Решение № 2-1786/2023 2-9/2024 2-9/2024(2-1786/2023;)~М-1481/2023 М-1481/2023 от 21 мая 2024 г. по делу № 2-1786/2023

Дело №2- 9/2024г.

74RS0029-01-2023-002041-13


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Магнитогорск 22 мая 2024 года

Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи: Филимоновой А.О.,

при секретаре: Моториной И.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Магнитогорскгазстрой», ФИО2 о взыскании убытков причиненных пожаром, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

05.07.2023 г. ФИО3 обратился с иском к ООО «Магнитогорскгазстрой» о взыскании убытков причиненных пожаром, компенсации морального вреда. Требования иска мотивированы тем, что 30.11.2019 г. произошел пожар в холле жилого помещения, расположенного по адресу <адрес>. на восстановительные работы после пожара истцом затрачено 576832,50 руб. Согласно доводам иска пожар произошел вследствие утечки газа из-за некачественно оказанной услуги сотрудниками ответчика по обслуживанию газового внутридомового оборудования (ВДГО) 13.09.2019 г. (плановый осмотр оборудования) и 25.11.2019 г. (заменена термопара). После пожара газовый котел демонтирован, на объекте произведен ремонт и установлено новое газовое оборудование. Прежний установленный газовый котел по утверждениям истца хранится под навесом на территории домовладения.

Истец ФИО3 настаивал на удовлетворении иска за счет ООО «Магнитогорскгазстрой», поскольку причиной пожара полагал утечку природного газа в силу некачественно оказанных услуг сотрудниками ООО «Магнитогорскгазстрой» по обслуживанию газового внутридомового оборудования накануне пожара.

Представитель истца – ФИО4 (ранее ФИО5) О.А., действующая на основании доверенности ( л.д.27 т.1), поддержала позицию своего доверителя сославшись на недостоверность выводов эксперта ООО «Гелиос». Возражая на заявление представителя ответчика о применении последствий пропуска срока для обращения с иском, указала, что таковой не пропущен истцом, поскольку течение срока следует исчислять с момента получения истцом постановления об отказе в удовлетворении ходатайства, датированного 31.12.2020 г., направленного в адрес ФИО3 только 12.01.2021 г.

Представитель ответчика ООО «Магнитогорскгазстрой» ФИО6, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения иска в силу отсутствия доказательств виновных действий ответчика, размера убытков, а так же в связи с пропуском истцом срока для обращения в суд за судебной защитой без уважительных причин. ( л.д.82-84,131-132, 179-180 т.1)

Ответчик ФИО7, привлеченный к участию в деле судом по ходатайству представителя ответчика ООО «Магнитогорскгазком», при должном извещении участия в судебном заседании не принял, дело с согласия сторон рассмотрено в его отсутствие.

Суд, заслушав стороны, их представителей, свидетеля, исследовав письменные доказательства, приходит к выводу о необоснованности иска.

В силу абз. 8 ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

На основании п. 1, абз. 1 п. 2 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Статьей 210 ГК РФ установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Статья 1064 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный имуществу физического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Совокупность условий, необходимых для привлечения к гражданско правовой ответственности, образует состав гражданского правонарушения. Следовательно, для возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих фактов: возникновение у него ущерба, противоправность действий (бездействия) ответчика и наличие причинной связи между действиями (бездействиями) ответчика и возникшим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из них влечет за собой отклонение исковых требований.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

Иск ФИО3 как собственником поврежденного пожаром дома заявлен к ООО «Магнитогорскгазстрой», как исполнителю по договору. Иск к привлеченному судом ответчику ФИО7 истец не поддерживал.

Как следует из собранных судом материалов 13 сентября 2019 года между ФИО3 и ООО «Магнитогорскгазстрой» заключен договор на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования по адресу: <адрес>, предметом которого является обязанность исполнителя по техническому обслуживанию газопроводов и оборудования.( л.д.22-25 т.1)

Работниками ответчика по поступившей 25 ноября 2019 г. заявке потребителя о слышимом запахе газа осуществлен выезд по адресу: <адрес>. в 12:50 час. обнаружена утечка газа из под сальника терморегулятора, сальник смазали, подмотали, утечку устранили, был дан инструктаж о чем имеется подпись потребителя в бланке заявки №. ( л.д.90 т.1)

30 ноября 2019 г. около 13:49час. по адресу: <адрес> произошел пожар, в результате пожара были повреждены и уничтожены отделка, вещи б/у, мебель в доме на площади 98 кв.м.

В обоснование заявленного размера причиненных пожаром убытков истцом представлены обезличенные на стороне покупателя кассовые и товарные чеки, свидетельствующие о приобретении строительных материалов и расписки физических лиц, в том числе ответчика ФИО7, о выполнении работ и получении оплаты.( л.д.28-79 т.1, 133, 161) Согласно тексту расписки ФИО7 без даты ее исполнения он (ФИО7) принял от ФИО3. Оплату в сумме 57000 рублей за выполнение электромонтажных работ в доме с 20 ноября 2019 г. по 10 января 2020 г.

Суд не принимает такие документы в качестве достоверных и относимых поскольку лишен возможности проверки использования перечисленных в чеках стройматериалов для организации восстановительного ремонта после пожара в доме истца, как и лишен возможности проверки фактического приобретения названных материалов истцом. От предложения суда о проведении оценочной экспертизы истец отказался до выполнения пожаро-технической, а после получения заключения пожаро-технической экспертизы при ранее разъясненном бремени доказывания надлежащими доказательствами размера убытков, более к указанному вопросу не возвращался.

Согласно материалам проверки по факту пожара ст. дознавателем ОНДиПР по г. Магнитогорску и Верхнеуральскому району УНДиПР Главного управления МЧС России по Челябинской области вынесено постановление об отказе в возбуждении дела 27.05.2020 г.

В ходе проведения проверки была назначена и проведена экспертиза, согласно заключению эксперта №, оконченному 18.02.2020г. (эксперт ФИО8, ФИО9 ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области»), на представленных образцах с места происшествия ( образец №4)имеются следы аварийного пожароопасного режима работы в виде электродугового оплавления, характерного для первичного короткого замыкания(образец 4.1,4.2). Образец №6 имеет следы аварийного пожароопасного режима работы, характерного для перегрузки, однако определить когда оно возникло, до или во время пожара, не представляется возможным.( л.д.10-17т.1)

Согласно заключению эксперта от 21.02.2020г. № (эксперт ФИО10 ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области»), наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрической энергии при аварийном режиме работы электросети или электрооборудования. Зона очага пожара находится в центральной части помещения холла на уровне натяжного потолка.( л.д.18-21 т.1)

Согласно заключению пожаро-технической экспертизы, выполненной экспертом ФИО11 ООО «Гелиос», предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение ( л.д.7-23 т.2) Зона очага пожара находится в центре южной части помещения холла на уровне натяжного потолка на расстоянии около 1 метра от коридора. В рассматриваемом случае причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрической энергии при протекании в электросети дома аварийного режима работы. Какие либо дефекты АОГВ (автоматический отопитель газовый водогрейный) на момент пожара отсутствовали, работа АОГВ не оказала никакого влияния на возгорание жилого помещения, произошедшего 30.11.2019 г.

Кроме категоричных выводов о причине пожара, также экспертом отмечено, что если бы утечка природного газа имела место быть в день пожара, то у находящихся в помещении людей от вдыхания воздуха с содержанием метана проявились бы приступы тахикардии, нарушения движений, учащение дыхания, головные боли, тошнота, слабость, понижение артериального давления. Тогда как единственный очевидец пожара ФИО12, чьи объяснения экспертом проанализированы, таких состояний не обнаруживал, однако запаха газа не чувствовал. При этом для воспламенения и взрыва газовоздушной смеси необходимы следующие условия: если концентрация природного газа в объеме будет лежать в границах от 4,4% до 17% при возникновении энергетического импульса (искры) произойдет мгновенное сгорание газовоздушной смеси с детонацией (взрывом) при котором образуется избыточное давление, приводящее к физическим разрушениям, если смесь сдетонировала в замкнутом пространстве. Если же концентрация природного газа превысит 17% то из-за нехватки кислорода в окружающем воздухе она не воспламенится. При концентрации от 0,88 % до 4,4% возможна только вспышка газовой смеси, при этом детонации не происходит, распространение огня отсутствует, т.к. вспышка носит локальный характер. В рассматриваемом случае детонации смеси не было, иначе картина места пожара несла бы на себе следы физических разрушений, в первую очередь повредились бы конструкции оконных и дверных проемов, чего не было зафиксировано проводимыми осмотрами места происшествия. Суд полагает, что поскольку неощущать концентрацию природного газа выше 17% в помещении из-за нехватки кислорода человеку даже с насморком и в течении непродолжительного времени невозможно, то экспертом сделано предположение, что концентрация природного газа не превышала 4,4%. А образование такой концентрации при незначительной утечке и исправном дымоходе газового оборудования невозможно. Для образования концентрации газовоздушной смеси не менее 4% утечка газа должна быть существенной и не обнаружить ее по запаху невозможно, более того результатом такой концентрации газа в воздухе будет детонация, чего не произошло в рассматриваемой картине событий. На основании приведенных доводов эксперт признал версию о такой причине пожара как утечка природного газа крайне маловероятной.

Оценивая представленное заключение, суд принимает его в качестве достоверного, поскольку в противоречие с другими имеющимися доказательствами, собранными сотрудниками ОНДиПР по г. Магнитогорску и Верхнеуральскому району УНДиПР Главного управления МЧС России по Челябинской области при проведении доследственной проверки по факту пожара выводы эксперта не вступают.

Оценив фотоизображения с места происшествия ( л.д.98-109 т.1), протоколы осмотра места происшествия (38-40,42-45,46-48 т.2), объяснения участников, свидетеля З.Э.Е.(л.д.45,49 т.2), заключения трех пожаро-технических экспертиз, суд приходит к выводу, что истцом не доказана противоправность действий (бездействия) ответчика и наличие причинной связи между действиями (бездействиями) ответчика и возникшим вредом.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало о нарушении своего субъективного права и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Действия ФИО3 в рамках доследственной проверки по факту пожара в его доме 30.11.2019 года указывают на то, что надлежащий ответчик по его мнению, истцу был известен с момента пожара. Так с момента начала проведения доследственной проверки ФИО13 настаивал на причине возгорания - утечка газа, проведено две экспертизы, результаты которых указали, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрической энергии при аварийном режиме работы эл.сети или электрооборудования.

Фактические обстоятельства дела указывают на то, что ФИО3, действуя разумно и добросовестно, проявив должную степень осмотрительности, имел реальную возможность обратиться в суд до истечения трехлетнего срока с момента пожара, поскольку знал о нарушении своего права - причинении ущерба зданию пожаром - не позднее дня, в который он произошел, то есть 30.11.2019 года и о предполагаемом ответчике, с которым у него был заключен договор на обслуживание ВДГО.

Поэтому ссылка представителя истца на постановление об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовно дела и назначении повторной пожаро-технической экспертизы от 31.12.2020 г., направленное в адрес истца 12.01.2021 г. ( л.д.155-156 т.1) как начало истечения срока давности обращения в суд за защитой, несостоятельна. Указанное постановление не свидетельствует об ином начале течения срока исковой давности, поскольку никаких новых сведений ни об обстоятельствах пожара, ни о виновнике пожара указанное постановление не содержит.

Более того, истец, обращаясь в правоохранительные органы, добиваясь установления иной причины возгорания, чем аварийная работа электросети, и настаивая на возбуждении уголовного дела не мог рассчитывать на то, что в случае возбуждения уголовного дела спор по возмещению понесенного им ущерба будет решен во внесудебном порядке, поскольку юридическое лицо не подлежит уголовной ответственности.

Суд приходит к выводу, что срок исковой давности в рассматриваемом случае истек 30.11.2022 года. Истец с настоящим иском обратился только 05.07.2023 года. Разрешая вопрос о существовании возможно уважительных причин пропуска срока, о которых истцом, обеспеченным квалифицированной юридической помощью, вовсе заявлено, суд учитывает, что в период эпидемии истец ковидные ограничения для лиц, достигших возраста 65 лет не соблюдал, по его словам, сделал прививку и работал, до настоящего времени сохраняет статус индивидуального предпринимателя. При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для восстановления пропущенного срока для обращения в суд с иском, при том что такого ходатайства исковой стороной заявлено не было.

Заявление ответчика о пропуске истцом срока давности обращения в суд является самостоятельным основанием для обращения с иском.

В силу приведенных норм права и установленных судом обстоятельств основания для удовлетворения иска ФИО3 отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданско-процессуального Кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ООО «Магнитогорскгазстрой», ФИО2 о взыскании убытков причиненных пожаром, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий:

Решение в окончательной форме изготовлено 04 июня 2024 года