Апелляционное определение № 33-3152/2026 от 25 марта 2026 г.

Дело №

Судья НМВ

(Дело №;

54RS0№-53)

Докладчик Черных С.В.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего Черных С.В.

Судей Пилипенко Е.А., Катющик И.Ю.

При секретаре Захаровой К.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании в <адрес> 26 марта 2026 года гражданское дело по апелляционной жалобе третьего лица ЗСН на решение Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по исковому заявлению СПАО «Ингосстрах» к КВД о взыскании ущерба, которым постановлено:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с КВД в пользу СПАО «Ингосстрах» сумму ущерба в размере 26 823, 20 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 753, 73 руб.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Черных С.В., объяснения ЗСН, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к КВД о взыскании ущерба в порядке суброгации.

В обоснование иска указало, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием транспортного средства <данные изъяты> г/н №, которое было застраховано в СПАО «Ингосстрах» по полису №.

Истцом потерпевшему было выплачено страховое возмещение в размере 138 362, 48 руб.

Виновником указанного ДТП выступал водитель транспортного средства <данные изъяты> № - КВД

Гражданская ответственность КВД не была застрахована.

На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика в свою пользу 138 362, 48 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3967 руб.

Судом постановлено указанное решение, с которым не согласился ЗСН, в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить в полном объеме и принять новое решение.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ссылаясь на незаконность и необоснованность оспариваемого решения, указывает на то, что у суда имелись достаточные основания принять решение только по заявленным истцом требованиям, не выходя за их пределы, на основании уже имевшегося постановления должностного лица в качестве доказательства отсутствия вины участников ДТП, не инициируя повторное изучение одних и тех же обстоятельств с целью установления нарушений водителями тех же норм Правил дорожного движения, при отсутствии заявленных какой-либо из сторон новых обстоятельств, которые могли бы поставить под сомнение мотивировочную часть постановления инспектора группы по ИАЗ от ДД.ММ.ГГГГ.

В мотивировочной части решения суда отсутствует информации о том, почему постановление должностного лица об отсутствии доказанной вины водителей, пусть даже из-за недостатка объективных данных, не рассмотрено судом в качестве доказательства несмотря на положения ч. 4 ст. 67 ГПК РФ.

Апеллянт ссылается на наличие прямой причинно-следственной связи между противоправными действиями КВД и причинением вреда имуществу ЗСН, поскольку, по мнению апеллянта, все дальнейшие события, произошедшие с автомобилем, являются следствием нарушения КВД запрета на эксплуатацию ТС, поскольку гражданская ответственность КВД не была застрахована.

Судом так же не исследовалось обстоятельство, указанное в информации о водителях, что собственником автомобиля <данные изъяты> г/н № на момент причинения вреда в результате ДТП являлся КДВ - отец КВД

Большая часть в мотивировочной части решении суда уделена обоснованию вины в причинении вреда автомобилю ЗСН действиями не столько КВД, как самого ЗСН

При этом, вся аргументация строится на выводах назначенной судом экспертизы, выполненной экспертом ФИО1

Анализ тезисов экспертного заключения, содержащихся в решении суда, приводит к выводу о том, что суд принял в качестве доказательств обстоятельства, которые либо не находят фактического подтверждения, либо вообще никак не аргументировались, и являются вымышленными.

Ссылается на отсутствие в действиях ЗСН нарушений ПДД РФ, которые бы состояли в причинно следственной связи с ДТП.

Таким образом, на лицо недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела.

Кроме того, апеллянт ссылается на то, что согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ предусматривает поручение экспертизы судебно-экспертному учреждению. Согласно п.1 и п.8 ч.3 ст.50, ч.1 ст. 123.21 ГК РФ учреждением признаются унитарные некоммерческие организация, не имеющие в качестве цели извлечение прибыли. Суд же назначил проведение судебной экспертизы в коммерческой организации - ООО «НАТТЭ».

Отмечает также, что в решении суда отсутствует мотивированное обоснование отказа в принятии в качестве доказательства стоимости ремонта автомобиля ВАЗ 217130 ЗСН, расчета, произведенного станцией технического обслуживания, осуществлявшей его ремонт, и принятия в качестве средства обоснования выводов суда заключения ООО «НАТТЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ.

Представителем КВД поданы письменные возражения по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела на основании ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции в рамках договора страхования автотранспортного средства, заключенного с ЗВН (л.д. 6-10), истцом признано страховым случаем ДТП, имевшее место ДД.ММ.ГГГГ в 09.20 час. по адресу: <адрес>, в районе <адрес> г/н № под управлением КВД и транспортного средства Лада Приора г/н № под управлением ЗСН, в результате которого транспортным средствам причинены механические повреждения.

На основании акта о страховом случае от ДД.ММ.ГГГГ истцом произведена оплата восстановительного ремонта транспортного средства, принадлежащего ЗСН в сумме 138.362,48 руб. на основании направления на ремонт и выставленного счета по оплате (л.д. 20-25, л.д. 28,л.д. 29).

Гражданская ответственность КВД на момент ДТП не была застрахована.

В рамках материалов по факту ДТП, вынесены постановления об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении как в отношении ЗСН, так и КВД на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ (л.д. 71-72).

Истец, ссылаясь на то, что в данном ДТП виновен КВД, на основании положений ст. 965 ГК РФ, обратился в суд с соответствующим иском.

КВД возражая против удовлетворения требований истца, ссылался на отсутствие вины в данном ДТП, а также указывал на несогласие с размером ущерба.

По ходатайству стороны ответчика в рамках настоящего спора назначена судебная экспертиза о стоимости восстановительного ремонта (л.д. 87-89).

Согласно заключению ООО «НАТТЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта № г/н № без учета износа составила 67 058 руб. (л.д. 92-106).

В рамках настоящего спора также была назначена автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам Бюро судебных экспертиз и оценки (л.д. 123-128).

Согласно выводам заключения судебной экспертизы №-ЭАМД, механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с участием транспортных средств <данные изъяты> г/н № под управлением ЗСН, а также <данные изъяты> г/н № под управлением ФИО2 выглядел следующим образом: 1-ая стадия — сближение — оба автомобиля до столкновения едут в своем ряду в одной полосе в одном ряду в одном направлении - от <адрес> в сторону <адрес>, а/м <данные изъяты> едет впереди а/м <данные изъяты> на расстоянии около 20-25 метров. Водитель а/м <данные изъяты>, убедившись в отсутствии помех на встречной полосе начинает маневр обгона а/м <данные изъяты> включив с его слов указатель левого поворота. Приближаясь к дому по адресу Новогодняя, 28 водитель а/м <данные изъяты> включив левый указатель поворота, притормозив (о чем говорит юзовой след по левым колесом данного автомобиля) начинает маневр поворота под углом 45 градусов со своей полосы (см. Рисунок 8). 7-ая стадия — столкновение — Водитель а/м <данные изъяты>, видя, что впереди едущий - на расстоянии 10 м с его слов — автомобиль <данные изъяты> начинает маневр поворота включив левый сигнал поворота пытается избежать столкновения. При этом водитель а/м <данные изъяты> утверждает, что он пытался тормозить до срабатывания АБС, но никаких следов торможения на проезжей части идущих к автомобилю <данные изъяты> на месте ДТП не зафиксировано не на схеме ДТП, ни на имеющихся фотографиях. Это говорит от том ‚ что водитель а/м <данные изъяты> «надеялся» объехать а/м <данные изъяты> в момент, когда а/м <данные изъяты> сместится ближе к` парковочному карману. Происходит столкновение автомобилей - а/м <данные изъяты> передней левой частью ударяет в заднюю левую часть а/м <данные изъяты>, в тот момент, когда а/м <данные изъяты> только начинает маневр поворота на лево. 3-ая стадия — разброс. От удара задняя левая ось а/м <данные изъяты> сдвигается против часовой стрелки, а/м <данные изъяты> по инерции после удара укатывается к правому краю проезжей части. Конечное положение автомобилей - автомобиль <данные изъяты> от правого края проезжей части находиться: 2,8 м от задней оси ив 5,0 м. от передней оси, от места удара в 3,2 м. Автомобиль от правого края проезжей части находиться в 1,6 м от задней оси, 0,0 м от передней оси, от места удара в 0,2 м.

Экспертом указано, что водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № ЗСН должен был руководствоваться следующими пунктами ПДД РФ: п. 11.1, 11.2, 10.1; водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № КВД – 8.1, 8.2, 8.8.

Экспертом сделан вывод о том, что водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № ЗСН не учел требований п. 11.1, 10.1, что в конечном итоге привело к нарушению п. 11.2 – водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.

Водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № КВД не учел требований п. 8.1.

При этом экспертом отмечено, что не представляется возможным установить, когда водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № КВД включил указатель поворота.

Нарушения как водителя <данные изъяты> г/н № ЗСН, так и водителя <данные изъяты> г/н № КВД состоят в причинно-следственной связи с ДТП (л.д. 135-173).

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу, дав оценку представленным доказательствам по правилам ст. 67 ГПК РФ, в числе которых письменные материалы дела, материалы по факту ДТП, заключения судебных экспертиз, пришел к выводу о наличии обоюдной вины участников ДТП, допустивших нарушения правил дорожного движения, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП, и с учетом степени и характера допущенных участниками ДТП нарушений ПДД РФ, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП, определил степень вины каждого из участников, ЗСН 60%, КВД 40% и приняв во внимание выводы заключения судебной экспертизы о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, определил к возмещению с КВД в пользу истца сумму в размере 26.823,20 руб. (67.058х0,4), в соответствии со ст. 98 ГПК РФ распределив судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Ни сторона ответчика, ни сторона истца не воспользовались своим правом на апелляционное обжалование судебного акта.

Апелляционная жалоба подана третьим лицом ЗСН, которая подлежит отклонению, исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1).

В соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как разъяснено в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам.

С учетом позиции стороны ответчика, оспаривавшего вину в данном ДТП, принимая во внимание, что в рамках материалов по факту ДТП в отношении участников ДТП были приняты постановления об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении как в отношении ЗСН, так и в отношении КВД на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, суд первой инстанции обоснованно назначил в рамках настоящего спора автотехническую экспертизу и принял ее в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, дав ему оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, подробно приведенную в оспариваемом решении, оснований с которой не согласиться у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам подателя жалобы, проанализировав содержание экспертного заключения, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что судебная экспертиза в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, является определенным и не имеет противоречий, выводы эксперта научно аргументированы, обоснованы и достоверны, эксперт имеет необходимый стаж и опыт работы по специальности, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в его компетентности не имеется.

Сторонами не оспорены выводы заключения судебной экспертизы, при этом ссылки подателя жалобы на отсутствие специальных познаний у эксперта, объективно опровергается материалами заключения судебной экспертизы, к которым приложены документы, подтверждающие квалификацию эксперта, позволяющую последнему проводить соответствующего рода экспертизы (л.д. 168-173).

Доводы подателя жалобы о том, что производство экспертизы могло быть поручено государственному экспертному учреждению, а негосударственной коммерческой организации, не заслуживают внимания, поскольку ни положения Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", ни нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не запрещают судам поручать проведение экспертизы негосударственным экспертным организациям, о чем указано и Верховным Судом Российской Федерации в абзаце 7 Обзора судебной практики по применению законодательства, регулирующего назначение и проведение экспертизы по гражданским делам, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2011.

Каких либо доказательств, опровергающих выводы данного заключения подателем жалобы, не представлено.

Суд первой инстанции, проанализировав административные материалы по факту ДТП, пояснения участников данного ДТП, схему места дорожно-транспортного происшествия, сведения об объеме и характере полученных транспортными средствами повреждений, приняв во внимание выводы заключения судебной экспертизы, обоснованно пришел, что в данной конкретной дорожной ситуации ЗСН начав совершение обгона, не убедился в безопасности данного маневра, соответственно, не учел требования п. 11.1, 10.1 ПДД РФ, что привело к нарушению п. 11.2 ПДД РФ, находящихся в прямой причинно-следственной связи с ДТП, и в совокупности с действиями КВД не убедившегося в безопасности своего маневра при повороте налево, допустившего нарушения п. 8.1, п. 8.8 ПДД РФ, произошло столкновение автомобилей.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортном происшествии действия обоих водителей находятся в прямой причинно-следственной связи с ДТП.

При этом ссылка подателя жалобы на постановления об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителей, являющихся участниками ДТП, как на доказательства, имеющие преюдициальное значение, свидетельствующее об отсутствии вины участников ДТП, не может быть принята во внимание, поскольку вопреки позиции подателя жалобы, вопрос о виновности (отсутствии вины) участников в ДТП, наличие (отсутствие) причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении при принятии постановлений об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ не подлежал обсуждению, соответственно, подлежал разрешению в рамках гражданского судопроизводства.

Между тем постановления об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, вынесенные административным органом, не обладают свойством преюдициальности при рассмотрении гражданского дела о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и в силу ст. ст. 61, 67, ч.1 ст. 71 ГПК РФ являются письменными доказательствами, подлежащими оценке наряду с другими доказательствами.

Более того, в данных постановлениях административным органом не обсуждался вопрос о виновности или невиновности участников ДТП, нарушении ими ПДД РФ, которые бы состояли в причинно-следственной связи с ДТП.

Принятие административным органом таких постановлений само по себе не свидетельствует об отсутствии вины участников ДТП, допустивших нарушения ПДД РФ, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП и объективно не опровергает выводы суда первой инстанции об обстоятельствах ДТП, установлении факта допущенных обоими участниками нарушений ПДД, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП.

Таким образом, наличие или отсутствие вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия, степень их вины входят в предмет доказывания по гражданскому делу и являются обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения дела, а постановления, вынесенные административным органом по делу об административном правонарушении, не освобождают суд от обязанности установить эти обстоятельства, соответственно, вопреки доводам подателя жалобы, суд первой инстанции в соответствии со ст. 79 ГПК РФ обоснованно пришел к выводу о назначении и проведении в рамках настоящего спора судебной автотехнической экспертизы.

Ссылки подателя жалобы на отсутствие у ответчика договора страхования гражданской ответственности, не могут быть приняты во внимание, и не являются основанием для отмены или изменения оспариваемого решения, поскольку не выполнение ответчиком данной обязанности не состоит в причинно-следственной связи с ДТП, и несет негативные последствие для последнего.

Доводы подателя жлобы о том, что собственником автомобиля, под управлением КВД по данным административных материалов является отец последнего, не могу быть приняты во внимание, поскольку ни сторона истца, ни сторона ответчика не оспаривает судебный акт, в рамках которого к гражданско-правовой ответственности привлечен КВД, который является непосредственным причинителем вреда, и данные обстоятельства, никоим образом не влияют на права и обязанности подателя жалобы в рамках спорных правоотношений.

При этом в силу приведенного выше нормативно-правового регулирования, подлежащего применению в рамках спорных правоотношений, право регрессного требования у страховщика возникает по отношению к "лицу, причинившему вред", которым, в рассматриваемой ситуации, является ответчик КВД, а не собственник транспортного средства.

Иная оценка подателем жалобы обстоятельств ДТП, а также квалификация действий водителей - его участников, несогласие с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции при отсутствии оснований для признания ее ненадлежащей не является основанием для апелляционного пересмотра судебного акта.

Несогласие с оценкой судом доказательств по делу, также не может служить основанием к отмене решения, поскольку согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Право оценки доказательственного материала принадлежит суду, разрешающему спор по существу, которая произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями, предъявляемыми ГПК РФ, является правильной, в связи с чем, у судебной коллегии оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.

Несогласие с выводами суда первой инстанции о размере ущерба, основанного на заключении судебной экспертизы о размере восстановительного ремонта транспортного средства, не может быть принято во внимание, поскольку в силу положений п.1, п. 3 ст. 947 ГК РФ в договорах личного страхования и договорах страхования гражданской ответственности страховая сумма определяется сторонами по их усмотрению, причинитель вреда не является стороной данных правоотношений, соответственно, вправе оспаривать размер ущерба, чем фактически и воспользовался в рамках настоящего спора.

При этом закон предоставляет право требования страховщику, выплатившему страховое возмещение, в пределах выплаченной суммы, данное требование закона судом первой инстанции было соблюдено.

Суд первой инстанции при определении размера ущерба, принял во внимание выводы заключения судебной экспертизы, которые не оспорены и не опровергнуты сторонами.

Иные доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, поскольку по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в пределах доводов апелляционной жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу ЗСН - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий

Судьи