Решение № 2-1576/2020 2-1576/2020~М-600/2020 М-600/2020 от 12 июля 2020 г. по делу № 2-1576/2020

Дело № 2-1576/2020

24RS0017-01-2020-000771-35


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 июля 2020 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд города Красноярска в составе:

председательствующего судьи Каплеева В.А.,

при секретаре Колонтай В.Е.,

с участием представителя ФИО1 – ФИО2,

представителя СПАО «Ингосстрах» – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса, а также по иску ФИО1 к Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о признании незаконным отказа от исполнения договора,

УСТАНОВИЛ:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса, мотивировав требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием транспортного средства Nissan Almera, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4, собственником которого является ФИО1, и транспортного средства Audi A6, государственный регистрационный знак №, владельцем которого является ФИО5, в результате которого автомобилю Audi A6 причинены повреждения. На момент ДТП автомобиль Nissan Almera застрахован в СПАО «Ингосстрах». Страховая компания выплатила потерпевшему по данному страховому случаю на основании полиса № сумму в размере 163 800 руб. При этом установлено, что ответчик при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, а именно указал, что транспортное средство будет использоваться для личного пользования, тогда как истцом установлено, что автомобиль Nissan Almera, г.р.з. №, использовался в качестве такси. СПАО «Ингосстрах» просит суд взыскать в порядке регрессного требования с ФИО1 сумму ущерба в размере 163 800 руб., государственную пошлину в размере 4 476 руб.

ДД.ММ.ГГГГ определением суда исковое заявление СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 принято судом к производству, гражданскому делу присвоен №, к участию в гражданском деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, ФИО5, АО «СОГАЗ», ООО «БНК».

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к СПАО «Ингосстрах» о признании незаконным одностороннего отказа от исполнения договора ОСАГО.

Требования искового заявления ФИО1 мотивированы тем, что истцом получена претензия от СПАО «Ингосстрах» с требованием выплатить сумму в размере 163 800 руб. по произошедшему страховому случаю ДД.ММ.ГГГГ. Также в претензии указано на предоставление ФИО1 недостоверных сведений об использовании транспортного средства, что привело к уменьшению страховой премии. ФИО1 указывает, что наличие разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров само по себе не свидетельствует о фактическом использовании транспортного средства в качестве такси, поскольку такси также должно иметь цветографическую схему, фонарь, иметь таксометр и т.д. ФИО1 просит суд признать незаконным односторонний отказ СПАО «Ингосстрах» от исполнения договора ОСАГО, считать договор действующим на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ определением суда исковое заявление ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о признании незаконным одностороннего отказа от исполнения договора ОСАГО принято к производству суда, гражданскому делу присвоен номер №, гражданское дело назначено к рассмотрению в открытом судебном заседании на 15:00 ДД.ММ.ГГГГ.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела № по иску СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса и № по иску ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о признании незаконным одностороннего отказа от исполнения договора ОСАГО объединены, объединенному делу присвоен №.

В судебном заседании представитель СПАО «Ингосстрах» ФИО3, действующая на основании доверенности, поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении и возражениях на исковое заявление, возражала против удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1

В объяснениях представитель СПАО «Ингосстрах» просила учесть, что к заявлениям ФИО1 о прекращении договорных отношений с ООО «БНК» следует отнесись с недоверием, поскольку ФИО1 является учредителем ООО «БНК», и несмотря на заявления о том, что аренда прекращена в 2018 году, по общедоступным сведениям баз данных «автокод» (информация представлена с отзывом), до настоящего времени автомобиль используется ООО «БНК» в качестве такси. Кроме того, автомобиль ФИО1 в период действия того же полиса попал и в другое ДТП, управлял им при этом другой водитель тоже по договору аренды, по данному факту к ФИО1 тоже предъявлялось регрессное требование, которое удовлетворено мировым судьей и уже вступило в законную силу, копию решения в настоящее судебное заседание представитель представить не может.

На вопросы суда представитель СПАО «Ингосстрах» пояснила, что уведомление об отказе от договора страхования направлено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ по электронной почте, указанной им при заключении договора в электронном виде.

Представителем СПАО «Ингосстрах» представлены письменные возражения в материалы дела, в которых она указала, что ДД.ММ.ГГГГ между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 заключен договор ОСАГО в электронном виде серия ХХХ №. Согласно заявлению ФИО1 о заключении договора ОСАГО от ДД.ММ.ГГГГ транспортное средство Nissan Almera, г.р.з. № относится к категории «В» и должно использоваться в личных целях. Заключенный договор страхования содержит особые условия полиса – личная цель использования транспортного средства.

ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП, в результате которого транспортному средству Nissan Almera г.р.з. №, причинены механические повреждения. В момент ДТП транспортным средством управлял ФИО6, который согласно административному материалу признан виновным в произошедшем ДТП. Во исполнение условий договора страхования ОСАГО, Правил ОСАГО и ст. 12 ФЗ № 40-ФЗ, СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения вреда имуществу выплатило страховое возмещение в пределах лимита ОСАГО в размере 168 073 руб. Согласно выписке с сайта в отношении транспортного средства Nissan Almera, г.р.з. № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ действует лицензия на использование его в качестве такси. Эксплуатация транспортного средства в качестве такси существенно влияет на увеличение страхового риска. Согласно приложению № 1 к Приказу СПАО «Ингосстрах» от 23.04.2018 № 121 базовая ставка страхового тарифа для транспортного средства категории «В», «ВЕ» для использования физическими лицами и индивидуальными предпринимателями равна 4118 руб., тогда как для использования в качестве такси – 6 166 руб.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО1 направлено письмо, из содержания которого следует, что договор ОСАГО расторгнут в связи с предоставлением ложных сведений со стороны страхователя. Сообщение об изменении степени риска по договору страхования, а также об уплате обусловленной этим обстоятельством дополнительной страховой премии, ФИО1 не направил.

Представитель ФИО1 – ФИО7, действующий на основании доверенности, поддержал исковые требования ФИО1, против удовлетворения иска СПАО «Ингосстрах» о возмещении ущерба в порядке регресса возражал.

В объяснениях ФИО7 пояснил, что транспортное средство к моменту заключения договора ОСАГО не использовалось в качестве такси, поскольку договор аренды с ООО «БНК» расторгнут вскоре после заключения, о чем свидетельствует переданный в дело подлинник соглашения о расторжении. Представитель ФИО1 просил учесть, что то обстоятельство, что в момент ДТП автомобилем управлял не ФИО1, а сотрудник ООО «БНК», не свидетельствует о том, что автомобиль продолжал использоваться в качестве такси по договору с ООО «БНК», поскольку данные обстоятельства не установлены, пассажиры не опрашивались, и в объяснениях ФИО6 указал свою должность не как «таксист», а как «менеджер»; ФИО6 являлся знакомым ФИО1, которому он передал автомобиль для использования.

Также представитель ФИО1 ФИО7 на вопросы суда сообщил, что оспариваемый им отказ страховщика от договора ОСАГО ФИО1 действительно получил по электронной почте; страховую премию после заключения договора ФИО1 не доплачивал; об угоне транспортного средства не заявлял, автомобилем ФИО6 владел правомерно; об обстоятельствах взаимодействия ООО «БНК» и ФИО1 в части количества личных автомобилей, которые передавались в пользование ООО «БНК», представитель пояснить ничего не может.

Дополнительно в письменных возражения на исковое заявление ФИО7 указал, что расторжение в одностороннем порядке договора со стороны СПАО «Ингосстрах» является неправомерным. ФИО1 ложные сведения страховщику не представлял, транспортное средство в качестве такси не использовал. Разрешение на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа получало ООО «БНК» в период использования автомобиля по договору аренды, заключенного между ФИО1 и ООО «БНК». На момент заключения договора ОСАГО договор аренды с ООО «БНК» расторгнут. ООО «БНК» получало разрешение на перевозку пассажиров в своих интересах, не уведомив об этом собственника транспортного средства. Наличие разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковыми такси не свидетельствует о фактическом его использовании в качестве такси. ФИО1 не знал о наличии действующего разрешения на перевозку пассажиров в отношении собственного транспортного средства, поскольку указанное разрешение не получал, поручения соответствующего не давал.

ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте судебного заседания извещен путем направления заказной корреспонденции по актуальному адресу регистрации по месту жительства, сообщенному адресно-справочным бюро УВМ ГУ МВД России по Красноярскому краю. Судебное извещено возвращено в суд ввиду истечения срока хранения в почтовом отделении. Представитель ФИО1 пояснил суду, что ФИО1 о времени и дате рассмотрения обоих исков извещен, ходатайств об отложении дела не заявил.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, ФИО6, ООО «БНК», АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явились, извещены о нем надлежащим образом путем направления заказной корреспонденции: направленное ФИО5 судебное извещение по актуальному адресу регистрации (совпадает с адресом, указанным им в административном материале) возвращено в суд по истечение срока хранения; направленные ФИО6 судебные извещения по актуальному адресу регистрации и адресу, указанному в административном материале, возвращены по истечении срока хранения; ООО «БНК» и АО «СОГАЗ» судебные извещения получены почтовой связью.

От ООО «БНК» в лице директора ФИО8 по электронной почте в суд поступил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что, по мнению третьего лица, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, поскольку договор ОСАГО расторгнут страховой компанией «Ингосстрах» незаконно. Лицензию на такси на автомобиль Nissan Almera, г.р.з. № получало ООО «БНК» когда указанное транспортное средство находилось в аренде у ООО «БНК» по договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ. Договор аренды расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. О получении лицензии на перевозку пассажиров ФИО1 не уведомлялся.

АО «СОГАЗ», ФИО5 и ФИО6 позиция по заявленным требованиям в ходе разбирательства дела не выражена.

В соответствие со ст. 167 ГПК РФ, с учетом согласия на то всех явившихся в судебное заседание лиц, гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

В силу п.п. 1, 4 ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В силу пункта 1 статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В соответствие со ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ, положения которого здесь и далее приводятся в редакции, действовавшей на 21.12.2018) договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ регулирование страховых тарифов по обязательному страхованию осуществляется посредством установления Банком России в соответствии с данным Федеральным законом актуарно (экономически) обоснованных предельных размеров базовых ставок страховых тарифов (их минимальных и максимальных значений, выраженных в рублях) и коэффициентов страховых тарифов, требований к структуре страховых тарифов, а также порядка их применения страховщиками при определении страховой премии по договору обязательного страхования.

Приложением № 1 к Указанию Банка России от 19.09.2014 № 3384-У на 21.12.2018 (указание Банка России от 04.12.2018 № 5000-У на тот момент не вступило в силу) предусматривалось повышенное значение минимальной и максимальной базовой ставки страхового тарифа для транспортных средств категории «B», «BE», используемых в качестве такси.

Пунктом 1.11 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 № 431-П, предусматривается, что договор обязательного страхования по выбору страхователя может быть составлен в виде электронного документа. В этом случае страхователь направляет страховщику заявление о заключении договора обязательного страхования в электронной форме с использованием официального сайта страховщика в сети «Интернет». Приложением к Правилам является форма заявления о заключении договора, которая предусматривает выбор цели использования транспортных средств, в том числе «личная» и «такси».

В соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если страхователь при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», сообщение страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений, которое привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, не является основанием для признания такого договора незаключенным или для освобождения страховщика от страхового возмещения при наступлении страхового случая. Из системного толкования положений абзаца шестого пункта 7.2 статьи 15 и подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО следует, что при наступлении страхового случая страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю, предоставившему недостоверные сведения, а также взыскать с него в установленном порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового случая.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в виде электронного документа подано СПАО «Ингосстрах» заявление о заключении договора ОСАГО (л.д. 42-44). Заявление подано в целях страхования ответственности владельца транспортного средства Nissan Almera, г.р.з. №, на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. В графе заявления «цель использования транспортного средства» указана «личная», к управлению транспортным средством допущены любые водители без ограничений.

Электронным страховым полисом (л.д. 45-46) подтверждается заключение ФИО1 договора ОСАГО, полис ХХХ №, сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, базовая ставка ТБ – 4118 руб., страховая премия – 16 010,78 руб.

Со стороны ФИО1 заключение данного договора на указанных условиях не оспаривалось.

Карточкой учета транспортного средства, представленной МРЭО ГИБДД «Красноярское» (л.д. 81 оборот), подтверждается, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ является собственником транспортного средства Nissan Almera, г.р.з. №, тип кузова седан, цвет белый, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, VIN №.

Из представленного суду административного материала, в том числе из справки о ДТП (л.д. 120), следует, что ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> произошло ДТП с участием двух автомобилей: Nissan Almera, г.р.з. №, под управлением ФИО6 (собственник автомобиля ФИО1), ответственность застрахована в «Ингосстрах», и Audi A6, г.р.з. №, по управлением и в собственности ФИО5, ответственность застрахована в АО «Согаз», в результате чего транспортным средствам причинены механические повреждения.

У транспортного средства Nissan Almera, г.р.з. №, повреждены задний бампер и заднее правое крыло. У транспортного средства Audi A6, г.р.з. №, согласно справке повреждены передний бампер, переднее левое крыло, левый подкрылок, ремень радиатора, радиатор, левая блок фара, усилитель бампера.

В справке о ДТП инспектором ДПС сделана пометка о нарушении ФИО6 п.п. 9.1, 9.10 ПДД РФ.

Из объяснений водителя ФИО6 (л.д. 121) следует, что его должность и место работы – «с мен-р ООО БНК» (так в тексте), ДД.ММ.ГГГГ он двигался на автомобиле Nissan Almera, г.р.з. №, со стороны <адрес> в сторону <адрес>. В районе <данные изъяты>., совершая маневр обгона автомобиля Audi A6, г.р.з. №, совершил столкновение задней части правой стороны автомобиля Nissan Almera с передней частью левой стороны автомобиля Audi A6. При завершении маневра обгона автомобиля Audi A6 скоростной режим не нарушал, при выезде на встречную часть дороги в момент завершения маневра со стороны встречного потока другой автомобиль (г/н неизвестен) начал совершать аналогичный маневр путем обгона своего попутного направления. Чтобы избежать лобового столкновения увеличил скорость движения и, взяв правее, не успел завершить маневр и допустил столкновение («шерок») с транспортным средством Audi A6. Водитель Audi A6 съехал на обочину, уходя от столкновения, остановился. Вину в столкновении с автомобилем Audi A6 ФИО6 признал.

Согласно объяснениям водителя Audi A6 ФИО5 (л.д. 122), тот двигался со стороны <адрес> в <адрес>. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ. движущийся позади автомобиль Nissan Almera начал совершать обгон и допустил столкновение с его автомобилем. Уходя от удара, ФИО5 «вылетел» на обочину дороги, наехав на кучу щебня и кусок бетонного камня. Тем самым автомобиль Audi A6 получил повреждения не только при столкновении с автомобилем Nissan Almera. Виновным в ДТП ФИО5 считает второго участника. Пострадавших нет, в момент ДТП в автомобиле Audi A6 находился один.

Обстановка на момент ДТП зафиксирована в схеме места совершения административного правонарушения, составленной инспектором полка ДПС (л.д. 123-124).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, работающий в ООО «БНК» менеджером, привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, по факту нарушения ДД.ММ.ГГГГ п.п. 9.1, 9.10 ПДД РФ – нарушил правила расположения т/с на проезжей части, в результате чего допустил столкновение с а/м Audi A6, г.р.з. №, находящимся под управлением ФИО5

В справке о ДТП и в постановлении о привлечении к административной ответственности имя Шешалевича указано как «В.», в его объяснениях как «В.». Судом по совокупности материалов дела и данных ГУ МВД России по Иркутской области установлено, что верным именем третьего лица является ФИО6.

ФИО5 на ДД.ММ.ГГГГ являлся собственником транспортного средства Audi A6, г.р.з. №, что подтверждается представленными сведениями из МРЭО ГИБДД.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратился в порядке прямого возмещения убытков в АО «Согаз» с заявлением о страховом возмещении (л.д. 28-31).

В акте осмотра транспортного средства Audi A6, принадлежащего ФИО5, составленном ДД.ММ.ГГГГ ООО «Альянс-Оценка» (л.д. 34-36), перечислены повреждения автомобиля Audi A6, г.р.з. №, в количестве 26 повреждений.

ООО «Межрегиональный экспертно-аналитический центр» на основании акта осмотра ООО «Альянс-Оценка» составлено экспертное заключение, в соответствие с которым стоимость устранения дефектов АМТС с учетом износа составила 163 800 руб., без учета износа – 247 853 руб. (л.д. 15-18).

Представителями ФИО1 в предварительном судебном заседании и судебном заседании по рассмотренному делу размер стоимости восстановительного ремонта имущества потерпевшего ФИО5 не оспаривался, ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлялось.

АО «СОГАЗ» выплатило в порядке прямого возмещения убытков ФИО5 страховое возмещение в сумме 163 800 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40).

ДД.ММ.ГГГГ СПАО «Ингосстрах» по платежному требованию страховщика потерпевшего возместило АО «СОГАЗ» денежную сумму в размере 163 800 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41).

Согласно п. 9.10, 11.1 ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Суд, проанализировав доказательства по делу, приходит к выводу, что причинение ущерба собственнику автомобиля Audi A6 находится в причинно-следственной связи с действиями ФИО6, управлявшего источником повышенной опасности (автомобилем Nissan Almera), и столкновение автомобилей произошло по вине водителя ФИО6, который в нарушение требований п.п. 9.10, 11.1 Правил дорожного движения РФ выполнял маневр обгона без соблюдения бокового интервала, и при выполнении маневра обгона не убедился, что обгон не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, и в результате нарушения данных правил допустил столкновение с другим автомобилем.

В действия ФИО5, управлявшего транспортным средством Audi A6, г.р.з. №, нарушений Правил дорожного движения и вины в возникновении ущерба не установлено.

Таким образом, в силу ст. 1072 ГК РФ и Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ на страховщика ответственности владельца Nissan Almera (СПАО «Ингосстрах») возложена была обязанность по возмещению причиненного потерпевшему вреда в пределах страхового возмещения. СПАО «Ингосстрах» данная обязанность исполнена, что подтверждается совокупностью доказательств по делу и ФИО1 не оспаривалось.

Обосновывая требование о взыскании выплаченной суммы со страхователя, СПАО «Ингосстрах» ссылается на опубликованный в сети Интернет реестр выданных разрешений на осуществление деятельности легкового такси, среди которых указан автомобиль Nissan Almera, г.р.з. Р755НТ124, а также на результаты проверки автомобиля на официальном сайте ГИБДД (л.д. 14, 128-129).

Дополнительно по запросу суда Министерством транспорта Красноярского края дан ответ (л.д. 86) о том, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «БНК» выдано разрешение АА № на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси на территории Красноярского края на транспортное средство Nissan Almera, г.р.з. №, сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Министерством предоставлена выписка из реестра выданных разрешений аналогичного содержания (л.д. 95).

Из представленного Министерством пакета документов следует, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «БНК» в лице директора ФИО8 подало заявление о выдаче разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси на территории Красноярского края (л.д. 94).

С указанным заявлением представлена копия свидетельства о регистрации транспортного средства (л.д. 88-89), а также договор аренды транспортного средства без экипажа между ФИО1 и ООО «БНК» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 93).

По условиям данного договора арендатору передано во временное пользование транспортное средство Nissan Almera, г.р.з. №, тип кузова седан, цвет белый, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, VIN №. Имущество предназначено для использования в качестве легкового такси (п. 1.6).

Срок договора аренды – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 4.1). Арендная плата составляет 3000 руб. в месяц (п. 2.5 договора).

Представителем СПАО «Ингосстрах» представлена копия страницы сайта «Автокод», из которой следует, что автомобиль Nissan Almera, г.р.з. №, используется в качестве такси с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени.

Судом исследованы возражения представителей ФИО1 о том, что на момент заключения договора ОСАГО и в момент ДТП автомобиль уже не использовался в качестве такси. В обоснование данных возражений ответчик ссылается на то, что истец не доказал, что автомобиль имел соответствующую цветографическую схему, перевозил пассажиров, также ответчиком представлено в подлиннике соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении договора аренды, подписанное ФИО1 и директором ООО «БНК» ФИО8, в котором указано, что стороны пришли к соглашению об обоюдном желании расторгнуть договор аренды транспортного средства Nissan Almera, г.р.з. № от ДД.ММ.ГГГГ; соглашение является подтверждением приема-передачи арендуемого автомобиля, который передан арендодателю в технически исправном состоянии, стороны претензий друг к другу не имеют.

При оценке совокупности доказательств по делу суд обращает внимание на правовую позицию, сформулированную Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в Определении от 17.03.2020 № 10-КГ20-1 о том, что наличие выданного разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси является безусловным доказательством факта использования транспортного средства в качестве такси.

Анализ комплекса доказательств по делу, которые носят как прямой, так и косвенный характер, позволяет суду прийти к выводу о том, что в момент заключения договора страхования ДД.ММ.ГГГГ и в последующем в период действия договора ОСАГО транспортное средство Nissan Almera, г.р.з. №, использовалось в качестве такси.

При этом суд учитывает в первую очередь наличие выданного и никем не отозванного разрешения на использование данного автомобиля в качестве такси, которое, исходя из презумпции добросовестности участников гражданского оборота, предполагает соответствие действительности сведений, сообщенных в регистрирующий орган и использование автомобиля в качестве такси с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в момент ДТП автомобилем управлял не ФИО1, а сотрудник ООО «БНК», которому и выдано разрешение на использование автомобиля в качестве такси. Указание ФИО6 должности «менеджер» вместо «водитель такси» не имеет в данном случае существенного значения, тем более с учетом того, что в современной практике менеджерами в организациях зачастую именуются должности с самыми различными должностными обязанностями. ООО «БНК» при этом не исполнено определение суда от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении трудового или иного договора с ФИО6, на основании которого он управлял транспортным средством Nissan Almera.

Также суд принимает во внимание представленную СПАО «Ингосстрах» копию извещения об ином ДТП, из которого следует, что данное транспортное средство в период действия договора ОСАГО участвовало также в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, при этом автомобилем вновь управлял не ФИО1 (который согласно представленного им соглашения к тому моменту должен был прекратить арендные отношения), а ФИО9, который в качестве основания управления транспортным средством указал договор аренды.

Суд обращает внимание, кроме прочего, на то обстоятельство, что инспектором ДПС при оформлении ДТП ДД.ММ.ГГГГ в справке о ДТП записаны данные о пробеге транспортных средств, согласно которых за 1 год и 7 месяцев с момента приобретения нового автомобиля Nissan Almera его пробег составил 192 796 км., что не характерно для использования автомобиля в личных целях, что утверждает ФИО1, а в большей степени указывает на его постоянное коммерческое использование.

К представленному ФИО1 соглашению от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении договора аренды как к доказательству того, что с ДД.ММ.ГГГГ использование автомобиля в качестве такси прекращено, суд относится критически, поскольку согласно представленной выписке из ЕГРЮЛ ФИО1 является учредителем ООО «БНК» с долей в уставном капитале 22%, и ООО «БНК» по отношению к нему аффилировано. Таким образом директор ООО «БНК», подписавший документ от ДД.ММ.ГГГГ, являлся зависимым лицом от второй стороны данного документа, заинтересованной в опровержении факта использования автомобиля в качестве такси. Кроме прочего, суд отмечает, что расторжение договора само по себе не означает прекращение использование автомобиля в качестве такси, поскольку разрешение на такси для данного автомобиля являлось действующим, и учредитель ООО «БНК», имеющий интерес в извлечении ООО «БНК» прибыли, мог позволить сотрудникам ООО «БНК» продолжить использование данного автомобиля и после документального прекращения договорных отношений, а равно заключить после ДД.ММ.ГГГГ аналогичный договор.

При этом ФИО1 при общедоступности информации о наличии разрешения на работу такси с его автомобилем, который он ранее предоставлял в пользование ООО «БНК» с прямым указанием цели аренды – использование в качестве такси, не предоставил соответствующей информации в Министерство транспорта Красноярского края, при том, что наличие такой информации явно затрагивает взаимоотношения между истцом как собственником автомобиля и прочими участниками гражданского оборота.

Таким образом, доводы ФИО1 и представляемые им доказательства опровергаются совокупностью прочих доказательств по гражданскому делу.

Соответственно, суд приходит к выводу, что ФИО1 при заключении ДД.ММ.ГГГГ договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения в части цели использования транспортного средства.

Предоставление таких сведений привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, поскольку как Указанием Банка России от 19.09.2014 № 3384-У на 21.12.2018, так и из базовыми ставками страхового тарифа, утвержденными Приказом № 1 СПАО «Ингосстрах» от 23.04.2018 № 121, предусматривается увеличение базовой ставки тарифа при использовании транспортного средства категории «В», «ВЕ» в качестве такси с 4 118 руб. до 6 166 руб. Является очевидным, что столь значительная разница базовой ставки обусловлена повышенными страховыми рисками страхования ответственности владельцев такси, чьи транспортные средства проводят на дорогах общего пользования намного больше времени, чем автомобили личного использования.

При изложенных обстоятельствах у страховщика, который осуществил страховое возмещение, перешло право требования ФИО5 к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, то есть в размере 163 800 руб. Также суд приходит к выводу, что согласно приведенных разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 надлежащим ответчиком по регрессному требованию, возникшему из факта предоставления недостоверных сведений, является именно страхователь, предоставивший недостоверные сведения страховщику, поскольку данное требование является санкцией именно за недобросовестные действия страхователя.

При изложенных и установленных судом обстоятельствах требования СПАО «Ингосстрах» о взыскании с ФИО1 в счет возмещения ущерба в порядке регрессного требования денежной суммы в размере 163 800 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

Разрешая требования ФИО1 о признании незаконным одностороннего отказа СПАО «Ингосстрах» от договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, суд учитывает следующее.

В силу п. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Как разъяснено в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Таким образом, закон допускает использование выбранного ответчиком способа защиты гражданского права в виде требования о признании недействительным (незаконным) одностороннего отказа от исполнения договора.

Согласно п. «а» ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ порядок досрочного прекращения договора обязательного страхования устанавливается Правилами обязательного страхования.

В соответствие с п.п. 1.15, 1.16 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 № 431-П (в редакции, действующей на 21.12.2018), страховщик вправе досрочно прекратить действие договора обязательного страхования в следующих случаях: выявление ложных или неполных сведений, представленных страхователем при заключении договора обязательного страхования, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска.

В случае досрочного прекращения действия договора обязательного страхования по одному из оснований, предусмотренных абзацем третьим пункта 1.13, абзацем четвертым пункта 1.14 и абзацем вторым пункта 1.15 Правил, часть страховой премии по договору обязательного страхования страхователю не возвращается. В остальных случаях страховщик возвращает страхователю часть страховой премии в размере ее доли, предназначенной для осуществления страхового возмещения и приходящейся на неистекший срок действия договора обязательного страхования или неистекший срок сезонного использования транспортного средства (период использования транспортного средства).

В случаях досрочного прекращения действия договора обязательного страхования, предусмотренных пунктом 1.15 Правил, датой досрочного прекращения действия договора обязательного страхования считается дата получения страхователем письменного уведомления страховщика.

Как следует из представленной СПАО «Ингосстрах» копии письма, направленного по электронной почте, ДД.ММ.ГГГГ представителем СПАО «Ингосстрах» ФИО10 направлено ФИО1 на адрес электронной почты <данные изъяты> уведомление, в котором указано, что согласно сведениям, содержащимся в реестре автомобилей, обладающих лицензией на использование в качестве такси, на автомобиль Nissan Almera, г.р.з. № имеется действующая лицензия такси. В соответствие с п. 1.15 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств СПАО «Ингосстрах» воспользовалось своим правом на досрочное прекращение договора ОСАГО №, направив соответствующее уведомление.

Со стороны ФИО1 получение указанного уведомления не оспаривалось, более того, получение им указанного уведомления подтверждается тем, что ФИО1 заявлен иск об оспаривании одностороннего отказа от исполнения договора прежде, чем СПАО «Ингосстрах» предоставлены соответствующие сведения в материалы гражданского дела по иску к ФИО1

Таким образом, в силу п.п. 1.15-1.16 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств договор ОСАГО, первоначально заключенный с ФИО1 на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, досрочно прекратил действие в одностороннем порядке в момент получения ФИО1 соответствующего уведомления по электронной почте ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку судом установлено по вышеизложенным причинам, что факт предоставления ФИО1 при заключении договора ДД.ММ.ГГГГ ложных (недостоверных) сведений о цели использования транспортного средства, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска, нашел подтверждение, суд приходит к выводу о наличии у страховщика права одностороннего расторжения договора.

Недобросовестного поведения при этом со стороны СПАО «Ингосстрах» не усматривается, с учетом общего размера убытков, фактически понесенных страховщиком и еще не возмещенных ФИО1 в результате нескольких ДТП с участием его автомобиля. Предусмотренный п.п. 1.15-1.16 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств порядок одностороннего расторжения договора со стороны СПАО «Ингосстрах» не нарушен.

Таким образом, предусмотренных законом оснований для признания незаконным одностороннего отказа от исполнения договора ОСАГО номер №, не имеется, в связи с чем заявленные ФИО1 требования подлежат оставлению без удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям. При таких обстоятельствах с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» подлежит взысканию уплаченная государственная пошлина в размере 4 476 рублей по требованию о взыскании денежной суммы 163 800 руб. (платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ №).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в счет возмещения ущерба в порядке регрессного требования денежную сумму в размере 163 800 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 476 руб., а всего взыскать 168 276 (сто шестьдесят восемь тысяч двести семьдесят шесть) рублей 00 копеек.

В удовлетворении иска ФИО1 о признании незаконным одностороннего отказа Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» от договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска.

Решение изготовлено в окончательной форме 20.07.2020.

Судья В.А. Каплеев