Решение № 2-28/2024 2-28/2024(2-782/2023;2-6092/2022;)~М-5373/2022 2-6092/2022 2-782/2023 М-5373/2022 от 9 января 2024 г. по делу № 2-28/2024

Дело № 2-28/2024

39RS0001-01-2022-007212-35

2.171


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 января 2024 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Седовой Е.А.,

при секретаре Юрченко А.А.,

с участием прокурора Шанько Г.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеназванным иском к ответчикам, в котором просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания услуг по медицинской помощи, в размере по 500 000 руб. с каждого из ответчиков, судебные расходы на оплату юридических услуг – 60 000 руб. В обоснование иска указал на то, что в результате пореза руки с 03 января 2021 год перенес оперативные вмешательства, которые явились неэффективными ввиду того, что медицинскими работниками было допущено некачественное оказание услуги медицинской помощи, предоставляемой в рамках полиса ОМС. В момент получения травмы скорой помощью истец был доставлен в Славскую городскую больницу, где остановили кровотечение и нанесли поверхностные швы, в целях фиксации краев раны - ни лечение, ни диагностику поврежденных сухожилий никто не производил, после чего он был отправлен домой с рекомендациями обратиться в Калининградскую областную больницу. После операции, проведенной 08 апреля 2021 года хирургом ФИО2 в Калининградской областной клинической больнице (отделение травматологии), истцу потребовалось длительное восстановительное лечение. Истцу стало известно, что такого рода операции требуют специального медицинского оборудования, компетенции врача, которые на базе клинической больницы не организованы. Вследствие операции проявилось отсутствие функциональности сухожилия руки, нуждаемость в постоянной посторонней помощи, чувство отсутствия собственной полноценности. Истцу выдано направление в ФГБУ «НМИЦ ТО им. Р.Р. Вредена» Минздрава России, где проведена операция 09 августа 2021 года. В связи с тем, что после операции оборвалось <данные изъяты>, 07 сентября 2021 года он повторно перенес операцию, оплатив ее за свои средства в размере 30 000 руб., 16 декабря 2021 года проведена вторая плановая операция стоимостью 40 000 руб., 05 февраля 2022 года четвертый раз оперировал <данные изъяты> в экстренном порядке в рамках полиса ОМС. Поскольку функциональность <данные изъяты> не восстанавливалась, истец продолжил медицинское наблюдение, получил в соответствии с выданным направлением заключение ФГБУ «НМИЦ ТО им. Н.Н. Приорова» Минздрава России, в котором по состоянию на 09 августа 2022 года рекомендовано очередное оперативное вмешательство. До настоящего времени в связи с многочисленными операциями решиться на очередное оперативное вмешательство истец не может. Полагал, что непрофессионализм сотрудников ответчиков, допустивших врачебную ошибку при проведении первичной операции, находятся в прямой причинно-следственной связи с последствиями, связанными с состоянием здоровья. Истец перенес серьезные моральные и физические страдания, усугубляющиеся затяжным характером восстановительного процесса, в связи с чем, ссылаясь на действующее законодательство, полагал, что имеются основания для компенсации морального вреда. Результаты проверок больниц по обращениям не отвечают ожиданиям истца, в этой связи он обратился в суд с настоящим иском.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала, дополнительно пояснила, что с учетом тяжести полученной травмы и полученным лечением более трех лет не может восстановиться рука истца. Просила отнестись критически к выводам судебной экспертизы, поскольку при ее производстве не была должным образом оценена документация, отсутствуют ссылки на стандарты оказания медицинской помощи. При этом очевидно, что Славская ЦРБ при отсутствии условий для операции не предприняла мер для диагностики и своевременного направления на оперативное вмешательство, лишь был госпитализирован и находился на лечении. Проверкой АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» установлено, что в отношении пациента не была проведена диагностика. Последующие операции истец перенес ввиду несвоевременного направления в Областную клиническую больницу Калининградской области. Областная больница назначила операцию спустя длительное время. Таким образом, было допущено некачественная диагностика, а также ненадлежащее ведение документации.

Представитель ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» ФИО4, действующий на основании доверенности, указал, что дефектов при оказании медицинской помощи допущено не было, что нашло свое подтверждение и в заключении судебной экспертизы. Срок операции установлен по результатам обследования с учетом необходимости заживления ран. С 29 марта 2021 года истец уже был госпитализирован и велось наблюдение по заживлению. Вины в том, что истец обратился 10 февраля в областную больницу, у учреждения нет.

Представитель ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница» ФИО5, действующий на основании доверенности, возражал против заявленных требований, поскольку причинно–следственной связи между оказанной медицинской помощью и негативными последствиями здоровья истца не имеется, не имеется такой связи и между выявленными нарушениями по результатам проверок. Истец самостоятельно обратился в Славскую ЦРБ и ему была оказана надлежащая помощь в пределах возможности больницы. Действительно, на стационаре находился с 03 января по 09 января, в карточке запись 18 января, поскольку продолжено дневное лечение. Нахождение на лечении в Славской ЦРБ, что могло повлиять на состояние здоровья, является субъективным мнением стороны истца. Выполнена первичная хирургическая обработка, поскольку экстренной помощи не требовалось. Диагностика не проведена ввиду отсутствия специалиста в больнице соответствующего профиля. В заключении судебной экспертизы нарушения, вина за которые может быть возложена на учреждение, не выявлены. Просил в иске отказать.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Калининградской области в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Помощник прокурора Шанько Г.О. полагала иск подлежащим оставлению без удовлетворения в части возмещения морального вреда причиненного здоровью, поскольку причинно-следственная связь между оказанным медицинскими услугами и наступившими последствиями повреждения здоровья не имеется.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Правовое регулирование медицинской деятельности осуществляется на основании приведенных норм Конституции Российской Федерации, а также Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Согласно ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи.

В статье 19 Закона перечислены права пациента, включая право на диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (подпункт 2); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (подпункт 4); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (подпункт 9).

В числе обязанностей медицинских организаций, предусмотренных ст. 79 Закона, указаны: обязанность оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Согласно ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Вместе с тем, в соответствии с положениями ст.1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, в том числе морального вреда, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; обязанность возмещения вреда может быть возложена законом на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека.

В п. 48 постановления указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Учитывая заявленные истцом требования и общий смысл ст. ст. 15, 1064 ГК РФ в совокупности с вышеуказанными разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, для возложения на ответчика ответственности за причиненный истцам моральный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившим вредом.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в результате пореза руки в быту истец обратился за получение медицинской помощи в рамках ОМС в Славскую ЦРБ, где он находился на стационарном лечении с 03 января 2021 года по 09 января 2021 года, в дальнейшем лечение продолжено дневное до 18 января 2021 года.

Установлен диагноз множественные открытые раны запястья и кисти.

Произведена первичная хирургическая обработка.

По результатам лечения рекомендованы ибупрофен при болях, иммобилизация гипсовой лонгетой кисти до 31 января 2021 года, потом снять, <данные изъяты>, в плановом порядке консультация ортопеда-травматолога ДЦ ОКБ Калининградской области для решения вопроса о пластике сухожилий.

10 февраля 2021 года состоялся первичный осмотр в Калининградской ОКБ.

29 марта 2021 года ФИО1 поступил в травматологическое-ортопедическое отделение Калининградской ОКБ в плановом порядке с диагнозом «<данные изъяты>

08 апреля 2021 год выполнено хирургическое лечение: <данные изъяты>.

В удовлетворительном состоянии пациент выписался в поликлинику по месту жительства на амбулаторное лечение. Даны рекомендации: амбулаторное лечение и наблюдение у травматолога (хирурга) по месту жительства.

Повторно пациент осмотрен в Калининградской ОКБ 14 мая 2021 года с жалобами на нарушение активного сгибания <данные изъяты>.

Рекомендовано динамическое наблюдение хирургом в поликлинике по месту жительства, ограничение грубых физических нагрузок на правую верхнюю конечность, <данные изъяты>, при болях нестероидные противовоспалительные препараты. Кроме того пациенту предложено проведение телемедицинской консультации для решения вопроса о повторном хирургическом лечении в ФГБУ НМИЦ травматологии и ортопедии им Н.Н, Приорова, от которой пациент отказался.

В дальнейшем ввиду отсутствия активности сгибания пальцев истец продолжил получать медицинскую помощь в ФГБУ «им Р.Р. Вредена» Минздрава России.

По вопросу качеств оказания медицинских услуг истец обращался в Федеральную службу по надзору в сфере здравоохранения по Калининградской области, ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», в УМВД России по Калининградской области.

В возбуждении уголовного дела постановлением от 10 сентября 2022 года было отказано.

По результатам проверки АО «СК Согаз -мед» выявлено в Славской ЦРБ отсутствие надлежащим образом оформленного отказа от продолжения лечения в круглосуточном стационаре, отсутствие показаний для перевода пациента в дневной стационар в дневниковых записях врача, информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа от такового, не проведена топо-анатомическая диагностика повреждения сухожилий, не определены какие сухожилия повреждены, на каком пальце, записи в истории болезни не соответствуют травме, то есть было выявлено, что диагноз установлен, правильно, но не полно.

Для установления обстоятельств качества оказания медицинской помощи по ходатайству истца по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Производство экспертизы поручено Смоленской региональной общественной организации «Врачебная палата».

Согласно заключению комиссионной судебно–медицинской экспертизы, по результатам исследования в период с 24 июля 2023 года по 10 ноября 2023 года № 10/11-2022 медицинская помощь в ГБУЗ КО «Славская центральная районная больница» оказана ФИО1 своевременно и надлежащим образом в соответствии с установленными методиками, общепринятыми правилами и обычаями, так как в условиях районной больницы оптимальной тактикой при таких повреждениях является первичная хирургическая обработка ран, с последующим восстановлением целостности сухожилий в плановом порядке в условиях травматологического центра более высокого уровня.

Ввиду того, что Славская ЦРБ не представила медицинскую карту стационарного больного подтвердить либо опровергнуть наличие указанных АО «Согаз-Мед» нарушений при оказании медицинской помощи, экспертной комиссией не представляется возможным.

Оказанная медицинская помощь в причинно-следственной связи (прямой или косвенной) с негативными последствиями (<данные изъяты>) у ФИО1 не состоит.

Медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» оказана надлежащим образом в соответствии с установленным диагнозом. Недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи комиссией экспертов не установлено.

ФИО1 наждался в хирургическом лечении поврежденных сухожилий правой кисти, которое было ему проведено в плановом порядке 08 апреля 2021 года.

В рассматриваемом случае операция ФИО1 была проведена через два месяца после травмы, что связано с процессом заживления кожных ран правой кисти, чтобы снизить риск осложнений. Позднее проведение хирургического лечение могло привести к необходимости выполнения более сложного поэтапного оперативного вмешательства и снижению реабилитационного потенциала правой кисти.

Нарушений ортопедического режима со стороны ФИО1 не выявлено, соблюдение пациентом рекомендаций оценить невозможно. Несоблюдение рекомендаций может приводить к негативным последствиям для здоровья.

Оценивая вышеуказанное заключение экспертов, вопреки доводам стороны истца, суд признает его относимым, допустимым и убедительным доказательством, которое в совокупности с материалами дела и данными медицинской документации подтверждает надлежащее оказание ответчиками медицинских услуг, отсутствие какой-либо причинно-следственной связи между повреждениями сухожилий правой кисти и оказанными медицинскими услугами.

Таким образом, дефектов (недостатков) оказавших влияние на состояние здоровья истца, при оказании истцу медицинской помощи в вышеназванных медицинских учреждениях экспертами не выявлено.

При таких обстоятельствах оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью суд не усматривает.

Вместе с тем по результатам проверки АО СК «Согаз-мед» выявлены вышеназванные недостатки, и которые не были опровергнуты комиссией экспертов. В связи с чем суд приходит к выводу о том, что Славской ЦРБ были допущены нарушения при оказании медицинской помощи. Вместе с тем в причинно-следственной связи выявленные недостатки с повреждениями сухожилий правой кисти не состоят, доказательств обратному истцом не представлен.

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. При продаже товара по образцу и (или) описанию продавец обязан передать потребителю товар, который соответствует образцу и (или) описанию.

Пунктом 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей предусмотрена обязанность изготовителя (исполнителя, продавца) своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Анализируя вышеуказанные нормы права, в совокупности с нормами Закона РФ «О защите прав потребителя», нормы которого применяются и в случае оказания помощи в рамках ОМС, суд приходит к выводу, что указанные требования закона Славской ЦРБ выполнены не были, что свидетельствует о нарушении Закона Российской Федерации от 7 февраля 2002 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» при оказании медицинской помощи.

Таким образом, судом принимается во внимание, что данным ответчиком пациенту не была предоставлена полная и достоверная информация об оказываемой услуге, не предоставлен полный диагноз, не было отобрано письменное информированное добровольное согласие или отказ на медицинское вмешательство,

Статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено взыскание компенсации морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, при наличии его вины.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 45 своего Постановления от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя, при этом размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Таким образом, поскольку судом установлен факт дефектов оказания медицинских услуг и нарушение прав потребителя истца исковые требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ принимает во внимание степень нравственных и физических страданий истца вследствие нарушения его прав как потребителя, установленный объем и характер некачественного оказания истцу как потребителю медицинской услуги, с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Наряду с изложенным, суд учитывает, что согласно абз.1-2 ч. 5 ст.123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

В соответствии с изложенной в п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» позицией, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном ч.3 ст.40 ГПК РФ.

Главным распорядителем бюджетных средств является в данном случае Министерство здравоохранения Калининградской области.

В этой связи в случае отсутствия или недостаточности у ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница» денежных средств в порядке субсидиарной ответственности сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию с Министерства здравоохранения Калининградской области.

Исковые требований к ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Оснований для возмещений судебных расходов в порядке ст. 100 ГПК РФ суд не усматривает, поскольку истцом не представлены доказательства их оплаты, истец не лишен права обратиться с самостоятельным заявлением с предоставлением доказательств несения судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт №) удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница» (ИНН №) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей; а в случае отсутствия или недостаточности у него денежных средств в порядке субсидиарной, ответственности: с Министерства здравоохранения Калининградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), в остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Исковые требования к ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» оставить без удовлетворения.

Заявление о взыскании судебных расходов оставить без удовлетворения.

Взыскать с ГБУЗ Калининградской области «Славская центральная районная больница» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 02 февраля 2024 года.

Судья Е.А. Седова