Решение № 2-812/2020 2-812/2020~М-627/2020 М-627/2020 от 1 ноября 2020 г. по делу № 2-812/2020

Дело № 2-812/2020

24RS0040-02-2020-000684-94


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 ноября 2020 года г. Норильск

Норильский городской суд (район Талнах) Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Ивановой Т.В.,

при секретаре Козиновой Е.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителей ответчиков: - ФИО2, ФИО3,

представителя третьего лица – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала № 14 к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2», ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» о признании недействительным акта о случае профессионального заболевания, отдельных положений санитарно-гигиенической характеристики условий труда недостоверными в отношении ФИО5, признании недействительными извещений об установлении первичного диагноза хронического профессионального заболевания и об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, возложении обязанности по оформлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда в соответствии с требованиями закона,

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала № 14 обратилось в суд с иском к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» и ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана», с учетом уточнений требований, о признании недействительным акта о случае профессионального заболевания от 09 декабря 2019 года в отношении ФИО5, признании недействительным извещения КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» об установлении первичного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО5, признании недействительным извещения ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО5; возложении на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности оформить пункт 4.1 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 от 06 октября 2017 года № 377 в соответствии с п. 1.2 приказа Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в РФ», указав длительность времени воздействия вредных производственных факторов производственной среды и трудового процесса в процентах; признать пункт 5 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 недостоверным в части указания Акта № ЗФ-35/1060 от 22 мая 2001 года, Акта № ЗФ-35/1062 от 08 мая 2003 года, Акта № ЗФ-35/2392 от 03 июня 2004 года, Акта №ЗФ-35/1368 от 06 июня 2005 года, Акта № ЗФ-35/2245 от 18 июля 2007 года, Акта № ЗФ-35/2721 от 09 сентября 2008 года, Акта № ЗФ-35-15-07/107 от 17 июля 2009 года, Акта ЗФ-35-29-12/32 от 04 февраля 2011 года, Протокол № ЗФ-35-29-12/52 от 22 июля 2011 года, Акт № ЗФ-35-29-12/84 от 18 мая 2012 года, акты за март-апрель 2013 года, апрель-мая 2014 года, май-июль 2015 года, Сборник протоколов № 10 от 10 июля 2014 года, Сборник протоколов № 10 от 28 августа 2015 года, Карты аттестации рабочим мест № 392, № 512 за 2009 год; обязать оформить пункт 5 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 от 06 октября 2017 года № 377 в соответствии с п. 6 Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103, указав на наличие/отсутствие превышения вредного фактора по каждому приведенному в характеристике протоколу замеров и картам аттестации рабочего места по условиям труда, картам специальной оценки условий труда, обязать оформить пункты 10.1, 10.2, 10.3, 15, 24 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 от 06 октября 2017 года № 377, с учетом изменений, внесенных в пункты 4.1 и 5.

Требования мотивированы тем, что Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ содержит недостоверные сведения об условиях труда ФИО5; также вызывают сомнение извещение КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» об установлении первичного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО5, заключительного диагноза, установленного ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана», поскольку при прохождении периодических медицинских осмотров (обследований) ФИО5 за ДД.ММ.ГГГГ годы медицинских противопоказаний для работы не имел, признавался годным в своей профессии и продолжал работать на подземных участках на руднике ПАО «ГМК «Норильский никель». Выводы о случае профессионального заболевания носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам и фактическим сведениям о вредных условиях труда и производственных факторах, которые находились в пределах допустимых значений согласно протоколам замеров и картам аттестации рабочего места по условиям труда, картам специальных условий труда, а потому не могут быть положенными в основу акта о случае профессионального заболевания и вывода о наличии заболевания как профессионального. Кроме этого, Санитарно-гигиенической характеристика условий труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ №, не отражает действительных сведений о времени и периоде, когда работник подвергался воздействию вредных производственных факторов – шума, локальной и общей вибрации, тяжести трудового процесса с превышением предельно-допустимых уровней, что является существенным нарушением при определении причины установления заболевания и связи с профессией. Факт работы ФИО5 в условиях воздействия вредных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание в течение длительного периода, как указано в характеристике, документально не подтвержден.

В судебном заседании представитель истца Государственного учреждения – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ – ФИО1, действующая на основании доверенности, требования истца, с учетом уточнений, поддержала по вышеприведенным основаниям, просила удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю - ФИО3 и ФИО2, полномочия которых, подтверждены доверенностями, в судебном заседании требования истца не признали, полагая необоснованными, поддержали представленные письменные возражения, из которых следует, что Акт расследования случая профессионального заболевания ФИО5 подготовлен, оформлен и утвержден в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний от ДД.ММ.ГГГГ и Инструкции о порядке применения данного Положения. Запрета на утверждение акта расследования при наличии письменных возражений отдельных членов комиссии, не предусмотрено. Наличие письменных возражений отдельных членов комиссии не свидетельствует о незавершенности расследования заболевания. Членами комиссии по расследованию на основании представленных документов и сведений об условиях труда работника были установлены причины возникновения случая профессионального заболевания, определены лица, допустившие нарушения. Утверждения истца о том, что содержащиеся в оспариваемом Акте обстоятельства, не могли привести к образованию у ФИО5 хронического профессионального заболевания, ничем не подтверждены, доказательств, опровергающих отсутствие на его рабочем месте в подземных условиях, вредных производственных факторов, которые не могли бы привести к появлению у него профессионального заболевания, не представлены. Основания, которые бы ставили под сомнение законность и обоснованность комиссионно установленного в уполномоченном медицинском учреждении ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» заключительного диагноза профессионального заболевания у ФИО5, отсутствовали. Доводы истца о необоснованности поставленного ФИО5 диагноза профессионального заболевания и его связи с выполняемой работой носят характер предположений и противоречат имевшимся в распоряжении комиссии по расследованию документам и фактическим сведениям. Сомнения в установленном ФИО5 заключительном диагнозе профессионального заболевания отсутствовали. Доказательств тому, что предварительный диагноз установлен ФИО5 по недостоверным сведениям, истцом не представлено, решение об установлении ФИО5 предварительного диагноза профессионального заболевания не было отменено и не обжаловалось. Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ №, условия его труда за период работы в качестве машиниста погрузочной машины на подземном участке являлись неблагоприятными, не соответствующими гигиеническим требованиям по воздействию вредных производственных факторов. Стаж работы ФИО5 по профессии машиниста погрузочной машины составлял 18 лет 03 месяца 23 дня в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать у него профессиональное заболевание, что свидетельствует о наличии условий для возникновения патологии профессионального характера. Результат воздействия негативных производственных факторов зависит как от длительности трудового стажа работника, так и от особенностей организма конкретного человека, находящегося под таким воздействием. Комиссией уполномоченной медицинской организации ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» установлено, что для возникновения у ФИО5 профессионального заболевания хватило имевшегося у него стажа работы. По указанным основаниям просили отказать в удовлетворении заявленных истцом требований.

Ответчик ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» в судебное заседание представителя не направил, просил о проведении разбирательства в их отсутствие, представил отзыв на иск, в котором указал, что экспертиза связи заболевания ФИО5 с профессией проводилась в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967. При первичном поступлении ДД.ММ.ГГГГ года на момент обследования из представленных документов следовало, что ФИО5 имел значительный стаж работы машинистом погрузочной машины в подземных условиях, с ДД.ММ.ГГГГ года имел обращаемость в поликлинику в связи с <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ году ему проведено стационарное лечение с диагнозом «<данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил стационарное лечение, отмечались признаки <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ года находился на лечении с <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном обследовании в клинике Института общей и профессиональной патологии ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» Роспотребнадзора, выписан с диагнозом: «<данные изъяты> При динамическом наблюдении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было проведено полное клиническое и функциональное обследование ФИО5 и установлен заключительный диагноз профессионального заболевания «<данные изъяты>

Соответчик КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» в судебное заседание представителя не направил, представил возражения на требования истца, в которых указал, что при прохождении в период трудовой деятельности периодических медицинских осмотров на базе поликлиники у ФИО5 противопоказания не выявлялись. Однако отсутствие противопоказаний по результатам периодических осмотров не исключает наличие уже в это время признаков профзаболевания и не может исключать появление подозрения на наличие признаков профзаболевания позже. Признаки профзаболевания не выносятся в противопоказания к работе, пока не достигнут определенной стадии, противоречия между текущим отсутствием противопоказаний к работе и формирующимся профзаболеванием нет. Плановый периодический медицинский осмотр не включает в себя проведение таких исследований как рентгенологическое исследование пояснично-крестцового уровня позвоночника и других углубленных специализированных исследований пациента. С ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО5 зарегистрированы периодические обращения к врачу-терапевту, врачу-неврологу; с ДД.ММ.ГГГГ года - регулярные обращения с диагнозами «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО5 получал стационарное лечение с диагнозом «<данные изъяты>», было рекомендовано избегать вынужденных поз, нагрузок на поясничный отдел позвоночника, носить противорадикулитный пояс; в ДД.ММ.ГГГГ года получал стационарное лечение с диагнозом «<данные изъяты>», рекомендовано ограничить нагрузки на поясничный отдел позвоночника, носить корсет, наблюдение у невролога; в ДД.ММ.ГГГГ года получал стационарное лечение и выставлен диагноз «<данные изъяты>», рекомендованы курсы терапии; в ДД.ММ.ГГГГ года проходил лечение в связи с «<данные изъяты>». В начале ДД.ММ.ГГГГ года ФИО5 проходил периодический медицинский осмотр в центре профпатологии, когда не были выявлены противопоказания, что не исключает появление подозрения на наличие признаков профзаболевания в ДД.ММ.ГГГГ году. ФИО5 состоит на учете у врача-профпатолога КГБУЗ «Норильская ГП №» с ДД.ММ.ГГГГ года, врачом-профпатологом ДД.ММ.ГГГГ был установлен предварительный диагноз хронического профессионального заболевания, подано экстренное извещение №, в ДД.ММ.ГГГГ году извещение о заключительном диагнозе составлено специализированным центром профессиональной патологии ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана». При расследовании случая профессионального заболевания ФИО5 были представлены необходимые документы согласно Положению о расследовании и учете профессиональных заболеваний - утвержденная санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника, согласно которой условия труда являлись неблагоприятными, при этом возражения работодателя к характеристике отсутствовали, апелляция в вышестоящее учреждение в установленный срок не подавалась; медицинская документация о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью работника - извещение о заключительном диагнозе из ФБУН «Федерального научного центра гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана», при этом установленный диагноз не был изменен или отменен; сведения о трудовых отношениях и значительном стаже во вредных условиях - около 23 лет – с ДД.ММ.ГГГГ года горнорабочим, с ДД.ММ.ГГГГ года – машинистом погрузочной машины. В период работы ФИО5 работодатель в направлениях на медосмотр выставлял такие вредные факторы, как: 3.5 - производственный шум, 3.4.1 - локальная вибрация, 3.4.2 - общая вибрация, 4.1 - физическая перегрузка. При указанных обстоятельствах, представителем КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» в соответствии с требованиями закона был подписан Акт о случае профессионального заболевания у ФИО5 Карты аттестации аналогичных рабочих мест других рудников и отсутствие замеров вредных факторов в сборниках протоколов не являются доказательством отсутствия вредных факторов на рабочем месте ФИО5 Юридические факты, необходимые для признания заболевания профессиональным, были установлены, и оснований для признания Акта недействительным не имеется.

Представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании требования истца, с учетом уточнений, полагала обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме, поддержала представленные письменные возражения, указав, что документы контроля вредных производственных факторов, указанные в пункте 5 Санитарно-гигиенической характеристика условий труда работника и пункте 17 Акта о случае профессионального заболевания от 09 ДД.ММ.ГГГГ года, либо не относятся к условиям труда ФИО5, либо не подтверждают установленные превышения пределов допустимых уровней, и (или) период воздействия вредных производственных факторов. Выводы пункта 10.2, пункта 10.3, пункта 15, пункта 24 Санитарно-гигиенической характеристика условий труда работника и пункта 18, 20 Акта об условиях труда противоречат фактическим обстоятельствам. В оспариваемых истцом документах содержаться недостоверные сведения в части условий труда ФИО5 Указанные протоколы № ЗФ-35/1062 от 08 мая 2003 года, № ЗФ-35/2392 от 03 июня 2004 года, № ЗФ-35/1368 от 06 июня 2005 года, № ЗФ-35/2245 от 18 июля 2007 года, № ЗФ-35/2721 от 09 сентября 2008 года, № ЗФ-35-15-07/107 от 17 июля 2009 года, № ЗФ-35-29-12/32 от 04 февраля 2011 года, № ЗФ-35-29-12/84 от 18 мая 2012 года, март - апрель 2013 (сборников протоколов № 10 от 15 мая 2013 года), апрель - май 2014 года (сборник протоколов № 9 от 09 июля 2014 года), май - июль 2015 года (сборник протоколов № 6 от 29 июля 2015 года) - не относятся к ФИО5, так как были составлены на иных производственных подразделениях - рудники «Таймырский», «Комсомольский», «Скалистый», в то время как ФИО5 работал на руднике «Октябрьский». Карты аттестации рабочих мест № 392, № 512 за 2008 год составлены по иным профессиям и производственным подразделениям - по рабочему месту дорожно-путевого рабочего подземного участка внутришахтного транспорта рудника «Маяк» и по рабочему месту машиниста электровоза подземного специализированного участка механизации и горных работ рудника «Скалистый». Следовательно, условия труда, указанные в данных картах на ФИО5 не распространялись. Акт замеров производственных вредностей за 1999 год, протокол ЗФ-35- 29-12/52 от 22 июля 2011 года, сборники протоколов № 10 от 10 июля 2014 года, № 10 от 28 августа 2015 года - не содержат замеров на рабочем месте машиниста погрузочной машины подземного участка внутришахтного транспорта рудника «Октябрьский». Согласно карты специальной оценки труда № 33241506А за 2016 год, на рабочем месте работника - безопасные условия труда (2 класс), превышений по общей и локальной вибрации не выявлено. Из анализа протоколов рудника «Октябрьский», где работал ФИО5, можно сделать вывод, что за период работы ФИО5 машинистом погрузочной машины с 13 апреля 1999 года до даты установления предварительного диагноза профессионального заболевания – 18 сентября 2017 года, а также заключительного диагноза профессионального заболевания – 30 июля 2018 года, исходя из документов производственного контроля рудника «Октябрьский» следует, что либо замеры на рабочем месте не производились, либо если замеры производились, то превышение по общей и локальной вибрации на рабочем месте машиниста погрузочной машины отсутствует. Согласно карте аттестации рабочего места № 7 за 2001 год по общей вибрации установлен 2 класс (допустимый), локальная вибрация не замерялась, согласно карте аттестации рабочего места № 304 за 2009 год установлен 2 класс (допустимый) по локальной вибрации, по общей вибрации - 3.1 класс условий труда (превышение только по одному показателю - до 3 дБ). В соответствии с картами специальной оценки условий труда № 33241506А за 2016 год и № 33241506 за 2018 год, составленной по результатам внеплановой специальной оценки условий труда, на рабочем месте машиниста погрузочной машины по общей и локальной вибрации установлен 2 класс (допустимый), превышений по данным производственным факторам не выявлено. Таким образом, стаж во вредных условиях класса 3.2. по фактору вибрации - отсутствует, превышение до 11 дБ по общей вибрации, превышение до 6 дБ по локальной вибрации за весь период работы ФИО5 не установлено, имело место превышение до 3 дБ по общей вибрации по одному показателю при аттестации рабочего места в 2008 году, при этом при предыдущей и следующей аттестации рабочего места (2001, 2016, 2018 годы) - превышений по фактору вибрации не выявлено, воздействие общей и локальной вибрации не было длительным, имело прерывистый характер, показатели по уровню вибрации на рабочем месте ФИО5 при динамическом рассмотрении, не подтверждают вывод о длительном характере превышений предельно допустимых уровней на рабочем месте ФИО5, в связи с чем вывод о профессиональном характере заболевания ФИО5 не обоснован. Также является необоснованным вывод в части превышений по тяжести трудового процесса, так как согласно карт специальной оценки условий труда № 33241506А за 2016 год, № 33241506 за 2018 год показатели по тяжести трудового процесса не превышают предельно-допустимых значений. Рабочие места машинистов погрузочной машины разных участков и рудников ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» имеют различные условия труда, отличающиеся как по специфике выполняемых операций, так и по характеристикам самих выработок (разная высота, разная по крупности и плотности руда, разная поверхность, по которой осуществляется движение механизмов и другое). Акт подписан не всеми членами комиссии, а только заместителем председателя комиссии - начальником Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Норильске ФИО3, специалистом-экспертом ФИО6, приложиили особое мнение и.о. главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» И.А. Соловиенко, начальник отдела страхования профессиональных рисков Филиала № 14 ГУ Красноярского РО ФСС РФ ФИО6. Члены комиссии со стороны работодателя ФИО7, ФИО8, ФИО9 от подписания Акта отказались, приложили письменные возражения. Работодателем была направлена апелляция в рамках проводимого расследования профессионального заболевания работника. Кроме этого, ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ году проходил периодический медицинский осмотр в Краевом центре профпатологии на базе КГБУЗ «Краевая клиническая больница» и признаки профессионального заболевания у него не были выявлены. Учитывая, что между датой установления заключительного диагноза профессионального заболевания - ДД.ММ.ГГГГ и датой прохождения работником осмотра в Краевом центре профпатологии на базе КГБУЗ «Краевая клиническая больница» - ДД.ММ.ГГГГ прошло менее 3 лет, ставятся под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО5, а также наличие связи заболевания с профессией.

Третье лицо Федеральное казенное учреждение «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Красноярскому краю» Министерства труда и социальной защиты РФ (ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России) в судебное заседание представителя не направил, представил отзыв на иск, в котором указал, что с признанием акта о случае профессионального заболевания ФИО5 недействительным, не согласны, поскольку акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении него оформлен и утвержден в соответствии с требованиями действующих Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967 и Инструкции о порядке применения Положения, утвержденной приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации», поэтому оснований признавать его недействительным не имеется. Документами, подтверждающими факт несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, являются акт о несчастном случае на производстве или акт о профессиональном заболевании. ДД.ММ.ГГГГ в Бюро № 41 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России поступило направление на медико-социальную экспертизу от ДД.ММ.ГГГГ, выданное КГБУЗ «Норильская ГП №» ФИО5 с диагнозом: «<данные изъяты>)». Заболевание профессиональное, установленное впервые в ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» ВК № от ДД.ММ.ГГГГ. На медико-социальную экспертизу был предоставлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденный Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю, с указанием особого мнения относительно диагноза заболевания - представителя истца. Доказательств, подтверждающих, что акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 обжаловался членами комиссии в вышестоящем по подчиненности учреждении, в соответствии с п. 4.6. Инструкции, не имеется. В связи с чем, оснований считать недействительным указанный акт в отношении ФИО5 с диагнозом профзаболевания, установленным врачебной комиссией, не имелось. ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана», установивший профессиональное заболевание ФИО5, относится к медицинским организациям, в компетенцию которых входит дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшем от воздействия вредных факторов, на данное учреждение возложена обязанность составления медицинских заключений по результатам экспертизы, в состав врачебной комиссии данного учреждения входят специалисты, получившие высшее медицинское образование в РФ в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие соответствующие сертификаты. Решение Врачебной комиссии ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ) незаконным не признавалось, в связи, с чем сомневаться в установленном специалистами врачебной комиссии данного учреждения диагнозе оснований не имеется. При проведении медико-социальной экспертизы представленные документы были проверены специалистами Бюро № 41. На основании анализа представленных медицинских документов, личного осмотра гражданина была проведена медико-социальная экспертиза, по результатам которой ФИО5 установлено 60 % степени утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности с причиной «профессиональное заболевание» сроком на 1 год.

Иные третьи лица - Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая больница», ФИО5 в судебном заседании не участвовали, о месте и времени рассмотрения дела извещались, ходатайства и возражения не представили.

Суд учитывает, что в силу ч. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Согласно ст. 35 ГПК РФ участие стороны по делу в судебном заседании является ее правом, а не обязанностью.

Учитывая, что участники разбирательства, определили для себя порядок реализации своих процессуальных прав, исходя из положений ст.ст. 35, 167 ГПК РФ, суд с учетом мнения участвующих по делу лиц, рассматривает дело в отсутствие указанных неявившихся лиц, поскольку их явка не признавалась судом обязательной.

Выслушав участвующих по делу лиц, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ работает в ПАО «ГМК «Норильский никель» машинистом погрузочной машины 4-го разряда, в последующем 5-го разряда, с полным рабочим днем под землей подземного участка рудника «Октябрьский», ранее с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал горнорабочим подземным с полным рабочим днем под землей подземного участка рудника «Октябрьский» ОАО «ГМК «Норильский никель», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал электрослесарем дежурным и по ремонту оборудования подземного участка рудника «Октябрьский» ОАО «ГМК «Норильский никель», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – электромонтером линейных и абонентских устройств телефонной связи промпредприятий Талнах эксплуатационно-технического узла горно-подземной связи производственно-технологической диспетчеризации и связи комбината ОАО «ГМК «Норильский никель», что следует из сведений о трудовой деятельности.

Местом работы истца, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, являлись подземные участки рудника «Октябрьский» ПАО «ГМК «Норильский никель», в районах Крайнего Севера, стаж работы в подземных условиях труда составлял более 23 лет.

Согласно Единого тарифно-квалификационного справочника работ и профессий рабочих, выпуск 4, разделы: "Общие профессии горных и горнокапитальных работ", утвержденного Приказом Минтруда России от 07 мая 2005 года № 277н, к характеристикам работы машиниста погрузочной машины относятся: управление погрузочной машиной и универсальным ковшовым погрузчиком; кайление, погрузка горной массы на транспортер или в вагонетки; очистка путей, шламоотстойников на погрузочных узлах, тупиках. К характеристикам работы горнорабочего относятся оказание помощи стволовому в обеспечении правильной и безопасной погрузки и разгрузки клети, погрузка и выгрузка материалов, проверка полноты загрузки вагонеток, вагонов; подъем сошедших с рельсов вагонеток и вагонов; подбор по комплектности и перемещение бурового инструмента к местам работ; сбор затупленного бурового инструмента и его доставка его, выборка породы и посторонних предметов из полезного ископаемого вручную, на конвейерах, породоотборных лентах, площадках, в вагонах, разборка, сортировка полезного ископаемого с разбивкой крупных кусков, выборка полезного ископаемого из горной массы, складирование, погрузка в транспортные средства, взвешивание полезного ископаемого и сдача приемщику, выполнение подсобно-вспомогательных работ при бурении стволов шахт и шурфов полным сечением, подбор и заготовка элементов крепи и опалубки, изготовление и ремонт элементов крепи для обшивки вентиляционных стволов шахт, люков, и других обустройств ходовых отделений горных выработок.

Из представленных в материалы дела сведений следует, что ФИО5., проходя периодические медицинские осмотры, признавался годным для работы по своей профессии, между тем с ДД.ММ.ГГГГ года зарегистрированы периодические обращения к врачу-терапевту, врачу-неврологу; с ДД.ММ.ГГГГ года был диагностирован <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ года - регулярные обращения с диагнозами «<данные изъяты>».

В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО5 проходил стационарное лечение в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №» с диагнозом: «<данные изъяты>, <данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ года ФИО5 состоит на учете у врача-профпатолога КГБУЗ «Норильская Городская поликлиника №».

ДД.ММ.ГГГГ врачом-профпатологом КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» подано экстренное извещение №, которым ФИО5 установлен предварительный диагноз хронического профессионального заболевания - «<данные изъяты>», ввиду вредных производственных факторов – производственного шума, физической перегрузки, производственной вибрации, аэрозолей преимущественно фиброгенного и смешанного типа действия.

ДД.ММ.ГГГГ составлена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания №, утвержденная Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО10, при работе ФИО5 в ПАО «ГМК «Норильский никель» а качестве машиниста погрузочной машины.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 проходил лечение с диагнозом: «<данные изъяты>».

При первичном поступлении ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ года в клинику Института общей и профессиональной профпатологии ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» и нахождении в период с 09 по ДД.ММ.ГГГГ на углубленном медицинском обследовании, с учетом данных динамического наблюдения у ФИО5 были выявлены заболевания - «<данные изъяты> (протокол ВК № от ДД.ММ.ГГГГ).

При динамическом наблюдении в клинике Института общей и профессиональной патологии ФБУН «Федерального научного центра гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» в период с 17 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 проведено полное клиническое и функциональное обследование, учитывая данные анамнеза ФИО5 о проявлении и лечении остеохондроза и радикулопатии, стойкости клинических проявлений компрессионно- ишемического синдрома пояснично-крестцового уровня и полинейропатии конечностей, подтвержденных функциональными исследованиями, рентгенографией кистей предплечий, кистей, голеней, стоп, развития заболевания в период длительного стажа работы - более 22 лет в условиях воздействия общей и локальной вибрации, с наличием физических нагрузок, объективного неврологического статуса, подтвержденными результатами проведенного обследования, заключением врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ - протокол №, ФИО5 было установлено профессиональное заболевание (установлено впервые) – «<данные изъяты>)».

Установленное ФИО5 профессиональное заболевание подтверждается извещением от ДД.ММ.ГГГГ №-н об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, выданным ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана».

Приказом и.о. директора ПАО «ГМК «Норильский никель»» от ДД.ММ.ГГГГ № ЗФ-38/2984-п-а была создана комиссия по расследованию профессионального заболевания, выявленного у работника ФИО5, в связи с поступлением извещения №-н от ДД.ММ.ГГГГ.

По результатам расследования комиссией составлен акт о случае профессионального заболевания, утвержденный Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО10 – ДД.ММ.ГГГГ, который был подписан членами комиссии, за исключением представителей работодателя ПАО «ГМК «Норильский никель», которые от подписи акта отказались, приложив возражения, также начальником отдела страхования профессиональных рисков Филиала № ГУ Красноярского РО ФСС РФ ФИО6 и и.о.главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» ФИО11 выражено особое мнение.

Согласно п. 17 Акта указано, что ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» не проведена оценка профессионального риска здоровью машинистов погрузочных машин подземного участка внутришахтного транспорта рудника «Октябрьский» с подтверждением приемлемого риска здоровью работающих, что является нарушением требований п. 3.2.6. СанПиН 2.2.4.3359-16 «Санитарно-эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах».

Пунктом 20 Акта определено, что заключение дано на основании результатов расследования, что установленное заболевание является профессиональным и возникло в результате осуществления ФИО5 трудовой деятельности в период его работы машинистом погрузочной машины подземного участка внутришахтного транспорта рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель». Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие на организм уровней общей и локальной вибрации, шуму с превышением предельно допустимых значений.

ДД.ММ.ГГГГ по результатам медицинского освидетельствования в Бюро № 41 ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ на основании Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, установлено 60 % утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию, третья группа инвалидности на срок 01 год - до ДД.ММ.ГГГГ.

Истец полагает, что указанный Акт от ДД.ММ.ГГГГ о наличии причинно-следственной связи заболевания, выявленного у ФИО5, в связи с его работой в ПАО «ГМК «Норильский никель» является недействительным, ввиду нарушений требований действующего законодательства при его составлении, ввиду несоответствия медицинской и трудовой документации, нарушениях при составлении Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно доводам истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель», имевшиеся в распоряжении комиссии по расследованию обстоятельств и причин профессионального заболевания ФИО5 документы, не подтверждают наличие причинно-следственной связи между заболеванием ФИО5 и его работой в ПАО «ГМК «Норильский никель», поскольку выводы комиссии основаны на недостоверных сведениях о характере и условиях его работы - Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, кроме этого, признании ФИО5 заключениями периодических медицинских осмотров «годным» к работе по профессии машиниста погрузочной машины в подземных условиях, прохождении им медицинского осмотра в Краевом центре профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница», которым противопоказаний не выявлено и признаков профессионального заболевания не установлено, наличии возражений со стороны отдельных членов комиссии по расследованию случая профессионального заболевания. Также, между датой прохождения работником периодического медицинского осмотра, по результатам которого не было выявлено противопоказаний и датой установления предварительного диагноза профессионального заболевания прошло менее 6 месяцев, а между датой периодического медицинского осмотра и датой установления заключительного диагноза профессионального заболевания прошел 01 год 04 месяца, поэтому ставится под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО5, наличие связи заболевания с профессией.

Разрешая заявленные истцом требования, суд принимает во внимание, что в соответствии с Конституцией РФ подлежит охране труд и здоровье людей (ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ст. 39).

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса РФ, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч. 8 ст. 220 ТК РФ).

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет обязательство страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Порядок расследования профессиональных заболеваний регламентируется Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176.

Согласно п. 11 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии.

Из материалов дела следует, что ПАО «ГМК «Норильский никель», как работодателем, на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ЗФ-38/2984-п-а была создана комиссия по расследованию случая профессионального заболевания у ФИО5 в составе:

- Председателя комиссии ФИО10 – руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярского краю–Главного государственного санитарного врача по Красноярскому краю; и членов комиссии:

- Заместителя председателя комиссии ФИО3 –– начальника Территориального отдела Управления Роспотребнадзора в г.Норильске – Главного государственного санитарного врача по г.Норильску и Таймырского Долгано-Ненецкому муниципальному району;

- ФИО12 – ведущего специалиста-эксперта территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г.Норильске;

- ФИО7 – главного инженера рудника «Октябрьский»;

- ФИО13 – директора Центра безопасности труда ЗФ;

- ФИО9 – председателя профкома рудника «Октябрьский»;

- ФИО6 – главного специалиста группы страхования профессиональных рисков филиала № 14 Государственного учреждения – Красноярске региональное отделение Фонда социального страхования РФ;

- ФИО11 – и.о. главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2».

Согласно п. 22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 200 года № 967, расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

Пункт 26 Положения устанавливает, что в процессе проведения исследования комиссия на основании рассмотренных документов устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника.

В соответствии с п. 27 Положения, по результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме.

На основании п. 30 Положения, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

В силу п. 31 Положения, акт о случае профессионального заболевания составляется в трехдневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно - эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно - эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п. 32 Положения).

Обязанность по рассмотрению разногласий, возникших в связи с установлением диагноза профессионального заболевания, согласно пункту 35 Положения возложена наряду с другими органами на суд.

Пунктом 4.6 Инструкции о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176, предусмотрено, что в случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

Из установленных судом обстоятельств следует, что Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 подписан членами комиссии, за исключением представителей работодателя ПАО «ГМК «Норильский никель», представившими свои возражения, представителем филиала № 14 Государственного учреждения – Красноярске региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО6 - с особым мнением, Акт утвержден Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю.

В основу Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ были положены:

- извещение об установлении предварительного диагноза от ДД.ММ.ГГГГ №;

- извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №-н, выданное ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана»;

- санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника от 06 ДД.ММ.ГГГГ №;

- сведения о трудовой деятельности ФИО5

В Акте указан расчет выполняемых технологический операций ФИО5 как машинистом погрузочной машины, перечень применяемого производственного оборудования, краткое описание выполняемой работы, сведения о превышении норм по тяжести трудового процесса, вибрации и шума.

Особое мнение представителя филиала № 14 Государственного учреждения – Красноярске региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО6 приложенное при подписании оспариваемого Акта, о том, что за короткий период времени - март 2017 – сентябрь 2017 года могло возникнуть хроническое профессиональное заболевание, и ФИО5 стал нетрудоспособным в своей профессии, а потому ставится под сомнение наличие связи заболевания с профессией, суд не принимает во внимание и отклоняет, поскольку данный сотрудник истца не обладает специальными познаниями, не является врачом-профпатологом.

Возражения членов комиссии - представителей работодателя ПАО «ГМК «Норильский никель», не подписавших Акт от ДД.ММ.ГГГГ, приложивших их к Акту, судом также отклоняются, ввиду того, что данные возражения выражают их мнение как членов комиссии, реализацию предоставленного права, и не влекут недействительность Акта.

Особое мнение и.о.главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» ФИО11 не влечет недействительность Акта, является реализацией права как члена комиссии.

В силу норм трудового законодательства и указанного Положения, профессиональное заболевание, возникшее у работника, расследуется комиссией, которая на основании рассмотрения документов, в числе прочего, устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника и составляет акт о случае профессионального заболевания.

Согласно Классификатору вредных и (или) опасных производственных факторов, утвержденному Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, шум, локальная и общая вибрация, тяжесть трудового процесса в виде физической динамической нагрузки, массы поднимаемого и перемещаемого груза в ручную, стереотипных рабочих движений, статической нагрузки, рабочей позы, наклонов корпуса, перемещений в пространстве, относятся к вредным и (или) опасным производственным факторам.

Из установленных судом обстоятельств, которые не опровергнуты истцом и третьим лицом ПАО «ГМК «Норильский никель», следует, что ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ года работал в подземных условиях в районах Крайнего Севера горнорабочим подземным с полным рабочим днем под землей на руднике «Октябрьский», с ДД.ММ.ГГГГ года – машинистом погрузочной машины с полным рабочим днем под землей подземного участка рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», где в процессе выполняемой работы имелось воздействие вредных производственных факторов – вибрации, шума, тяжести трудового процесса. Данные обстоятельства подтверждаются сведениями о трудовой деятельности ФИО5, содержанием трудового договора между ним и ПАО «ГМК «Норильский никель», в котором указано о вредных условиях труда, сведениях, указанных в медицинским направлениях на прохождение периодических медицинских осмотров - 3.5 - производственный шум, 3.4.1 - локальная вибрация, 3.4.2 - общая вибрация, 4.1 - физическая перегрузка.

Содержание Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ №, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю, при работе машинистом погрузочной машины с полным рабочим днем под землей подземного участка рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», также подтверждает работу работника в указанных вредных производственных факторах – шум, вибрация, тяжелые физические нагрузки.

В соответствии с пунктом 4.2 Руководства Р 2.2.2006-05 "Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда", утвержденного Роспотребнадзором от 29 июля 2005 года, условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса: оптимальные, допустимые, вредные и опасные, исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов. Отнесение вредных условий труда к одной из четырех степеней вредности зависит от уровня факторов, влияющих на возникновение профессиональных заболеваний, а также на риск утраты профессиональной и общей трудоспособности.

Аналогичные положения предусматривает и Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», условия труда в зависимости от выявленных производственных факторов классифицируются на оптимальные (класс 1), допустимые (класс 2), вредные (класс 3 с подклассами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4), опасные (класс 4).

В соответствии с п. 2 ч. 4 ст. 14 указанного Федерального закона «О специальной оценке условий труда», для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профзаболеваний легкой степени тяжести требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет.

При этом, суд учитывает, что вторая степень вредных условий труда характеризуется появлением начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (после 15 и более лет), работа во вредных условиях третьей степени приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии.

Истец и представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель», утверждают, что ФИО5 при работе машинистом погрузочной машины в подземных условиях работал во вредных условиях труда, однако в пределах допустимых уровней, то есть в допустимых условиях (класс 2).

Из представленной истцом и третьим лицом ПАО «ГМК «Норильский никель» протоколов замеров вредных производственных факторов и карты аттестации рабочего места машиниста погрузочной машины на подземном участке внутришахтного транспорта рудника «Октябрьский» от 02 февраля 2016 года следует, что общая оценка условий труда составляет класс 3.2, не смотря на класс по вибрации и напряженности труда 2.

Между тем, доказательств тому, что уровень вибрации, шума, тяжести трудового процесса на рабочем месте ФИО5 в качестве машиниста погрузочной машины, так и ранее при работе горнорабочим в подземных условиях постоянно был в предельно допустимых уровнях, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что ФИО5 работал машинистом погрузочной машины в подземном участке рудника «Октябрьский», где в процессе выполняемой работы имелось воздействие вредных производственных факторов – вибрации, шума, тяжести трудового процесса за пределами предельно допустимых значений.

На основании п. 4, п. 5 ст. 63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза связи заболевания с профессией проводится в целях установления причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания.

Расширенной врачебной комиссией ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» по экспертизе связи заболеваний с профессией подтверждено профессиональное заболевание у ФИО5 - «<данные изъяты>)», при этом, установлена связь условий труда по тяжести трудового процесса и развития заболевания.

Из представленных сведений следует, что ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» является научной медицинской организацией, имеющей соответствующие лицензии на подготовку заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления). В состав врачебной комиссии при установлении ФИО5 профессионального заболевания для проведения экспертизы связи заболевания с профессией входили соответствующие врачи.

Процедура расследования профессионального заболевания в отношении ФИО5 проведена надлежащим специальным органом ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» в пределах предоставленной компетенции, с учетом выданных лицензий на проведение экспертиз связи заболевания с профессией, в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, и Перечнем профессиональных заболеваний, утвержденным Министерством здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2012 года № 417/н, и с учетом всех существенных обстоятельств указывающих на характер полученных заболеваний.

После установления заключительного диагноза, работодатель – третье лицо ПАО «ГМК «Норильский никель» в установленном порядке в Федеральный центр профпатологии Министерства здравоохранения РФ не оспаривал данный диагноз.

Имеющиеся в материалах дела сведения из медицинских документов ФИО5 не содержат доказательств того, что на момент приема его на работу ФИО5 страдал «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> Более того, стороной истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств тому, что данные заболевания ФИО5 возникли по иным причинам, не связанным с его работой во вредных условиях труда.

Напротив, представленные в дело доказательства в своей совокупности подтверждают, что заболевания истца – «полинейропатия» и «радикулопатия» являются профессиональными, приобретенными в результате работы во вредных условиях в период работы истца в ПАО «ГМК «Норильский никель». При этом, в соответствии с Перечнем профессиональных заболеваний, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 года № 417н (п.п. 2.6.1, 4.4.5,) заболевания, возникающие в результате воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, относятся к профессиональным заболеваниям, при этом от воздействия вибрации - полинейропатия, связанные с воздействием физических перегрузок и функциональным перенапряжением органов и систем соответствующей локализации - радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром пояснично-крестцового уровня).

Факт повреждения здоровья ФИО5 подтвержден извещением об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания, в котором установлено, что вредными производственными факторами и причиной, вызвавшей профессиональное заболевание, является вибрация (общая и локальная).

Согласно общедоступных источников по медицинской литературе, научно доказано, что вибрация оказывает общебиологическое действие на любые клетки, ткани и органы человека. Длительное воздействие вибрации на рецепторы вибрационной чувствительности создают условия для нарастания возбудимости соответствующих нервных рецепторов, возникают реакции в нейронах спинного мозга, ствола мозга, в том числе на различных уровнях вегетативно-сенсорных центров, в результате нарушения регулирующих влияний центральной нервной системы на сосудистый тонус, наблюдаются специфические проявления спазма сосудов. В результате нарушения микроциркуляции и тканевого метаболизма развиваются изменения дистрофического характера.

При составлении оспариваемого Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ была учтена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что условия труда ФИО5 горнорабочим и машинистом погрузочной машины в подземном участке рудника «Октябрьский» были связаны с воздействием комплекса вредных и (или) опасных производственных факторов - шума, тяжести трудового процесса, общей и локальной вибрации, при этом, условия труда являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям (п. 24).

Согласно п. 5 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, уровни вредных производственных факторов приведены в соответствии с картой аттестации рабочего места по условиям труда № 392, № 512 за 2009 год, картой специальной оценки условий труда № 33241506А за 2016 год, протоколами лаборатории Контрольно-аналитического управления (КАУ) за 1999 год, № ЗФ-35/1060 от 22 мая 2001 года, № ЗФ-35/1062 от 08 мая 2003 года, № ЗФ- 35/2392 от 03 июня 2004 года, № ЗФ-35/1368 от 06 июня 2005 года, № ЗФ-35/2245 от 18 июля 2007 года, № ЗФ-35/2721 от 09 сентября 2008 года, № ЗФ-35-15-07/107 от 17 июля 2009 года, № ЗФ-35-29-12/32 от 04 февраля 2011 года, № ЗФ-35-29-12/52 от 22 июля 2011 года, № ЗФ-35-29-12/84 от 18 мая 2012 года, март - апрель 2013 года, апрель - май 2014 года, май - июль 2015 года, сборников протоколов № 10 от 10 июля 2014 года, № 10 от 28 августа 2015 года, № 31 от 21 декабря 2016 года, № 20 от 20 ноября 2017 года, № 26 от 11 декабря 2018 года.

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, которая использовалась, в том числе при составлении Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5, в установленном порядке не была отменена.

Оценка условий труда ФИО5 при утверждении Акта от ДД.ММ.ГГГГ была дана при наличии более 22-летнего стажа его работы в качестве горнорабочего и машиниста погрузочной машины под землей в условиях воздействия вредных производственных факторов, влияющих на возникновение профессионального заболевания.

В силу ст. 25 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами РФ. Юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов РФ к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

Как усматривается из материалов дела, основанием для принятия решения о влиянии вредных производственных факторов, повлекших у ФИО5 развитие профессионального заболевания, явилось воздействие вредных факторов производства на его здоровье в период работы по профессии горнорабочего и машиниста погрузочной машины под землей.

Суд полагает, что доводы истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» об отсутствии причинно-следственной связи между фактом повреждения здоровья ФИО5 и воздействием вредных производственных факторов, основаны на предположениях и какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.

В силу норм трудового законодательства и вышеуказанного Положения, профессиональное заболевание, возникшее у работника, расследуется комиссией, которая на основании рассмотрения документов, в числе прочего, устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника и составляет акт о случае профессионального заболевания.

Отрицательное воздействие на здоровье ФИО5 указанных вредных факторов в период его работы горнорабочим и машинистом погрузочной машины, не ставится судом под сомнение, также как и наличие причинно-следственной связи между установленным впервые в 2018 году профессиональным заболеванием и его работой, поскольку подтвержден совокупностью доказательств по делу, включая заключение ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана», Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда, а также содержание Акта о случае профессионального заболевания, устанавливающим факт длительного воздействия на работника вредных факторов в виде повышенных физических нагрузок, шума и вибрации.

Принимая во внимание, что в материалы дела представлены надлежащие доказательства, подтверждающие в установленном законом порядке профессиональный характер имеющегося у ФИО5 заболевания, - доводы истца судом признаются несостоятельными.

Суд учитывает, что прекращение контакта с вредными факторами, превышающими предельно допустимые уровни, даже при начальных признаках его воздействия, не исключает возможности прогрессирования процесса вреда здоровью, так как выявленные у ФИО5 заболевания являются прогрессирующими заболеваниями, что следует из представленных сведений о состоянии его здоровья.

Длительный стаж работы в условиях вибрации, перегрузки, шума безусловно приводит к накоплению соответствующего эффекта, что также подтверждается результатами медицинского освидетельствования в Бюро № 41 ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России об установлении ФИО5 60 % утраты профессиональной трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривалось и не признавалось недействительными.

При 2-й стадии вибрационной болезни отмечаются снижение адаптационных возможностей организма, более четкие проявления сочетанного церебрально-периферического ангиодистонического синдрома и вегетативно-сенсорной полинейропатии с возможными радикулярными нарушениями нервной системы.

Из представленных в материалы дела сведений, следует, что в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО5 проходил лечение в дневном стационаре КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» с диагнозом: «Полиостеоартрит в фазе обострения, вибрационная болезнь»; в сентябре 2019 года проходил лечение в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №» с диагнозом: «Хроническая радикулопатия, полинейропатия верхних и нижних конечностей, нейросенсорная тугоухость».

Указание неточных сведений в Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № и Акте от ДД.ММ.ГГГГ, относительно уровня воздействия на работника вредных производственных факторов при наличии заболеваний, предусмотренных Перечнем профессиональных заболеваний, не должно влечь нарушение прав работника при установлении заключительного диагноза профессионального заболевания. Неполные, по мнению истца и третьего лица, сведения не исключают наличие вредных производственных факторов, которые являются факторами риска установленных у истца заболеваний.

Поэтому при вышеприведенном, доводы истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» о недостоверности сведений, положенных в основу Акта и Санитарно-гигиенической характеристики, не опровергают выводы и обстоятельства наступления у ФИО5 профессионального заболевания от работы во вредных условиях.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что расследование случая профессионального заболевания ФИО5 проведено в соответствии с действующим законодательством, и завершено составлением Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, которым определено, что заболевание ФИО5 является профессиональным и возникло в результате интенсивного, длительного вредного воздействия производственных факторов – вибрации, шума, тяжести трудового процесса.

Суд учитывает, что Акт о случае профессионального заболевания не устанавливает заключительный диагноз, и составляется тогда, когда диагноз профессионального острого или хронического заболевания предварительно уже установлен лечебно-профилактическим учреждением с учетом условий факторов производства. По своей правовой силе и предназначению данный акт не устанавливает и не отменяет диагноза профессионального заболевания, а лишь устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь этого заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего работника.

Следовательно, Акт о случае профессионального заболевания не может нарушать права и законные интересы истца.

Указанные выводы суда, стороной истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» не опровергнуты.

В связи с чем, правовых оснований для признания Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 не имеется, поэтому требования истца в данной части подлежат отказу в удовлетворении.

Рассматривая требования истца о признании извещений об установлении ФИО5 предварительного диагноза хронического профессионального заболевания и об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания недействительными, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения данных требований истца, поскольку не приведены оснований по которым данные извещения должны быть признаны судом недействительными – по форме и (или) содержанию, не представлено подтверждающих доказательств. В ходе разбирательства по настоящему делу таких оснований также не установлено.

Разрешая требования истца о возложении на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности оформить положения Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № по условиям труда ФИО5 в соответствии с Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ №, признании пункта 5 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда недостоверным, суд учитывает, что указанной Инструкцией предусмотрено (п. 6), что описание условий труда работника (п. 4 характеристики) оформляется на основании должностных обязанностей и санитарно-эпидемиологической характеристики условий труда (санитарно-эпидемиологического заключения на производство) непосредственно на рабочем месте, учитываются сведения, полученные от работодателя (или его представителя) и самого работника, другое.

Пункты санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) с 6 по 17 оформляются в соответствии с протоколами лабораторно-инструментальных исследований и измерений факторов производственной среды и положениями действующего санитарного законодательства. В пункте 24 санитарно-гигиенической характеристики дается заключение об условиях труда работника на основании общей гигиенической оценки условий труда в соответствии с действующим санитарным законодательством и с учетом положений действующей гигиенической классификации факторов рабочей среды и трудового процесса (п. 9).

Согласно п. 9 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, в случае несогласия работодателя (его представителя) с содержанием санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника он вправе письменно изложив свои возражения, приложить их к характеристике.

Пунктом 1.7 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176, с последующими изменениями, предусмотрено, что при несогласии работодателя, работника с санитарно-гигиенической характеристикой он вправе письменно изложить свои возражения, приложить их с характеристике, а также направить апелляцию в вышестоящие по подчиненности учреждения Роспотребнадзора в срок не позднее 01 месяца со дня ее получения. Таким образом, определены органы, в компетенцию которых входит рассмотрение разногласий по вопросам санитарно-гигиенической характеристики, срока подачи возражений.

Из обстоятельств по делу следует, что ни работник, ни работодатель ПАО «ГМК «Норильский никель» после утверждения Санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, а также истец при ее получении, не представляли возражений по ее содержанию согласно установленному порядку.

Доказательств тому, что права истца каким-либо образом были нарушены Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда ФИО5 не представлено, более того, истец не является субъектом правоотношений, которые устанавливает и регулирует Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда.

Следовательно, правовых оснований для удовлетворения требований истца о возложения на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности оформить отдельные пункты Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ФИО5 в соответствии с положениями Инструкции от ДД.ММ.ГГГГ № и фактическими обстоятельствами, признании положений характеристики недостоверными, не имеется, ввиду чего данные требования также подлежат отказу в удовлетворении.

Кроме этого, суд учитывает, что согласно вышеприведенных норм п. 1.7 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, для оспаривания санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника, установлен месячный срок, который является пресекательным, то есть специальным, по истечению которого прекращается существование самого права, и лицо утрачивает возможность судебной защиты, что влечет отказ в удовлетворении заявленных требований. Такие последствия суд может применить по своей инициативе, независимо от того, поступит ли заявление от стороны спора о пропуске пресекательного срока.

Истец с требованиями об оспаривании Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № обратился спустя указанный срок. При таких обстоятельствах, пропуск срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении данных требований истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала № 14 к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2», ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» о признании недействительным акта о случае профессионального заболевания, отдельных положений санитарно-гигиенической характеристики условий труда недостоверными в отношении ФИО5, признании недействительными извещений об установлении первичного диагноза хронического профессионального заболевания и об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, возложении обязанности по оформлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда в соответствии с требованиями закона, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в месячный срок, со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Иванова

Мотивированное решение изготовлено 16 ноября 2020 года