку потерпевшие по собственной инициативе вызвали ему бригаду скорой помощи без каких-либо на то оснований, вследствие чего он не смог сдержать негативные эмоции по отношению к ним и разбил стекла на машинах, а потому хулиганских побуждений не было.

Перечисляя каждый документ, находящийся в материалах уголовного дела считает, что при ознакомлении с делом выявил множественные несоответствия и подлоги документов, а именно отсутствие на них печати следователя и его подписи.

Приговор просит отменить. По предъявленному обвинению по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации оправдать. Переквалифицировать его действия с части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, на часть 1 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также с части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации на один эпизод части 1 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе адвокат Юков Д.Ю. выражает несогласие с приговором ввиду допущенных нарушений, которые в соответствии со статьей 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, являются основанием для отмены приговора.

Автор жалобы обращает внимание на то, что ФИО3 в судебном заседании вину по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации признал частично и считал, что у него не было хулиганских побуждений, имущественный вред причинил из-за неприязненных отношений между ним и потерпевшими; по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации вину не признал, поскольку угрозу убийством не высказывал, никому вред умышленно не причинял; по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации не признал крупный размер наркотического средства.

Указывает, что суд, выслушав показания ФИО3 в ходе судебного следствия и огласив его показания, данные им в ходе предварительного следствия, пришел к выводу, что его показания являются достоверными, поскольку они последовательны, согласуются между собой и другими доказательствами, в тоже время, между показаниями ФИО3 и показаниями сотрудников полиции, имелись существенные противоречия, которые не были устранены в ходе судебного разбирательства, а потому должны толковаться в пользу последнего.

Анализируя показания ФИО3 о том, что осколки стекла кидал в сторону сарая, а не в сотрудников полиции, лопатой на сотрудников не замахивался, бежал не в сторону сотрудников, а от сотрудников, выстрелы в него произведены двумя сотрудниками из двух огнестрельных оружий, при этом, сотрудники находились за забором, следовательно, никакой угрозы жизни и здоровью сотрудников не было, тогда как сотрудники полиции утверждают обратное, с учетом мнения суда о достоверности показаний ФИО3, отсутствие у потерпевших - сотрудников полиции какого-либо вреда здоровью, вывод суда о наличии в действиях ФИО3 признака «применение насилия, опасного для жизни и здоровья», не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Обращает внимание, что в ходе предварительного следствия были проведены проверки показаний на месте исключительно с потерпевшими - сотрудниками полиции, при том, что имелись противоречия между показаниями потерпевших и осужденного, не предложив ФИО3 воспроизвести на месте обстановку и обстоятельства исследуемого события, что привело к неполноте следствия и нарушению прав осужденного, оставлено судом без должной оценки, несмотря на требования части 1 статьи 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о законности, обоснованности и справедливости приговора.

Считает, что в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречий в показаниях потерпевших и ФИО3, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял показания потерпевших, несмотря на то, что в этом же приговоре суд указал, что «суд находит показания подсудимого ФИО3 достоверными...», что является одним из оснований для отмены приговора.

Полагает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не были допрошены сотрудники бригады скорой медицинской помощи, выезжавшие ДД.ММ.ГГГГ на место происшествия, что привело к неполноте следствия и нарушению прав ФИО3, который настаивал на их допросе.

Обращает внимание, что в ходе предварительного следствия не была назначена баллистическая экспертиза, несмотря на показания ФИО3 о том, что в него стреляли из двух огнестрельных оружий двое сотрудников полиции, находившиеся за забором, а суд необоснованно отказал стороне защиты в ходатайстве о назначении данной экспертизы, а потому не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, что является одним из оснований для отмены приговора.

Указывает, что в ходе судебного заседания ФИО3 были заявлены основания (причины), по которым он не хотел выходить к сотрудникам полиции, поскольку накануне был избит сотрудниками полиции, но ни в ходе предварительного следствия, ни судебного разбирательства с <данные изъяты>» не был запрошен и исследован материал проверки о выезде ДД.ММ.ГГГГ сотрудников полиции в <адрес>, что привело к неполноте судебного следствия и необоснованности приговора.

Ссылаясь на пункт 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» считает, что суд необоснованно признал нахождение ФИО3 в алкогольном и наркотическом опьянении, отягчающим наказание обстоятельством, поскольку данный вывод не подтверждается какими-либо письменными документами, в описательно-мотивировочной части приговора не указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости признания данного обстоятельства отягчающим, к тому же в ходе судебного разбирательства суд не выяснял у ФИО3 в каком состоянии он находился ДД.ММ.ГГГГ и как его состояние повлияло на поведение в момент совершения преступлений.

Просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию.

Проверив материалы уголовного дела, изучив и обсудив доводы апелляционных представления и жалоб с дополнениями, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями глав 35 - 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со статьей 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судом установлены верно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела.

Вывод суда о доказанности вины ФИО3 в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, является правильным, основан на непосредственно исследованных в судебном заседании доказательствах, получивших оценку на предмет относимости, допустимости и достоверности в соответствии со статьями 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, а также разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении Пленума N 55 от ДД.ММ.ГГГГ «О судебном приговоре», при этом суд в соответствии со статьей 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложил описание преступных деяний, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, целей и последствий преступлений, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в статье 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО3 вину по двум эпизодам части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации признал частично, полагая, что его действия должны квалифицировать, как один состав преступления, так как потерпевшие являются родственниками, хулиганских побуждений у него не было; по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации вину не признал, поскольку угроз убийством не высказывал, никому вред не причинил; по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации не признает крупный размер наркотика. При этом не отрицал, что накануне случившегося употреблял спиртные напитки и курил коноплю; лопатой нанес несколько ударов соседским автомашинам из личных неприязненных отношений; стеклом в Потерпевший №3 не кидал, с лопатой к Потерпевший №5 не подбегал, сотрудники полиции его оговаривают, чтобы самим избежать ответственности за применение в отношении него огнестрельного оружия; осенью 2024 года собрал растение конопли, высушил, употреблял, с массой наркотика 4,29 гр. согласен, а вещество массой 181,57 гр. наркотическим не является.

В связи с наличием существенных противоречий показания подсудимого ФИО3, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого были оглашены в судебном заседании в порядке статьи 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и положены в основу приговору, согласно которым, у него после употребления спиртных напитков и конопли, а также систематического недосыпания возникли ведения в голове и он лопатой нанес несколько ударов по двум соседским автомашинам Потерпевший №2 и Потерпевший №1, вину признает, ущерб обязуется полностью возместить. На просьбу сотрудников полиции выйти из дома, у него с последними произошла словесная перепалка, он разбил стекло и что-то кинул в них, что именно не помнит, так как был в алкогольном опьянении; затем бросал стекла от окна, чтобы сотрудники полиции ушли; далее с лопатой выпрыгнул в окно и побежал по огороду в сторону деревянных построек, чтобы скрыться от сотрудников полиции, но его обнаружили и он побежал на них с лопатой в руках, для чего не знает, после чего в отношении него сотрудники полиции применили огнестрельное оружие; возможно, он высказал угрозы убийством сотрудникам полиции, поскольку находился в возбужденном состоянии, но реализовать указанные угрозы не намеревался, а лишь хотел, чтобы сотрудники полиции от него отстали и ушли. Коноплю нашел растущей за участком дома в октябре 2024 года, срезал части растения, высушил в деревянном сарае и там же в пакете хранил, а часть конопли в кошельке перенес домой в шкаф, которую иногда употреблял. (том 2 л.д.23-26, 92-95, 114-116, том 3 л.д.158-161)

Признавая приведенные показания ФИО3 достоверным и допустимым доказательством, суд обоснованно учитывал то, что они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и в полной мере согласуются с иными исследованными по делу доказательствами.

Несмотря на занятую в судебном заседании осужденным позицию по отношению к предъявленному обвинению, выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступлений по событиям, изложенным в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, в том числе:

- оглашенными с согласия сторон показаниями потерпевших Потерпевший №2 (том 2 л.д.128-130, 133-135, том 3 л.д.55-57) и Потерпевший №1 (том 2 л.д.118-120, 123-125) об обстоятельствах повреждения ФИО3 их автомобилей «<данные изъяты>») и «<данные изъяты>», причинения им в результате этого значительного материального ущерба в размере 220 900 руб. и 165700 руб. соответственно;

- оглашенными с согласия сторон показаниями свидетелей: Свидетель №2 (том 2 л.д.49-52, том 3 л.д.93-96) о том, что ФИО3 в неадекватном состоянии лопатой разбил автомобиль её сожителя Потерпевший №2 «<данные изъяты>), причинив ему значительный материальный ущерб на сумму 220900 руб. и её сына Потерпевший №1 «<данные изъяты>», причинив ему значительный материальный ущерб в размере 165700 руб.; Свидетель №3 (том 3 л.д.110-113) о том, как ФИО3 лопатой разбил два автомобиля, принадлежащие Потерпевший №2 и Потерпевший №1, о попытке убежать через огород от сотрудников полиции, последующего задержания ФИО3 и звуков стрельбы за домом последнего; Свидетель №5 (том 3 л.д.51-54) и Свидетель №6 (том 3 л.д.86-88) о том, что Свидетель №2 рассказала им, как ФИО3 разбил две машины, затем закрылся у себя в квартире, отказывался выходить к сотрудникам полиции, поскольку находится в неадекватном состоянии, кидал в них осколками стекла, пытался скрыться из дома, звуков стрельбы, задержания последнего сотрудниками полиции;

- результатами проведенных по делу следственных действий, в том числе протоколами осмотров места происшествия и выемки видеозаписи, осмотров поврежденных автомобилей Потерпевший №2 и Потерпевший №1, в том числе видеозаписи, на которой запечатлен ФИО3., наносящий лопатой повреждения двум автомобилям потерпевших; заключениями экспертов о наличии повреждений на автомобилях, а также стоимости восстановительного ремонта автомобилей Потерпевший №2 и Потерпевший №1, которые подробно и правильно изложены в приговоре;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №5, полицейского (водителя) группы по обеспечению мер безопасности и антитеррористической защищенности объектов органов внутренних дел МО МВД России «<данные изъяты> данными в судебном заседании о том, что приехав со следственно-оперативной группой в <адрес> увидел ФИО3, который лопатой ломал забор, недалеко от дома стояли два автомобиля с повреждениями, по словам владельцев, их повредил ФИО3, последний отказывался выйти из дома для дачи объяснения, выражался нецензурной бранью, кричал, разбил стекла на веранде, на уговоры прекратить противоправные действия не реагировал. Далее ФИО3 выпрыгнул из окна, он с Потерпевший №4 выдвинулись за ним во двор, где их увидел ФИО3 и держа в руках металлическую лопату с деревянным черенком побежал навстречу Потерпевший №4 с криками: «Убью!», замахнувшись лопатой над головой для нанесения удара. Потерпевший №4 предупредил, что будет стрелять, ФИО3 не реагировал, после чего Потерпевший №4 произвел три очереди из оружия «<данные изъяты>» в сторону ног ФИО3, однако последний продолжал бежать на него с лопатой, он рукой заблокировал удар лопатой ему в голову и она вылетела из рук ФИО3, после чего последний упал на землю, продолжая оказывать сопротивление. Кроме того, на плече Потерпевший №3 он увидел царапину;

- аналогичными показаниями потерпевшего Потерпевший №4 (том 1 л.д.200-202, 205-209, том 2 л.д.194-197), инспектора дорожно-патрульной службы МО МВД России «<данные изъяты>», оглашенными в судебном заседании на основании пункта 5 части 2 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, об обстоятельствах содеянного ФИО3;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №3, инспектора дорожно-патрульной службы МО МВД России «<данные изъяты>» о том, что прибыл в <адрес> для оказания помощи коллегам, поскольку ФИО3 вел себя неадекватно, последний находился на придомовой территории в агрессивном состоянии, угрожал сотрудникам полиции физической расправой. По словам коллег, ФИО3 повредил машины, ведет себя неадекватно, угрожает физической расправой. Подойдя к крыльцу попросил ФИО3 выйти из дома, но последний разбив стекло оконного проема, продолжил высказывать угрозы в адрес сотрудников полиции, бросал стекла и предметы в сотрудников, стоявших возле дома, в него попали осколки стекла в область головы и левого предплечья, также была порезана форма с левой стороны. Когда ФИО3 выпрыгнул из окна, через некоторое время он услышал выстрелы и увидел лежащего на земле ФИО3 По словам коллег, Потерпевший №4 выстрелил в ФИО3, поскольку тот бежал на них с лопатой, а Потерпевший №4 ему рассказал, что в момент задержания ФИО3, от того исходила угроза жизни и здоровью, поскольку последний вел себя неадекватно и агрессивно;

- оглашенными с согласия сторон показаниями свидетелей: Свидетель №9 (том 2 л.д.189-193), Свидетель №10 (том 3 л.д.30-34), Свидетель №12 (том 3 л.д.186-189), Свидетель №11 (том 1 л.д.228-231, том 2 л.д.186-188), сотрудников полиции МО МВД России «<данные изъяты>», о том, что ФИО3 повредил два автомобиля, высказывал в адрес сотрудников полиции угрозы физической расправы и убийства, на требования успокоиться и прекратить противоправные действия не реагировал, разбил окна в своем доме, через окошко кинул куски стекла в сторону Потерпевший №3, попав ему в голову и в область левого предплечья, отчего у последнего образовались телесные повреждения. При задержании ФИО3 во дворе дома, последний угрожал сотрудникам полиции убийством, а Потерпевший №4 произвел выстрелы из оружия, Потерпевший №5 держался за руку и жаловался, что ФИО3. попал ему по руке лопатой; свидетелей Свидетель №7 (том 3 л.д.47-50) и ФИО10 (том 3 л.д.1-4) об известных им обстоятельствах дела;

- результатами проведенных по делу следственных действий, в том числе протоколами осмотров места происшествия, выемки, осмотров в том числе видеозаписи с камеры «Дозор», на которой запечатлено преступное поведение ФИО3 в отношении сотрудников полиции; заключением эксперта о наличии у потерпевшего Потерпевший №3 телесных повреждений в виде ссадин лобной области лица и левого плеча, квалифицированных как не причинившие вреда здоровью человека; локальными нормативно-правовыми актами, подтверждающими специальный правовой статус потерпевших как представителей власти, их нахождение в момент совершенного в отношении них преступления при исполнении служебных обязанностей; другими доказательствами, которые подробно и правильно изложены в приговоре;

- оглашенными с согласия сторон показаниями свидетелей: Свидетель №13 (том 2 л.д.10-11) о том, что после задержания ФИО3, в качестве понятой участвовала при осмотре квартиры и дворовых построек последнего, когда сотрудники полиции обнаружили и изъяли там газету и пакет с сушеной травой; Свидетель №8 (том 2 л.д.10-11) о том, что видела, как ФИО3 употреблял коноплю;

- результатами проведенных по делу следственных действий, в том числе протоколом осмотра места происшествия, когда в жилище ФИО3 были изъяты газетный сверток, кошелек и полимерный мешок с растительной массой; заключением эксперта о виде и размере изъятого в жилище ФИО3 частей наркотико-содержащего растения конопля (растение <данные изъяты>) массой 4,29 гр. (в газетном свертке) и 181,3 гр. (в полимерном мешке), другими доказательствами, которые подробно и правильно изложены в приговоре.

Этим и другим доказательствам, подробно приведенным в приговоре, суд первой инстанции дал надлежащую оценку с изложением мотивов своего решения, не допустив при этом каких-либо противоречий между установленными обстоятельствами дела и выводами на их основе.

Приведенные в приговоре доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и были проверены судом с соблюдением положений статьи 87 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом требований статьи 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации им дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела по существу.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного ФИО3, потерпевших, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств, проведении следственных и процессуальных действий по делу, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми, судебная коллегия не усматривает.

Приведенные в приговоре показания потерпевших и свидетелей обвинения, не имели никакого преимущества перед другими доказательствами и были оценены судом в совокупности со всеми фактическими данными, имеющимися в деле. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц, при даче изобличающих показаний в отношении осужденного ФИО3 либо об оговоре последнего под давлением органов следствия, по делу не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, суд правомерно сослался на показания свидетелей ФИО10, Свидетель №5, Свидетель №13 и Свидетель №2 как на одно из доказательств виновности ФИО3, поскольку они содержат в себе информацию, имеющую значение для установления обстоятельств дела, что по смыслу, установленному пунктом 2 части 2 статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не свидетельствует, что эти показания основаны на догадке, предположении, слухе, их показания согласуются с показаниями иных потерпевших и свидетелей, а также с другими исследованными доказательствами, ввиду чего являются относимыми, допустимыми и достоверными по содержанию доказательствами.

Показания потерпевших - сотрудников полиции, находившихся в день совершения преступлений на месте их совершения, пояснивших при этом об обстоятельствах задержания ФИО3 верно оценены судом, в том числе в части очевидности для последнего обстоятельств его задержания именно сотрудниками правоохранительных органов, в обоснование критической оценки судом позиции стороны защиты об обратном и указании о том, что ФИО3 сотрудникам полиции сопротивления не оказывал, в них осколками стекла не бросал, лопатой не замахивался, сотрудники полиции дают неправдивые показания, чтобы скрыть обоснованность применения огнестрельного оружия при задержании ФИО3

Никаких противоречий, в том числе существенных и влияющих на правильность установления судом фактических обстоятельств совершения преступлений, показания потерпевших - сотрудников полиции, судом не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия. Самостоятельная оценка адвокатом и осужденным в апелляционных жалобах оценки данных указанными потерпевшими – сотрудниками полиции показаний, в том числе в части расстояния с указанием метража между сотрудниками правоохранительных органов и ФИО3, нахождение между ними препятствия (забора), не свидетельствует о недопустимости их показаний, а также не свидетельствует о необоснованности и неверности оценки их показаний судом первой инстанции.

Таким образом, вопреки доводам жалобы адвоката ФИО39 нарушений уголовно-процессуального закона, правил оценки доказательств, в том числе показаний осужденного ФИО3 и потерпевших - сотрудников полиции с точки зрения их достоверности, допустимости и достаточности, повлиявших на правильность установления фактических обстоятельств, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

При этом, судебная коллегия проверяя вопрос о правомерности действий потерпевшего - сотрудника полиции Потерпевший №4 по задержанию ФИО3 и применения табельного оружия, а также других сотрудников полиции, принимавших участие в задержании осужденного, приходит к следующим выводам.

Анализ показаний перечисленных свидетелей, потерпевших, самого осужденного, заключений экспертов, данных осмотра места происшествия, рапортов Потерпевший №3, Потерпевший №5, Потерпевший №4, Свидетель №10, ФИО14, Свидетель №12, Свидетель №9, ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ на имя начальника МО МВД России «<данные изъяты>» ФИО16, заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной министром внутренних дел по <данные изъяты> ФИО17, сведений о нахождении ФИО3 во время происшедшего в состоянии наркотического опьянения, и других данных, позволяют судебной коллегии прийти к выводу о том, что Потерпевший №4 и другие сотрудники МО МВД России «<данные изъяты>» действовали правомерно, в соответствии с законом.

Данные, содержащиеся в протоколах осмотра места происшествия придворовой территории жилища ФИО3, заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствуют о том, что выстрелы производились сотрудником полиции Потерпевший №4 в направлении ног нападавшего.

С учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела, а именно противоправных действий осужденного, представлявших опасность для окружающих граждан, судебная коллегия признает обоснованными выстрелы сотрудника полиции Потерпевший №4, которые производились правомерно, в соответствии с требованиями закона, в том числе и Закона Российской Федерации «О полиции». Заявление осужденного о противоправных действиях сотрудников полиции были предметом доследственной проверки, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств стороны защиты, в том числе о назначении и проведении судебно-баллистической экспертизы, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе адвокатов ФИО39, судебной коллегией не установлено.

Суждения ФИО1 о том, что в него было произведено 12 выстрелов из двух стрелковых оружий, а на месте происшествия изъяли 13 гильз, что по его мнению является невыясненным противоречием, несостоятельны, поскольку как установлено судом, в том числе на основании заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной министром внутренних дел по <данные изъяты> ФИО17 об использовании Потерпевший №4 огнестрельного оружия при задержании ФИО3, были израсходованы патроны к ПП-91 Кедр в количестве 13 шт., которые считаются использованными.

Доводы жалобы осужденного о нарушении его права на защиту, а также принципов презумпции невиновности не могут быть признаны обоснованными, поскольку таких нарушений закона судом первой инстанции допущено не было.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство дела в отношении ФИО3 в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне, в соответствии с требованиями статей 273 - 291 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Принципы равенства и состязательности сторон, а также объективности и беспристрастности суда нарушены не были; стороне защиты были созданы все условия для реализации предоставленных ей процессуальных прав, в том числе права заявить ходатайства и представить суду свои доказательства.

Все заявленные ФИО3 и его защитником ходатайства, в том числе на предварительном следствии и в судебном заседании об установлении и о вызове в судебное заседание дополнительных свидетелей (сотрудников бригады скорой медицинской помощи), о проведении дополнительных экспертиз были рассмотрены следователем и судом первой инстанции в строгом соответствии с требованиями закона и по ним приняты решения, оснований не согласиться с которыми не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 о том, что сотрудники полиции необоснованно из нежилой хозяйственной постройки на территории его участка изъяли без свидетелей полимерный пакет с частями конопли, которого до этого там не было, являются несостоятельными, опровергаются рядом доказательств, исследованных в судебном заседании, в том числе протоколом осмотра места происшествия, проведенного в присутствии двух понятых, показаниями свидетеля Свидетель №8 о том, что видела, как осужденный употреблял коноплю, выводами судебной химической экспертизы, а также показаниями ФИО3, что он осенью 2024 года собрал растения конопли, часть хранил в доме и в сарае, а также употреблял их.

Производство осмотра места происшествия, не является нарушением закона и не свидетельствует о том, что сотрудники полиции «подкинули» ФИО3 пакет с растением, содержащим наркотическое средство конопля. Объективные доказательства этого отсутствуют.

Заключения экспертов, в том числе № от ДД.ММ.ГГГГ, установившего вид и размер растений, содержащих наркотическое средство, вопреки доводам осужденного, составлены в соответствии с требованиями, предъявляемыми к судебным экспертизам; нарушений норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих признание доказательств по делу недопустимыми, судом не установлено. Порядок назначения и производства судебных экспертиз соблюден, заключения судебных экспертов соответствуют требованиям статьи 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», в них приведены содержание и результаты исследований, выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование.

Судом установлено, что заключения судебных экспертов являются мотивированными и сомнений не вызывают. Экспертные заключения исследованы в судебном заседании в соответствии с процессуальными нормами, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, в связи с чем, обоснованно положены судом в основу приговора, а потому оснований ставить под сомнение выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Вопреки доводам осужденного, следственные и процессуальные действия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, их результаты оформлены в установленном законом порядке, с составлением соответствующих протоколов.

Доводы жалобы адвоката ФИО39 о непроведение проверки показаний ФИО3 на месте происшествия, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и неполноте проведенного следствия, поскольку в соответствии с положениями статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следователь является должностным лицом и он уполномочен самостоятельно направлять ход расследования и принимать решение о наличии оснований или их отсутствии для проведения тех или иных следственных действий.

Утверждения адвоката ФИО39 в апелляционной желобе о неполноте предварительного и судебного следствия, в том числе со ссылкой на то, что по уголовному делу не установлены иные лица, находившиеся на месте происшествия (сотрудники бригады скорой медицинской помощи) и не допрошены в качестве свидетелей, с учетом совокупности приведенных выше доказательств, не свидетельствуют о неполноте судебного разбирательства и не исключают выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминированных ему деяний.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО3, предварительное расследование проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанций не добыто данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. Положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением закона. Судом первой инстанции уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, не допущено.

Ссылки адвоката ФИО39 на то, что к материалам дела не приобщен материал проверки от ДД.ММ.ГГГГ из МО МВД РФ <данные изъяты> о выезде сотрудников полиции в <адрес>, что привело к неполноте судебного следствия и необоснованности приговора, несостоятельны, поскольку в (томе 2 л.д.161-166) находится заверенная копия данного материала проверки. Как видно из материалов дела при ознакомлении с ними ФИО3 и его защитник не заявляли ходатайств об их исследовании, а также дополнении судебного следствия в этой части не имели.

Вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, на основе исследованных доказательств, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал действия осужденного ФИО3:

- по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод с Потерпевший №2), как умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное из хулиганских побуждений,

- по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод с Потерпевший №1) как умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное из хулиганских побуждений,

- по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, как угроза применения насилия, применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей,

- по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства в крупном размере.

Выводы суда относительно квалификации содеянного ФИО3 в приговоре в достаточной степени мотивированы и обоснованы исследованными доказательствами. Оснований для иной правовой оценки преступных действий осужденного судебная коллегия не усматривает.

При этом, судом первой инстанции допущена очевидная техническая описка в квалификации действий осужденного и указано о квалификации по двум преступлениям части 1 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации (лист 27 приговора), поскольку установочная, описательно-мотивировочная и резолютивная части приговора содержат правильное указание на квалификацию действий ФИО3 по двум преступлениям по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, что не влечет неопределенности в исполнении приговора.

Несостоятельными являются доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО3 хулиганских побуждений, поскольку, как следует из установленных судом фактических обстоятельств, преступления в отношении потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 совершены в общественном месте - на улице, в присутствии других людей, с использованием незначительного повода, связанного по мнению осужденного с вызовом потерпевшими по собственной инициативе бригады скорой медицинской помощи, что бесспорно свидетельствует о том, что осужденный действовал умышленно с целью повреждения чужого имущества из хулиганских побуждений, проявляя явное неуважение к обществу и общественным нормам морали, противопоставляя себя окружающим и демонстрируя им свое превосходство.

Доводы о необходимости квалификации действий ФИО4 как одного продолжаемого преступления, предусмотренного статьей 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, судебная коллегия также находит несостоятельными, поскольку в данном случае нет оснований констатировать наличие единого умысла у ФИО3 на умышленное повреждение автомобилей потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, поскольку поврежденные им автомобили принадлежат разным собственникам, каждому из которых причинен значительный материальный ущерб.

В этой связи тот факт, что потерпевшие находятся в родственных отношениях, на что в апелляционной жалобе обращает внимание осужденный, сам по себе не свидетельствует о совершении ФИО3 единого продолжаемого преступления.

Вопреки доводам осужденного и его адвоката, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО3 по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку оснований для иной юридической оценки действий осужденного, либо его оправдания не имеется, так как согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации», применение в отношении представителя власти насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья, квалифицируется по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что принимая во внимание установленные обстоятельства совершения преступления в отношении потерпевших - сотрудников полиции, в момент преступления примененное осужденным насилие создавало реальную опасность для жизни и здоровья потерпевших.

Вменяемость ФИО3 с учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ судом проверена надлежащим образом, оснований сомневаться в правильности выводов суда о том, что он подлежит уголовной ответственности, не имеется.

Наказание ФИО3 назначено судом в соответствии с требованиями статьи 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, соответствует принципу справедливости, предусмотренному статьей 6 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также целям уголовного наказания, установленным частью 2 статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, соразмерно содеянному.

Так, при изучении характеризующих данных личности осужденного ФИО3 суд учел, что он не судим, характеризуется отрицательно, на учете и под наблюдением у врача-психиатра не состоит, в 2021 и 2025 годах находился на стационарном лечении в БУ «РНД» <адрес> с диагнозом «Синдром зависимости от алкоголя».

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, предусмотренных пунктами «и», «к» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации по двум преступлениям по статье 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд обоснованно признал явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступлений; в соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации по преступлению по статье 228 Уголовного кодекса Российской Федерации - явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений; в соответствии с частью 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3 по всем преступлениям, кроме по части 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации - раскаяние в содеянном, о котором он заявил в последнем слове и состояние его здоровья по всем составам преступлений.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в силу статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающих при назначении ФИО3 наказания, достоверными сведениями о которых располагал суд при вынесении приговора, но не учел при назначении наказания, материалы дела не содержат и судебной коллегии не представлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3 в соответствии с частью 1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб сужденного и его адвоката, суд правильно признал обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 в совершении преступлений по статьям 167, 318 Уголовного кодекса Российской Федерации – их совершение в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств согласно части 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку руководствуясь пунктом 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 58 от ДД.ММ.ГГГГ «О практике назначения уголовного наказания», принял во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО3 в процессе совершения преступных деяний и данные о личности виновного, обосновал вывод о том, что нахождение ФИО3 в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств, оказало существенное влияние на его поведение и способствовало совершению преступлений.

Факт нахождения ФИО3 в момент совершения преступлений в состоянии опьянения, вызванном употребление наркотических средств, установлен показаниями, как осужденного ФИО3 и свидетеля Свидетель №8, так и химико-токсикологическим исследованием от ДД.ММ.ГГГГ, проведенным после госпитализации последнего в медицинский стационар для лечения, согласно выводам, в моче осужденного обнаружены (вещества, средства) – тетрагидроканнабинолы (все изомеры) (том 1 л.д.245-246).

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание на основании части 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, в качестве отягчающего наказание обстоятельства нахождение ФИО3 в момент совершения преступлений в состоянии алкогольного опьянения, поскольку согласно вышеуказанного химико-токсикологического исследования в моче и в крови осужденного этанол не обнаружен.

Оснований для применения к осужденному положений статей 64 Уголовного кодекса Российской Федерации судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не усматривает с учетом конкретных обстоятельств дела и данных о личности осужденного.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для изменения в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации категории преступлении на менее тяжкую.

При таких обстоятельствах назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы в пределах части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением дополнительного наказания в виде штрафа по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации и отсутствием оснований для применения статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации является справедливым, по своему виду и размеру оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. Не согласиться с ним оснований у судебной коллегии, не имеется.

Окончательное наказание назначено верно с учетом положений частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вид исправительного учреждения осужденному ФИО3 определен правильно – исправительная колония общего режима в соответствии с положениями пункта «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств разрешены в соответствии с требованиями закона.

Вместе с тем, судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает внести в приговор следующие изменения, связанные с неправильным применением судом первой инстанции уголовного закона при назначении наказания осужденному ФИО3

Так, за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд назначил ФИО3 основное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, тогда как санкция указанной нормы уголовного закона предусматривает минимальное наказание в виде лишения свободы на срок от 3 лет, то есть назначил наказание ниже низшего предела санкции данной статьи.

С учетом совокупности смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных статьей 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции при назначении ФИО3 наказания по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, оснований для применения положений статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, не усмотрел, не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, предусмотренного частью 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, ролью виновного, его поведением во время или после совершения указанного преступления либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ФИО3, также объективно не имеется.

При таком положении, судебная коллегия полагает необходимым усилить назначенное осужденному ФИО3 по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание, считая возможным и достаточным ограничиться минимальным пределом санкции указанной статьи.

Кроме того, согласно статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в статье 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии со статьей 381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обоснование приговора недопустимыми доказательствами является основанием для его отмены или изменения.

В нарушение этих требований суд первой инстанции, признавая доказательства противоправной деятельности осужденного ФИО3, полученные при допросе свидетеля - сотрудника полиции Свидетель №1 в части содержания сведений, об обстоятельствах совершенных преступлений, ставших ему известных со слов ФИО3 недопустимыми, не исключил их из приговора, а привел их обоснование в описательно-мотивировочной части приговора в качестве доказательств.

В связи с изложенным, судебная коллегия считает необходимым приговор изменить, исключить показания свидетеля - сотрудника полиции Свидетель №1 в части содержания пояснений, данных ФИО3 в ходе досудебного производства о том, что «ФИО3 рассказал, как ночью перед ДД.ММ.ГГГГ не спал, употреблял спиртное и курил коноплю, поэтому ему начало что-то казаться, ходил по деревне и раскидывал предметы в разные стороны. Утром ДД.ММ.ГГГГ увидел, что к его дому подъехала машина скорой медицинской помощи, подумал, что её вызвали соседи Потерпевший №2 и Свидетель №2, разозлившись на них лопатой повредил автомобили Потерпевший №2 и Потерпевший №1»

Так же, суд первой инстанции в срок наказания, с учетом требований части 3.2 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, обоснованно зачел время содержания ФИО3 под стражей из расчета один день за один день лишения свободы в отношении осужденного за преступление, предусмотренное частью 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, однако в резолютивной части (абз.9 лист 41 приговора) зачел его отбывание в исправительной колонии общего режима, что не предусмотрено частью 3.2 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому судебная коллегия считает необходимым исключить из резолютивной части ссылку суда на отбывание наказания в колонии общего режима при зачете срока наказания ФИО3

За исключением ранее приведенных, иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не допущено.

С учетом вносимых изменений, в остальной части приговор суда является законным, обоснованным и справедливым, а потому апелляционные жалобы осужденного и защитника удовлетворению не подлежат. Апелляционное представление прокурора удовлетворить.

Дополнение к апелляционному представлению принесено государственным обвинителем с нарушением условий, предусмотренных статьей 389.6, частью 4 статьи 389.8 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а потому судебной коллегией оставляется без рассмотрения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Алатырского районного суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля - сотрудника полиции Свидетель №1 в части сведений, о которых ему стало известно из беседы с ФИО3 в ходе досудебного производства об обстоятельствах совершенных осужденным преступлений в отношении потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1;

- уточнить в описательно-мотивировочной части приговора квалификацию действий ФИО3 по двум эпизодам по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, вместо части 1 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- усилить наказание, назначенное ФИО3 по части 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации до 3 лет лишения свободы со штрафом в размере 50000 руб.;

- на основании частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 167, частью 2 статьи 167, частью 2 статьи 318, частью 2 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, путем частичного сложений наказаний, окончательно назначить ФИО3 наказание в виде 7 лет лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 50000 руб.;

- исключить из абз.9 лист 41 приговора - исправительную колонию общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

Приговор, апелляционное определение могут быть обжалованы в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (<адрес>) в течение 6 месяцев со дня его провозглашения в порядке, установленном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а осужденным, находящимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, путем обращения в суд первой инстанции.

Осужденный праве ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Селиванов В.В.

Судьи Никитина Е.Г.

Малыгин Е.А.