Решение № 2-361/2020 2-361/2020(2-4056/2019;)~М-4010/2019 2-4056/2019 М-4010/2019 от 9 февраля 2020 г. по делу № 2-361/2020

Дело № 2-361/2020

55RS0004-01-2019-005327-39


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 февраля 2020 года г. Омск

Октябрьский районный суд г. Омска в составе:

председательствующего судьи Руф О.А.,

при секретаре Серебренниковой О.С.

при помощнике судьи Бычковой Ю.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности договора дарения,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным. В обосновании требований указала, что в октябре прошлого года к ней по адресу <...> пришли судебные приставы и искали ФИО2, у которого имеются не исполненные денежные обязательства. Она сообщила, что ФИО2 в данной квартире никогда не жил, а проживает по иному адресу. Со слов судебного пристава ей стало известно, что собственником данной квартиры значится ФИО2 В целях уточнения вопроса о наличии права собственности на квартиру со стороны ФИО2, она 01.11.2019 г. обратилась к юристу, 02.11.2019 г. заказала выписку в МФЦ о зарегистрированных правах на данное жилое помещение, получив выписку узнала, что действительно собственником кв. 33 по адресу <...> указан ФИО2, основанием для регистрации права собственности указан договор дарения от 02.04.2014 г. 22.11.2019 г. ФИО1 получила копию договора дарения от 02.04.2014 г., из которой видно, что она подарила свою квартиру ФИО2

Однако, она не намеревалась данную квартиру дарить, а заключала в 2014 г. с ФИО2 (сыном своей подруги ФИО3) договор пожизненного содержания, т.к. она оставалась одна, похоронив в 2006 г. сына ФИО4, а в 2013 г. сына ФИО5 и мужа ФИО6

Ей была нужна поддержка, т.к. она в связи с трагическими событиями стала употреблять спиртное, со стороны подруги ФИО3 поступило предложение об оформлении договора дарения на ее сына. Она же ФИО1 обратилась к юристу за консультацией, где ей было разъяснено заключение договора пожизненного содержания, то есть ренты, без оформления договора дарения. Истец ФИО1 данное предложение озвучила ФИО3, та сказала, что подумает с сыном. В апреле 2014 г. ее на легковом автомобиле ФИО3 и ФИО2 привезли в правовой центр, где она подписала договор пожизненного содержания, в котором были условия по ее содержанию со стороны ФИО2 Она прочитала только один экземпляр договора, остальные документы подписала не читая. После документы были сданы на регистрацию. В дальнейшем она осталась проживать в квартире, несла бремя содержания по оплате коммунальных услуг, в 2018 г. поставила пластиковые окна, заменила сантехнику, за ее установку она оплатила ответчику 2 000 руб., а так же платила ему иные услуги. С 2017 г. отношения с семьей З-ных у нее ухудшились, они перестали ее навещать. Полагает, что срок исковой давности для признания договора дарения недействительным не пропущен, т.к. о данном договоре дарения она узнала в октябре 2019 г. Считает, что сделка была совершена под влиянием заблуждения, данная сделка совершена формально, поскольку фактически в квартиру новый собственник не вселялся, коммунальные платежи не оплачивал, вещей его в квартире нет, ключи не передавались. Полагает, что она заблуждалась относительно природы данной сделки.

Просила суд признать договор дарения жилого помещения недействительным, применить последствия недействительности договора дарения.

Истец ФИО1 участия в судебном заседании не принимала, о времени и дне слушания дела извещена надлежаще. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить. Дополнительно суду пояснила, что она подписывала договор пожизненного содержания, т.к. намерена далее проживать в своей квартире, а ФИО2 должен был ей помогать покупать лекарства, делать при необходимости ремонт и иное, а квартира перейдет Леониду после ее смерти. Она продолжала проживать в своей квартире, оплачивала коммунальные услуги, поставила новые окна ПВХ, вещей ФИО2 в квартире не имеется, он в ней не прописан и никогда не проживал. Дарить она ему квартиру не собиралась, т.к. у нее больше жилья нет. Не отрицала, что ФИО2 и его мать сделали ей в комнате ремонт, переклеили обои. При этом за данную услугу она им заплатила деньги. В последствии она так же просила ФИО2 установить ей унитаз, поменять лампочки, съездить с ней в магазин и приобрести сантехнику, за что ему платила деньги. Кроме того, на установку окон она оформила кредит в ПАО «Совкомбанк», окна установила, кредит погасила. Просила суд восстановить срок исковой давности т.к. о том, что она перестала быть собственником квартиры и оформила договор дарения узнала в октябре 2019 г. Просила суд исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО7 (по доверенности) исковые требования поддержала и просила их удовлетворить. Суду пояснила, что срок исковой давности не пропущен в связи с тем, что о нарушении своего права ФИО1 узнала в октябре 2019 г., с иском обратилась в декабре 2019 г. в пределах срока исковой давности. Со стороны ответчика ФИО2 была введена в заблуждения относительно природы сделки. Намерений дарить квартиру у нее не было, т.к. она бы при этом теряла право собственности и могла лишиться квартиры как своего единственного жилья. Она оговаривала условия содержания с ФИО2, по которым ФИО2 обязан был оплачивать коммунальные услуги, приобретать на свои средства лекарства, делать ремонт в квартире, убирать в квартире, а так же ухаживать до смерти за ФИО1, а после ее смерти квартира перейдёт к ФИО2 в собственность. ФИО2 родственником истца не является, вещей в квартире не имеется, он в квартиру не вселялся, имеет в собственности другое жилое помещение. При этом после подачи иска ФИО8, он подал в Куйбышевский суд г. Омска исковое заявление о выселении ФИО1 из спорного жилого помещения, тем самым злоупотребил правом.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Просил суд применить срок исковой давности и отказать в иске. Суду пояснил, что ни о каком договоре пожизненного содержания речь не шла, изначально они с ФИО8 заключили именно договор дарения. Он же не собирался в данной квартире проживать, т.к. у него есть другое жилье, где он прописан и живет. ФИО1 просила его оформить договор дарения, т.к. боялась, что со стороны своих родственников к ней будут притязания по данному жилому помещению. Он же действительно сделал в ее квартире ремонт, оказывал по ее просьбе услуги, привозил продукты, приобретал с ФИО1 сантехнику и ее установил, одно все это делал безвозмездно. Он установил в квартире пластиковые окна. Не отрицал факт того, что действительно обратился в Куйбышевский суд г. Омска с иском о выселении ФИО1 Он поступил так с намерением продать данную квартиру и приобрести на свое имя другое жилье, куда вселить ФИО1

Представитель ответчика ФИО9 (по устному ходатайству) просил суд применить срок исковой давности т.к. истец обратилась в суд с иском по истечении трех летного срока. Кроме того считает, что оснований для признания договора дарения недействительным не имеется, т.к. истец достоверно знала, что подписала именно договор дарения квартиры, речи о заключении договора пожизненного содержания не было. Истец самостоятельно приняла решение и подарила квартиру ФИО2

Свидетель ФИО3 суду пояснила, что истец приходится ей подругой, вместе работали, ответчик ее родной сын. После смерти родственников (мужа и сына в 2013 г) ФИО1 осталась одна, она же и предложила ей заключить договор дарения с ее сыном ФИО2 Оформление документов проходило в 2014 г. в МФЦ, где ФИО1 подписала все документы, договор был ей прочитан. Она и сын сделали ремонт в квартире, помогали ей по дому, что-то стирали, что-то сын ремонтировал по ее просьбе. Заменили в 2018 г. окна и дверь на балкон, денег от ФИО1 не брали.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что знает хорошо ФИО1 и ФИО3, с которыми ранее работала, знает ФИО2 Со слов ФИО1 ей известно, что она заключила договор пожизненного содержания с ФИО2, намерений дарить квартиру у нее не имелось. В последствии ей стало известно, что ФИО2 намерен ее выселить из квартиры.

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что является соседкой ФИО1, которая проживает в их доме с 2013-2014 г., ей известно со слов ФИО1, что она подписала договор пожизненного содержания, а потом как оказалось это был договор дарения. К ней приходил молодой мужчина с пожилой женщиной и просили подписать документ о его проживании в квартире 33. Она отказалась от его подписания.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения сторонами договора дарения) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных частью 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки (пункт 3 части 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных положений данной нормы, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Материалами дела установлено, что 02.04.2014 г. между ФИО1 (Сторона 1) и ФИО2 (Сторона 2) заключен и подписан договор дарения кв. 33 расположенной по адресу <...>.

Данная квартира на праве собственности принадлежала ФИО1

По условия договора п. 6 право собственности у Стороны 2 (ФИО2) возникает с момента внесения записи о государственной регистрации права собственности в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

П. 7 договора предусмотрено, что «Сторона 2» (ФИО2) осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию приобретаемого жилого помещения пропорционально принадлежащей ему доле, в соответствии с правилами и нормами, действующими в РФ, а также участвует соразмерно занимаемой площади в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в т.ч. капитальным ремонтом всего дома (л.д. 17-18).

Согласно выписки из ЕГРП право собственности на кв. 33 по адресу <...> зарегистрировано на ФИО2 (л.д. 34-36).

Из сведений предоставленных отделом адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Омской области ФИО1 зарегистрирована в кв. 33 по адресу <...> с 19.07.2005 г., ФИО12 зарегистрирован по адресу <...> с 16.09.2005 г. (л.д. 32)

Из копии лицевого счета от 06.11.2019 г. выданного УК «Сибжилсервис» следует, что в кв. 33 расположенной по адресу <...> зарегистрирована в качестве собственника ФИО1 с 19.07.2005 г. (л.д. 20).

Из копии лицевого счета от 27.12.2019 г. выданного УК «Сибжилсервис» следует, что в кв. 33 расположенной по адресу <...> зарегистрирована ФИО1 с 19.07.2005 г., ФИО2 указан без регистрации как собственник (л.д. 47).

По запросу суда представлен отказной материал № 376696/9280.

На основании заявления ФИО1 проведена проверка по факту совершения мошеннических действий в отношении ФИО3 и ФИО2

Вынесено постановление от 11.12.2019 г. об отказе в возбуждении уголовного дела п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

25.12.2019 г. данное постановление отменено зам.прокурора Октябрьского АО г. Омска, материал направить для проведения дополнительной проверки.

В судебном заседании с достоверностью установлено, что ФИО2 родственником ФИО1 не является, в кв. 33 по адресу <...> никогда не вселялся и в ней прописан не был.

Согласно представленных в материалы дела квитанций по оплате коммунальных услуг за 2017-2019 г., где собственником значиться ФИО1, как пояснила ФИО1 за коммунальные услуги она несет бремя содержания, что подтвердил сам ответчик в судебном заседании.

В обосновании заявленных требований истцом в материалы дела предоставлены квитанции на приобретение смесителя, мойки, гофры в июле 2018 г. на сумму 8 130 руб., телевизора в апреля 2019 г., комплекта батарей с дополнительным монтажным оборудованием на 19 536,руб., справка из ПАО «Совкомбанк» о погашении кредита в размере 96 374,69 руб. период кредитования с 21.02.2018 г. по 27.06.2018 г., квитанция на приобретение газовой плиты «Дарина» на 11 211 руб.50 коп., договор бытового подряда от 03.07.2018 г. заключенного между ООО «Оконщик» и ФИО2 на установку окон ПВХ по адресу кв. 33 <...>.

Однако, как пояснила истец данный договор был оплачен ФИО1 в сумме 40 972 руб., о чем предоставлен товарный чек с подписью истца.

В обоснование требований истец ссылался на то, что она не знала, что подписывает договор дарения, т.к. она подписывала экземпляр договора пожизненного содержания с условиями которого она была согласна, однако как полагает, документ был ей подписан другой и намерения подарить свое единственное жилье чужому человеку она не имела.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен был решаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение существенно для данного участника сделки. При этом важное значение имеют выяснение наличия и оценка таких обстоятельств, как преклонный возраст истца, состояние его здоровья, возможность истцу прочитать и понять условия сделки.

При этом как пояснила истец, в связи с утратой близких родственников (сыновей и мужа) она находилась в трудной жизненной ситуации, что усугубило ее состояние здоровья и она стала употреблять алкоголь.

Судом установлено, что после заключения договора дарения 02.04.2014 истец продолжает проживать в квартире, несет бремя содержания по жилому помещению, в т.ч. осуществляет за свой счет благоустройство квартиры, намерений вселиться в квартиру у ответчика не было, как пояснил ответчик у него имеется другое жилое помещение, в котором он проживает.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу требований приведенных правовых норм поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Судом установлено, что после подачи искового заявления ФИО1 о признании договора дарения недействительным, ответчик ФИО2 обратился с исковым заявлением в Куйбышевский районный суд г. Омска о выселении ФИО1 из кв. 33 по адресу <...>, признании утратившей право на жилое помещение, снятии с регистрационного учета.

В материалы дела представлена копия искового заявления, а так же определение суда от 10.01.2020 г. о принятии и подготовке дела к судебному разбирательству.

Ответчик в судебном заседании подтвердил, что данный иск им подан после получения искового заявления ФИО1, из чего суд усматривает очевидное отклонение действий участника гражданского оборота ответчика ФИО2 от добросовестного поведения.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 заявлены обоснованно, поскольку у ответчика не имелось намерений фактически принимать квартиру в дар, а истец не была намерена заключать договор дарения, а изъявляла желание заключить договор пожизненного содержания.

По мнению суда, ФИО1 со стороны ответчика ФИО12 и его матери ФИО3 была введена в заблуждение относительно природы заключаемого договора.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, который по мнению стороны ответчика начал течь с даты подписания договора дарения т.е. с 02.04.2014 г., срок исковой давности составляет 3 года, с иском ФИО1 обратилась по истечении срока.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ч. 1 ст. 195 ГК РФ).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ч. 1 ст. 196 ГК РФ).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ч. 1 ст. 200 ГК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в п.1, п. 2 под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого прав

Суд не может согласиться с данным ходатайством стороны ответчика, поскольку объективно о нарушении своего права истец узнала только после получения выписки из ЕГРП датированной 13.11.2019 г. (л.д. 11).

Таким образом, с даты 13.11.2019 г. начал течь срок исковой давности т.к. именно 13.11.2019 г. истцу достоверно стало известно, что собственником кв. 33 по адресу <...> является ФИО2

С иском истец обратилась 27.12.2019 г. в пределах срока исковой давности.

С учетом того, что суд удовлетворил требования истца и признал договор дарения недействительным, суд считает возможным применить последствия недейственности сделки и возвратить в собственность ФИО1 квартиру 33 по адресу <...>.

Прекратить право собственности ФИО2 в отношении квартиры 33 по адресу <...>.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истцом при подачи иска оплачена государственная пошлина, с ответчика как с проигравшей стороны суд взыскивает в пользу истца расходы по государственной пошлине в сумме 300 руб.

С ответчика подлежит взысканию государственная пошлина по требования неимущественного характера о применении последствий недействительности сделки и взыскании в бюджет г. Омска 600 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194–199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности договора дарения удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от 02 апреля 2014 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 в отношении квартиры 33 расположенной по адресу <...>.

Применить последствия недействительности сделки путем возврата в собственность ФИО1 квартиры 33 расположенной по адресу <...>

Прекратить право собственности ФИО2 в отношении квартиры 33 расположенной по адресу <...>.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в бюджет г. Омска 600 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по государственной пошлине 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Омский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Омска.

Председательствующий: О.А. Руф

Мотивированное решение изготовлено 17.02.2020 г.