Решение № 2-2637/2025 2-2637/2025~М-786/2025 М-786/2025 от 16 декабря 2025 г. по делу № 2-2637/2025

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 октября 2025 года г. Новосибирск

Кировский районный суд г.Новосибирска в лице судьи Акуловой Н.А.,

при секретаре судебного заседания Дейковой А.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 – Кранова В.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Межрайонной ИФНС России № по <адрес> к индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Межрайонная ИФНС России № по <адрес> обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО2, в котором (с учетом уточнений от ДД.ММ.ГГГГ – Том №, л.д. 180-181) просила:

признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства №, VIN №, 2010 года выпуска, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО2;

применить последствия недействительности сделки в отношении транспортного средства №, VIN №, 2010 года выпуска, взыскав со ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 денежные средства в сумме 626 000 руб.

В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано следующее. ИП ФИО3 состоит на учёте МИФНС № по <адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении налогоплательщика проводилась выездная налоговая проверка (далее – ВНП). По итогам проверки Межрайонная ИФНС России № по <адрес> приняла решение о привлечении ИП ФИО3 к ответственности за совершение налогового правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ №. Сумма доначислений составила 217 524 860 руб. С момента начала выездной налоговой проверки, а именно с ДД.ММ.ГГГГ налогоплательщиком проведено действие по отчуждению транспортного средства грузового автомобиля Без марки № VIN №, 2010 года выпуска, г/н №, а именно, был заключен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО3 и гражданином ФИО4 на сумму 10 000 руб. Инспекция считает указанную сделку купли-продажи заключенной с целью вывода активов юридического лица во избежание обращения на их взыскание налоговым органом. ДД.ММ.ГГГГ спорное имущество было перерегистрировано на <данные изъяты>. По состоянию на дату подачи иска транспортное средство зарегистрировано на <данные изъяты>, что подтверждается выпиской из истории владения транспортным средством. Истец ссылается на то, что оспариваемая сделка является недействительной по основаниям ст. 10, 168 (злоупотребление правом) ГК РФ, поскольку налоговой инспекцией установлено, что отчуждение движимого имущества произошло вскоре после окончания ВНП; цена автомобиля по договору значительно ниже средней рыночной (исходя из средней стоимости по Сибирскому федеральному округу). Так, исходя из анализа объявлений по продаже схожих автомобилей, средняя рыночная цена транспортного средства составляет 626 000 руб. Разница между ценой в договоре, заключенном между ответчиками, и средней ценой в объявлении, составляет 616 000 руб., что в процентном соотношении составляет 6160 %. Помимо этого, Инспекцией было найдено архивное объявление от № о продаже транспортного средства с гос.номером № с ценой в размере 330 000 руб. На момент создания данного объявления собственником автомобиля являлся ФИО3, в объявлении указано техническое состояние транспортного средства как хорошее. Таким образом, истец делает вывод, что цена в договоре купли-продажи спорного транспортного средства является существенно заниженной, несмотря на рабочее состояние транспортного средства. Истец также отмечает факт того, что спорное транспортное средство находится в гражданском обороте, состоит на учете в ГИБДД, что может свидетельствовать о его хорошем состоянии, так как в противном случае автомобиль выбыл бы из гражданского оборота.

Также истец ссылается на необычный характер сделки, не имеющий очевидного экономического смысла. Произведенные действия ответчика не несут в себе экономического смысла, так как ИП ФИО3 произвел отчуждение себе в убыток. Подобная операция не является обычной хозяйственной сделкой, для которой характерны равнозначность и возмездность. Также у ФИО2 согласно выпискам 2-НДФЛ за период № отсутствует доход для покупки данного транспортного средства. Кроме того, указано, что у ФИО2 нет статуса индивидуального предпринимателя или самозанятого, в связи с чем неясно, для каких целей им был приобретен спорный грузовой автомобиль. При совершении сделок, от контрагентов ожидается разумность и осмотрительность. Покупатель должен был учитывать, что отсутствие соразмерного встречного предложения по сделке является причинением вреда юридическому лицу. В исковом заявлении указано, что ИП ФИО3 после окончания ВНП произвел реализацию имущества по существенно заниженной цене, не получив при этом равнозначного удовлетворения его имущественных интересов, что свидетельствует о том, что воля на заключении данной сделки была порочна, и стороны действовали недобросовестно. ФИО3 не получил исполнения по договору купли-продажи, а именно отсутствуют транзакции по счёту, приходно-кассовые ордеры, чеки и <адрес> факты не могут свидетельствовать о добросовестности сторон при заключении указанной сделки. Таким образом, заключение спорного договора купли-продажи имущества в период проведения налоговой проверки, по мнению истца, может свидетельствовать о том, что его целью было нарушение публичных интересов, а именно: недопущение возможности взыскания на имущество налогоплательщика по результатам ВНП. Поскольку спорное транспортное средство в настоящий момент находится в собственности у <данные изъяты> в связи с чем возврат его в натуре посредством удовлетворения реституционного требования невозможен, в силу п.2 ст.167 ГК РФ предполагается возможность возмещения стоимости такого имущества. Истец полагает, что вышеуказанная сделка по отчуждению спорного транспортного средства затрагивает интересы Инспекции как государственного органа, уполномоченного осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты в бюджетную систему Российской Федерации обязательных платежей и санкций. Право налогового органа на подачу исковых заявлений о признании сделок недействительными предусмотрено абз.4 ч.11 ст.7 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О налоговых органах Российской Федерации» и положениями ст.10, 168 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца Межрайонной ИФНС России № по <адрес> – ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме с учетом уточнений по доводам, изложенным в исковом заявлении. Также поддержал доводы письменных пояснений (Том №, л.д.1-3), в которых указано, что истец не согласен с доводами ответчика о недопустимости доказательства объявления о продаже с сайта в сети Интернет. Истец считает, что полным объемом сведений о транспортном средстве, указанных в объявлении, может обладать исключительно собственник автомобиля. Исходя из описания технического состояния автомобиля в объявлении, можно сделать вывод, что ТС на момент публикации объявления находилось в технически исправном состоянии, отметок о плохом техническом состоянии в объявлении нет. Согласно отчету, полученному при помощи сервиса «номерограмм», в отношении транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ был проведен технический осмотр, пробег составит 348 000 км, а в объявлении от ДД.ММ.ГГГГ пробег указан 300 000 км. Также согласно данному отчету ДД.ММ.ГГГГ был выписан штраф, что указывает на то, что автомобилем пользовались и он был в нормальном техническом состоянии. Относительно доводов ответчика о применении срока исковой давности истцом указано следующее. Инспекция считает данную сделку ничтожной в силу п.2 ст.168 ГК РФ, как нарушающей требования закона и при этом посягающая на публичные интересы, поскольку налоги имеют публичное предназначение, являются необходимой экономической основой существования и деятельности государства, условием реализации им публичных функций. Следовательно, налоги и сборы – это публичный интерес Российской Федерации, в защиту которых Инспекцией подано указанное исковое заявление. Срок исковой давности составляет 3 года и начал свое течение с момента вынесения решения об обеспечительных мерах – ДД.ММ.ГГГГ, и в данном случае этот срок не истек.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Кранов В.Г. в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных истцом требований, ссылаясь на пропуск срока исковой давности, а также поддержал доводы письменного отзыва на исковое заявление (Том №, л.д. 248-252), в котором указал, что ФИО2 категорически не согласен с исковыми требованиями, доводами, изложенными в исковом заявлении, считает их незаконными и необоснованными по следующим основаниям. Истцом в суд не предоставлены достаточные доказательства того, что сделка, совершенная на основании договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 совершена ими недобросовестно и с существенным нарушением порока воли. Указано, что спорное транспортное средство было приобретено для личных целей на основании договора, который имеет одновременно силу акта приема-передачи имущества и денежных средств, при этом ФИО2 и ФИО3 не являются близкими родственниками, в дружеских и иных отношениях не состоят. О наличии у ФИО3 на момент приобретения в № года статуса индивидуального предпринимателя и факта того, что территориальными органами ФНС России в отношении ИП ФИО3 проводилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выездная налоговая проверка, ФИО2 не было известно. Представленные истцом сведения об архивной публикации не содержат информации о том, что она была совершена лично ФИО3 На момент приобретения транспортно средства ФИО2 у ФИО3 в ДД.ММ.ГГГГ года оно находилось в крайне неисправном техническом состоянии и требовалось проведение капитального технического ремонта, ввиду чего его цена составила 10 000 руб. Таким образом, ФИО2 указывает, что на момент приобретения транспортно средства действовал добросовестно, произвел полную оплату и планировал использовать транспортное средство для личных нужд. Кроме того указано, что истец о факте регистрации должен был узнать не позднее ДД.ММ.ГГГГ, тогда как исковое заявление поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ, истцом пропущен срок исковой давности, который составляет 1 год, в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом по известному суду адресу почтовым уведомлением, которое вернулось за истечением срока хранения в виду неявки адресата за его получением. В соответствии со ст.165.1 ГК РФ, ст.117 ГПК РФ уведомление считается доставленным.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом по известному суду адресу почтовым уведомлением, которое вернулось за истечением срока хранения в виду неявки адресата за его получением. В соответствии со ст.165.1 ГК РФ, ст.117 ГПК РФ уведомление считается доставленным.

Суд, выслушав пояснения представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – адвоката Кранова В.Г., исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно разъяснениям в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон мнимой сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действие в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 является индивидуальным предпринимателем (ОГРНИП: №) с ДД.ММ.ГГГГ, состоит на учете в налоговом органе – МИФНС № по <адрес>, основным видом деятельности которого является аренда интеллектуальной собственности и подобной продукции кроме авторских прав (ОКВЭД 77.40), что подтверждается сведениями из выписки из ЕГРИП (Том №, л.д. 14-20).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении налогоплательщика ФИО3 проводилась выездная налоговая проверка (далее – ВНП), осуществляемая на основании решения МИФНС № по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № (Том №, л.д. 161).

Предметом проверки являлось исполнение налогоплательщиком обязанности по оплате всех налогов, сборов, страховых взносов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Проверкой правильности начисления и уплаты ИП ФИО3 налогов, сборов, страховых взносов за период 2019-2021 гг. установлена неполная уплата налогоплательщиком НСД на общую сумму 172 891 217 руб., НДФЛ на общую сумму 49 933 838 руб. в результате дробления бизнеса по розничной торговле путем регистрации собственной деятельности на взаимозависимых лиц, применяющих льготные режимы налогообложения в виде УСН, ЕНВД, ПСН (Том №, л.д.28-оборот).

По результатам проверки Межрайонная ИФНС России № по <адрес> приняла решение от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ИП ФИО3 к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 3 ст. 122, п.1 ст.119 Налогового кодекса РФ, предложено уплатить недоимку в размере 44 874 225 руб., штрафы в размере 2 298 679 руб., а также внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета (Том №, л.д.28-133).

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ за ИП ФИО3 числится отрицательное сальдо единого налогового счета в размере 155 392,18 руб., в том числе по виду платежа «налог» - 102 675 руб., по виду платежа «пени» - 52 717,18 руб. (Том №, л.д.134-138).

На момент проведения налоговым органом проверки у ФИО3 в собственности имелось транспортное средство 2747-0000010, VIN №, 2010 года выпуска.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи транспортного средства – грузового фургона 2747-0000010, VIN №, 2010 года выпуска (Том №, л.д. 213).

В соответствии с указанным договором, сторонами согласована стоимость транспортного средства в размере 10 000 руб. Кроме того, указанный договор содержит отметки о получении покупателем транспортного средства, а продавцом - денежных средств.

Межрайонная ИФНС России № по <адрес>, обращаясь в суд с иском к ИП ФИО3, ФИО2, ссылается на ничтожность указанной сделки, поскольку действия ответчиков имеют признаки злоупотребления правом, стоимость транспортного средства существенно занижена относительно среднерыночной, а сделка осуществлена после проведения налоговой проверки, в ходе которой была выявлена задолженность по уплате налогов и сборов и такая сделка направлена на вывод активов налогоплательщика во избежание обращения на них взыскания.

Компетенция налоговых органов определена Законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О налоговых органах Российской Федерации», которым налоговым органам предоставлено право предъявлять в суд и арбитражный суд иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам (абз.3 п. 11 ст. 7 Закона).

Из норм законодательства, следует, что указанное право может реализовываться налоговыми органами лишь постольку, поскольку удовлетворение соответствующего требования направлено на выполнение задач налоговых органов, определенных статьей 6 названного Закона. К числу главных задач налоговых органов отнесен контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, правильностью исчисления и полнотой и своевременностью внесения в бюджетную систему Российской Федерации налогов и сборов.

Таким образом, налоговые органы вправе предъявлять в суд иски о признании сделок недействительными, если это полномочие реализуется ими в рамках выполнения задач по контролю за соблюдением налогового законодательства и если удовлетворение такого требования будет иметь в качестве последствия определение должной квалификации отношений сторон с целью применения соответствующих данным отношениям налоговых последствий.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что Межрайонная ИФНС России № по <адрес> является надлежащим истцом по требованию о признании сделок ничтожными, применении последствий мнимых сделок.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; такая сделка ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент ее совершения воля сторон не была направлена ни на возникновение правовых последствий, вытекающих из условий сделки и характерных для такого рода обязательств, ни на создание каких-либо иных правовых последствий в отношениях между сторонами. Обязательный признак мнимости сделки - порок воли каждой ее стороны.

Как разъяснено в пунктах 86 и 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд, оценив представленные по делу доказательства с учётом их относимости и допустимости, приходит к выводу о том, что сделка, заключённая между ФИО3 и ФИО2 в отношении продажи спорного транспортного средства, является ничтожной вследствие её мнимости по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 456 Гражданского кодекса РФ, продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 Гражданского кодекса РФ).

Исходя из приведенных норм права следует, что по договору купли-продажи продавец обязан передать вещь покупателю, а покупатель принять и оплатить товар.

Между тем, в ходе судебного разбирательства не было установлено фактического исполнения ответчиками как сторонами договора указанных обязательств, наличия у них действительной воли по исполнению договорного обязательства.

Так, оценивая действия ИП ФИО3 на предмет добросовестности, суд учитывает, что сделка была осуществлена им в период проведения выездной налоговой проверки, по результатам которой были установлены нарушения налогового законодательства и установлена задолженность по оплате обязательных платежей.

Единственным доказательством, подтверждающим внесение оплаты по договору, является положение в договоре купли-продажи об осуществлении сторонами сделки факта оплаты денежных средств в размере 10 000 рублей.

Вместе с тем, суд относится к указанному критически, учитывая совокупность иных обстоятельств по делу.

Также судом установлен факт продажи автомобиля ФИО3 в пользу ФИО2 по существенно заниженной цене, так как согласованная сторонами стоимость транспортного средства составила 10 000 руб., что очевидно существенно ниже рыночной стоимости транспортного средства на момент продажи.

Так, из результатов анализа объявлений о продаже аналогичных транспортных средств (Том № 1, л.д.141-142) следует, что средняя рыночная стоимость грузового автомобиля без марки 2747-0000010, 2010 года выпуска, составляла 626 000 руб., тогда как стоимость по договору купли-продажи составила 10 000 руб., то есть стоимость автомобиля уменьшилась более чем в 60 раз, при этом каких-либо документов и информации, подтверждающих технические неисправности спорного транспортного средства, в материалах дела ответчиками не представлены.

Стоимость проданного автомобиля в размере суммы, определенной сторонами договора купли-продажи транспортного средства по взаимной договоренности, не свидетельствует о его рыночной стоимости на момент продажи.

Доводы возражений ФИО2 о том, что стоимость автомобиля была обусловлена его техническим состоянием, судом отклоняются, поскольку каких-либо указаний на неисправное состояние транспортного средства договор купли-продажи не содержит, иных доказательств неисправности автомобиля на момент его продажи ответчиками не представлено, как и не представлено доказательств в подтверждение того довода, что рыночная стоимость аналогичных транспортных средств, находящихся в неисправном состоянии может составлять 10 000 руб.

Более того, из представленных по запросу суда из 1 РО МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> сведений о полной истории владения в отношении транспортного средства (Том №, л.д. 214) следует, что ДД.ММ.ГГГГ транспортное средство было поставлено на регистрационный учет на имя ФИО2, а впоследствии было отчуждено иным собственникам: ДД.ММ.ГГГГ – ФИО6 за 200 000 руб. (Том №, л.д. 212), ДД.ММ.ГГГГ – ФИО5 за 250 000 руб. (Том №, л.д. 242).

Также в опровержение доводов ответчика ФИО2 о неудовлетворительном техническом состоянии автомобиля представителем истца в материалы дела представлен отчет об истории транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, содержащий сведения о прохождении техосмотра и получении в отношении транспортного средства диагностической карты от ДД.ММ.ГГГГ (Том №, л.д. 13-оборот).

Помимо изложенного, как следует из установленных по делу обстоятельств, продажа автомобиля осуществлялась на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, поскольку объявление о продаже транспортного средства за 10 000 руб. не публиковалось (доказательства обратного в материалах дела отсутствую), сведений о том, что ИП ФИО3 предлагал купить это же имущество и другим лицам, не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ИП ФИО3 приняты меры по сокрытию имущества с целью избежать взыскания задолженности по налогам, в связи с чем, договор купли-продажи транспортного средства 2747-0000010, VIN №, 2010 года выпуска, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2, является ничтожной сделкой.

Рассматривая заявленное ответчиком ФИО2 ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, суд полагает его не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относится, в том числе мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

В рассматриваемом случае налоговый орган стороной договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не являлся, правовая заинтересованность в оспаривании сделки возникла у него лишь после привлечения ИП ФИО3 к налоговой ответственности решением от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку оспариваемый договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ признан судом ничтожной сделкой, срок исковой давности составляет три года, учитывая, что исковое заявление было направлено в суд по почте ДД.ММ.ГГГГ (Том №, л.д. 150 – конверт), суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям истцом не пропущен.

Применяя последствия недействительности сделки, суд исходит из следующего.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ спорное транспортное средство было поставлено на регистрационный учет на имя ФИО2, а впоследствии было отчуждено иным собственникам: ДД.ММ.ГГГГ – ФИО6 за 200 000 руб. (Том №, л.д. 212), ДД.ММ.ГГГГ – ФИО5 за 250 000 руб. (Том №, л.д. 242).

По состоянию на дату рассмотрения дела собственником транспортного средства является ФИО5, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица.

Оценивая сделку по приобретению ФИО5 спорного транспортного средства, суд исходит из того, что исследованными по делу доказательствами не подтверждается недобросовестность действий ФИО5 и злоупотреблении им своими правами при совершении сделки, наличия у него какой-либо связи с ИП ФИО3, отсутствие у него намерений осуществить цели, вытекающие из заключения договора купли-продажи, либо наличие у него каких-либо иных целей, помимо цели приобретения в собственность транспортного средства для осуществления полномочий собственника в отношении спорного транспортного средства (владеть, пользоваться и распоряжаться им).

Кроме того, суд учитывает длительность периода между отчуждением транспортного средства ФИО3 и приобретением его в собственность ФИО5, а также то обстоятельство, что ФИО5 приобретал транспортное средство не у ответчиков по настоящему делу, а у иного лица, не связанного с рассматриваемым спором – ФИО6

Суд считает, что при заключении договора купли-продажи покупатель ФИО5, возмездно приобретая спорный автомобиль, действовал добросовестно, оснований сомневаться в действительности передаваемого ему права собственности на автомобиль не имеется.

Согласно пункту 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

С учетом изложенного выше, суд полагает, что спорный автомобиль не может быть истребован у ФИО5, являющегося добросовестным приобретателем, в связи с чем приходит к возможности применения последствий недействительности сделки в виде возложения на ФИО2 обязанности возместить ФИО3 стоимость полученного имущества путем выплаты денежной суммы в размере 626 000 руб., которая соответствует средней рыночной стоимости транспортного средства, исходя из представленных стороной истца объявлений о продаже аналогичных автомобилей (Том №, л.д.141-142).

При этом суд исходит из того обстоятельства, что ответчиками доказательств иной среднерыночной стоимости аналогичного транспортного средства в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено. Судом неоднократно разъяснялось ответчикам бремя доказывания по данному гражданскому делу, и предлагалось представить доказательства иной стоимости транспортного средства, в том числе, было разъяснено право заявления ходатайства о назначении по делу судебной оценочной экспертизы, однако такие доказательства не представлены, ходатайство о назначении экспертизы ответчиками не заявлено.

Таким образом, суд полагает необходимым применить последствия недействительности сделки в отношении транспортного средства 2747-0000010, VIN №, 2010 года выпуска, взыскав со ФИО2 в пользу ФИО3 денежные средства в сумме 626 000 руб.

Статья 103 ГПК РФ предусматривает, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истец, являющийся государственным органом, был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче данного иска в силу закона (пп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ), суд считает необходимым взыскать с ответчиков в доход бюджета государственную пошлину в размере 20 000 руб. в равных долях, то есть по 10 000 руб. с каждого ответчика.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Межрайонной ИФНС России № по <адрес> удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства № VIN №, № года выпуска, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки в отношении транспортного средства №, VIN №, № года выпуска, взыскав со ФИО2 (паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) в пользу ФИО3 (паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) денежные средства в сумме 626 000 (шестьсот двадцать шесть тысяч) руб.

Взыскать со ФИО2 (паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) в доход бюджета государственную пошлину в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 (паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) в доход бюджета государственную пошлину в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 17 декабря 2025 года.

Судья (подпись) Н.А. Акулова

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-2637/2025 Кировского районного суда г.Новосибирска (уникальный идентификатор дела 54RS0005-01-2025-001780-78). По состоянию на 17.12.2025 решение не вступило в законную силу.