Апелляционное определение № 33-12659/2025 33-422/2026 от 3 марта 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №33-422/2026УИД 78RS0022-01-2024-000502-67

Судья: Заплатина А.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

04 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Илюхина А.П.

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданскому делу № 2-2917/2024 по иску ФИО4 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным и возврате списанных в счет возврата долга денежных средств по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2024 года.

Заслушав доклад судьи Илюхина А.П., обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным и возврате списанных в счет возврата долга денежных средств. В обоснование заявленных требований истец указал, что 24 августа 2023 года в результате мошеннических действий неустановленные лица завладели доступом к телефону истца, после чего от имени истца оформили у ответчика кредит на сумму 400 604 рубля, перевели их на счет неустановленного лица, в связи с чем истец просил признать недействительным кредитный договор, а также обязать банк возвратить истцу списанные в счет погашения долга денежные средства, взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец отказался от требований о возврате денежных средств, производство по делу в данной части прекращено (Т.1, л.д. 221).

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2024 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, полагая, что оно принято с нарушениями норм действующего законодательства.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы произведена замена судьи Васильевой М.Ю. на ФИО1

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то обстоятельство, что кредитные денежные средства были переведены с его счета на счет иного лица. Следовательно, доводы истца сводились к тому, что он стороной кредитного договора не является, стороной кредитного договора является иное лицо, следовательно, при рассмотрении настоящего дела суду надлежало разрешить вопрос об установлении данного лица и о привлечении его к участию в деле, однако данная обязанность судом выполнена не была.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции установлено, что данным лицом является ФИО5, в связи с чем судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции и привлекла ФИО5 к участию в деле в качестве третьего лица.

Из материалов дела усматривается, что с 2015 года между сторонами заключен договор комплексного банковского обслуживания, в том числе посредством дистанционного обслуживания ВТБ-Онлайн посредством телефона с номером +№....

25 августа 2023 года посредством направления СМС-сообщений на вышеуказанный номер с кодами подтверждения и введения данных кодов в системе ВТБ-Онлан был заключен кредитный договор, по условиям которого банк предоставил ФИО4 кредит на сумму 400 604 рубля под 11,6 % годовых сроком на 57 месяцев.

28 августа 2023 года денежные средства были переведены на счет иного лица.

03 октября 2023 года истец обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества (Т.1, л.д. 33), 03 октября 2023 года вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, из которого следует, что в период с 24 августа 2023 года по 28 августа 2023 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, используя сеть Интернет и средства мобильной связи, под предлогом смены тарифа оператора связи, получив доступ к личному кабинету истца в системе ВТБ-Онлайн оформило потребительский кредит (Т.1, л.д. 34), истец признан потерпевшим (Т.1, л.д. 35).

В материалы дела представлена расшифровка соединений оператора ООО «Т2 Мобайл» за спорный период, из которой следует, что за период с 24 августа 2023 года по 28 августа 2023 года соединения осуществлялись из одного региона, имели место как звонки, так и СМС-сообщения с коротких номеров 900, 1000, VTB, gosuslugi (Т.1, л.д. 74-78), при этом услуга переадресации звонков не подключалась, переоформление номера не происходило (Т.1, л.д. 82).

Согласно представленной в материалы дела аудиозаписи, исследованной судом первой инстанции, сотрудник ответчика совершил звонок истцу, предупредив последнего о возможных мошеннических схемах, однако истец одобрил совершение операции (расшифровка звонка Т.1, л.д. 189-190).

В рамках расследования материалов уголовного дела была проведена судебная экспертиза, согласно выводам которой на аудиозаписи голос и речь ФИО4 не принадлежит ФИО4 (Т.1, л.д. 197).

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что кредитный договор был заключен в надлежащей форме, содержит все существенные условия, телефон истца находился в пределах базовых станций региона проживания истца, что не позволило суду сделать вывод о том, что договор является недействительным, при этом доводы истца о том, что на аудиозаписи разговора голос принадлежит не истцу отклонены судом как несущественные, поскольку банк не имел возможности идентифицировать истца по голосу (биометрическим данным).

Проверяя законность и обоснованность судебного решения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. № ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Как установлено материалами дела, истец ранее продуктами ВТБ не пользовался, непосредственно перед заключением кредитного договора был направлен запрос на восстановление пароля, оформление и выдача кредитных денежных средств было осуществлено за незначительный временной период, при этом ответчик, предприняв попытку установления личности (осуществив телефонный звонок) до итогового результата ее не довел, личность истца не установил, что подтверждается имеющимся в материалах дела заключением.

Согласно позиции Банка России, изложенной в Информационном письме от 3 февраля 2022 г. № ИН-02-59/6 «О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)», индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом частью 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Учитывая изложенные обстоятельствах в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования о признании кредитного договора недействительным являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для возложения на ответчика обязанности по направления в бюро кредитных условий информации об аннулировании записей и о сообщении в налоговый орган о признании кредитного договора недействительным, поскольку данные требования заявлены преждевременно, они вытекают из недействительности кредитного договора, данные обязанности могут быть исполнены банком только после получения решения суда о признании сделки недействительной, в связи с чем оснований полагать, что права истца будут нарушены, у судебной коллегии не имеется.

Разрешая требования истца в части взыскания с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Оценивая степень нравственных и физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени нарушения прав истца ответчиком, с учетом принципов разумности и справедливости суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.

Разрешая требования истца в части взыскания штрафа, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, что составляет 5 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2024 года отменить с принятием нового решения.

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Признать недействительным кредитный договор V625/0000-0916347 от 25 августа 2023 года, заключенный между ФИО4 и Банком ВТБ (ПАО).

Применить последствия недействительности сделки в виде признания не возникшими обязательства ФИО4 по кредитному договору V625/0000-0916347 от 25 августа 2023 года.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 5 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 – отказать.

В окончательной форме апелляционное определение принято 04 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи