Апелляционное определение № 33-17533/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья Гарифуллина Р.Р. УИД 16RS0042-03-2025-005356-73

Дело № 2-6770/2025

Дело № 33-17533/2025

Учет № 054г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Топорковой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Новосельцева С.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФГУП «Охрана» Росгвардии – ФИО1 на решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 7 июля 2025 года, которым постановлено:

исковое заявление ФИО2 к Федеральному Государственному Унитарному Предприятию «Охрана» Федеральной службы войск Национальной Гвардии Российской Федерации о взыскании компенсации расходов за отдых, компенсации за задержку выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального Государственного Унитарного Предприятия «Охрана» Федеральной службы войск Национальной Гвардии Российской Федерации (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) компенсацию расходов за отдых в размере 51 015 рублей, компенсацию за задержку выплаты с 5 февраля 2025 года по 7 июля 2025 года в размере 10 828 рублей 78 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей.

Взыскивать с Федерального Государственного Унитарного Предприятия «Охрана» Федеральной службы войск Национальной Гвардии Российской Федерации в пользу ФИО2 проценты, предусмотренные статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, начисленные на сумму компенсации расходов за отдых, начиная с 8 июля 2025 года по день фактического расчета включительно.

В остальной части иска отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к Федеральному Государственному Унитарному Предприятию «Охрана» Федеральной службы войск Национальной Гвардии Российской Федерации (далее – ФГУП «Охрана» Росгвардии) о взыскании компенсации расходов за отдых, компенсации за задержку выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда.

В обоснование указано, что 13 октября 2022 года он был принят на работу в ФГУП «Охран» Росгвардии на должность «старший пожарный».

3 сентября 2024 года между ним и ООО «Ассорти» был заключен договор на реализацию санаторно-курортных услуг. Стоимость услуг по договору на реализацию санаторно-курортных услуг составила 53 700 рублей. Обязательства по договору сторонами были выполнены в полном объеме: он перечислил денежные средства в сумме 53 700 рублей на расчетный счет ООО «Ассорти», ему была предоставлена санаторно-курортная путевка в ООО «Санаторий ВАРЗИ-ЯТЧИ».

24 сентября 2024 года он направил в адрес ФГУП «Охрана» Росгвардии заявление о компенсации стоимости путевки в санаторий.

3 февраля 2025 года трудовой договор между ним и ФГУП «Охрана» Росгвардии был расторгнут по инициативе работника, что подтверждается сведениями о трудовой деятельности.

6 февраля 2025 года ФГУП «Охрана» Росгвардии направило ответ ему об отказе выплате стоимости путевки на том основании, что ему в марте 2024 года была выплачена компенсация расходов за отдых в сентябре 2023 года, по причине некорректно представленных им документов выплата произведена позже. Повторная компенсация в том же году невозможна.

С отказом в выплате он не согласен, считает их несостоятельными, так как документы им были поданы в 2023 году, а факт несвоевременной выплаты компенсации стоимости путевки является нарушением трудового законодательства, допущенного работодателем истца, а не истцом.

Кроме того, в пункте 10 Приказа ФГУП «Охрана» Росгвардии № 324 от 9 августа 2024 года сказано о том, что выплата компенсации стоимости путевок работникам предприятия, распространяется в отношении путевок, приобретенных после 1 января 2024 года.

Истец имеет право требовать компенсацию стоимости путевки, приобретенной им по договору 3 сентября 2024 года в размере 53 700 рублей * 95% = 51 015 рублей.

На основании вышеизложенного истец просил взыскать с ответчика компенсацию стоимости путевки в размере 51 015 рублей; проценты по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 5 февраля 2025 года по 15 мая 2025 года в размере 7 142 рубля 10 копеек, с начислением до даты фактической выплаты суммы компенсации; проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 5 февраля 2025 года по 15 мая 2025 года в размере 2 935 рублей 11 копеек, с начислением до даты фактической выплаты суммы компенсации; компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; расходы по оплате почтовых услуг в размере 310 рублей 24 копейки, расходы по оплате юридических услуг в размере 50 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, извещен судебной повесткой, направил представителя.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании иск поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4 в удовлетворении иска просил отказать, в случае удовлетворения требований просил снизить взыскиваемые суммы в части компенсации морального вреда и судебных расходов.

Третье лицо по делу Прокурор г. Набережные Челны представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Судом в приведенной выше формулировке принято решение о частичном удовлетворении заявленных истцом требований.

В апелляционной жалобе представитель ответчика, выражая несогласие с постановленным по делу решением, просит его отменить, как незаконное и необоснованное, принять новое решение об отказе в удовлетворении иска. При этом в жалобе приводит доводы аналогичные доводам, приведенным в суде первой инстанции.

Решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований сторонами не обжалуется и в силу диспозитивности гражданского судопроизводства проверке в апелляционном порядке не подлежит.

Представитель истца – ФИО3, принимающий участие в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи на базе Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан, с доводами жалобы ответчика не согласился, просил в ее удовлетворении отказать.

Представитель ответчика ФГУП «Охрана Росгвардии» в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, просил рассмотреть дело без его участия.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили, о причинах своей неявки не сообщили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело их его отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что 13 октября 2022 года истец был принят в качестве старшего пожарного Отряда пожаротушения и противопожарной профилактики Управления по Приволжскому федеральному округу Центра охраны объектов промышленности (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, 4 октября 2023 года переведен на должность пожарного. 03.02.2025 трудовой договор расторгнут по инициативе работника.

Пунктом 8.4.5 Коллективного договора ФГУП «Охрана» Росгвардии на 2019 год, представленный ответчиком суду, как действующий по настоящее время, предусмотрено, что в целях обеспечения социального, медицинского и пенсионного страхования работодатель обязуется:

- обеспечивать отдых работников и их детей (в возрасте до 14 лет включительно) в санаторно-курортных и оздоровительных учреждениях на территории Российской Федерации с компенсацией части стоимости путевки за счёт средств предприятия, предусмотренных на социальное развитие. Порядок и размер отчислений определяются предприятием.

Согласно пункту 3.13 Привил внутреннего трудового распорядка для работников Управления по Приволжскому федеральному округу Центра охраны объектов промышленности (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, Приложение №5 к Приказу Центра охраны объектов промышленности (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии от 11 октября 2021 года № 257, в день увольнения работодатель производит работнику выплату всех сумм, причитающихся ему (заработная плата, выходное пособие, компенсация за неиспользованный отпуск и др.). Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

24 сентября 2024 года истец обратился к ответчику, направив заявление с приложенными документами по средствам почты, за получением компенсации расходов за отдых в размере 51 015 рублей, что составляет 95% от полной стоимости санаторно-курортной путевки ФИО2 за период отдыха с 10 сентября 2024 года по 19 сентября 2024 года.

Однако работодателем выплата не была произведена.

В связи с чем истец обратился повторно путем направления обращения от 24 января 2025 года, на который работодателем дан ответ о том, что в 2024 году в соответствии с приказом Центра охраны объектов промышленности (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии от 14 марта 2024 года № 85 ФИО2 была выплачена компенсация расходов за отдых в сентябре 2023 года в размере 115 288 рублей 20 копеек (95% от полной стоимости путевки). Также сообщено, что осуществление выплаты только в марте 2024 года связано с некорректно представленным комплектом документов. В связи с уже выплаченной компенсацией в 2024 году повторная компенсация в том же году невозможна.

Разрешая настоящий спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с работодателя компенсации расходов по оплате путевки.

Судебная коллегия с такими выводами суда соглашается.

Коллективный договор-это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективный договор может заключаться в организации в целом, в ее филиалах, представительствах и иных обособленных структурных подразделениях (часть 4 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения (часть 3 статьи 43 Трудового кодекса Российской Федерации).

В коллективном договоре с учетом финансово-экономического положения работодателя могут устанавливаться льготы и преимущества для работников, условия труда, более благоприятные по сравнению с установленными законами, иными нормативными правовыми актами, соглашениями (часть 3 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений осуществляется не только трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, но и в договорном порядке путем заключения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений. По смыслу изложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации, коллективные договоры, соглашения регулируют трудовые отношения наравне с Трудовым кодексом Российской Федерации. Определяя содержание коллективного договора, являющегося в силу статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации правовым актом, статья 41 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что в коллективный договор могут включаться обязательства работодателя по выплате пособий, компенсаций, а также другие вопросы, определенные сторонами, то есть перечень вопросов, регулируемых коллективным договором, приведенный в статье 41 Трудового кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим. Положения части 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации создают правовую основу для установления в коллективном договоре обязательств работников и работодателя по различным вопросам трудовых отношений, определенных сторонами, включая выплату пособий и компенсаций, и с учетом предписания части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, в частности, коллективные договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, позволяют обеспечивать работникам наиболее благоприятный режим реализации их прав и интересов в трудовых отношениях.

По смыслу изложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации, коллективные договоры, соглашения регулируют трудовые отношения наравне с Трудовым кодексом Российской Федерации.

В данном случае с 2019 года в ФГУП «Охрана» Росгвардии действует коллективный договор (т. 1 л.д. 215-242)

Пунктом 8.4.5 Коллективного договора ФГУП «Охрана» Росгвардии на 2019 год, представленный ответчиком суду, как действующий по настоящее время, предусмотрено, что в целях обеспечения социального, медицинского и пенсионного страхования работодатель обязуется:

- обеспечивать отдых работников и их детей (в возрасте до 14 лет включительно) в санаторно-курортных и оздоровительных учреждениях на территории Российской Федерации с компенсацией части стоимости путевки за счет средств предприятия, предусмотренных на социальное развитие. Порядок и размер отчислений определяются предприятием.

В целях реализации положений Коллективного договора работодателем 9 августа 2024 года издан приказ № 324 «О компенсации расходов на отдых работников и их детей в возрасте до 14 лет включительно на 3-4 квартал 2024 года» (т. 1 л.д. 196).

Действие данного приказа распространяется на путевки со сроком отдыха или окончанием срока отдых после 1 января 2024 года (пункт 10 Приказа).

Частичная компенсация стоимости путевок на отдых работников в санаторно-курортных и оздоровительных учреждениях на территории Российской Федерации производится в зависимости от размера денежных средств социального фонда Предприятия и неиспользованных остатков денежных средств предыдущих периодов, из расчета не более 95 % от полной стоимости путевок (пункт 8 Приказа).

Компенсацию части стоимости путевки производится 1 раз в течение календарного года (пункт 11 Приказа).

В данном случае материалами дела подтверждается, что в период с 10 сентября 2024 года по 19 сентября 2024 года ФИО2 отдыхал в Санатории «Варзи-Ятчи».

Стоимость санаторно-курортных услуг по договору составила 53 700 рублей (т.1 л.д. 15-16). Оплата услуг подтверждается кассовым чеком (т. 1 л.д. 19).

24 сентября 2024 года и 24 января 2025 года истец обратился к ответчику, направив заявление с приложенными документами по средствам почты, за получением компенсации расходов за отдых в размере 51 015 рублей, что составляет 95% от полной стоимости санаторно-курортной путевки ФИО2 за период отдыха с 10 сентября 2024 года по 19 сентября 2024 года.

6 февраля 2025 года работодателем отказано в компенсации части стоимости путевки за отдых в сентябре 2024 года, поскольку ранее в марте 2024 года ФИО2 была выплачена компенсация части стоимости путевки за отдых в сентябре 2023 года (т. 1 л.д. 23).

Требование ФИО2 о взыскании компенсации стоимости путевки основано на положениях коллективного договора, которым в рамках поддержки работников предусмотрена частичная компенсация стоимости путевки за счет Предприятия.

Работодатель обязан соблюдать и исполнять условия коллективного договора как правового акта, регулирующего трудовые отношения в ФГУП «Охрана» Росгвардии.

Поскольку работодатель ФГУП «Охрана» Росгвардии взял на себя обязательство по частичной компенсации стоимости путевок, а работник ФИО2 обратился с соответствующим заявлением, то суд первой инстанции обоснованном пришел к выводу о взыскании с работодателя по частичной компенсации стоимости путевки.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о том, что в 2024 году истцу уже была выплачена компенсация стоимости путевки, а в соответствии с локальными актами выплата компенсации производится один раз в календарный год.

Так в соответствии с приказом от 14 марта 2024 года № 85 ФИО2 была выплачена компенсация расходов за его отдых за период с 13 по 21 сентября 2023 года (т. 1 л.д. 67). С заявлением о компенсации он обратился также в 2023 году.

Из письменных возражений ответчика следует, что компенсация стоимости путевки за 2023 год была произведена с задержкой по вине истца. В связи с полученной в марте 2024 года компенсации за 2023 год, истцу было отказано в повторной компенсации путевки в 2024 календарном году (т. 1 л.д. 55).

Такую позицию работодателя следует расценивать как нарушение трудовых прав работника.

Трудовой кодекс Российской Федерации, основываясь на положениях статей 37 (части 1 и 4) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, относит к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений (статья 2 данного Кодекса) равенство прав и возможностей работников, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора. Данные принципы находят свое развитие в иных нормах этого Кодекса, в том числе запрещающих дискриминацию в сфере труда (статья 3), предоставляющих работнику право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21), закрепляющих правила вынесения решений по трудовым спорам об увольнении и о переводе на другую работу (статья 394).

Такое правовое регулирование гарантирует надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении.

Как было указано выше ФИО2 обращался к работодателю дважды с заявление о компенсации путевки за отдых в сентябре 2024 года. При этом отказ в выплате компенсации направлен лишь 6 февраля 2025 года.

Ссылаясь на то, что компенсация стоимости путевки за 2023 год была произведена с задержкой лишь в 2024 году по вине истца и в связи с этим отказывая в производстве компенсации за отдых в сентябре 2024 года, работодателем не учтено, что работник, являясь экономически более слабой стороной в трудовом правоотношении, ни при заключении трудового договора, ни впоследствии не имеет реальной возможности влиять на содержание условий труда в целом, так и на содержание отдельных его условий, предлагаемых работодателем, в том числе в части предоставления социальных гарантий. Односторонний отказ работодателя от исполнения добровольно принятого им на себя в рамках соглашения с работником обязательства приводит к тому, что работник лишается того, на что он обоснованно рассчитывал, подписывая содержащий такое условие трудовой договор. Тем самым работник, который при заключении трудового договора исходил из добросовестности работодателя при выполнении взятых им на себя обязательств, вынужден нести (причем единолично) риск неблагоприятных последствий, связанных с поведением работодателя, что исходя из правового регулирования спорных отношений недопустимо.

Определенный работодателем порядок и периодичность компенсации стоимости путевки в данном случае ограничивает гарантированное работодателем право работника на отдых в санаторно-курортных учреждениях с компенсацией части стоимости путевки, поскольку, обращаясь с заявлением о компенсации стоимости отдыха за сентябрь 2024 года ФИО2 действовал добросовестно и не преследовал цель повторного получения компенсационной выплаты.

Кроме того, повторно ФИО2 обратился с заявлением о компенсации стоимости путевки 24 января 2025 года и поскольку в 2025 календарном году ФИО2 выплата компенсации не производилась, то работодатель без основательно отказал истцу в выплате со ссылкой на положение Приказа № 324 о выплате компенсации один раз в течение календарного года.

Принимая во внимание, что работодателем не представлены документы свидетельствующие о невозможности выплаты компенсации в полном размере (95 % от стоимости путевки), суд первой инстанции обоснованно определил размер компенсации в размере 95 % от стоимости путевки, то есть 51 015 рублей.

Судебная коллегия также обращает внимание на то, что при определении правил предоставления установленных системой оплаты труда стимулирующих выплат, компенсационных выплат, материальной помощи, субъекты коллективно-договорного и локального нормотворчества во всяком случае не могут действовать произвольно; свобода их усмотрения при реализации соответствующих полномочий ограничена прежде всего конституционными предписаниями, возлагающими на них обязанность действовать с соблюдением принципов равенства и справедливости, а также нормами трудового законодательства, чье социальное предназначение заключается, главным образом, в защите прав и интересов работника как слабой стороны трудового правоотношения.

В соответствии с абзацем 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение не начисленных сумм, за каждый день задержки, начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя (часть 2 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по выплате работнику денежной компенсации за задержку выплат, причитающихся работнику от работодателя, сохраняется в течение всего периода, в течение которого у работодателя перед работником сохраняется задолженность, поскольку допущенное работодателем нарушение в виде невыплаты причитающихся работнику сумм носит длящийся характер.

Данное законодательное регулирование направлено на обеспечение защиты трудовых прав работников, нарушенных задержкой выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, а равно выплатой их не в полном размере.

Так как в день увольнения работодателем не произведена выплата компенсации за путевку, то суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании компенсации за задержку выплаты.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Нарушение права сотрудника на своевременное получение компенсационной выплаты, в день увольнения, по мнению судебной коллегии, является основанием взыскания в его пользу компенсации морального вреда в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Определяя размер компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, суд первой инстанции учел длительность нарушения трудовых прав истца, характер и степень причиненного вреда, обстоятельства его причинения, степень вины работодателя, значимость для истца нарушенного права, принципы разумности и справедливости.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции были учтены все заслуживающие внимания обстоятельства по делу.

В части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к таким расходам отнесены расходы по оплате услуг представителя, почтовые расходы, понесенные сторонами.

На основании части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В целях обеспечения защиты своих прав и законных интересов при производстве по настоящему делу между истцом и его представителем ФИО3 заключен договор о возмездном оказании юридических услуг от 30 апреля 2025 года № 149 на сумму 50 000 рублей (т. 1 л.д. 27).

По условиям договора представитель берет на себя обязанность по консультации истца, сбору документов, подготовке и направлении искового заявления о взыскании задолженности компенсации стоимости путевки в санаторий с ФГУП «Охрана» Росгвардии, представление интересов в суде первой инстанции.

Согласно акту оплаты услуг по договору № 149 о возмездном оказании юридических услуг от 30 апреля 2025 года истцом выплачены ФИО3 денежные средства в размере 50 000 рублей (т. 1 л.д. 28).

В данном случае, в порядке исполнения договорных обязательств представителем истца были оказаны услуги по подготовке иска, представлял интересы истца в одном судебном заседании суда первой инстанции.

Согласно содержащимся в свободном доступе сведениям о средней стоимости услуг юристов и адвокатов в Республике Татарстан средняя стоимость составления документов составляет от 3 000 до 7 000 рублей, представительство по гражданским делам – от 15 000 до 44 000 рублей.

Учитывая объем проделанной представителем работы, количество судебных заседаний, проведенных с его участием, присуждение суммы в размере 30 000 руб. не противоречит принципу разумности, установленному в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Каких-либо доказательств явно неразумного (заниженного) характера понесенных ответчиком расходов на представителя, их несоответствия действующим в Республика Татарстан расценкам на аналогичные услуги суду не представлено.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами районного суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм материального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 7 июля 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФГУП «Охрана» Росгвардии – ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 19 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи