Апелляционное определение № 11-4885/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Абрамовских Е.В.

Дело №2-111/2025

УИД 74RS0028-01-2024-005363-10


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



Дело № 11-4885/2026
19 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Шалиевой И.П.,

судей Парневовой Н.В., Губиной М.В.,

при секретаре Вырышеве М.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Копейского городского суда Челябинской области от 29 декабря 2025 года по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, Администрации Копейского городского округа Челябинской области о возложении обязанности, устранении препятствий в пользовании, о понуждении демонтировать незаконно построенный навес и канализационную яму-колодец, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 об установлении границы между земельными участками.

Заслушав доклад судьи Шалиевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО1, его представителей по доверенности ФИО3, по ордеру ФИО5, третьего лица ФИО6, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7, возражавшей относительно доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился с иском в суд к ФИО2 (с учетом неоднократных уточнений), в котором просил возложить на ответчика ФИО2 обязанности:

произвести демонтаж незаконно построенной части забора, включая его бетонное основание, которые находятся на территории участка истца, расположенного по адресу: <адрес>, заступают за границу участка истца, утвержденную в кадастровой выписке и ЕГРН в следующих координатах:

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

демонтировать незаконно построенную канализационную яму-колодец, расположенную рядом с баней ответчика, вблизи со скважиной для питьевой воды, отраженной в судебной экспертизе №.2025, а также канализационную яму, расположенную на муниципальном земельном участке, рядом с участком истца;

сделать водоотведение на принадлежащем ответчику участке, устранить течь воды с крыш, водосточных труб и участка расположенного по адресу: <адрес>, на территорию участка истца, расположенного по адресу: <адрес>, смонтировать водоотводную канаву в соответствии с экспертным заключением № и требованиями СНиП 2.06.15-85;

произвести демонтаж незаконно построенного навеса и части бани, находящейся на участке ответчика ближе 1 метра от кадастровой границы участка истца, утвержденной в ЕГРН в следующих координатах:

№ точки

Координаты

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

крыша которой смонтирована со скатом на двор истца, что приводит к подтоплению его участка и несет угрозу жизни и здоровью истца и его семье, что подтверждается экспертным заключением №;

возложении на ФИО8 и администрацию Копейского городского округа обязанности демонтировать незаконно построенный навес и канализационную яму-колодец на муниципальной земле, на придомовой территории у дома ответчика ФИО2, расположенного по адресу <адрес>, отраженных в судебной экспертизе №

взыскании с ответчика ФИО4 компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., расходов по составлению заключения кадастрового инженера размере 3 500 руб., расходов на юридические услуги в размере 50 000 руб., расходы на проведение судебной экспертизы в размере 70 000 руб. (т.1 л.д.4-9; 157-199; т.2 л.д.1-4; т.3 л.д.185-188; 238-240; т.4 л.д.5-8, 65-68).

В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ истец получил межевой план на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>. На данном земельном участке истец построил дом. Спустя несколько лет новый сосед – ответчик ФИО2 начал заниматься строительством дома на своем земельном участке, поднял уровень земли, вода со всех труб льется на участок истца. Также ответчик установил забор, часть которого находится на территории истца. Кроме того, ответчик возвел постройки – баню и навес, не отступив расстояние в 1 м, как того требует строительный регламент. Ответчик смонтировал скат крыш своих построек по всей линии на участок истца, что приводит к постоянному скоплению воды на участке истца. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направил ФИО2 претензию, ответа не последовало.

ФИО2 обратился к ФИО1 со встречным исковым заявлением (с учетом уточнения) об установлении смежной границы земельных участков с кадастровым номерами № и № в следующих координатах:

для земельного участка с КН №, расположенного по адресу <адрес>А:

Характерные точки

Координаты X

Координаты У

Погрешность

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

для земельного участка с КН №, расположенного по адресу <адрес>:

Характерные точки

Координаты X

Координаты У

Погрешность

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

В обоснование требований указал, что ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу <адрес>А. ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу <адрес>. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ между участками стоял старый забор из деревянного штакетника. По совместному решению сторон старый забор был демонтирован и установлен новый забор из профилированного листа. Как следует из сведений ЕГРН на земельный участок с кадастровым номером №, его площадь составляет 2800+/-37 кв.м. То есть допустимая погрешность, не влияющая на изменение общей площади участка, не требующая внесения исправлений в ЕГРН, и, соответственно, на нарушающая имущественные права ответчика составляет 37 кв.м. Как указано на стр. 32 экспертного заключения наложение участка ФИО2 на участок ФИО1 составляет 0,46 м, что значительно ниже 5%, установленных законом, и не превышает установленную погрешность. Полагает, что демонтаж и перенос забора не отвечает имущественным интересам обеих сторон, и может повлечь иные нарушения имущественных прав какой-либо из сторон (т.2 л.д.5-7; т.3 л.д.183; т.4 л.д.62).

Истец по первоначальному иску (ответчик по встречному иску) ФИО1 о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее, при выездном судебном заседании пояснил, что заявленные им требования поддерживает, против удовлетворения встречных требований возражает.

Представитель истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО3 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал.

Ответчик по первоначальному иску (истец по встречному иску) ФИО2 о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее, при выездном судебном заседании пояснил, что заявленные им встречные требования поддерживает, против требований ФИО1 возражает.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО7 в судебном заседании встречные исковые требования с учетом их уточнения поддержала, против первоначальных требований возражала.

Ответчик администрация Копейского городского округа о рассмотрении дела извещена надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, в материалы дела представлен письменный отзыв.

Третьи лица Управление Росреестра по Челябинской области, ФИО6, ФИО9 о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Ранее ФИО6 (супруга ФИО1) в судебном заседании пояснила, что действительно сосед построил навес, и крыша с навеса имеет скат на их участок. У них есть скважина, и от воды пошел запах, от чего не знает. Анализ воды не делали. Перед строительством своего дома вызывали комиссию. Супруг строил дом сам. Скважину делала организация. Участок подтапливает. Когда они жили в маленьком доме, половина участка была в воде от озера, которое рядом. Когда воду из озера стали откачивать, участок стал сухим. Ни какие геодезические работы на участке не производили. В ДД.ММ.ГГГГ году были дожди, вся вода шла на их участок. Все ручьи шли от бани соседа. Когда начали строить баню, у ФИО10 была яма, было слышно шум воды. Где сейчас находится колодец, она не знает. Что в настоящее время происходит на участке ФИО10, она не знает из-за высокого забора. В настоящее время воду для питья они покупают, из скважины воду не пьют. В дом идет сырость, на участке сырость. Дом снаружи не имеет отделки, внутри дома чистовая отделка, в трех комнатах наклеены обои. Супруг, она и трое детей зарегистрированы в доме. Дети ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Дети ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ инвалиды. На участке имеются строения, семья ведет свое хозяйство, содержат быков, есть три собаки. Навоз вывозят. Она не допускает, что в скважину могут попадать отходы от животных. Вид разрешенного использования участка – ведение подсобного хозяйства.

Решением Копейского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ с учетом определения Копейского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ об исправлении описки исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворены частично.

Возложены на ФИО2 обязанности в течение шести месяцев с момента вступления решения суда в законную силу:

обустроить перехватывающую водоотводящую канаву на участке с КН №, расположенном по адресу <адрес>А вдоль бетонного основания, на котором установлено металлическое ограждение, с уклоном в северо-западную сторону;

переустроить водосточную трубу кровли бани таким образом, чтобы сток из нее осуществлялся в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с КН № расположенном по адресу <адрес> с уклоном в северо-западную сторону;

установить снегозадерживающие устройства барьерного типа высотой не менее 20 см по всей длине ската кровли бани, расположенной по адресу <адрес>;

переустроить систему водоотвода с кровли навеса расположенного по адресу <адрес> в соответствии с п. 9.1 СП 17.13330.2017 «Кровли», утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №/пр, с отводом стоков в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с КН № расположенном по адресу <адрес>А с уклоном в северо-западную сторону.

Взыскана с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере 15 000 руб., расходы на юридические услуги в размере 16 650 руб., расходы по проведению экспертиз в размере 24 475 руб. 50 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований и требованиях к администрации Копейского городского округа Челябинской области – отказано.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 об установлении границ между земельными участками с кадастровыми номерами № и № удовлетворены.

Установлена граница между земельными участками с кадастровыми номерами № и № в следующих координатах:

для земельного участка с КН №, расположенного по адресу <адрес>А:

Характерные точки

Координаты X

Координаты У

Погрешность

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

для земельного участка с КН №, расположенного по адресу <адрес>:

Характерные точки

Координаты X

Координаты У

Погрешность

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение Копейского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в части отказа в удовлетворении требований о демонтаже части забора и его бетонного основания, части бани, расположенной ближе 1 м от границы участка истца, навеса, расположенного за пределами участка ответчика, канализационной ямы-колодца у бани, в части снижения компенсации морального вреда, распределении судебных расходов и удовлетворения встречного истца ФИО2; принять по делу новое решение об удовлетворении требований истца ФИО1 в полном объеме, отказать в удовлетворении встречного истца ФИО2

Указывает на неправомерный отказ суда в требованиях о демонтаже части забора, заступающего на участок истца. Полагает, что суд первой инстанции допустил существенную ошибку при оценке доказательств, поскольку признал факт наложения границ, при этом отказал в требовании истца о демонтаже, ссылаясь на «совместное решение» о демонтаже старого забора в ДД.ММ.ГГГГ году. Полагает, что согласие на демонтаж старого ограждения не означает согласия на нарушение границ по ЕГРН при установке нового забора. Считает, что показаниями свидетелей ФИО11 и ФИО12 подтверждается, что при монтаже нового забора допущено искривление конструкции без согласования смещения границ. Кроме того считает, что судом первой инстанции не учтено, что границы участков по ЕГРН были согласованы собственниками в 2010 году при межевании, что подтверждается актом согласования границ от ДД.ММ.ГГГГ на листе дела 202 т.2. Также указывает, что фактическое ограждение существует на местности менее 15 лет (установлено в 2021 г.), поэтому в силу ч. 10 ст. 22 Федерального закона № 218-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент межевания) не может служить основанием для изменения границ, установленных в ЕГРН.

Считает, что удовлетворяя встречный иск об установлении границ по существующему ограждению, суд первой инстанции фактически легализовал захват 0,46 м территории истца, что противоречит принципу неприкосновенности собственности.

Кроме того полагает, что суд первой инстанции допустил внутреннее противоречие при оценке заключения эксперта, указав в мотивировочной части, что выявленные нарушения конструкции кровли бани создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей, а также что установленное подтопление участка истца по вине ответчика создает не только препятствия для его использования и разрушение основания капитальных строений, но и угрожает загрязнением скважины питьевой воды у истца. Однако при разрешении требований истца ФИО1 о демонтаже части бани суд указал на отсутствие угрозы жизни и здоровью граждан выявленными нарушениями. Кроме того полагает, что снегозадерживающие устройства не устраняют саму угрозу и не решают проблему нарушения отступа на 1 м, устранить которую возможно только демонтажем части строения.

Также полагает неправомерным отказ в демонтаже навеса, расположенного на муниципальной земле, поскольку, по мнению заявителя жалобы, отсутствие претензий со стороны администрации не освобождает ответчика от обязанности устранить последствия самовольного занятия земельного участка.

Считает также, что судом первой инстанции также необоснованно снижен размер компенсации морального вреда. Полагает, что судом не учтено значительное и длительное ухудшение ответчиком условий жизни истца и его семьи, а именно наличие в семье истца двух детей-инвалидов (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ г.р.), что усиливает нравственные страдания, длительность конфликта (с ДД.ММ.ГГГГ года по настоящее время), угроза жизни и здоровью от падения снега и льда с крыши бани, подтопление участка, делающее невозможным полноценное ведение личного подсобного хозяйства, а также вынужденный отказ семьи от использования скважины для питьевых целей.

Кроме того, полагаете ошибочными выводы суда в части распределения судебных расходов. Полагает, что основное требование истца устранение подтопления - удовлетворено полностью, хотя и в иной процессуальной форме, в связи с чем судом изменен способ защиты права, но не отказано в удовлетворении требований. Также указывается, что судом при определении разумности расходов следует учитывать сложность дела, объем оказанных услуг. Указывает, что дело требовало проведения комплексной экспертизы, выездного заседания, анализа кадастровой документации.

Считает, что разрешая встречные исковые требования, судом не учтено согласование смежной границы в 2010 году, а также проигнорированы требования ч. 10 ст. 22 ФЗ № 218-ФЗ о 15-летнем сроке существования фактических границ для их признания основанием изменения границ по ЕГРН.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки суду не сообщили, в связи с чем судебная коллегия в соответствии с положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав истца, представителей сторон, третьего лица, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене в части удовлетворения встречного иска ФИО2 об установлении смежной границы, и изменения в части распределения судебных расходов.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, собственником земельного участка с КН №, площадью 2 800+/-37 кв.м, категории земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для личного подсобного хозяйства, дата присвоения кадастрового номера – ДД.ММ.ГГГГ, расположенного по адресу <адрес> является ФИО1, что подтверждается выпиской из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ №№ (т.1, л.д. 65-69). Статус записи об объекте недвижимости - актуальные, ранее учтенные; сведения о границах внесены в ЕГРН. На территории участка с КН № расположен жилой <адрес>, хозяйственные постройки, скважина.

Собственником земельного участка с КН №, площадью 898+/-10 кв.м., категории земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, дата присвоения кадастрового номера – ДД.ММ.ГГГГ, расположенного по адресу <адрес>А (адрес уточнен в ходе рассмотрения дела, ранее - <адрес>) является ФИО2, что подтверждается выпиской из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 77-80).Статус записи об объекте недвижимости - актуальные; сведения о границах внесены в ЕГРН. На территории участка с № расположен жилой <адрес>, хозяйственные постройки, в том числе баня и навес, а также канализационная яма (далее - выгреб).

Между смежными участками с кадастровыми номерами № и № имеется забор из профилированного листа на бетонном основании.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ФИО1 была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено ФИО18 (ФИО19

Согласно выводам эксперта, изложенных в заключении № (т.3 л.д.120-169), фактическое местоположение смежной границы участков с кадастровыми номерами № и № сопоставимо, но не соответствует местоположению смежной границы участков по сведениям ЕГРН - имеет место взаимное наложение фактических границ участков на границы по сведениям ЕГРН, в том числе имеет место наложение проекции свеса кровли исследуемой бани на границы участка с кадастровым номером № по сведениям ЕГРН - максимальное наложение составляет 0,37 м.

Однозначно установить местоположение смежной границы участков с кадастровыми номерами № и № согласно правоустанавливающим документам, не представилось возможным.

Сведения о границах участка с кадастровым номером № были внесены в ЕГРН на основании Межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д. 198 - 205). Местоположение смежной границы участков с кадастровым номером № и № (№) в межевом плане (и, соответственно, по сведениям ЕГРН) было согласовано собственниками участков (т.2, л.д. 202).

Участок с кадастровым номером № был образован в результате раздела участка с кадастровым номером № на основании Межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д. 106 - 114).

Сведения о границах участка с кадастровым номером № были внесены в ЕГРН на основании Межевого плана от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.138- 145).

Местоположение смежной границы участков с кадастровым номером № и № по сведениям ЕГРН подтверждается ортофотопланами с зарамочным оформлением масштаба 1:2000 в МСК-74 в формате Maplnfo на <адрес> (кадастровый квартал №), ДД.ММ.ГГГГ г. и съемкой со спутника.

Фактически существующее ограждение на смежной границе участков с кадастровыми номерами № и № существует на местности менее 15 лет.

Оснований для вывода о наличии реестровой ошибки в сведениях ЕГРН о местоположении смежной границы участков с кадастровыми номерами № и № экспертом не установлено и указано на то, что действующими нормативными актами предусмотрена возможность проведения процедуры перераспределение земельных участков, с помощью которого возможно устранение взаимного наложения участков.

Отметки рельефа участка с кадастровым номером № вдоль восточной смежной границы расположены выше, чем участка с кадастровым номером №, в западной – ниже, имеет место подтопление участка с кадастровым номером №.

Конструкции кровель навеса и бани на участке с кадастровым номером № и их уклон также приводят к подтоплению территории участка с кадастровым номером №.

Для устранения подтопления территории участка с кадастровым номером №, связанной с перепадом высот между участками и попаданием осадков с кровли бани и навеса, необходимо: обустройство перехватывающей водоотводящей канавы на участке с кадастровым номером № вдоль бетонного основания, на котором установлено металлическое ограждение, с уклоном в северо-западную сторону; переустройство водосточной трубы кровли бани таким образом, чтобы сток из нее осуществлялся в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с кадастровым номером № с уклоном в северо-западную сторону; установка снегозадерживающих устройств барьерного типа высотой не менее 20 см по всей длине ската кровли исследуемой бани; переустройство системы водоотвода с кровли навеса в соответствии с п. 9.1 СП 17.13330.2017 «Кровли», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр с отводом стоков в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с кадастровым номером № с уклоном в северо-западную сторону.

Местоположение бани и навеса на участке с кадастровым номером № нарушает градостроительные нормы и правила в части расстояния до границ смежного участка, а именно требования: п. 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации №1034/пр от 30.12.2016; п. 5.3.4 СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства», введен в действие Приказом ЦНИИЭПгражданстроя от 24.11.1999 г. №80; «Правил землепользования и застройки Копейского городского округа», утв. Решением Собрания депутатов городского округа от 19.12.2012 г. №639-МО.

Выявленные нарушения градостроительных норм не создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей, при этом их устранение возможно только путем частичного демонтажа исследуемой бани и навеса.

Иные нарушения противопожарных, санитарных и иных норм в отношении навеса, бани и выгреба на участке с кадастровым номером №, не установлены.

Конструкция кровли бани на участке с кадастровым номером № нарушает строительные нормы и правила, а именно, требования п. 9.11 СП 17.13330.2017 «СНиП 11-26-76. Кровли», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр. Система водоотвода ливневых вод навеса на участке с кадастровым номером № выполнена с нарушением требований п. 9.11 СП 17.13330.2017 «СНиП 11-26-76. Кровли», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр. Способы устранения нарушений, связанных с конструкцией кровель бани и навеса на участке с кадастровым номером №, приведены в выводах на вопросы 3 и 4 заключения.

После проведенной по делу экспертизы от сторон поступили вопросы, ответы на которые даны в письменном пояснении к Заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.177-179).

Экспертом указано, что на стр. 32 Заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выявлено взаимное наложение фактических границ участков с КН № и № на границы по сведениям ЕГРН.

Для устранения подтопления территории участка с кадастровым номером №, связанной с перепадом высот между участками и попаданием осадков с кровли бани и навеса, необходимо: обустройство перехватывающей водоотводящей канавы на участке с кадастровым номером № вдоль бетонного основания, на котором установлено металлическое ограждение, с уклоном в северо-западную сторону; переустройство водосточной трубы кровли бани таким образом, чтобы сток из нее осуществлялся в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с кадастровым номером № с уклоном в северо-западную сторону; установка снегозадерживающих устройств барьерного типа высотой не менее 20 см по всей длине ската кровли исследуемой бани; переустройство системы водоотвода с кровли навеса в соответствии с п. СП 17.13330.2017 «Кровли», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр с отводом стоков в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с кадастровым номером № с уклоном в северо-западную сторону».

Перехватывающая водоотводящая канава должна быть выполнена по всей длине смежной границы исследуемых участков со стороны участка с КН №, вдоль бетонного основания, на котором установлено металлическое ограждение.

Уклон канавы должен быть выполнен в северо-западную сторону, то есть по направлению к озеру.

Необходимость выполнения канав вдоль ограждений на других, не смежных с участком с КН №, границах, то есть по периметру всего участка, отсутствует.

В рамках составления Заключения эксперта были выявлены нарушения в конструкции кровли бани, связанные с тем, что осадки с кровли данного строения попадают на территорию участка с КН №.

В ходе исследования были учтены габариты кровли бани, а также ее уклон, и установлено, что для исключения попадания снежных и ледяных масс на территорию участка с КН № необходимо выполнить снегозадерживающие устройства высотой не менее 20см. Снегозадерживающие устройства, должны быть барьерного типа (сетчатые или сплошные), то есть полностью препятствующие попаданию осадков на территорию смежного участка.

В случае невозможности установки снегозадерживающих устройств высотой не менее 20 см, возможны следующие способы устранения нарушений, связанных с попаданием снежных и ледяных масс с кровли бани на территорию участка с КН №: демонтаж бани; проведение реконструкции бани, в результате которой будет изменен уклон кровли бани, в сторону, не направленную на участок с КН №.

Для устранения подтопления территории участка с кадастровым номером №, связанной с перепадом высот между участками и попаданием, с кровли бани и навеса, необходимо переустройство системы водоотвода с кровли навеса в соответствии с п.9.1 СП 17.13330.2017 «Кровли», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр с отводом стоков в перехватывающую водоотводящую канаву на участке с кадастровым номером № с уклоном в северо-западную сторону.

Необходим демонтаж имеющегося водоотлива и оборудование его новым, с отведением в перехватывающую канаву, идущую совсем в другую сторону.

Разрешая требования ФИО1 о необходимости произвести демонтаж незаконно построенной части забора, включая его бетонное основание, которые находятся на территории участка истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.46 Конституции РФ, ст.3 ГПК РФ, ст.ст. 1, 9, 12, 209, 304 ГК РФ, п. 4 ч. 2 ст. 60, ст.64 ЗК РФ, ч. ч.8, 10 ст. 22, ч.1.1. ст.43, ч.ч.3, 4 ст. 61 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», ч.ч.1,3 ст. 39, ч.5 ст.40 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О кадастровой деятельности», Приказом Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии №П/0393 от 23.10.2020 г. «Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке, а также требований к определению площади здания, сооружения, помещения, машино-места», Приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии №П/0592 от 14.12.2021 г. «Об утверждении формы и состава сведений межевого плана, требований к его подготовке», принимая во внимание заключение эксперта, максимальную величину наложения фактических границ участка с КН № на границы участка с КН № - 0,46 м; участка с КН № на границы участка с КН № - 0,38 м, взаимное наложение участков – 0,08 м, а также фактические границы исследуемых участков с КН № - 3 016 кв.м, с КН № - 1 264 кв.м, их погрешности +/- 19 кв.м; +/- 12 кв.м. соответственно, определенные экспертом, совместно принятое собственниками решение о демонтаже старого забора, расположенного по смежной границе участков, совместный монтаж нового забора на бетонном основании из профилированного листа, пришел к выводу об отказе в сносе забора.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Согласно п. 18 Приказа Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии №П/0393 от 23.10.2020 «Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке, а также требований к определению площади здания, сооружения, помещения, машино-места», допустимые расхождения первоначальных и последующих (контрольных) определений координат характерных точек не должны превышать удвоенного значения средней квадратической погрешности, указанной в приложении к настоящим требованиям.

Средняя квадратическая погрешность местоположения характерных точек границ исследуемых участков, сведения о которых внесены в ЕГРН, составляет 0,1 м, таким образом, удвоенное значение составляет 0,2 м.

Часть ограждения между спорными земельными участками, расположенного не по сведениям ЕГРН с наложением на земельный участок с КН №, находится в пределах допустимого расхождения (погрешности) 0,2 м.

Суд первой инстанции правильно отказал в удовлетворении иска о сносе части забора, поскольку нахождение части забора за пределами границ земельного участка с кадастровым номером № находится в пределах допустимой погрешности координат характерных (поворотных) точек границ земельного участка, указанной в ЕГРН и не является существенным нарушением градостроительных норм, влекущим его снос.

Довод ответчика о том, что часть забора находится в пределах погрешности юридической границы между земельными участками сторон является состоятельным и соответствует заключению эксперта.

Поскольку в данном случае расхождение между фактической и юридической границей участков имеет место не на всем протяжении границы, а только в части и его максимальное значение составляет 0,46 м, истец должен был доказать, что расхождение, вопреки доводам жалобы, в 26 см от допустимой погрешности существенно нарушает его права. Таких доказательств не представлено.

Разрешая встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 об установлении смежной границы между земельными участками, суд первой инстанции пришел к выводу об их удовлетворении, при этом исходил из того, что отказывая в удовлетворении требований ФИО1 о демонтаже части забора, устранение нарушений возможно путем приведения границы участка документально к фактически используемым, как предложено истцом по встречному иску, что приведет к разрешению спора.

Судебная коллегия не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции.

Согласно п.1.1. ст. 43 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в указанных документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более. При уточнении границ земельных участков допускается изменение площади такого земельного участка в соответствии с условиями, указанными в пунктах 32 и 32.1 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона. В межевом плане приводится обоснование местоположения уточненных границ земельного участка. При проведении правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета, проверка обоснованности местоположения уточненных границ земельного участка, в том числе изменения площади уточненного земельного участка, если такое уточнение местоположения границ земельного участка не приводит к нарушению условий, указанных в пунктах 32, 32.1 и 45 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона, государственным регистратором прав не осуществляется.

Таким образом, определение границ земельного участка в соответствии с границами, существующими на местности пятнадцать лет и более, возможно в случае отсутствия сведений о местоположении границ земельного участка в документе, подтверждающем право на земельный участок, или в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании.

При определении местоположения смежной границы суду первой инстанции следовало принять во внимание заключение эксперта ФИО13, согласно которому невозможно определить местоположение смежной границы по правоустанавливающим документам, следовательно, определение местоположения границы необходимо устанавливать исходя из исторически сложившегося фактического землепользования (с учетом расположенных на местности объектов).

Экспертом установлено, что смежная граница участков с КН № и № согласно Материалам ГФД, 2008 г. соответствует сведениям ЕГРН и не соответствует фактической смежной границе участков в части изгиба в районе бани на участке с КН №. При установке нового забора было допущено небольшое искривление конструкции, в связи с чем, часть забора была смещена на участок ответчика, а часть забора смещена на участок истца. Фактически существующее ограждение, установленное на смежной границе участков с КН № и №, существует на местности менее 15 лет. Оснований для вывода о наличии реестровой ошибки в сведениях ЕГРН о местоположении смежной границы участков с КН № и № не имеется.

Таким образом, оснований для изменения смежной границы земельных участков сторон у суда первой инстанции не имелось, в том числе и по причине ее нахождения в пределах допустимой погрешности, в связи с чем решение суда в части удовлетворения встречного иска об установлении смежной границы отменить, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении встречных требований.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности демонтировать незаконно построенную канализационную яму-колодец, расположенную рядом с баней ответчика, вблизи со скважиной для питьевой воды, отраженной в судебной экспертизе №№, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ч.2 ст. 62 Земельного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в абзацах 2 - 4 пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходил из того, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие как о наличии самой канализационной ямы-колодца (выгреба), так и нарушений ее существованием прав ФИО1

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции.

Доводы истца о наличии расстояния между баней и его скважиной менее 25 м, о нарушении его прав путем загрязнения его питьевого источника канализационными стоками, подлежат отклонению.

Как следует из заключения эксперта, в ходе экспертного осмотра не установлено наличие отдельного выгреба у бани, крышка люка не обнаружена, установлено наличие одного выгреба в палисаднике участка, наличие которого зафиксировано при проведении натурного осмотра объектов исследования с проведением фотофиксации (фото 32 стр.18 заключения) (т.3 л.д.128 оборот), однако допустив, что у бани имеется отдельный выгреб, в месте, указанным истцом ФИО1, экспертом установлено, что это не нарушает п.19 СанПиН 2.1.3684-21. При этом осмотр экспертом проведен ДД.ММ.ГГГГ, территория непосредственно перед баней свободна для осмотра (фото 48,49 стр.21, фото 81 стр.58 заключения) (т.3 л.д.130, 148 оборот). Отдельный выгреб у бани не был установлен и судом при проведении выездного судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 19 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», утв.Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 г., расстояние от выгребов и дворовых уборных с помойницами до жилых домов, зданий и игровых, прогулочных и спортивных площадок организаций воспитания и обучения, отдыха и оздоровления детей и молодежи 15 и медицинских организаций, организаций социального обслуживания, детских игровых и спортивных площадок должно быть не менее 10 метров и не более 100 метров, для туалетов - не менее 20 метров.

На стр. 70-71 Заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ рассмотрен вопрос о соблюдении расстояния от бани до жилого <адрес>, установленное п. 19 СанПиН 2.1.3684-21, исходя из допущения, что у бани имеется отдельный выгреб в месте, указанным истцом ФИО1, экспертом установлено, что расстояние от бани до жилого <адрес> не нарушает п. 19 СанПиН 2.1.3684-21.

Согласно п.7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», утв. приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации №1034/пр от 30.12.2016г., при отсутствии централизованной канализации расстояние от туалета до стен ближайшего дома необходимо принимать не менее 12м, до источника водоснабжения (колодца) - не менее 25 м.

Расстояние от выгреба на участке с КН №, местоположение которого установлено в ходе экспертного осмотра, до скважины на участке с КН № составляет 33,41 м, что соответствует требованиям п. 7.1 СП 42.13330.2016.

Расстояние от бани на участке с КН № до скважины на участке с № составляет 13,94 м.

Вместе с тем, в материалы дела, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств о загрязнении питьевого источника канализационными стоками бани, химический анализ воды истцом не производился.

Разрешая требования ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности организовать водоотведение на принадлежащем ответчику участке, устранить течь воды с крыш, водосточных труб и его участка на территорию участка истца, о демонтаже незаконно построенной части бани, находящейся на участке ответчика ближе 1 метра от кадастровой границы участка истца, крыша которой смонтирована со скатом на двор истца, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном их удовлетворении, принимая во внимание, что снос объекта является крайней мерой воздействия, истцом не представлено достаточно доказательств в подтверждение своей позиции о необходимости сноса бани, учитывая, что при ее возведении не были нарушены требования пожарной безопасности, а выявленные нарушения градостроительных норм не создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей и экспертом установлена возможность сохранения бани без ее сноса и предложен вариант устранения негативных последствий выявленных нарушений, при котором ответчик должен осуществить комплекс мероприятий, направленных на исключение подтопления участка ФИО1

Отказывая в удовлетворении требований о возложении на ФИО8 и администрацию Копейского городского округа обязанности демонтировать незаконно построенный навес, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, как и требований о возложении обязанности демонтировать канализационную яму-колодец на муниципальной земле, на придомовой территории у дома ответчика ФИО2, принимая во внимание, что со стороны администрации Копейского городского округа требований к ФИО2 об освобождении земельного участка, государственная собственность на который не разграничена, на котором возведены спорные строения (навес, выгреб) не заявлено, вопросы местного значения городского округа регламентированы Уставом, осуществляются органами местного самоуправления самостоятельно, нарушений прав ФИО1 со стороны администрации не установлено, как и нарушений градостроительных и санитарных норм, строения возведены ФИО2

Удовлетворяя требования о возложении обязанности на ФИО2 по устранению препятствий в пользовании, принимая во внимание, что доказательств, свидетельствующих о том, что выполненная в период рассмотрения спора, после проведенной по делу экспертизы водоотводящая канава на участке с КН №, вдоль бетонного основания, на котором установлено металлическое ограждение, водосточная труба с кровли бани, снегозадерживающие устройства с кровли бани, расположенной по адресу <адрес>А, система водоотвода с кровли навеса соответствуют установленным требованиям не представлено, что не исключено и в стадии исполнения решения суда, руководствуясь ч.2 ст.206 ГПК РФ, суд пришел к выводу об установлении срока для выполнения ФИО2 возложенных на него судом обязанностей – в течение шести месяцев с момента вступления решения суда в законную силу, полагая данный срок разумным и достаточным.

Судебная коллегия считает данные выводы суда первой инстанции правильными, сделанными с учетом установленных по делу юридически значимых обстоятельств, при правильном применении норм материального права, регулирующих возникшие между сторонами правоотношения.

Решение суда в части возложения обязанности на ответчика ФИО2 обустроить перехватывающую водоотводящую канаву на участке с КН №, переустроить водосточную трубу, установить снегозадерживающие устройства барьерного типа высотой не менее 20 см по всей длине ската кровли бани, переустроить систему водоотвода с кровли навеса не обжалуется, а потому в силу требований ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции выводы суда относительно удовлетворения требований не проверяет.

Доводы жалобы о том, что суд первой инстанции допустил внутреннее противоречие при оценке заключения эксперта, указав в мотивировочной части, что выявленные нарушения конструкции кровли бани создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей, а также что установленное подтопление участка истца по вине ответчика создает не только препятствия для его использования и разрушение основания капитальных строений, но и угрожает загрязнением скважины питьевой воды у истца, однако при разрешении требований истца ФИО1 о демонтаже части бани суд указал на отсутствие угрозы жизни и здоровью граждан выявленными нарушениями, снегозадерживающие устройства не устраняют саму угрозу и не решают проблему нарушения отступа на 1 м, устранить которую возможно только демонтажем части строения, являются несостоятельными.

Согласно заключению эксперта, экспертом было проведено исследование на предмет того, приводят ли конструкции кровель исследуемых навеса и бани на участке с КН № к подтоплению территории участка с КН №.

В ходе проведения натурного осмотра установлено, что кровля исследуемого навеса односкатная, скат кровли направлен в сторону участка с КН №. Скат кровли навеса оборудован системой водоотвода в виде водосборного желоба и водосточной трубы. Сток ливневых вод в водосборный желоб осуществляется через отверстия в кровле, выполненные путем разреза и загиба листов профнастила. Отвод атмосферных осадков из водосточной трубы осуществляется на территорию фактических границ участка с КН №. Снегозадерживающие устройства отсутствуют.

В результате анализа конструктивного решения установленной системы водоотвода на кровле исследуемого навеса эксперт пришел к выводу, что она не обеспечивает отвод ливневых вод в полной мере: часть атмосферных осадков с кровли исследуемого навеса в виде ливневых вод, снега и льда попадает на огороженную территорию участка с КН № что приводит к ее подтоплению, система водоотвода ливневых вод исследуемого навеса выполнена с нарушением требований п. 9.1 СП 17.13330.2017 «СНиП 11-26-76. Кровли», утв.Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр.

В ходе проведения натурного осмотра установлено, что кровля исследуемой бани односкатная, скат кровли направлен в сторону участка с КН №. Скат кровли бани оборудован системой наружного водоотвода в виде водосборного желоба и водосточной трубы, отвод атмосферных осадков осуществляется на территорию участка с КН 74:30:0902005:79 в отдельную ёмкость (на дату проведения натурного осмотра ёмкость была практически полностью наполнена).

Снегозадерживающие устройства отсутствуют.

На основании выполненных расчетов эксперт пришел к выводу, что атмосферные осадки в виде снега и льда с кровли исследуемой бани частично попадают на территорию от смежного участка с КН №, конструкция исследуемой бани нарушает строительные нормы и правила, а именно требования п. 9.1 СП 17.13330.2017 «СНиП 11-26-76. Кровли», утв.Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 31.05.2017 г. №827/пр.

Выявленные нарушения создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей, при этом являются устранимыми, необходимые меры по устранению подтопления приведены экспертом в выводах по проведенному исследованию, согласно которым необходимо обустроить перехватывающую водоотводящую канаву на участке с КН №, переустроить водосточную трубу, установить снегозадерживающие устройства барьерного типа высотой не менее 20 см по всей длине ската кровли бани, переустроить систему водоотвода с кровли навеса.

Вместе с тем, согласно экспертному заключению, экспертом определено минимальное расстояние от исследуемой бани на участке с КН № до смежной границы участков с КН № и № по сведениям ЕГРН - 0,50 м, от исследуемого навеса - 0,34 м, что меньше величины нормативного расстояния от строений до границ смежного участка (1,00 м).

Установив указанное обстоятельство, эксперт пришел к выводу о том, что местоположение исследуемых бани и навеса на участке КН № нарушает градостроительные нормы и правила в части расстояния до границ смежного участка, а именно требования п. 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации №1034/пр a 30.12.2016 г.; п.5.3.4 СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства», введен в действие Приказом ЦНИИЭПгражданстроя от 24.11.1999 г. №80; «Правил землепользования и застройки Копейского городского округа», утв. Решением Собрания депутатов городского округа от 19.12.2012 г. №639-МО.

Вместе с тем выявленные нарушения градостроительных норм не создают угрозу жизни и здоровью граждан, в том числе смежных землепользователей.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяя статью 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу статей 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В пункте 46 указанного постановления разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к приведенным нормам материального и процессуального права собственник, заявляющий такое требование, основанием которого является факт нарушения действующих норм и правил, регламентирующих возведение строений (бани и навеса) на смежном земельном участке, а также нарушение прав и охраняемых законом интересов, должен доказать нарушение его права на владение и пользование участком со стороны лица, к которому заявлены эти требования.

Поскольку истцом не представлены доказательства реального нарушения или угрозы нарушения его прав, наличия угрозы для жизни и здоровья истца и членов его семьи таким размещением построек, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что избранный истцом способ защиты своего права (снос строения) несоразмерен последствиям допущенного нарушения.

Доводы заявителя о том, что права истца как собственника земельного участка нарушаются тем, что дождевые и сточные воды с крыши бани и навеса, принадлежащих ответчику, попадают на земельный участок истца, не свидетельствуют о том, что права истца могут быть защищены именно сносом данных строений.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2022 года, поскольку требования истца о сносе расположенных на смежном земельном участке объектов являются негаторными, то есть направленными на защиту прав собственника от всяких нарушений, не связанных с лишением владения (ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), выбор конкретных формы и способа устранения таких нарушений относится к компетенции суда, который не связан в этой части требованиями истца, указывающего на необходимость применения тех или иных способа или формы устранения фактического препятствия или угрозы (п. 7).

Судом первой инстанции избран способ защиты прав истца, исключающий подтопление его земельного участка.

Ссылки в жалобе на неправомерным отказ в демонтаже навеса, расположенного на муниципальной земле, поскольку, по мнению заявителя жалобы, отсутствие претензий со стороны администрации не освобождает ответчика от обязанности устранить последствия самовольного занятия земельного участка, подлежат отклонению, поскольку расположение навеса на земельном участке, государственная собственность на который не разграничена, прав истца не нарушает. Для удовлетворения таких требований стороной истца должен быть доказан факт реального нарушения своих прав от возведенного навеса. В силу положений ст. 3 и ст. 11 ГК РФ, обращаясь в суд, истец должен доказать, что его права или законные интересы были нарушены. Судебной защите подлежит только нарушенное право.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руоковдствуясь п.1 ст. 150, ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями в п. п. 27, 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учитывая, что в результате действий (бездействий) со стороны ФИО2 нарушались права ФИО1, членов его семьи, детей-инвалидов, проживающих с ним совместно, экспертом были выявлены нарушения, которые являясь устранимыми, но создавали угрозу жизни и здоровья, которые добровольно не устранялись, что сопровождались переживаниями, связанными с данными обстоятельствами, пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 15 000 руб.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с установленным размером морального вреда.

Доводы жалобы о том. что судом первой инстанции необоснованно снижен размер компенсации морального вреда, судом не учтено значительное и длительное ухудшение ответчиком условий жизни истца и его семьи, а именно наличие в семье истца двух детей-инвалидов (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ г.р.), что усиливает нравственные страдания, длительность конфликта (с 2021 года по настоящее время), угроза жизни и здоровью от падения снега и льда с крыши бани, подтопление участка, делающее невозможным полноценное ведение личного подсобного хозяйства, а также вынужденный отказ семьи от использования скважины для питьевых целей, подлежат отклонению.

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции учтено нарушение прав истца в результате угрозы жизни и здоровью, при этом каких-либо негативных последствий не наступило, невозможность использования земельного участка по назначению не установлено, доказательств невозможности использования скважины для питьевой цели не установлено, при таких обстоятельствах оснований для увеличения размера морального вреда не имеется. Взыскание морального вреда в пользу истца при наличии нравственных страданий его членов семьи действующим законодательством не предусмотрено.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции правильно определен размер компенсации морального вреда, который соответствует характеру и степени причиненных истцу нравственных страданий, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о распределении судебных расходов.

Общий принцип распределения судебных расходов установлен ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО1 предъявлены к возмещению расходы на оплату услуг представителя 50000 руб., истец заключил договор об оказании юридических услуг, по условиям которого стороны согласовали стоимость услуг в размере 50 000 руб., оплата которых проведена, что подтверждается распиской (т.1 л.д.26).

Учитывая объем оказанных исполнителем услуг, результат правовой помощи; баланс интересов каждой из сторон; категорию и существо спора; время необходимое на подготовку профессиональным представителем процессуальных документов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о признании разумными понесенные ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям.

ФИО1 заявлено (с учетом уточнения) 5 самостоятельных требований, не подлежащих оценке: 1) демонтаж части забора; 2) демонтаж канализационной ямы-колодца бани и канализационной ямы-колодца на муниципальной земле; 3) монтаж водоотведения на принадлежащем ответчику участке; 4) демонтаж бани и навеса; 5) взыскании морального вреда, из которых удовлетворены 3 требования: по моральному вреду, по монтажу водоотведения, и частичном удовлетворении требований по демонтажу бани и навеса способом, указанным экспертом путем установления снегозадерживающих устройств и переустройство системы водоотведения на бане и навесе, что составит 60% от удовлетворенных исковых требований (3х100/5) – 30000 руб. (50000 руб. х60%).

ФИО1 понесены расходы на заключение кадастрового инженера в размере 3 500 рублей по вопросу местоположения забора (т.1 л.д.16).

Поскольку в удовлетворении требований по сносу забора отказано, то основания для возмещения указанных расходов не имеется.

Истцом понесены также расходы на проведение по делу судебной экспертизы в размере 70 000 руб.

Пред экспертом поставлено 5 вопросов: 1) соответствуют ли фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами № и №, расположенных по адресу: <адрес> границам, сведения которые содержатся в ЕГРН, сведениям, содержащихся в документах, подтверждающих (правоустанавливающих, право удостоверяющих) права на земельные участки; сведениям, содержащимся в документах, определяющих местоположение границ земельных участков при их образовании, проекту межевания территории, границам, существующими на местности пятнадцать и более лет и закрепленными с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка;

2) если границы земельных участков определены ненадлежащим образом или имеется реестровая ошибка, то указать способы устранения нарушения; указать координаты данных земельных участков и иные индивидуализированные признаки этих объектов (площади);

3) имеется ли перепад высот между земельным участком, расположенным по адресу: <адрес> с кадастровым номером №, и земельным участком, расположенным по адресу: <адрес> кадастровым номером №, если ДА, то приводит ли перепад высот к подтоплению земельного участка с КН №. Соответствует ли требованиям строительного законодательства изменение уровня земельного участка № в части его повышения по отношению к земельному участку №;

4) при наличии утвердительного ответа на вопрос № перечислить перечень мероприятий, необходимых для устранения допущенных нарушений;

5) соответствуют ли спорные постройки, принадлежащие ФИО2 (баня и навес, канализационная яма, иные сооружения) на земельном участке с кадастровым номером №, распложенном по адресу: <адрес>, а также их расположение требования противопожарным, санитарным, строительным, градостроительным нормам и правилам. Имеются ли нарушения, которые приводят к угрозе жизни, здоровью, имуществу граждан? Если да, то указать способы устранения выявленных нарушений.

На запрос суда апелляционной инстанции экспертом представлены сведения о том, что стоимость исследования по вопросам 1 и 2 составляет : вопрос № – 30000 руб. вопрос № – 5000 руб., итого - 35000 руб., стоимость исследования по вопросу № составляет 20000 руб., в том числе по канализационной яме (выгребу) – 6 000 руб.

Учитывая, что 1 и 2 вопрос касался местоположения смежной границы, забора, в том числе и по требованиям встречного иска, а в удовлетворении исковых требований о сносе забора истцу отказано, то подлежат возмещению истцу расходы по 1 и 2 вопросу в размере 17500 руб. (35000 : 2). Не подлежат возмещению расходы по канализационной яме в связи с отказом в иске – 6000 руб.

Учитывая, что требования по монтажу водоотведения, а также по переустройству и устройству системы водоотведения и снегозадерживания конструкций кровель бани и навеса удовлетворены, а исследования в отношении них проводились по вопросам 3, 4 и 5, то в указанной части данные расходы подлежат возмещению истцу.

Таким образом расходы на проведение судебной экспертизы подлежат возмещению в размере 46500 руб. ( 70000 руб. – 6000 руб. – 17500 руб.).

Поскольку решение суда основано на выводах, которые допустимыми доказательствами не подтверждены, кроме того к возникшим правоотношениям неправильно применены нормы материального права, а также применены неправильно нормы процессуального права, то такое решение не может быть признано законным и обоснованным в части удовлетворения встречных исковых требований и распредения судбеных расходов, оно подлежит отмене и изменению по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Копейского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ с учетом определения Копейского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ об исправлении описки отменить в части удовлетворения встречного иска ФИО2 к ФИО1 об установлении смежной границ между земельными участками с кадастровыми номерами № и №, в отменной части принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 об установлении границы между земельными участками.

Изменить это же решение в части взыскания расходов на юридические услуги и по проведению экспертиз.

Взыскать с ФИО2 (СНИЛС №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) расходы по проведению судебной экспертизы в размере 46500 руб., судебные расходы на юридические услуги 30000 руб.

В остальной части то же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24.03.2026.