Апелляционное определение № 11-3253/2026 от 19 марта 2026 г.

УИД 74RS0№-42

Дело № 2-3466/2025

Судья Бычкова Э.Р.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-3253/2026
20 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Благаря В.А.,

судей Силаевой А.В., Кулагиной Л.Т.,

при ведении протокола

секретарем Галеевой З.З.,

помощником судьи Шевер В.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Челябинска от 05 ноября 2025 года по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о защите прав потребителей.

Заслушав доклад судьи Силаевой А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений на нее, объяснения представителей ответчика ИП ФИО1 – ФИО3, ФИО4, участвовавших в судебном заседании посредством систем видео конференцсвязи и поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ИП ФИО1 о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ 449 000 руб., неустойки за нарушение сроков удовлетворения отдельных требований потребителя - 94 290 руб., компенсации морального вреда 10 000 руб., почтовых расходов 1 651,99 руб., потребительского штрафа, указав в обоснование на то, что 17 марта 2025 года между сторонами заключен договор № на изготовление бани-бочки в соответствии с техническими характеристиками и комплектацией. Цена договора составила 449 000 руб. Истцом по договору уплачено 225 000 руб. Согласно п. 2.1 договора окончание выполнение работ установлено 30 мая 2025 года. Однако баня-бочка к указанному сроку не была изготовлена и истцу не передана. 08 июля 2025 года ФИО2 обратился к ИП ФИО1 с требованием о расторжении договора, возврате уплаченных по договору денежных средств и выплате неустойки за нарушении сроков выполнения работ. 25 и 31 июля, 05 августа 2025 года ответчиком на расчетный счет истца перечислены денежные средства в сумме 225 000 руб. При этом ответчик ответ на претензию не направил, требование о выплате неустойки не удовлетворил. По мнению истца, действия ответчика нарушает его права как потребителя.

В возражениях на иск ответчик ИП ФИО1 просила в удовлетворении заявленных исковых требованиях отказать, ссылаясь в обоснование на то, что денежные средства, уплаченные истцом по договору, ею возвращены, также 06 сентября 2025 года в счет компенсации морального вреда и неустойки ФИО2 перечислено 50 000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержал, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в иске, пояснив, что уплаченные по договору денежные средства ему возвращены только после длительных переписок в мессенджере, телефонных звонков; претензию, направленную посредством почтовой связи, ответчик не получил. Также пояснил, что им заявлены требования о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работы за период с 31 мая 2025 года по 08 июля 2025 года, а также за нарушение срока удовлетворения отдельного его требования, изложенного в досудебной претензии, а именно: выплаты неустойки за нарушение сроков выполнения работы, установленной договором за период с 30 июля 2025 года по 05 августа 2025 год, в размере 449 000 руб.

Ответчик ИП ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Суд постановил решение, которым иск ФИО2 к ИП ФИО1 удовлетворил частично, взыскав с ИП ФИО1 в пользу ФИО2 неустойку за нарушение сроков выполнения работ по договору от 17 марта 2025 года за период с 31 мая 2025 года по 08 июля 2025 года в размере 449 000 руб., компенсацию морального вреда 5 000 руб., штраф 227 000 руб., в возмещение почтовых расходов 826 руб. Постановил решение суда в части взыскания неустойки в размере 45 000 руб. и компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб. в исполнение не приводить в связи с выплатой указанных сумм 06 сентября 2025 года. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказал. Взыскал с ИП ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину 16 725 руб.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ответчик ИП ФИО1 просит решение суда отменить, в удовлетворении иска ФИО2 отказать в полном объеме, указывая на то, что суд не принял во внимание тот факт, что в материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего уведомления ответчика о расторжении договора, о получении претензии истца. Судом не учтен возврат ответчиком истцу денежных средств 25 июля 2025 года в сумме 100 000 руб., 31 июля 2025 года в сумме 50 000 руб., 05 августа 2025 года в сумме 75 000 руб., 06 сентября 2025 года в сумме 50 000 руб. Всего возвращено 275 000 руб. в добровольном порядке из которых 225 000 руб. основной перевод и 50 000 руб. – неустойка и компенсация морального вреда. Взысканная сумма штрафа и неустойки существенно завышены. Просит перейти к рассмотрению дела по правилам производства суда первой инстанции.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

Истец ФИО2, ответчик ИП ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, доказательств уважительности причин своей неявки не представили, об отложении разбирательства дела не просили. Истец ФИО2 просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Информация о рассмотрении дела была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с учетом дополнений, заслушав объяснения представителей ответчика ИП ФИО1 – ФИО3, ФИО4, участвовавших в судебном заседании посредством систем видео конференцсвязи и поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17 марта 2025 года между ИП ФИО1 и ФИО2 заключен договор № 4235 о строительстве бани-бочки. Стороны определили стоимость работ в размере 449 000 руб., начало выполнения работ – 15 мая 2025 года, срок изготовления – до 30 мая 2025 года. На основании п. 3.2 договора, истец уплатил ответчику предоплату в размере 225 000 руб.

Пунктом 7.1 указанного договора предусмотрена ответственность исполнителя за нарушение срока обязательств по договору, а именно исполнитель в случае нарушений сроков поставки, указанных в п. 2.1 заказчик имеет право потребовать неустойку в размере 0,1% от стоимости бани, указанной в п. 3.1 за каждый день просрочки.

08 июля 2025 года ФИО2 в адрес ИП ФИО1, указанный в договоре от 17 марта 2025 года (<адрес>), посредством почтовой связи направлена претензия с требованием о расторжении договора № от 17 марта 2025 года, возврате уплаченной денежной суммы 225 000 руб., а также выплате неустойки за нарушение сроков окончания выполнения работ, в размере 449 000 руб., всего 674 000 руб.

По данным почтового идентификатора претензия возвращена в связи с истечением срока хранения 07 августа 2025 года (л.д. 19-22).

Также из представленных истцом документов, в частности, скриншота экрана отправки следует, что 18 июля 2025 года на электронный адрес ответчика направлен документ поименованный «Претензия».

Согласно справкам по операции 25 июля 2025 года, 31 июля 2025 года, 05 августа 2025 года ответчиком ФИО1 на расчетный счет получателя ФИО2 перечислены денежные средства в общей сумме 225 000 руб., 06 сентября 2025 года на счет истца ответчиком перечислены денежные средства в сумме 50 000 руб.

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 8, 151, 309, 310, 330, 420, 421, 454, 702, 723, 1101 Гражданского кодекса РФ, п.п. 1, 2 ст.4, п. 5, ст. 15, ст. 28 п. 1 ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей», правовыми позициями Верховного Суда РФ, изложенными в пп. «б» п. 32, п. 45 постановления Пленума от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», и исходил из того, что, поскольку ответчиком нарушен срок выполнения работ, а договор от 17 марта 2025 года не содержит в себе отдельных видов работ, которые должен был произвести ответчик, неустойка подлежит исчислению от общей суммы договора (449 000 руб.) и, соответственно, не может превышать эту сумму.

Определяясь с периодом начисления неустойки, суд первой инстанции указал, что конечный срок выполнения работ, предусмотренный договором, истек 30 мая 2025 года, претензия о расторжении договора и возврате уплаченных денежных средств направлена истцом в адрес ответчика 08 июля 2025 года, следовательно, период неустойки за нарушение сроков изготовления и монтажа бани подлежит исчислению с 31 мая 2025 года по 08 июля 2025 года, неустойка за нарушение сроков выполнения работ по договору за указанный период составит 511 860 руб. (449 000 руб. x 3% x 38 дн.), но не более 449 000 руб.

С выводами суда о наличии оснований для взыскания неустойки в сумме 449 000 руб. судебная коллегия, вопреки утверждениям ИП ФИО1, соглашается.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все доказательства, собранные в ходе разрешения спора, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, выводы суда не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, судом приняты во внимание доводы, как стороны истца, так и ответчика, доказательства были исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить спор по существу.

Обсуждая доводы апелляционной жалобы ИП ФИО1 о необходимости применения к спорным правоотношениям сторон положений ст. 333 Гражданского кодекса РФ, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

По смыслу п. 5 ст. 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена – общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Как следует из п.п. 1, 2 ст. 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно п. 34 Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» размер подлежащей взысканию неустойки (пени) в случаях, указанных в статье 23, пункте 5 статьи 28, статьях 30 и 31 Закона о защите прав потребителей, а также в случаях, предусмотренных иными законами или договором, определяется судом исходя из цены товара (выполнения работы, оказания услуги), существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, исполнителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) на день вынесения решения.

Применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В силу п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Между тем, как следует из материалов дела при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции ответчиком ИП ФИО5 не заявлялось о снижении судом штрафных санкций, в связи с чем, с учетом приведенного правового регулирования, вопреки утверждениям представителей ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции 20 марта 2026 года, основания для применения в суде апелляционной инстанции положений ст. 333 Гражданского кодекса РФ отсутствуют.

Утверждения представителя ответчика ФИО5 - ФИО4 о том, что заключенный между сторонами договор имеет смешанный характер, и судом первой инстанции должны были быть применены при разрешении спора положения ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей», материалами дела не подтверждается, а наоборот, опровергается.

В соответствии с п.п. 1-3 ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» договор купли-продажи, предусматривающий обязанность потребителя предварительно оплатить товар, должен содержать условие о сроке передачи товара потребителю. В случае, если продавец, получивший сумму предварительной оплаты в определенном договором купли-продажи размере, не исполнил обязанность по передаче товара потребителю в установленный таким договором срок, потребитель по своему выбору вправе потребовать: передачи оплаченного товара в установленный им новый срок; возврата суммы предварительной оплаты товара, не переданного продавцом.

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара. В случае нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара потребителю продавец уплачивает ему за каждый день просрочки неустойку (пени) в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара. Неустойка (пени) взыскивается со дня, когда по договору купли-продажи передача товара потребителю должна была быть осуществлена, до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной им суммы. Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать сумму предварительной оплаты товара.

Однако, как следует из материалов дела, между сторонами заключен именно договор подряда (л.д. 8-11).

Согласно преамбуле Закона РФ «О защите прав потребителей», потребитель - это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исходя из субъектного состава сделки по выполнению работ по изготовлению квадро бани-бочки, характера сложившихся правоотношений, а также принимая во внимание отсутствие данных о том, что баня-бочка изготавливалась для нужд, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на права и обязанности сторон распространяет свое действие законодательство о защите прав потребителей.

Эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Представляемые стороной доказательства должны отвечать закрепленному в ст. 60 Гражданского процессуального кодекса РФ принципу допустимости доказательств, означающему невозможность подтверждения никакими другими доказательствами обстоятельств дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу п. 2 указанной статьи, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного на осуществление принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Исходя из п. 3 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в гражданском процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Апеллятор утверждает, что между сторонами состоялся смешанный договор, содержащий в себе элементы договоров купли-продажи и подряда.

Обязанность по составлению такого документа возложена законодателем на продавца/исполнителя.

Как следует из материалов дела, договор № от 17 марта 2025 года составлен стороной ответчика машинописным способом, подписан ИП ФИО1, что свидетельствует о том, что при конкретных обстоятельствах настоящего гражданского дела ФИО6 не имел возможности влиять на его содержание.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 02 июля 2024 года № 34-П «По делу о проверке конституционности статей 426, 428 и 438 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО7» указал, что содержащееся в пункте 3 статьи 307 ГК РФ положение о том, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, в том числе учитывая права и законные интересы друг друга, предоставляя друг другу необходимую информацию, является воплощением универсального конституционного требования о добросовестном поведении (Постановления Конституционного Суда РФ от 28 декабря 2022 года № 59-П, от 03 апреля 2023 года № 14-П и др.).

Поскольку данное требование распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности, тем более при установленной законом презумпции добросовестного поведения и разумности действий участников гражданских правоотношений (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), каждый участник оборота имеет обоснованные ожидания соответствующего поведения от других субъектов, в том числе при заключении договора. Положения законодательства об условиях, при которых договор считается заключенным, приобретают особую значимость в отношениях с участием потребителей, защите которых как экономически слабой и зависимой стороны законодатель уделяет повышенное внимание, в связи с чем заключение договоров с участием потребителей в силу особенностей их правового статуса сопряжено с соблюдением дополнительных условий.

Кроме того, как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 43 постановление Пленума от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ).

Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (п. 45 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Договор № от 17 марта 2025 года составлен более сильной стороной правоотношений, в нем стороны по всему тексту поименованы заказчик и исполнитель, имеется ссылка на характеристики и комплектацию объекта.

Указанные обстоятельства, вопреки доводам апеллянта, давали более слабой стороне – потребителю полагаться на то, что с ним заключен договор бытового подряда, а не купли-продажи.

Проверяя доводы автора жалобы о необходимости рассмотрения дела по правилам производства суда первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия обстоятельств, с которыми процессуальный закон связывает возможность отмены решения суда по основаниям ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, не усматривает.

Ссылку ответчика на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства уведомления индивидуального предпринимателя о расторжении договора судебная коллегия находит ошибочной, поскольку такое уведомление направлялось ФИО6 по адресу юридическому адресу исполнителя, указанному в апелляционной жалобе и других процессуальных документах ответчика (<адрес>). Неполучение корреспонденции по данному адресу относится к собственным рискам ИП ФИО1

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу по делу, разрешил спор в соответствии с приведенными выше нормами законодательства, регулирующими спорные правоотношения сторон, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, которым в соответствии со статьями 60, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ дана надлежащая оценка.

Доводы заявителя жалобы о ее несогласии с оценкой доказательств, данной судом, и с распределением бремени доказывания повторяют позицию истца, изложенную ее представителем в суде первой инстанции, и не могут являться основанием для отмены принятого по делу судебного акта.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Челябинска от 05 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 03 апреля 2026 года