Решение № 2-1774/2019 2-1774/2019~М-1008/2019 М-1008/2019 от 16 апреля 2019 г. по делу № 2-1774/2019

Дело № 2-1774/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«16» апреля 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

с участием прокурора Пряловой Д.Н.,

при секретаре Петровец А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее по тексту АО «ЧЭМК») о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 200 000 рублей (л.д. 3-4).

В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с 17 января 1980 года по 29 декабря 2018 года работал на Челябинском электрометаллургическом комбинате (в настоящее время АО «ЧЭМК»). 04 апреля 2012 года ему был установлен диагноз профессионального заболевания ***, 16 августа 2018 года - *** двусторонняя, связанная с воздействием производственного шума, а впоследствии утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 20 % в связи с профессиональным заболеванием ***. Актом расследования профессионального заболевания от 11 апреля 2012 года установлено, что профессиональное заболевание *** возникло в результате несовершенства технологии неэффективной вентиляции. Актом расследования профессионального заболевания от 24 августа 2018 года установлено, что профессиональное заболевание *** возникло в результате несовершенства технологии. Рабочие обеспечены современными эффективными средствами защиты органов слуха в необходимом количестве. В результате полученных заболеваний истцу причинен моральный вред, поскольку он испытал и испытывает в настоящее время физические страдания, выражающиеся в постоянных загрудинных болях, кашле, повышенной потливости, быстрой утомляемости. Также истец испытывает нравственные страдания, выражающиеся в страхе за свою жизнь, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни, недосыпаниях из-за приступов удушья, переживаниях из-за необходимости постоянного использования ингалятора для восстановления дыхания, страхе забыть дома ингалятор или потерять его, истец вынужден ограничивать себя в общении с другими людьми.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» ФИО3, действующая на основании доверенности от (дата), исковые требования признала частично, представила письменные пояснения по делу, в которых факт причинения ФИО1 морального вреда действиями ответчика не оспаривала, однако полагала сумму компенсации морального вреда завышенной. Указывала на то, что истцу было известно о вредном характере его работы. Ссылалась на отсутствие у ответчика умысла на причинение вреда здоровью истца (л.д. 25-26).

Суд, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, введенного в действие с 01 февраля 2002 года, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, в периоды с 26 октября 1973 года по 29 декабря 2018 года истец ФИО1 работал на Челябинском Ордена Ленина электрометаллургическом комбинате (в настоящее время АО «ЧЭМК») с 01 мая 1974 по 01 декабря 1974 года в качестве слесаря по ремонту в ферросплавном цехе №, с 17 января 1980 года по 31 июля 1980 года в качестве слесаря по ремонту в плавильном цехе № ферросплавного производства, с 01 июля 1980 по 01 мая 1988 года - в качестве слесаря по ремонту в плавильном цехе № ферросплавного производства, с 01 мая 1988 года по 31 августа 1997 года – в качестве слесаря-ремонтника в плавильном цехе № ферросплавного производства.

С 01 сентября 1997 года по 31 марта 1999 года ФИО1 работал в ООО Торговый дом «Центр пищевой индустрии» в арендуемом у ОАО «ЧЭМК» плавильном цехе № ферросплавного производства в качестве слесаря-ремонтника.

С 01 апреля 1999 года по 29 декабря 2018 истец ФИО1 работал в ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время АО «ЧЭМК») в плавильном цехе № ферросплавного производства в качестве слесаря-ремонтника.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются копией трудовой книжки (л.д. 11-12), копией личной карточки, заявлениями ФИО1, трудовым договором, приказами (л.д. 32-42), сторонами по делу не оспаривались.

В период работы истца ФИО1 на ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время АО «ЧЭМК»), 11 апреля 2012 года и 24 августа 2018 года актами расследования профессионального заболевания установлено, что ФИО1 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, при работе в плавильном цехе ферросплавного производства.

Из акта о случае профессионального заболевания от 11 апреля 2012 года следует, что при медицинском осмотре ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания ***, который возник в связи с выполнением работы в качестве слесаря-ремонтника, в должностные обязанности которого входит обеспечение надежной и безаварийной работы механического оборудования шихтового двора, для создания необходимых условий бесперебойной работы основного технологического оборудования цеха, обслуживание, ремонт, ревизия дробилок, ленточного хозяйства, грохотов, при этом на слесаря-ремонтника действуют канцерогены, высоко-опасные АПФД, аллергены, производственный шум, неблагоприятный производственный микроклимат и световая среда. При выполнении трудовых обязанностей слесарь-ремонтник находится в зоне с опасными и вредными производственными факторами до 70 % времени смены.

Этим же актом установлено, что условия труда, в которых осуществлял свои трудовые функции ФИО1, с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных факторов производственной среды и трудового процесса, относятся к вредному классу четвертой степени.

Лицами, допустившими нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативных актов, являются должностные лица ОАО «ЧЭМК», вины работника в ходе проверки не установлено.

Профессиональное заболевание возникло в результате несовершенства технологии, неэффективности вентиляции, непосредственной причиной профессионального заболевания послужил контакт с кремнийсодержащими аэрозолями (л.д. 7).

Кроме того, из акта о случае профессионального заболевания от (дата) следует, что при медицинском осмотре ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания *** ***, связанная с воздействием производственного шума, который также возник в связи с выполнением работы в качестве слесаря-ремонтника, в должностные обязанности которого входит обеспечение надежной и безаварийной работы механического оборудования шихтового двора, для создания необходимых условий бесперебойной работы основного технологического оборудования цеха, обслуживание, ремонт, ревизия дробилок, ленточного хозяйства, грохотов, при этом на слесаря-ремонтника действуют канцерогены, высоко-опасные АПФД, аллергены, производственный шум, неблагоприятный производственный микроклимат и световая среда. При выполнении трудовых обязанностей слесарь-ремонтник находится в зоне с опасными и вредными производственными факторами до 70 % времени смены.

Этим же актом установлено, что условия труда, в которых осуществлял свои трудовые функции ФИО1, с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных факторов производственной среды и трудового процесса, относятся к вредному классу четвертой степени.

Из имеющихся в распоряжении комиссии документов, наличие либо отсутствие вины работника в возникновении профессионального заболевания, не установлено, при этом комиссия пришла к выводу, что профессиональное заболевание могло возникнуть в результате несовершенства технологии, непосредственной причиной профессионального заболевания послужил производственный шум (л.д.8).

В настоящее время ФИО1 установлено профессиональное заболевание *** профессиональное заболевание *** двусторонняя, связанная с воздействием производственного шума, а также 20 % утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию *** до 01 октября 2019 года, что подтверждается соответствующей справкой (л.д. 10), программой реабилитации (л.д. 9), выкопировкой из медицинской карты истца (л.д. 21-24), сторонами по делу не оспаривалось.

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду придти к выводу о том, что производство в цехах АО «ЧЭМК», где осуществлял свои трудовые функции истец, связано с повышенной опасностью для окружающих, является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, а потому обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины работника.

Учитывая, что профессиональные заболевания у ФИО1 возникли в связи с длительным воздействием на организм вредных производственных веществ, истец длительное время проработал во вредных условиях труда на АО «ЧЭМК», при этом представитель ответчика не оспаривал факт возникновения у истца профессионального заболевания в связи с работой на АО «ЧЭМК» и вредный характер условий труда, в которых работал истец, суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца на АО «ЧЭМК» и наступившими неблагоприятными последствиями – профессиональными заболеваниями.

Доводы представителя ответчика о грубой неосторожности истца, повлекшей усугубление вреда его здоровью, суд находит несостоятельными, поскольку, продолжая работать после установления профессионального заболевания, он реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим Кодексом законов о труде РСФСР (ст. 139) и ныне действующим Трудовым кодексом Российской Федерации (ст. 212) – обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

С учетом установленных обстоятельств суд полагает доказанным факт причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов физических и нравственных страданий, связанных с развитием и течением у него профессиональных заболеваний, которые нарушают личные неимущественные права истца.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда – наличие двух профессиональных заболеваний, продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов на АО «ЧЭМК», степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты им трудоспособности (20 %), прогрессирование заболеваний, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 140 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере 200 000 рублей суд не находит.

Учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с АО «ЧЭМК» также подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей, исчисленная в соответствии с подп.3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 140 000 рублей, в остальной части в иске отказать.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Максимова