Апелляционное определение № 33-12540/2026 от 22 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

УИД: 78RS0015-01-2024-005136-19

Рег. №: 33-12540/2026 Судья: Доброхвалова Т.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего

Осининой Н.А.,

СудейПри помощнике судьи

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 12 ноября 2025 года по гражданскому делу № 2-2056/2025 по иску ФИО4 к ФИО5 о признании завещания недействительным.

Заслушав доклад судьи Осининой Н.А., выслушав объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО6, ответчика ФИО5 и ее представителя ФИО7, представителя третьего лица нотариуса ФИО8 – ФИО9, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, в котором просит признать недействительным завещание, составленное ФИО10 и удостоверенное нотариусом по наследственному делу №..., зарегистрированное в реестре за №....

В обоснование заявленных требований ФИО4 указано, что <дата> в зоне проведения СВО погиб его сын – ФИО10 После обращения к нотариусу для оформления наследства истцу стало известно о том, что ФИО10 составил завещание, согласно которому все свое имущество, которое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, он завещал ФИО11, с которой истец не знаком. Истец полагает, что при составлении завещания ФИО10 не понимал значения своих действий и не мог ими руководить, поскольку в день составления завещания ФИО10 распивал спиртные напитки и находился в состоянии алкогольного опьянения.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 12.11.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5 о признании завещания недействительным отказано.

В апелляционной жалобе ФИО4 выражает несогласие с постановленным решением суда, просит его отменить, полагая незаконным и необоснованным, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

Третье лицо – нотариус ФИО12 в заседание судебной коллегии не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представила. При таком положении в соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на апелляционную жалобу, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (ч. 1 ст. 1114 ГК РФ).

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. 1142-1145 и 1148 названного кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления (ст. 1142 ГК РФ).

В силу ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами ГК РФ о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст. 1130 ГК РФ. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (ст. 1119 ГК РФ).

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть совершено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений названного кодекса, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается (п. 1 ст. 1131 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее совершения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, способность понимать значение своих действий или руководить ими при совершении оспариваемых сделок. Исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ лежит на истце.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, <дата> нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8 удостоверено завещание ФИО10, которым тот завещал все свое имущество, которое окажется ко дню смерти ему принадлежащим, ФИО5 (т. 1 л.д. 38-39).

<дата> ФИО10 умер (т. 1 л.д. 34). После его смерти нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО12 открыто наследственное дело №... (т. 1 л.д. 33-88).

<дата> к нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям наследования обратился ФИО10 – отец наследодателя (т. 1 л.д. 35).

<дата> к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию от <дата> обратилась ФИО5 (т. 1 л.д. 36).

<дата> ФИО4 выданы свидетельства о праве на наследство по закону после умершего ФИО10 на: 1/2 доли прав на денежные средства с причитающимися процентами; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу Санкт-Петербург, <адрес> (т. 1 л.д. 76-78).

ФИО5 свидетельства о праве на наследство не выданы в связи с обращением ФИО4 в суд.

Обращаясь в суд истец полагал, что завещание от <дата> подлежит признанию недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, поскольку на момент его совершения наследодатель не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Как разъяснено в абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

Учитывая, что для разрешения требований истца требовались познания специалиста, определением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу назначена комплексная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» (т. 1 л.д. 248-253).

Согласно заключению комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» №....1036.1 от <дата>, ФИО10, <дата> г.р., погибший <дата>, на момент составления завещания от <дата> в кратковременном интенсивном эмоциональном процессе, отражающем субъективную оценку ситуации на бессознательном уровне не находился. Его действия по составлению завещания были последовательны, планомерны и отражали его желание оставить его имущество не истцу (ответ на вопрос №...). ФИО10 в момент составления завещания от <дата> каким-либо психическим расстройством не страдал (ответ на вопрос №...). Как следует из данных анамнеза, медицинской документации, материалов гражданского дела, подэкспертный рос и развивался в соответствие с возрастом, получил образование, работал, к врачу-психиатру за медицинской помощью не обращался, в психиатрические стационары не госпитализировался, признаков слабоумия и психотической симптоматики у него не отмечалась. По представленным материалам гражданского дела, медицинской документации ФИО10 за медицинской помощью в медицинские организации Санкт-Петербурга с февраля 2020 года не обращался, лечения не принимал (ответ на вопрос №...). Таким образом, объективных данных о наличии у испытуемого в юридически значимый период (на момент составления завещания от <дата>) какой-либо психопродуктивной симптоматики, аффективных нарушений психотического уровня, признаков слабоумия, значимых когнитивных расстройств, клинически значимой декомпенсации сомато-неврологического состояния не имелось. В момент составления завещания от <дата> ФИО10 каким-либо психическим расстройством, нарушавшим его способность к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей сделки и прогноза ее последствий, социального смысла сложившейся ситуации и своей роли в ней, не страдал, мог понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО10 в обстоятельствах окружающей психологической обстановки, с учетом собственного психологического и психического состояния, в момент составления завещания (<дата>) мог в полной мере осознавать значение, правовые и имущественные последствия и руководить ими (ответ на вопрос №...) (т. 2 л.д. 2-5).

Суд первой инстанции принял данное заключение комиссии экспертов в качестве надлежащего доказательства по делу. Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО13 правильность заключения подтвердила.

Разрешая заявленные исковые требования, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО10 в период, относящийся ко времени подписания завещания (<дата>), не страдал каким-либо психическим расстройством, обладал дееспособностью в полном объеме, выразил свое волеизъявление путем посещения нотариуса и составления завещания в надлежащем виде, в связи с чем оснований для признания завещания недействительным в соответствии с положениями ст. 177 ГК РФ не имеется.

Оснований не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №...» №....1036.1 от <дата>, о необоснованном принятии судом указанного заключения, как достоверного доказательства по делу, не принимаются во внимание, поскольку данное заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, не доверять представленному заключению оснований не имеется, заключение экспертизы получено с соблюдением требований закона, экспертами, имеющими необходимую квалификацию, профильное образование, длительный стаж работы по соответствующей экспертной специальности, предупрежденным по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, экспертами даны ответы на все поставленные вопросы, которые мотивированны, не содержат внутренних противоречий, понятны и являются полными.

Судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 84-86 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, заявитель жалобы не представил.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что в заключении комиссии экспертов отсутствует оценка результатов исследований и обоснование выводов на постановленные вопросы, заключение комиссии экспертов содержит вводную часть, исследовательскую часть, включающую исследование материалов гражданского дела и представленную медицинскую документацию наследодателя, в том числе психологическое исследование, а также заключительную часть, в которой содержаться обоснованные выводы экспертов со ссылкой на номер соответствующего вопроса определения о назначении по делу судебной экспертизы. Ответы на поставленные судом вопросы даны четко, ясно, содержат необходимое обоснование.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, о том, что психологом при проведении исследования не изучены индивидуально-личностные особенности наследодателя, показатели социальной деятельности и как они повлияли на него, фактически при психологическом исследовании перечислены факты, добытые в ходе судебного разбирательства, отклоняются судебной коллегией так как в представленном заключении содержатся как материалы, на основании которых эксперты проводили исследование, то есть содержится указание на фактические обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, так и выводы комиссии экспертов, членом которой являлась, в том числе, ФИО13 (специальность – медицинская психология).

Кроме того, эксперт ФИО13 в судебном заседании <дата> подтвердила правильность экспертного заключения, дополнительно указав, что экспертиза является посмертной в связи с чем возможности проведения экспертизы с помощью экспериментальных методик не имеется, возможно проведение экспертизы лишь посредством анализа представленных медицинских документов; эксперты ответили на все постановленные судом вопросы (т. 2 л.д. 29-31).

Ссылки истца на отсутствие материалов, иллюстрирующих заключение, отклоняются судебной коллегией. Данные материалы прилагаются не к каждому экспертному заключению, а лишь к тому, где они действительно необходимы. Поскольку экспертное заключение основано на медицинской документации, пояснениях сторон, свидетельских показаниях, при составлении заключения не использовались материалы визуализации, фотофиксации, не составлялись чертежи и схемы, в связи с чем, материалы, иллюстрирующие заключение экспертов, в заключении отсутствуют.

В апелляционной жалобе истец также ссылается на то, что эксперты, проводившие судебную экспертизу, не обладают специальными познаниями по специальности «Неврология».

Между тем, непривлечение к проведению судебной экспертизы иных специалистов, в том числе невролога, на правильность заключения комиссии экспертов не влияет, исходя из вопросов, поставленных на их исследование, а также отсутствия со стороны истца и ответчика ходатайств о проведении по делу комплексной судебной экспертизы с привлечением иных специалистов.

Кроме того, в силу ч. 3 ст. 85 ГПК РФ при необходимости эксперты в праве ходатайствовать о привлечении к проведению экспертизы других специалистов. Однако данное ходатайство экспертами заявлено не было.

Судебная коллегия при этом также отмечает, что истец, ссылаясь на вышеуказанные нарушения, вместе с тем не указывает, каким именно образом они повлияли на правильность и обоснованность выводов экспертов, с учетом того, что медицинская документация ФИО10 имелась в распоряжении экспертов и имеющиеся у ФИО10 заболевания и их влияние на психическое состояние наследодателя на момент составления оспариваемого завещания экспертами исследованы в полном объеме.

Таким образом, каких-либо оснований полагать, что заключение комиссии экспертов принято судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу необоснованно, не имеется.

Субъективная оценка истца представленного в материалы дела заключения экспертизы не опровергает выводов суда первой инстанции, кроме того, определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование, прием и оценка доказательств, в соответствии со ст. 56, 59, 67 ГПК РФ, относится к исключительной компетенции суда первой инстанции.

Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, с выводами экспертов и оценкой этих выводов судом при отсутствии достоверных доказательств неправомерности выводов суда, не исключает возможность принятия заключения эксперта в качестве допустимого доказательства по делу, не свидетельствует о неправильности постановленного решения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что в момент составления завещания ФИО10 находился в состоянии алкогольного опьянения, ссылаясь на показания свидетелей, не могут являться основанием для отмены или изменения постановленного решения суда.

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции по ходатайству стороны истца допрошены свидетели ФИО14, ФИО15 (т. 1 л.д. 204-207).

Свидетель ФИО14 показала, что знакома с наследодателем. До ухода на СВО наследодатель выпивал со дня рождения его друга ФИО15, занимал у свидетеля и у друзей деньги для покупки спиртных напитков. Наследодатель проживал на ФИО16, <адрес>, имел напряженные отношения с отцом, готов был написать завещание на кого угодно лишь бы не на отца, причины напряженности в отношениях не называл. Также свидетель пояснила, что не знала о составлении завещания, однако наследодатель обращался к ней и просил у нее паспорт, чтобы оформить завещание на нее, свидетель отказала. Помимо свидетеля наследодатель предлагал оформить завещание на девушку, с которой проживал долгое время и делал ей предложение.

Свидетель ФИО15 показал, что знаком с наследодателем с 10 лет, они дружили. О факте составления завещания свидетелю было известно, однако на кого конкретно наследодатель хочет составить завещание он не сообщал. <дата> наследодатель и ФИО15 отмечали день рождения последнего, после бурных празднеств <дата> они пошли в магазин, чтобы купить спиртного, выпили, после чего наследодатель пошел к нотариусу писать завещание. На другой день свидетель познакомился с ответчиком, а наследодатель подписал контракт с МО РФ. С отцом у наследодателя были конфликтные отношения, они поругались из-за квартиры, так как там был беспорядок, задолженность по ЖКУ, наследодатель постоянно устраивал пьянки. Свидетель и наследодатель жили в одной квартире на <адрес>, с которой наследодатель собирался пожениться. На Черневич наследодатель не составил завещание, так как не имелось ее паспортных данных.

Оснований не доверять показаниям данных свидетелей не имеется, так как они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Вместе с тем, из показаний данных свидетелей следует лишь то, что в период, когда наследодателем было составлено завещание, тот мог злоупотребить спиртными напитками. Однако данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о невозможности наследодателя понимать значение своих действий и руководить ими или о наличии алкогольного опьянения непосредственно в момент составления оспариваемого завещания.

В соответствии со ст. 43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1) при удостоверении сделок нотариус осуществляет проверку дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, а также наличия волеизъявления заявителей.

Согласно тексту завещания ФИО10, перед подписанием завещания личность завещателя установлена, дееспособность проверена.

Оснований полагать, что нотариус не проверила дееспособность обратившегося к ней ФИО10 перед совершением нотариального действия, в том числе не усмотрела нетрезвое состояние ФИО10, и в связи с чем не отказала ему в совершении нотариального действия, не имеется.

Ссылки на то, что наследодатель заблуждался относительно того какой документ он составляет, полагая, что подписывает дарственную, не подтверждены какими-либо доказательствами, а также не свидетельствуют о наличии оснований для признания завещания недействительным в соответствии с положениями ст. 177 ГК РФ.

Мнение ФИО4 о том, что ФИО10 составил завещание исключительно для того, чтобы навредить истцу, не имеет правового значения при разрешении вопроса о признании завещания недействительным на основании ст. 177 ГК РФ.

В суде апелляционной инстанции стороной истца заявлено ходатайства о назначении повторной посмертной психолого-психиатрической судебной экспертизы.

Исходя из содержания абз. 3 ч. 2 ст. 79 ГПК РФ стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы.

Согласно ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу (ч. 2).

Судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения данного ходатайства и назначении по делу повторной экспертиз, поскольку обстоятельства, на которые ссылался истец, выражая несогласие с выводами экспертов, не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах экспертов и не влекут сомнений в обоснованности заключения. Представленное в материалах дела экспертное заключение не вызывает сомнений в его правильности.

Кроме того, названное ходатайство не заявлено стороной истца в ходе разрешения спора в суде первой инстанции.

При таком положении, учитывая вышеизложенное и принимая во внимание, что что вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств, дающих основания полагать, что ФИО10 в момент совершения оспариваемого завещания находился в таком состоянии, в котором не мог понимать значение своих действий и руководить ими, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований о признании завещания ФИО10 от 10.06.2023 недействительным.

Каких-либо процессуальных нарушений, допущенных судом первой инстанции при разрешении спора, судебная коллегия не усматривает.

Доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы в апелляционной жалобе по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 12 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 14.05.2026.